Сценарий художественного фильма - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Сценарий художественного фильма. Синопсис 4 607.51kb.
Сценарий восьмисерийного художественного фильма Вторая серия 1 452.87kb.
Сценарий восьмисерийного художественного фильма Пятая серия 1 447.79kb.
Сценарий полнометражного художественного фильма 4 587.72kb.
Сценарий полнометражного художественного фильма все права защищены. 1 393.05kb.
Сценарий фильма, но впоследствии получившая «собственную жизнь» 6 1363.72kb.
Сценарий звукового фильма 1 309.27kb.
Презентация художественного фильма «Я слышу тебя» 1 39.32kb.
Сценарий проекта по с использованием элементов народного художественного... 1 141.41kb.
Сценарий полнометражного художественного кинофильма «Аркадий Северный... 4 636.81kb.
Рустам Хамдамов приступил к съемкам художественного фильма «Яхонты. 1 18.96kb.
Общие положения статья Правовое положение Профсоюза 5 850.95kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Сценарий художественного фильма - страница №13/13

Иоанн наводит справки о Никколо

Рабочий кабинет Иоанна. Секретари докладывают о текущих делах.

- Восстановление стен Рима закончено. Когда вам будет угодно устроить празднество по случаю этого важного события?

- Праздновать будем, когда отразим арабов.

- Ваше святейшество, епископы рекомендуют вам на время военных действий покинуть Рим. Ради вашей безопасности.

- Вы советуете мне бежать? Давайте лучше обсудим другие темы.

- Простите.

Секретарь перебирает документы.

- Мы нашли наконец этого Никколо из Остии, которого вы приказали разыскать.

- Много же времени вам для этого понадобилось.

- Оказалось, что он не из самой Остии, а из маленького прибрежного селения рядом с ней. Там у него небольшое поместье.

- Кто он такой?

- Обедневший дворянин. Отец хотел сделать из него священника и дал ему хорошее образование, однако Никколо предпочел стать солдатом. Служил во флоте византийского императора, был капитаном корабля, побеждал на море сарацинов. Потом женился, вернулся в Италию. Сейчас сильно бедствует.

- Приготовьте ему, его жене и дочери богатые подарки.

- Простите, ваше преосвященство, но беда как раз в том, что несколько месяцев назад, во время последнего арабского набега, его семью вырезали, а поместье уничтожили.

- Вот как?



  • Прикажете что-нибудь для него сделать?

Иоанн задумывается.

- Не надо. Иди.



Иоанна учится снова быть женщиной

Зал с зеркальными стенами. Иоанна, в женском платье, снова изучает свои движения и походку. Она садится, встает, делает несколько шагов, снова садится… Видно, что она недовольна собой: движения стали слишком резкими, походка чересчур твердой… Она потеряла женственность. Ей снова надо учиться.



Никколо

Деревня близ Остии, небольшого портового города в устье Тибра. Этот город защищает подступы к Риму с моря. Иоанна, в женском платье, подъезжает в коляске к имению Никколо. Усадьба разорена, дом сожжен, сад вытоптан. На расспросы Иоанны один из крестьян указывает ей дорогу к трактиру. Там она и находит Никколо за бутылкой вина. Хозяин и посетители удивлены появлением нарядно одетой дамы.

- Могу ли я видеть синьора Никколо?- вежливо осведомляется дама.

Все взгляды устремляются на Никколо. Он растерянно поднимается со своего места.

- К вашим услугам.

- Я приехала сюда по поручению своего брата. Где мы можем поговорить? Дело весьма важное.

- Я бы пригласил вас в свой дом, синьора, но, к сожалению, он почти разрушен. Осталась цела только кухня, в которой я пока и живу.

- Меня это вполне устроит. Впрочем, мы можем и просто прогуляться.


Иоанн и Никколо держат путь к усадьбе. Коляска на некотором отдалении следует за ними. Никколо рассказывает о нападении арабов.

- Вот так все и произошло. К сожалению, мое имение находится близко к морю. Потому оно и стало жертвой нападения сарацинских пиратов.

- Я вам очень сочувствую. Что вы намерены теперь делать?

- Не знаю… Честное слово, не знаю.

- Рядом с вами, в Остии, стоит недавно созданный римский флот, чтобы преградить арабским кораблям дорогу на Рим. Я слышала, что папская канцелярия ищет опытных моряков. Почему бы вам не предложить свои услуги?

- Откуда вы знаете, что я служил во флоте?

- Рассказали крестьяне.

- Не знаю, я не думал об этом. Да и кто меня возьмет?

