Учебное пособие для студентов 2 класса Сергиев Посад - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Учебное пособие для студентов 4 класса Сергиев Посад 14 3316.18kb.
Учебное пособие для студентов 4 класса Составлено преподавателем С. 8 1295.54kb.
Сборник очерков. Сергиев Посад: Издательство «Весь Сергиев Посад» 1 208.74kb.
Учебное пособие для студентов 3 курса Сергиев Посад 2006 содержание... 12 915.48kb.
Учебное пособие для студентов / В. Н. Быков и др.; отв ред. 1 29.28kb.
Учебное пособие по литургике для 1-го курса Семинарии Верстка: Галушко... 8 1318kb.
Учебное пособие Санкт-Петербург 2012 18 3455.98kb.
Учебное пособие по практической фонетике английского языка "english... 11 487.35kb.
Учебное пособие по практической фонетике английского языка "english... 7 909.98kb.
Учебное пособие для студентов отделения Лечебное Дело, Сестринское... 1 312.29kb.
Учебное пособие для вузов / Под ред. Я. С. Ядгарова. М.: Инфра-м... 1 69.7kb.
1 билет. Предмет и метод догматического богословия 4 669.09kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Учебное пособие для студентов 2 класса Сергиев Посад - страница №1/6



Московская духовная семинария
Сектор заочного обучения

ДОГМАТИЧЕСКОЕ

БОГОСЛОВИЕ


Учебное пособие для студентов 2 класса

Сергиев Посад

2006

СОДЕРЖАНИЕ
ВВЕДЕНИЕ……………………………….………………….................................3
§ 1. Задача и метод науки……………………........................................................4

§ 2. Важность и значение догматов………….…..................................................5

§ 3. Источники христианского вероучения….......................................................8

§ 4. Неизменяемость христианского вероучения

и возможность его совершенствования……...............................................10

§ 5. Вероизложение древней вселенской Церкви и символические книги

Восточной Православной Церкви………………………………………….12

§ 6. Отношение разума к истинам откровения………………………………...13

§ 7. Разделение догматики………………............................................................15

§ 8. Краткая история науки…………………………...........................................16


УЧЕНИЕ О БОГЕ САМОМ В СЕБЕ…………………………………………...17
ОТДЕЛ ПЕРВЫЙ.

УЧЕНИЕ О БОГЕ ЕДИНОМ ПО СУЩЕСТВУ.................................................17


§ 1. Непостижимость существа Божья…………………………………………17

§ 2. Способы богопознания…………………………..........................................20

§ 3. Нравственные условия богопознания……………......................................23

§ 4. О существе Божьем и существенных свойствах Божьих….......................24

4.1. Свойства существа Божья как «бытия» всесовершеннейшего……………………..26

4.2. Духовность Божества……..………………...................................................................31

4.3. Всеведение Божье …..……………………...................................................................32

4.4. Премудрость Божья……..…………….........................................................................34

§ 5. Свойства воли Божьей..…………………………..………………………...35

§ 6. Свойства чувства Божьего...………………………......................................39

§ 7. Единство существа Божьего………………………......................................41
ОТДЕЛ ВТОРОЙ. О БОГЕ ТРОИЧНОМ В ЛИЦАХ.........................................44
§ 1. Отличительные черты догмата о Пресвятой Троице..................................44

§ 2. Краткая история догмата о Святой Троице……………………………….45

§ 3. Смысл Церковного Учения о Троичности лиц в Боге……………………49

§ 4. Божество и единосущие (равенство) лиц в Святой Троице……………...54

§ 5. Личные свойства Божественных ипостасей………………………………60

§ 6. Отношение догмата Святой Троицы к разуму……………………………65


БИБЛИОГРАФИЯ……………………………….................................................67
ВВЕДЕНИЕ
Православно-христианское догматическое богословие есть наука, в систематическом порядке излагающая догматы христианской веры в том виде, как понимает и исповедует их Православная Восточная Церковь.

Таким образом, предметом нашей науки являются догматы или догматические истины христианской религии. Догматы — это богооткровенные истины, содержащие в себе учение о Боге и Его отношении к миру и человеку, определяемые Церковью и преподаваемые ею как непререкаемые и обязательные для всех верующих правила веры.



Существенными чертами догматов, отличавшими их от других истин христианской религии, являются:

1) теологичность;

2) Богооткровенность;

3) церковность;

4) общеобязательность;

5) неизменяемость.

Теологичность догматов указывает на то, что содержанием догматических истин является учение о Боге в Самом Себе и в Его отношении к миру и человеку. Значит, догматы суть истины теоретические или умозрительные, относятся к области вероучительной, чем они и отличаются от других истин христианской религии, например, от нравственных истин, литургических, канонических и проч.

