Рассказ-воспоминание Подготовка - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Новогоднее воспоминание из детства 1 26.68kb.
Рассказ воспоминание 1 23.42kb.
Анамнезис (от греч anamnesis воспоминание, припоминание) – по Платону... 1 294.1kb.
Рассказ воспоминание «Просто я соскучилась…» Дудка Людмила Николаевна... 1 51.2kb.
Подготовка деталей и сборка под сварку. Подготовка присадочных материалов 1 98.23kb.
Лекция рассказ в экскурсии 1 273.13kb.
Сценарий Зимнего праздника «Про лыжные секреты расскажем всему свету» 1 30.96kb.
Рассказ «Дары волхвов» 1 55.88kb.
Рассказ по содержанию текста. Озаглавьте свой рассказ. (60 баллов) 1 35.89kb.
Рассказ по содержанию текста. Озаглавьте свой рассказ. (50 баллов) 1 59.5kb.
Планирование курса «Основы мировых религиозных культур» 3 388.86kb.
Выборка данных 4 571.47kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Рассказ-воспоминание Подготовка - страница №3/3

Участие в передаче «Умницы и умники» очень многому меня научило. Помимо чудовищного объема знаний, колоссального жизненного опыта, водопада доселе незнакомых чувств и эмоций, целой галереи новых видов, вкусов, запахов, звуков и ощущений, серии значимых знакомств, я понял несколько важных вещей. Четвертьфинал научил меня не бояться книг, где, как говорят в Интернете, «многа букаф». Какой бы объемной и сложной не была книга, теперь я знаю, что при желании способен ее прочитать и понять, и к тому же буду знать примерный срок, за который я сделаю это. Я научился обнаруживать нужную мне информацию, пользуясь всеми доступными источниками – библиотеками, Интернетом, книжными магазинами, услугами преподавателей вузов, школьных учителей и собственных родителей. Я обнаружил в себе полезную способность на некоторое время превращаться в настоящую машину и работать сутками без остановки, регулируя уровень жизненных сил, усталости и энтузиазма. Я овладел основами контроля собственного разума и души – теперь при желании я могу вызвать у себя любое чувство от гнева и печали до радости и счастья, настроить себя на нужную мне «тональность», в зависимости от того, какую песню – минорную или мажорную – мне предстоит исполнить. Я научился на время избавляться от таких вредных в работе чувств, как сомнение, нетерпение, вялость, непоследовательность, сентиментальность, невнимательность, а также давить присущие творческой личности качества: обидчивость, влюбчивость, мечтательность, чувствительность. Я вовсе не приучал себя становиться моральным уродом, но лишь на время извлекал из души то, что могло отвлечь от поставленной задачи.

Помимо всего прочего, сравнив пути Америки, России и Китая, я определился со своими политическими взглядами и пришел к тому, что русской национальной идеей должна стать максима Сергея Уварова «православие, самодержавие, народность». Только единоличный харизматический правитель способен сплотить под своим началом такую огромную многонациональную страну, как Россия. Опираясь одной рукой на русскую православную традиционную культуру, а другой на талантливый (истинно так!) русский народ, оный лидер выведет ее к иной, лучшей жизни. Какая разница, как его будут называть – Великий князь, царь-батюшка, государь-император, товарищ генсек или господин президент? Суть одна. О, великий самодержавный монарх! Верой и правдой служить буду тебе, молю об одном лишь – люби Россию, храни ее, как зеницу ока! И тогда мой меч (перо) и моя жизнь – к твоим услугам.

Знакомство со Львом Толстым на полуфинале стало целой вехой на пути моего творческого роста. Вдохновленный примером великого писателя, я узнал, из чего вырастает величие, на чем оно покоится и какими путями можно заманить его в свои сети. Роман «Воскресение» произвел в моей душе настоящую революцию – на долгих три дня ангелы порядочности и демоны цинизма сделали мою душу полем своих разборок. Сложный мой нравственный выбор сложился весьма неоднозначно – я решил попытаться удовлетворить свои амбиции и насытить пороки, главным из которых является тщеславие, но по возможности, пользоваться «добрыми» средствами, не причиняя никому зла.

История с Михаилом Пуляевским научила не доверять людям. Вчерашний друг, припертый обстоятельствами, может в любой момент возненавидеть тебя, стоит лишь дать для этого незначительный повод. Для Михаила таким поводом стал мой рассказ, воспринятый, как грубая и глумливая карикатура.