- Мужайтесь, жизнь не кончена. Я сама недавно лишилась отца и знаю, как тяжело терять близких. В любом случае знайте, что у вас есть друзья.

- Как, вы сказали, имя вашего брата?

- Марк.

- Я не думаю, что мы встречались. Вы не ошиблись?



- Как-то, проезжая по улицам Рима, вы спасли его жизнь от наемных убийц. Вы помните это происшествие?

- Да, кажется, что-то было… Такой худощавый молодой парень… Впрочем, сущая безделица. Как вы меня нашли?

- Брат указал мне на это место.


  • Как он о нем узнал?

  • Не знаю.

  • А почему он не приехал сам?

- К сожалению, он очень нездоров. Ему стало известно о вашем несчастье, и он просил выразить свое соболезнование и вручить вам эту скромную сумму денег на восстановление поместья.

Иоанна вручает Никколо увесистый кошель. Изумленный Никколо раскрывает его и видит, что он наполнен золотыми монетами.

- Но здесь же втрое больше, чем нужно для восстановления имения! Это огромная сумма!

- Кто вам сказал, что жизнь моего брата стоит меньше?

- Я не могу просто так принять деньги от незнакомого мне человека только за то, что как-то вечером я пару раз взмахнул мечом...

Никколо хочет вернуть деньги, но Иоанна отказывается.

- Оставьте. Я не могу принять их назад.

- Тогда я поеду к вашему брату в Рим. Я должен сам его увидеть, с ним объясниться...

- Это невозможно.

- Почему?

- Потому что… Потому что он умер.

- Умер?!


- Да. Совсем недавно. И я выполняю его последнюю волю. Вы должны ей подчиниться.

Пораженный Никколо молчит. Иоанна продолжает.

- Вашу погибшую семью не вернуть. Но возродите то, что можно – ваше гнездо. Скоро к вам прибудут опытные каменщики и садовники. Они быстро восстановят вашу усадьбу. Платить им не нужно.

- Но я не могу…

- Не будьте слишком щепетильны. Мой брат был очень богатым человеком. Впрочем, так или иначе, деньги ему теперь уже не нужны. Всего доброго. С вашего разрешения я буду иногда навещать вас.
Иоанна быстро садится в коляску и уезжает. Озадаченный Никколо остается на дороге.

В лесу Иоанна отпускает коляску, переодевается в мужской костюм, садится на своего коня и возвращается в Рим.



Зеркальный зал


Иоанна смотрит на себя в зеркало, примеряет серьги, приставляет к плечам разные платья. Голос за кадром передает поток ее тревожных мыслей.

- Я разучилась быть женщиной. Или никогда не умела. Я не знаю, что должна делать женщина, чтобы привлечь мужчину... Я не умею одеваться. Я не умею выбирать украшения. Не умею пользоваться косметикой. Не умею болтать милых глупостей... Не умею кокетничать. Я серьезная, деловая и нудная, как мужчина. Я все время боялась, что все узнают, что я не мужчина. Но, оказывается, я и не женщина. Я никто... Я все время опиралась на разум, и не знаю, что делать, когда заговорило сердце... Что делать?



Усадьба Никколо

Гонец из Рима торопится в Остию. Он спешивается у входа в усадьбу Никколо. В ней развернуты строительные работы. Дом почти восстановлен и превращен в небольшой дворец, садовники сажают кусты и деревья.

Всадник спешивается, разыскивает хозяина и вручает ему пакет.

- Пакет из папской канцелярии.

Удивленный Никколо вертит пакет в руках.

- Вы не ошиблись?

- Нет. Я знаю его содержание. Папа предлагает вам возглавить его военный флот.

- Мне?!


- Вам.

- Почему именно мне?

- Я всего лишь посланец. Не мне толковать послания его святейшества. Вы согласны?

- Это очень неожиданно. Мне надо подумать…

- Думать некогда. Флот сарацинов готовится отплыть к Остии, чтобы через Тибр подняться к Риму и захватить него. Их сухопутная армия тоже движется к Риму. Судьба страны висит на волоске. Вы приходилось когда-нибудь испытать на себе арабское нападение?

Никколо обводит взглядом свою усадьбу, где еще видны следы разрушения, и знаком велит подвести к нему коня.

- Я еду с вами.

- Вам нет надобности ехать в Рим. Отправляйтесь прямо в Остию, готовьте корабли к битве.



Исповедь

Снова тюремщик вводит в камеру Гвидо гостя, на этот раз священника. Гвидо еще более оброс и опустился. Священник садится возле его койки.