Богооткровенность догматов указывает на их источник, или происхождение. Источником догматов является не человеческий разум, а разум Божественный. Догматические истины христианской веры — не измы-шления человека, как например, положения философские или научные истины, а открыты людям Самим Богом в Его сверхъестественном Откро-вении, этим догматы отличаются от всех других истин человеческого знания.

Церковность догматов указывает на то, что только Вселенская Церковь придает христианским истинам веры догматический авторитет и значение. Хотя догматы и заключаются в Откровении, но взойти на степень неоспоримого и обязательного для всех верующих догмата известная истина веры может только при том условии, что Вселенская Церковь признает за нею значение догмата. Это не значит, что Церковь сама создает догматы. Она извлекает их из Откровения и, как столп и утверждение истины, в силу своей непогрешимости, сообщает догмату в сознании верующих твердость и ручательство его Божественного достоинства. Церковь формулирует догматы, то есть придает им определенную словесную форму, облекая мысль догмата в точные выражения. Нужно, поэтому, догмат отличать от богословского мнения; последнее может заключать в себе истину, согласную с Откровением, но если оно составляет результат мышления отдельных лиц, но не принято Вселенской Церковью, то не может быть догматом.

Общеобязательность догматов указывает на то, что для верующих догматы является непререкаемыми и непреложными нормами веры. Это значит, что каждый принадлежащий к Церкви должен принимать догматы те, которые преподает ему Церковь, и понимать их должен так, как понимает их Церковь. Догматы это законы нашей веры: мы не иначе должны веровать, как именно учит нас Церковь.
§ 1. Задача и метод науки
Задача науки православно-христианского догматического богословия состоит в том, чтобы изложить все догматы христианской веры, ничего не опуская и ничего не прибавляя, притом изложить их в систематическом порядке, то есть поставив их во внутреннюю, логическую связь между собою, показать, как один догмат приводит к другому и как из одного догмата вытекает другой, из этого другого третий, и так далее. А так как христианское учение веры неодинаково понимается различными вероисповеданиями (восточными, западными, лютеранскими и другими), то изложить догматы наша наука должна именно так, как понимает догматические истины наша Русская Православная Церковь. По отношению к каждому отдельному догмату задача состоит в том, чтобы:

а) дать определение догмата, то есть показать, как учит о том или ином догмате Церковь (например, о Боге Троичном в Лицах, о Лице Иисуса Христа, об Искуплении человеческого рода и другое). При этом иногда для лучшего понимания церковного определения догмата необходимо обращаться к изложению истории догмата, так как церковное определение часто вырабатывалось в связи с разного рода ересями и заблуждениями относительно того или другого догмата;

б) так как Церковь не создает догматов, а извлекает их из Божественного Откровения, то необходимо далее указать основания догмата в Священном Писании и Священном Предании, то есть выяснить, как учит о том или ином догмате Священное Писание и Священное Предание. Для этого нет необходимости приводить все места Священного Писания, относящиеся к тому или иному догмату, а достаточно ограничиться только главнейшими изречениями наиболее важными. То же нужно сказать и о Священном Предании, к свидетельствам которого надлежит обращаться осо-бенно в тех случаях, когда свидетельства Священного Писания недостаточно ясны и полны или когда они подвергаются разным сомнениям и спорам;

в) для лучшего уяснения догматов весьма полезно также обращаться и к соображениям здравого разума человеческого, пользуясь при уразумении догматических истин всем, что может дать светская наука (философия, история, психология, естествознание и других), или доказательства и пояснения истин веры. Отцы и учителя Церкви не чуждались светской науки, охотно пользовались всем, что было в ней родственного христианской истине, и нередко для доказательства или пояснения истин веры обращались к помощи диалектики, философии, истории, естествознания и других наук.


§ 2. Важность и значение догматов
Среди истин христианской религии догматы веры имеют первостепенное значение, так как они содержат в себе учение о Боге и Домостроительстве человеческого спасения и, таким образом, выражают самое существо христианской религии.

Все другие христианские истины: нравственные, литургические, канонические получили свое значение в зависимости от признания догматов, в которых имеют для себя и точку опоры. Такое значение усвояется догматами как Откровением, так и Церковью. Господь Иисус Христос призывал людей к вере в Бога, говоря: «Веруйте в Бога и в Меня веруйте» (Иоан. 4 : 1).

Отправляя апостолов на всемирную проповедь, Он повелевал им: «итак, идите, научите все народы, крестя их во имя Отца Сына и Святого Духа» (Мф. 28 : 19); и присовокупил: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет». (Мк. 16 : 16). Сообразно с этим учили и апостолы. Веру в Бога они признавали первым и необходимейшим условием спасения.

«А без веры угодить Богу невозможно, — говорит апостол Павел, — ибо надобно, чтобы приходящий к Богу веровал, что Он есть и ищущим Его воздает». (Евр. 11 : 6). Истинам этой веры научил людей Сам Иисус Христос.