Ну а финал… Финал заставил меня задуматься о роли учителя в жизни людей. Роль эта – горькая шекспировская трагедия. Всю жизнь травят, как влюбленного Ромео, гонят прочь, как забытого Лира, не понимают, как вздорного Гамлета, и душат, как несчастную Дездемону. Великие учителя, какую горькую чашу пришлось вам испить!

Сократа казнили законопослушные демократы, которым слишком больно было слышать о себе правду. Яна Амоса Коменского преследовали по религиозным причинам католики во главе с Папой Римским, так что ему пришлось десяток лет прятаться в лесах, как дикому зверю. Иоганна Генриха Песталоцци с его идеями не воспринимали всерьез, ведь мысль его намного опередила свое время. Константина Дмитриевича Ушинского преследовала царская реакция и погрязшие в собственном невежестве попы, в любом отступлении от нормы видевшие «вольнодумство». У Льва Николаевича Толстого, пока он лечился от чахотки в Самарской губернии, в Яснополянской школе жандармы провели обыск, пытаясь найти нелегальную подпольную типографию – это так возмутило писателя, что у него отпало всякое желание заниматься педагогической практикой. Антона Семеновича Макаренко клеймили «прожектером», «несоветским» и «мелкобуржуазным» педагогом и даже довели до разрыва сердца, хотя его колония имени Горького воспитала прекрасных и преданных Родине людей, а завод фотоаппаратов «ФЭД» (Ф.Э. Дзержинский) на базе коммуны оного товарища поставлял в копилку Союза до нескольких миллионов рублей чистой прибыли в год. Василию Александровичу Сухомлинскому, у которого в сердце было три осколка фашистского снаряда, приходилось лебезить перед кабинетными червями, возомнившими себя знающими педагогами, уверяя, что его идеи нисколько не противоречат коммунистической идеологии, а он всего-навсего писал для детей сказки (но и туда приходилось вставлять цитаты из полного собрания сочинения Ильича)!

Всех их после смерти обожествили, признали великими и гениальными, «единственными в своем роде», всем воздвигли памятники – рукотворные и не очень. Где, ГДЕ вы были при жизни тех, кому не достойны даже вылизывать сапоги языком, презренные ничтожества??! Вы презирали их, травили, как плешивых собак, обвиняли в разврате, ереси, богохульстве, вольнодумстве, оппортунизме, ревизионизме и прочей хрени! Вы убили их!!! И где вы сейчас??! Имена ваши помнят разве что узкоспециализированные историки да чересчур усердные ботаники исторических факультетов! Вы пыль, грязь и перегной, а слава Великих переживет века!

Как сказал Ян Коменский, учитель есть самая почетная в мире должность. Но она и самая сложная. Тот, кто с честью взвалит на себя сей непомерный груз, не согнется под тяжестью бремени, будет щедро вознагражден за труды свои. А кто не сдюжит – наказан страшнейшей карой – забвением. К сожалению или к счастью, я не чувствую в себе призвания учить людей непосредственно напрямую. Мое дело – писать. Хотя, не исключена возможность того, что в какой-то отрезок жизни я пойду по стопам своего отца – стану преподавателем…

Изучая чужих учителей, я одновременно вспоминал своих. Их много, начиная от дворовых хулиганов и одноклассников и заканчивая мудрыми профессорами и бессмертными личностями. Нет смысла перечислять – имена их значимы только для меня. Главное, я помню и ценю их вклад в мой характер, познания и взгляды. Спасибо всем вам, мои дорогие учителя! Особую благодарность хотел бы выразить некоторым людям:

Спасибо Галине Павловне Коноплевой, или просто моей милой Гале, самой лучшей бабушке на земле. Без того светлого, чистого, доброго фундамента любви к познанию, что она мне дала, я не смог бы ступить и шагу в потемках запутавшегося в самом себе мира. Она рано покинула меня, это был тяжелый удар, но я склонен считать, что так было нужно Богу, чтобы дальше я шагал уже сам, оберегаемый ее ласковой невидимой рукой.

Спасибо моим милым родителям Александру Ивановичу и Регине Игоревне Туровым. Любое мое безумное начинание они всегда с готовностью поддерживали как морально, так и материально. Спасибо папе за его сдержанность, спокойствие, мудрость и терпение. Спасибо маме за ее неудержимое рвение, бешеный энтузиазм и неисчерпаемые идеи.