- Мне сказали, что вы хотите исповедаться перед казнью.

- Да, святой отец.

- Я слушаю вас.

- Я обманул своего брата и не исполнил воли отца.

- И потому будете казнены. Этого требует Леон. Он боится вас и не верит вам. Продолжайте.

- Я дважды, по наущению Формоза, посылал к римскому папе убийц.

Иоанн откидывает капюшон.

- Я прощаю вас.

Гвидо поражен.

- Это вы?

- Да, я сам решил принять от вас покаяние. Если, конечно, вы захотите покаяться.

- Формоз сознался?

- Он изгнан и отлучен от церкви.

- Я грешен перед вами. Тогда, на балу, я чуть не убил вас. Я был пьян и не управлял собой.

- Вы уже за это наказаны. Помните ли вы за собой еще какие-нибудь грехи?

- Нет. Пожалуй, нет... Я, конечно, не был ангелом, но и злодеем тоже не был. Жил, как все. Просто мне не повезло. Был богат, влиятелен, счастлив – и вдруг разорен, унижен, оскоплен, осужден.

- И вы никогда не думали, почему так произошло?

- Я же говорю - не повезло.

- Без причины? Вы не чувствуете за собой никакой вины?

Гвидо пожимает плечами. Иоанн настаивает.

- Вспомните, не приходилось ли вам брать силой юную неопытную девушку.

- У меня было столько девушек… И разве можно понять, когда они притворяются, а когда сопротивляются всерьез?

- Вы действительно не помните? – И так как Гвидо не отвечает, Иоанн продолжает.

- Как-то, довольно давно, одна девушка рассказала мне на исповеди, что подверглась грубому насилию с вашей стороны.

- Я не знаю, о ком идет речь. Думаю, она отдалась добровольно.

- И поэтому двое ваших слуг крепко держали ее.

- Она лгала.

- Она сказала, что в качестве платы вы дали ей это кольцо. На нем ваш вензель и герб. Щедрый подарок. Вы узнаете его?

- Да,- мрачно отвечает Гвидо. – Теперь я вспоминаю. Где она теперь?

- Она умерла. Покончила с собой. Ее нет больше на этом свете.

- Я не думал, что дело так обернется…

- Это была совсем юная девушка с открытым щедрым сердцем, готовая вас полюбить. Вы же надругались не только над ее телом, но истоптали ей и душу. Уходя, вы сказали ей со смехом: "Отомсти мне, если сможешь" и оставили ее лежать на грязной дороге.

Иоанн поднимается.

- Возьмите свое кольцо.



Иоанна у Никколо.

Вечер. Коляска Иоанны подъезжает к усадьбе Никколо. Дом и парк уже восстановлены. Слуги, увидев коляску, зовут хозяина. Иоанна выходит из коляски и улыбается Никколо.

- Я случайно оказалась в этих местах и решила к вам заглянуть.

Никколо взволнован.

- Я очень рад. Сказать честно, я уж и не надеялся вас увидеть.

- А вы этого хотели?

- Да, я ждал вас все время. Правда, вот уже несколько недель я здесь почти не бываю, но я дал слугам указание немедленно известить меня, если вы приедете. Я бы прискакал немедленно.

- Где же вы теперь пропадаете?

- Неподалеку, в гавани. Я получил назначение приготовить папский флот к битве с арабами. К счастью, по распоряжению папы на сегодняшний вечер мне дали отпуск до утра, чтобы перед сражением привести в порядок дела в имении. Иначе вы бы меня не застали.

Иоанна улыбается.

- Видите, какое счастливое совпадение.

- Да, в последнее время со мной творятся удивительные вещи. Сначала ваше неожиданное появление. Затем непомерное вознаграждение за мою ничтожную услугу. Потом армия рабочих строит заново мое имение. Потом папская канцелярия предлагает мне высокий пост. Я чувствую, что все это связано, но не могу понять, как. Кто-то решил вернуть меня к жизни. Может, вы это объясните?

- При чем тут я?

- Я ничего о вас не знаю. Я не успел даже спросить, как вас зовут.

- Иоанна.

- Кто вы? Откуда вы родом? Где вы живете?

- Вы не хотите показать мне ваш дом?

- Да, конечно.


Иоанна в сопровождении Никколо осматривает дом.

- Мне здесь нравится, - говорит она.

- Мне тоже. Правда, кое-чего здесь не хватает.

- Чего именно?

- Хозяйки.

- Так поищите ее.