«Мы знаем, — говорит апостол Иоанн, — что Сын Божий пришел и дал нам (свет и) разум, да познаем (Бога истинного и да будем в истинном Сыне Его Иисусе Христе: Сей есть истинный Бог и жизнь вечная!» (1 Ин. 5 : 20). Верующих они убеждают твердо держаться преподанного им учения, возрастать в познании Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа, «доколе все придем в единство веры и познания Сына Божия и мужа совершенного, в меру полного возраста Христова» (Еф. 4 : 13).

А о тех, которые отвергают основной догмат христианства — о Богочеловечестве Христа Спасителя, апостол Иоанн говорит: «А всякий дух, который не исповедует Иисуса Христа, пришедшего во плоти, не есть от Бога, но это дух антихриста» (1 Ин. 4 : 3).

Церковь всегда так и смотрела на догматы христианской веры, признавая за ними первостепенную важность. Принимая в свои недра новых членов, она всегда требовала и теперь требует от них предварительного познания основных истин христианской веры, то есть догматов и исповедания их пред лицом Церкви, и тех из своих членов, которые упорно противятся ее учению или искажают христианские догматы, она, согласно наставлению Спасителя, отлучает от себя, как мертвые и гнилые ветви отсекаются от дерева.

История Христианской Церкви представляет множество примеров, когда ублажаемые ее мученики и исповедники предпочитают и предпочитали лучше претерпеть жестокие страдания и смерть, чем отречься от веры в догматические истины христианской религии. Свидетельство о важности догматов они запечатлевали своею кровью и мученической смертью, за что Церковь и ублажает их.

Усвоение Откровением и Церковью догматов веры как постулатов первостепенной важности в ряду других христианских истин вполне оправдывается их великим жизненным значением для человека. Значение это состоит в том, что догматы веры прежде всего в высшей степени удовлетворяют потребности человеческого разума. Известно, что нет ни одного человека, который бы не задавался вопросами: откуда и как произошел видимый нами мир? Откуда и как появился человек на земле? Для чего существует мир и человек? Каково его назначение? Какова его последняя судьба? Откуда зло в мире? Есть ли кроме видимого нами мира еще какой-либо мир, нами невидимый? Кто такой Бог? Как представить себе Его существование? и так далее. Вопросы эти настолько важны, что человек не может от них отделаться и настойчиво стремится решить их для успокоения своего существа. История философии подтверждает это томление человеческого духа, представляя нам постоянные попытки человеческого разума дать ответ на эти существенные вопросы его духа.

Христианство в своих догматах и дает ответ на все эти неотступные и важные вопросы, и притом ответ такой полный и совершенный, какого не даст никакая другая религия и философия. В этом заключается теоретическое значение догматов. Значит, догматы определяют мировоззрение христианина, идеалы и цели его жизни, потому что они освещают для него все существенные вопросы бытия, разрешают для него все его сомнения и недоумения. «Господи, к кому нам идти? Ты имеешь глаголы вечной жизни» (Ин. 6 : 68), — говорили апостолы Иисусу Христу, твердо веруя Его словам: «Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только чрез Меня» (Ин. 14 : 6).

Определяя мировоззрение христианина, догматы христианские чрез это оказывают могущественное влияние и на его жизнь и деятельность, и особенно на его религиозно-нравственную жизнь. В этом заключается практическое значение догматов. История свидетельствует, что мировоззрение имеет определяющее влияние на жизнь человеческую. Можно сказать, что оно есть руководитель народа на жизненном пути, ведущий их к совершенству или падению, смотря по тому, какие идеалы и цели жизни оно вводит в народное сознание. Чем выше, совершеннее мировоззрение народа, тем лучше, благотворнее влияние.

Христианство в своих догматах предлагает человечеству самое высшее и совершеннейшее мировоззрение и история свидетельствует, что оно оказало благотворнейшее влияние на все стороны жизни народов. В частности, для религиозно-нравственной жизни догматы являются теми внутренними разумными основами, на которых она утверждается. Достаточно сказать, что главная христианская заповедь о любви к Богу и ближним основывается на догмате о том, что Бог есть любовь и что не мы возлюбили Бога, но Он возлюбил нас и послал Сына Своего в умилостивление за грехи наши (1 Ин. 4 : 10). Поэтому «будем любить Его, потому что Он прежде возлюбил нас» (1 Ин. 4 : 19).

Несмотря на такую важность и значение догматов христианских и в науке и в жизни есть направление, отрицающее значение и важность догматов для христианской религии. Оно известно под именем «адогматицизма».

Адогматисты отрицают догматы в христианской религии или во имя нравственности (Кант) или во имя религиозного чувства и настроения (Шлейермахер).