Спасибо Александру Васильевичу Урманову, профессору литературы Благовещенского педагогического университета, который научил меня искусству, которое, пожалуй, важнее всего для будущего писателя – читать книги. После первого занятия с этим мудрейшим человеком я несколько недель просто боялся читать – а вдруг упущу нечто важное, вдруг не пойму, вдруг в памяти отложится только сюжет? На примере А.И. Солженицына Урманов учил меня писать «кратко и глубоко», обуславливая это особенностями времени, которое ускоряется с каждым днем. Многочисленные беседы с ним – творческие, политические, нравственные – оказали огромное влияние на мое мировоззрение, за что низкий Вам поклон, Александр Васильевич!

Спасибо Александру Семеновичу Бобошко, замечательному амурскому поэту и барду, за то, что внес существенный вклад в мое нравственное воспитание. Глубоко в душу мне запала его фраза: «Главное мое достижение в жизни – это то, что я всегда жил по совести». Какие мудрые и пронизанные чувством собственного достоинства слова! Меткого слова Вам, Александр Семенович!

Спасибо Владиславу Григорьевичу Лецику, корифею амурской прозы, публицистики и издательского дела, за то, что научил меня критически относиться к себе и с юмором отмечать собственные ошибки. Писатель с нелегкой судьбой, он в свои немалые годы остается наиживейшим, интереснейшим и нужнейшим области человеком, и это заслуживает глубочайшего уважения и высочайших похвал.

Ну и, наконец, большое спасибо Юрию Павловичу Вяземскому, который научил меня… да много чему научил, хотя даже сам об этом не догадывается. Его гениальная повесть «Шут» потрясла меня высотой слога, стилистикой, языком, композиционным решением и выводами, которые сделал автор в итоге. Фактически эта повесть является моей мечтой, осуществленной другим человеком. Я тоже хотел написать почти так же, но, увы, Юрий Павлович опередил меня на тридцать лет. Вяземский является для меня примером безграничных возможностей человеческого интеллекта (в гуманитарной сфере). Передача «Умники и умницы» выходит в эфир вот уже восемнадцать лет, и каждый год этот великий человек читает книг по заданным нам темам ничуть не меньше, чем сами умники, вникая в самые незначительные тонкости. Представить, какой это чудовищный объем литературы, не хватит никакой фантазии. Конечно, со временем кое-что в памяти сглаживается и стирается, но ведь человеку вовсе не обязательно быть компьютером или ходячей библиотекой. Человек приобретает знания, чтобы делиться ими с окружающими. Юрий Павлович делится. Суперэрудит, или «заумник», как Он себя называет, Вяземский владеет пятью языками, преподает на кафедре зарубежной литературы и культуры в одном из самых престижных университетов России, пишет книги и ведет передачу, не имеющую аналогов во всем мире. Благодаря его олимпиаде уже сотни юношей и девушек - как из Москвы, так и из маленьких городов и поселков - поступили в МГИМО, получили прекрасное образование и обрели свое место в мире. И все это заслуга Юрия Павловича, ведь сама передача придумана им от начала и до конца, в отличие от многих других интеллектуальных шоу, «содранных» с западного эфира.

Радость моя в том, что Юрий Павлович будет учить меня еще долгие годы, а уж я постараюсь извлечь из его уроков как можно пользы для себя и моих близких.



Ну вот, пожалуй, и все, друзья мои! Так закончилась моя трехэтапная эпопея. Так закончился еще один, очень важный, этап моей жизни. Не зря спортсмен Даниил когда-то сравнивал игру с кроссом. Тут все, как в жизни: неожиданный низкий старт, волнительное и напряженное продолжение, и, наконец, финишная прямая - красивый завершающий штрих, жирная точка в конце первого предложения из жизни мечтательного юноши, который в неполные восемнадцать сумел добиться всего, о чем только мог мечтать. Много было в жизни забегов – везло всегда, сколько себя помню. Так пусть же удача моя пребудет со мной и дальше, пусть книга моя не заканчивается! Пусть за строчкой следует новая, отлитая золотом, не менее захватывающая и поучительная! Пусть за главой наступит новая глава, на горизонте замаячат новые Эльбрусы и Джомолунгмы! Нет на свете ничего прекраснее, чем видеть перед собой достойную благородного мужа цель и стремиться к ней, смакуя по пути крупинки счастья, порою целыми горстями рассыпанные у тебя на дороге! Умение видеть счастье даже там, где, казалось бы, нет места и лучику света – не это ли величайшее искусство? «Учиться и время от времени повторять изученное, это ли не приятно?» Так говорил Конфуций.

17 - 22 апреля 2010 г. Благовещенск
<< предыдущая страница  



Не все, что хорошо кончилось, следовало начинать. Александр Фюрстенберг
ещё >>