- Мне кажется, я уже ее нашел.

- В чем же дело?

- Надо спросить ее, не меня.

- Так спросите.

- Завтра или послезавтра сражение. Кто знает, чем оно кончится… Но если я вернусь живой, я спрошу ее.

- Что ж, дело мужчин - сражаться, участь женщины – ждать.

Никколо берет Иоанну за плечи и поворачивает к себе.

- А ты будешь меня ждать?

Вместо ответа Иоанна обнимает его.

Утро. Иоанна и Никколо в постели.

- Ты мне так и не сказала, кто ты.

- Я Иоанна.

- Это не ответ.

- Я тебя люблю, я твоя, я счастлива. Что еще тебе нужно?

- А вдруг ты снова исчезнешь? Как я тебя найду?

- Меня не надо искать.

- Кто твои родители?

- У меня нет родителей.

- С тобой связана какая-то тайна, я это чувствую.

- Никколо, я скажу тебе сейчас что-то очень серьезное. Если ты хочешь, чтобы мы были вместе, никогда не расспрашивай меня, кто я и откуда. Никогда. Обещаешь?

- У меня нет другого выбора.

- Считай, что я упала с неба. Тебя это устраивает?

- Вполне. Ведь так оно и есть.

- Нам пора. Тебя, я думаю, ждут на флоте. Да и мне надо возвращаться. Завтра битва. Дай мне какого-нибудь коня.

- Ты поскачешь верхом?

- Да, я опаздываю.


У ворот усадьбы Иоанна прощается с Никколо.

- Прощай. Может быть, мы не увидимся. Береги себя.




Перед зеркалом

В зеркальном зале Иоанна, одеваясь и глядя на свое отражение, снова разговаривает сама с собой.

- Завтра - решающее сражение, а я думаю не об Италии, не о судьбах Рима, а только о нем. Это стыдно, но я ничего не могу с собой поделать. Хватит. Я слишком долго была мужчиной, хочется побыть и женщиной. Я хочу быть мамой, а не папой. Я хочу, чтобы в доме смеялись дети... Но пока приходится нести свой крест.
Иоанна надевает мужской костюм, но на этот раз не одежду дворянина, и не мантию священника, а воинские доспехи.


Иоанн и Ламберто

Рабочий кабинет папы в Латеранском дворце. Секретарь вводит к Иоанну Ламберто и с поклоном удаляется.

- Ты звал меня?- спрашивает Ламберто.

- Да.


- Я и сам спешил к тебе. Такого триумфа не знал еще ни один папа. Арабы разгромлены на суше и на море. Тебя называют спасителем Рима, во всех трактирах и на всех перекрестках говорят только о тебе. А ты, вместо того, чтобы шумно праздновать победу, сидишь в одиночестве в своем кабинете.

- Не будем об этом. Расскажи лучше о своих делах. Как поживает Анастасия?

- Ну, если честно, то Анастасия сама по себе, а я сам по себе… Но наши владения вместе, а это главное.

- Садись, Ламберто. Нам надо поговорить. Возможно, ты меня никогда больше не увидишь.

Ламберто поражен.

- Что это значит?

- Я не хочу больше быть папой. Я устал. Мне надоели заговоры, интриги, политика… Я понял, что нельзя переделать мир. По крайней мере, сейчас.

- Я что-то тебя не понимаю. Ты сейчас в зените своей славы. Ты вернул блеск папству, победил арабов, примирил Рим с Константинополем, распространил христианство на Запад и Восток, возложил императорскую корону на короля франков, восстановил богатство и достоинство своего рода, сокрушил наших соперников… Чем ты недоволен?

- Да, я исполнил все, что хотел от меня мой опекун. Теперь я свободен.

- Что значит "свободен"?

- Это значит, что я скоро исчезну. Если это произойдет, не ищите меня. Объяви, что меня закололи кинжалом, а труп бросили в Тибр. В наше подлое время этому никто не удивится.

- Зачем тогда ты вообще стал папой? Что тебя заставляло?

- Что? Не знаю. Стремление кому-то что-то доказать, глупое желание мести, уважение к опекуну… Это была ошибка. Но еще не поздно ее исправить.

- Нет, я этого не допущу. Ты мне нужен.

- Я – тебе? Зачем?

- Я еще не всего добился. Теперь, когда Гвидо устранен, я хочу стать королем Италии, а может, даже и императором. Ты возложишь на меня корону, как ты короновал Карла... Нет, я не дам тебе уйти.

- Интересно, как ты можешь мне помешать?