Новейшие антидогматисты (Ричль и Гарнак) сущность религии полагают в благочестивом христианском настроении. Однако признать такие воззрения правильными нельзя.

Против тех, которые утверждают, что вся сила христианства заключается в евангельских заповедях, то есть в нравственном учении, следует сказать, что в религии нравственное учение всегда тесно связано с теоретическим учением или догматами.

Без мысли о Боге и вообще религиозных основ невозможна устойчивая нравственность, и нравственное учение всегда является прямым логическим выводом из понятий о Боге. Без решения вопроса: «Кто такой Бог и каковы Его свойства», нельзя решить вопросы: «чего Он хочет от человека и каковы Его требования». Высота нравственного учения в христианстве соответствует высоте его теоретического учения о Боге.

Христианская нравственность предписывает любовь ко всем людям и даже ко врагам. Эта заповедь будет понятна только при учении о Боге как милосердном Отце всех людей. Святитель Григорий Нисский, рассуждая о взаимоотношении догматов и заповедей, то есть нравственных правил, приходит к заключению, что «догмат важнее и выше, чем заповедь». Это значит, что догматы являются основанием морали. Истинность догматов служит ручательством истинности обещаний, а истинность обещаний служит оправданием неуклонных стремлений к достижению обещанного, то есть создает разумный смысл человеческой жизни. Следовательно, разумно стремиться к достижению христианского спасения можно только под условием признания объективных оснований этого спасения, иначе — догматов.

Что касается второго мнения, сводящего сущность христианства к области религиозных чувствований и благочестивому настроению, то, не отрицая значения чувства в религиозно-нравственной жизни, необходимо сказать, что характер и направление чувства и отношений наших к окружающим нас лицам определяется теми или другими представлениями о них.

Человеческие чувства отличаются чрезвычайным разнообразием и существенную роль в этом разнообразии играет связь с познанием. Глубина, проницательность и ясность чувства зависят от озарения его умом и анализа. И возникновение религиозного чувства возможно только при представлении о Боге; в противном случае оно невозможно, как невозможно и чувство страха и радости, если нет налицо вызывающего их предмета или представления. Этой зависимостью чувства от представления объясняется, между прочим, то, почему религиозное чувство и истекающая из него религиозная жизнь слагается иначе у иудеев, иначе у язычников, иначе у магометанина, иначе у христианина. Отсюда ясно, насколько важны теоретические представления о Боге (догматы) для религиозного чувства и насколько не психологично отрицание догматов в образовании религиозно-нравственного настроения.


§ 3. Источники христианского вероучения
Источником христианского вероучения и истины, раскрываемых в Догматическом Богословии, является сверхъестественное откровение Божие. Оно дано нам в Священном Писании и Священном Предании, хранительницею и истолковательницею которых является Церковь.

Под именем Священного Писания понимаются книги, написанные по вдохновению Духа Божия Богопросвешенными людьми — пророками и апостолами. Совокупность этих книг называется Библией, которая содержит в себе в общей сложности 77 книг. Библия разделяется на Ветхий и Новый Заветы. Общее число ветхозаветных книг в православной традиции — 50: из них 39 книг именуются каноническими (в иудейской традиции они объединены в 22 книги) и 11 — неканоническими. Новый Завет состоит из 27 книг. Отличительная особенность канонических книг — их Богодухновенность, то есть они написаны по особому озарению и просвещению от Святого Духа и потому не только свободны от заблуждений, но и содержат в себе Откровение Божественной истины.



Богодухновенность священных книг ясно засвидетельствована самим их содержанием. Они

1) открывают нам тайны Божественной жизни, то есть такие истины, до которых человеческий разум сам своими силами дойти не мог и не может. Кроме того, они

2) содержат в себе пророчества, то есть предсказания об отдаленных и нередко чудесных событиях будущего, предвидеть которые за сотни и тысячи лет никакой человеческий ум не был в состоянии. Имеются, наконец, и в священных книгах

3) прямые указания на их Богодухновенность.

Так, в них постоянно встречаются выражения: «сказал Господь мне», «было слово Господне ко Мне» и т.д. Сам Господь говорит о Давиде, что «сказал Господь Господу моему: седи одесную Меня» (Марк. 12 : 36).

Апостол Петр также говорит о ветхозаветных писателях, что «Ибо никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но изрекали его святые Божии человеки» (2 Петр 1 : 21). А апостол Павел своему возлюбленному ученику Тимофею решительно свидетельствует: «Все Писание богодухновенно и полезно для научения» (2 Тим. 3 : 16).

О новозаветных писаниях святой апостол Павел говорит: «Мы приняли не Духа мира сего, а Духа от Бога, дабы знать дарованное нам от Бога, что и возвещаем не от человеческой мудрости изученными словами — но изученными от Духа Святаго» (1 Кор. 2 : 12-13).

Ту же мысль выражает апостол, когда говорит, что они, апостолы, «ум Христов имеют», что их проповеди не человеческое слово, но воистину слово Божие, что они проповедуют «премудрость Божию, тайную, сокровенную, которую предназначил Бог прежде веков к славе нашей» (1 Кор. 2 : 7) или когда изображает необычайное благотворное действие евангельской проповеди на душу человеческую такими словами: «ибо слово Божие живо действенно и острее всякого меча обоюдоострого: оно проникает до разделения души и духа, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные» (Евр. 4 : 12).

Вот эти-то книги, содержащие в себе «глаголы жизни вечной», и являются первым и главным источником истины христианского вероучения вообще и, прежде всего — догматов.
Священное Предание

Вторым источником христианского вероучения является Священное Предание. Под именем Священного Предания в собственном или узком смысле этого слова разумеется Откровение Божие, полученное апостолами от Иисуса Христа и переданное Церкви по внушению Святого Духа самими апостолами помимо Священного Писания. Известно, что в Священном Писании Нового Завета записано далеко не все, что делал и чему учил Иисус Христос.

Святой апостол Иоанн в конце своего Евангелия признается: «много сотворил Иисус пред учениками Своими и других чудес, о которых не написано в книги сей» (Ин. 20 : 30). Вот эти не записанные в Священных книгах изречения Господа, так называемые «аграфа» и наставления Его, сохраненные и переданные апостолами Церкви устно, и составляют Священное Предание в собственном смысле этого слова. Для познания христианской истины оно как слово Божие имеет такую же важность и значение, что и Священное Писание.

Поэтому апостол Павел прямо заповедует: «итак, братие, стойте и держите предания, которым вы научены или словом, или посланием нашим» (2 Сол. 2 : 15), и обращаясь к любимому ученику своему Тимофею, говорит: «О Тимофей! Храни преданное тебе, отвращаясь негодного пустословия и прекословий лжеименного знания» (1 Тим. 6 : 20). А во Втором послании к Коринфянам он хвалит коринфских христиан за то, что они твердо держатся предания: «Хвалю вас, братия, что вы все мое помните и держите предания так, как я передал вам» (1 Кор. 11 : 2).

От Предания в тесном смысле этого слова нужно отличать Предание в общем или широком смысле, под которым понимается хранение Божественного Откровения по букве и толкование или разумение его по духу и смыслу. Основанная Христом Церковь, являясь столпом и утверждением истины, хранит в себе и передает из века в век Божественное Откровение в целости и неповрежденности — в том виде, в каком оно дано ей Богом. Вместе с тем она хранит в себе и передает из века в век и свое понимание или разумение Божественного Откровения и, таким образом, является непогрешимой хранительницей и истолковательницей Божественного Откровения и, в частности, Священного Писания.

Предание в широком смысле, очевидно, не есть источник Божественного откровения, как Предание в тесном смысле, но оно есть необходимое руководство к пользованию Божественным откровением и правильному пониманию истин, данных в откровении.

Предание в этом смысле есть свидетельство или голос Вселенской Церкви, иначе — тот дух истины и веры, то сознание Церкви, которое живет в нем от времени Христа и апостолов. Свое внешнее выражение голос вселенской Церкви об истинах веры находит:

а) в древнейших символах веры;

б) в так называемых правилах апостольских, в деяниях и постановлениях соборов, как вселенских, так и поместных;

в) в древних литургиях;

г) в творениях древних отцов и учителей Церкви;

д) в древнейших актах мученических;

е) во всей практике древней церкви и вообще в сохранившихся церковных чинопоследованиях.
§ 4. Неизменяемость христианского вероучения

и возможность его совершенствования
Православная Церковь признает, что в учении Господа Иисуса Христа и Его апостолов однажды навсегда дана людям вся необходимая им в их земном бытии истина, и не должно ожидать откровения каких-либо новых догматических истин сверх уже данных. Сколько их открыто Богом через пророков воплотившимся Сыном Божиим, столько и должно остаться на все времена. В Откровении даются твердые основания для такого воззрения. Господь Иисус Христос сказал: «сказал вам все, что слышал от Отца Моего» (Иоан. 15 : 15). Значит в учении Иисуса Христа дана людям вся потребная им в земной жизни истина. Облеченные силою свыше апостолы также возвестили людям «всю волю Божию» (Деян. 20 : 27), почему и могли говорить: «Но если бы даже мы, или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема» (Гал. 1 : 8). Указываемая Спасителем цель ниспослания Святого Духа на апостолов состояла в том, чтобы «воспомянуть» преподанное им Христом учение, не для того, чтобы получить какое-либо новое откровение, а также решительно исключает мысль о дополнении возвещенного им откровения новыми истинами. Поэтому, никак нельзя признать правильною теорию так называемого догматического развития Церкви, которою признается возможность количественного нарастания догматов и качественного их изменения. Этой теории держится римско–католическая и протестантская «церковь», полагая, что авторитетом и властию папы церковь вправе создавать новые догматы, ранее неизвестные Церкви. Некоторые наши отечественные мыслители, например Владимир Соловьев, также отстаивали мысль об эволюционном развитии всей нашей догматики из одного первого догмата — о Богочеловечестве Христа.