- Я оцеплю твой дворец. Я поставлю при тебе охрану. И тебе придется подчиниться. Я теперь самый могущественный князь во всей Италии.

- Надеюсь, ты не забыл, благодаря кому?

- Благодаря тебе. Но есть обстоятельства, когда родственные отношения и благодарность не принимаются в расчет. Ты в моих руках.

- Ты хочешь сказать, что берешь меня в плен?

- Можешь называть это и так.

- Глупый Ламберто… Ты не лучше Гвидо. Мне жаль тебя. Я мог бы сокрушить тебя в один день, но мне уже все равно. Иди. И передай привет Анастасии.

- Я уйду. Но сначала отдам некоторые распоряжения. А завтра мы поговорим по-другому.

Ламберто хлопает в ладоши. Появляются стражники.

- Охраняйте его святейшество. Не позволяйте ему покинуть дворец. Ему угрожают заговорщики.

Иоанн спокойно поднимается со своего места.

- Прощай, Ламберто.

- До свидания. Мы встретимся еще не один раз.
Иоанн уходит в свои личные покои. Ламберт отдает приказ стражникам.

- Встаньте у дверей и никого оттуда не выпускайте.



Стражники охраняют Иоанна

Ночь. Стражники дремлют на своем посту. Дверь открывается, из нее выходит женщина. Она в простой одежде, в руке узелок, на голове платок. Стражники вскакивают и преграждают ей дорогу.

- Стой! Кто ты такая?

- Я мыла полы в покоях его святейшества.

- А теперь вернись и помой окна.

- Окна уже вымыты.

- Нам велено никого не выпускать, так что возвращайся.

- Но я уже сделала все, что от меня требовалось.

Стражники хохочут.

- Если тебе скучно, мы можем составить тебе компанию.

- Меня муж убьет, если я останусь здесь на ночь.

- А я тебе говорю – велено никого не выпускать.

Второй стражник вступается за женщину.

- Бог с ней, пусть идет. В конце концов, нам приказано не выпускать только папу.

Стражник снова смеется.

- А может, она и есть переодетый папа.

Его товарищ поддерживает шутку.

- Да, откуда мы знаем, что ты не переодетый папа? Докажи, что ты женщина, тогда мы тебя пропустим.

Иоанна, помедлив, разрывает себе на груди платье.

- Ну, может, вам показать еще что-нибудь? Смотрите, я пожалуюсь на ваши бесчинства.

- Черт с тобой, иди, - бормочет стражник. Иоанна запахивает грудь платком и уходит.

Иоанн с Николо возвращается в старый дом
По знакомой лесной дороге едут рядом на лошадях Иоанна и Никколо. Они подъезжают к старой усадьбе, спешиваются и стучатся в ворота. Их открывает управительница. Не веря своим глазам, она бросается Иоанне на шею.

- Иоанна, ты ли это?

- Как видишь.

- Надолго?

Иоанна, держа Никколо за руку, обводит взглядом знакомый парк, цветы, рощи на горных склонах.

- Насовсем.



Эпилог

Иоанн Восьмой был объявлен убитым, и вместо него в декабре 882 г. папой был избран Маринус Первый, малозначительный епископ. Римская церковь в течение полутораста лет не могла найти равного Иоанну лидера, и вплоть до Григория Великого папство переживало самый унизительный период в своей двухтысячелетней истории.

Мефодий умер через два года после исчезновения Иоанна. И католическая, и православная церкви признали Кирилла и Мефодия святыми.

Город Фриули, основанный еще Юлием Цезарем под именем Форум Юлия (откуда и пошло название герцогства), процветал до 1420 г., после чего он был присоединен к государству Венеции. Фриули, равно как Сполето и Беневенто, существует и поныне.

Епископ Формоз все-таки добился своего: спустя девять лет после ухода Иоанна он был избран папой. Ламберто Сполетский тоже достиг своей цели: в 892 г. он стал королем Италии и был даже провозглашен императором Священной Римской империи. Его супруга разделила с ним трон. Формоз, продолжая борьбу против семьи Сполето, попытался лишить Ламберто короны. Однако Ламберто остался императором и сумел отомстить Формозу даже после смерти этого изворотливого папы. Тело Формоза было вынуто из могилы, водружено на папский трон, и над трупом был устроен суд. После того, как труп был осужден, его бросили в Тибр.

Иоанна и Никколо жили долго и счастливо.



Легенда о папессе жива до сих пор.


<< предыдущая страница  



Чудо — свобода Бога. Гилберт Честертон
ещё >>