Догматическое развитие Церкви по этой теории исходной своей точкой имело минимум догматического сознания, которое все больше расширялось, делалось сложнее и богаче содержанием.

Кроме уже сказанного, что теория эта противоречит данным Священного Писания, необходимо заметить, что и в самой римско-католической церкви теория догматического развития явилась сравнительно в недавнее время (в половине ХIХ века) и принята, главным образом, с целью оправдания догматических нововведений римской Церкви, неизвестных Древневселенской церкви, каковы, например, догматы о главенстве и непогрешимости папы «экс-кафедра»,1  о непорочном зачатии Божией Матери и другие. Нельзя также строить историю догматов на принципе эволюции, как делает это известный историк Гарнак, или наш Владимир Соловьев, потому что «церковная история, как справедливо оба замечают, имеет своею точкою отправления не минимум развития, а полноту религиозных идей (Божественное Откровение во Христе), и к ней особенно неприменим метод гражданской истории». Но, признавая неизменяемость и неусовершаемость христианского вероучения со стороны его, так сказать, объема (количество истин) и содержания, православная Церковь не отвергает, однако, возможности и некоторого его развития и совершенствования. Откровение дано для человеческого разума, но оно не было бы Откровением, если бы было совершенно непостижимым. Как откровение абсолютного, оно должно быть бесконечно глубоким по содержанию и во всем объеме, разумеется, постигнуто быть не может.

Отношение конечного (человеческого) разума к абсолютному (Божественному) в Откровении нужно понимать только в смысле постоянного углубления в содержании Откровения. Этот процесс религиозного познания бесконечен вследствие бесконечности содержания Откровения. «Христианская истина, — говорит один из наших отечественных богословов (протопресвитер Янышов), — также широка, глубока и неисследима, как неисследимы глубины ума Божия, виновника этой истины».

Вселенская Церковь, обладая этой истиной всегда, не может, однако же, сказать, чтобы уже успела уяснить и определить ее для сознания верующих всесторонне и навсегда.

Отсюда ясно, что усовершаемость и развитие догматов состоит не в умножении числа их и не в изменении содержания христианского вероучения, а в точнейшем определении и объяснении, в более и более глубоком раскрытии одних и тех же неизменных в своем существе догматов.

Говоря иначе, это есть развитие не объективное, а субъективное по отношению к человеческому сознанию, к усвоению и пониманию догматов людьми. Такое развитие догматов необходимо и вполне понятно.

Ведь догмат образуется от встречи самосознания Церкви с Откровением. Но если догматы веры должны усваиваться человеческим сознанием, то для этого истины веры необходимо переводить на язык понятный и доступный для каждого верующего, то есть облекать их в точные и определенные формулы, выяснять их внутреннюю сущность, уяснять взаимную связь и так далее. Всем этим улучшается наше разумение истин Откровения, но самое Откровение остается неизменным. Догматы ничего существенного нового не прибавляют к Откровению, и Церковь не привносит новые истины в догматах, а только увеличивает содержание религиозного сознания верующих, обогащает новым содержанием не Откровение, а церковное вероучение.

Такое — субъективное раскрытие догматов, действительно, и имело место в Церкви. В процессе этого развития были выработаны богословские термины с определенным содержанием, не встречающиеся в Писании, например, Троица, Лицо, Ипостась, Богочеловек, воплощение, Богородица, пресуществление и далее, точнее было определено самое содержание догматов и раскрыт и уяснен смысл их: например, о двух естествах во Христе — по поводу ересей Нестория и монофизитов, о двух волях во Христе — по поводу ереси монофизитов и так далее. Такое раскрытие неизменных в своем существе догматов продолжается в Православной Церкви и доныне вызывается, главным образом, вновь возникающими заблуждениями римской церкви и отпавших от нее ветвей — протестантской, англиканской, а также заблуждениями противохристианских учений.

Вопрос о раскрытии догматов хорошо разъясняет святой Викентий Лиринский, сравнивая это развитие с развитием человеческого организма. «Религия — дело души, пусть уподобляется в этом отношении телам», — говорит он. С приращением лет тела раскрывают и развивают члены свои, однако, остаются теми же, чем были. Цветущая пора детства, и зрелый, и старческий возраст между собою весьма различны, однако, стариками делаются те же самые, которые прежде были детьми, так что хотя рост и наружность одного и того же человека изменяются, тем не менее, природа его остается неизменна, личность его остается одна и та же. Такому закону преуспеяния должно следовать и догматическое учение христианской религии. Пусть оно с годами укрепляется, со временем расширяется, с веком возвышается, но остается нерушимым и неповрежденным, целым и совершенным, без всякой утраты в своем содержании, без всякого изменения своих определений.


§ 5. Вероизложение древней вселенской Церкви и

символические книги Восточной Православной Церкви
Все христианские догматы даны в Божественном Откровении, которое в виде Священного Писания и Священного Предания и является первым и главным источником христианского вероучения. Но так как догматы служат выражением голоса Вселенской Церкви, то она, чтобы показать, чему именно и как должны веровать ее члены, с самого начала предлагала изложение откровенных истин в символах или сокращенных образцах веры и исповеданиях.

Все содержимые Православной Восточной Церковью изложения веры — краткие и обширные — можно разделить на два рода:

1) изложения, принятые ею от древней вселенской Церкви и потому имеющие безотносительное достоинство;

2) изложения позднейшего времени, или так называемые символические книги, получающие свое достоинство в зависимости от согласия с первыми общецерковными изложениями и имеющими поместное значение. К изложениям первого рода относятся:

1. Никео-Цареградский символ веры, составленный на Первом Никейском (325 г.) и Втором Константинопольском (381 г.) Вселенских соборах. Этот символ веры, заменивший собою ранее существовавшие в отдельных церквах крещальные символы, получил в церкви значение символа вселенского, то есть непреложного образца веры для всего христианского мира и на все времена. Он принимается всеми христианскими исповеданиями, несмотря на все разнообразие их вероучения.

2. Догматические определения последующих Вселенских соборов, например, IV Вселенского собора (451 г.) — о двух естествах во Христе, VI Вселенского собора (680 г.) — о двух волях во Христе, VII Вселенского собора (787 г.) — об иконопочитании.

3. Догматическое учение, встречающееся в правилах святых апостолов, святых отцов и девяти поместных соборов, поскольку они рассмотрены и приняты на VI Вселенском соборе.

4. Символ исповедания веры святителя Григория Чудотворца, епископа Неокесарийского (III в.), написанный им по особому Откровению Божию и заключающий в себе самое точное и определенное учение о лицах Святой Троицы. Этот символ, пользовавшийся особым уважением Неокесарийской Церкви, и Вселенской Церковью был одобрен на VI Вселенском соборе.

5. Символ, известный под именем святителя Афанасия Александрийского. О нем можно именно сказать, что здесь с классической ясностью, определенностью и отчетливостью излагается учение о различии и единосущии трех лиц в Божестве, а также об образовании соединения двух естеств в Иисусе Христе. Но этот символ не принадлежит святителю Афанасию, потому что он направлен против лжеучений несторианского и монофизитского и, следовательно, не мог появиться ранее V века.

Кроме указанных вселенских вероизложений, имеющих безусловное значение для познания христианской истины в Церкви, издавна вошли в употребление частные вероизложения, принимавшиеся в той или другой поместной церкви. Они получили название символических книг и представляют более или менее пространные изложения веры, в которых вместе с общехристианскими истинами веры обыкновенно особенно пространно раскрываются положения веры, принимаемые только данным церковным обществом.


Символические книги Восточной Православной Церкви
1. Православное исповедание соборной кафолической

и апостольской церкви восточной

Составлено оно было киевским митрополитом Петром Могилою или по его благословению и при его участии. Затем оно было рассмотрено и принято сначала на соборах киевском — в 1640 году, потом ясском — в 1643 году, и, наконец, одновременно всеми четырьмя восточными патриархами и, как исповедание «правое и чистое». Для русской церкви оно одобрено патриархами Иоакимом в 1685 году и Адрианом в 1696 году. Составлено «Православное исповедание», главным образом, для хранения чистоты православия от римско-католических заблуждений и потому в нем заметен полемический элемент. Форма изложений — вопросо-ответная.


2. Послание патриархов Православно-кафолической

Церкви о православной вере

Оно составлено патриархом иерусалимским Досифеем, рассмотрено и признано выражением истинной православной веры на Соборе Иерусалимском. В 1672 и в 1823 годах оно было послано великобританским христианам как истинное изложение православной веры. В то же время первосвятители восточные послали его русскому Синоду вместе со своими грамотами об утверждении его. В 1838 году оно было издано Священным Синодом на русском языке. Послание отличается полемическим характером против протестантов, содержащееся в нем учение православной веры изложено в восемнадцати членах.


3. Пространный православный катехизис

православной кафолической Восточной Церкви

Филарета, митрополита Московского

В нем в вопросо-ответной форме дается точное, отчетливое, ясное и прозрачное изложение православного учения. Символическое значение он имеет только в Русской Православной Церкви.


§ 6. Отношение разума к истинам откровения
Так как догматические истины даны в Божественном Откровении, то положение и деятельность разума в догматике будет носить иной характер, чем в других науках. Очевидно, разум не может быть ни источным началом догматов, так, чтобы из него одного выводить и на нем одном утверждать их, ни верховным судиею догматических истин, почерпаемых от Откровения, так, чтобы приспособлять их к его началам. Откровение как произведение бесконечного разума Божия выше разума человеческого и дано людям не для того, чтобы удовлетворять притязаниям разума и подлежать его суду, а чтобы самого его «пленять в послушание Христово» (2 Кор. 10 : 5). Следовательно, разум должен находится в подчиненном и служебном отношении к Откровению. И в таком положении нет ничего унизительного для разума, так как разум существа конечного в данном случае подчиняется разуму существа бесконечного. Нет ничего и стесняющего его свободу, так как для усвоения истин веры требуется его самодеятельность. Откровение стесняет не свободу разума, а вольность его.
§ 7. Разделение догматики
Догматы веры содержат в себе: одни — учение о Боге Самом в Себе, другие — учение о Боге в отношении Его к миру и человеку. Отсюда сами собою определяются две главные части догматического Богословия:

Первая часть излагает учение о Боге Самом в Себе; вторая часть излагает учение о Боге в Его отношении к миру и человеку или о делах Божиих в отношении к тварям.

Догматы о Боге Самом в Себе содержат учение о том, что Бог есть один по существу и троичен в лицах.

В догматах же об отношении Бога к тварям содержится: в одних — учение о Боге как Творце неба и земли, всего видимого и невидимого; в других — учение о Боге как Вседержителе или Промыслителе; в третьих — учение о Боге и Его особенном отношении к роду человеческому, сущность которого обозначается и в Священном Писании и у отцов церкви словом «икономиа», что значит домостроительство спасения или таинство искупления; в четвертых — излагается учение о Боге как выполнителе Своих определений о мире, или иначе о Боге как Судии и Мздовоздаятеле.

Отсюда все содержание догматического богословия можно представить в таком виде:

Часть первая, излагающая учение о Боге Самом в Себе, распадается на два отдела: первый заключает в себе учение о Боге едином по существу; второй излагает учение о Боге троичном в лицах.

Часть вторая, излагающая учение о Боге в отношении Его к творениям, распадается на 4 отдела:

первый отдел содержит учение о Боге как Творце всего видимого и невидимого; второй отдел излагает учение о Боге как Промыслителе мира; третий отдел заключает учение о Боге-Спасителе (в частности о воплощении Сына Божия, искупления рода человеческого, освящении человека благодатию Святого Духа); четвертый отдел содержит учение о Боге как Судии и Мздовоздаятеле (эсхатология).



§ 8. Краткая история науки
В истории постепенного развития догматического богословия как науки можно различить три периода.

Первый период обнимает первые семь веков христианства. В это время выработан был научный метод исследования догматов веры и сделаны первые попытки систематического изложения догматов христианской веры. Таковы сочинения Климента Александрийского «Строматы» и Оригена «О началах». Сюда же относятся Катехизические поучения святителя Кирилла Иерусалимского, «Большое катехизическое слово» святителя Григория Нисского, «Сокращенное изложение Божественных догматов» блаженного Феодорита.

Второй период открывается появлением в половине VIII века творения святого Иоанна Дамаскина «Точное изложение православной веры». Это в строгом смысле научная догматическая система. Особенная ценность ее в том, что она отличается верностью духу древней Вселенской Церкви, почему ее и называют древнецерковной и древнеотеческой.

Третий период истории догматического богословия открывается с XVII века у нас в России с киевского митрополита Петра Могилы, который основал в Киеве коллегию, потом переименованную в Академию. Здесь догматическое богословие проповедовалось сначала в схоластическом духе, а потом постепенно освободилось от схоластики и пошло самостоятельным путем. Таковы, например, «Сокращенное христианское Богословие» митрополита Платона, написанное на русском языке без схоластического формализма. Из позднейших догматических систем особенно должны быть отмечены: «Православно-догматическое Богословие» митрополита Макария, «Православно-догматическое Богословие» архиепископа Черниговского Филарета, «Опыт православно-догматического Богословия» епископа Сильвестра, «Православное Догматическое Богословие» протоиерея Малиновского, а также труды протоиерея Светлова, профессора Голубинского, «Премудрость и благость Божия» и «Любовь Божественная» профессора Беляева и другие.


следующая страница >>



Секс — самое забавное из всего того, чем я мог заниматься без смеха. Вуди Аллен
ещё >>