Письма из франции - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Творческая работа по составлению частного письма. Наглядность: раздаточный... 1 104.37kb.
Лабораторная работа 22-23 Табличные информационные модели Таблицы... 1 183.49kb.
Отправитель письма запросил подтверждение о прочтении письма 1 181.59kb.
Импрессионизм 1 113.85kb.
Part 4 writing раздел 4 письмо 1 11.3kb.
Письма по-английски на все случаи жизни. Пономарёва С. Л 4 605.45kb.
Наставления, поучения, письма 1 256.59kb.
Б. Д. Дандарон письма о буддийской этике 23 5105.94kb.
Б. Д. Дандарон письма о буддийской этике 23 5132.89kb.
«Фронтовые письма свидетели истории». (8 класс) 1 153.16kb.
Н. А. Денисова 1 курс, кфу, г. Казань. Науч руковод. − Агеева А. 1 43.35kb.
Протоиерей Иоанн Мейендорф византийское богословие исторические тенденции... 27 3781.7kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Письма из франции - страница №1/7



ЧАСТЬ I

ПИСЬМА ИЗ ФРАНЦИИ
В первую часть второго тома материалов архивного фонда архиепископа Иоанна (Поммера) включены материалы, связанные с историей русской церковной эмиграции во Франции. Преимущественно это письма, адресованные Владыке; сюда же включены и некоторые другие связанные с перепиской документы. Первая часть книги разделена на 5 разделов, которые в некоторых случаях дополнительно разделяются на подразделы или же снабжены приложениями.

Автор публикуемых в первом разделе писем — митрополит Евлогий (в миру Василий Семенович Георгиевский) родился в 1868 году. В 1882 окончил Белевское Духовное Училище, затем обучался в Тульской семинарии и Московской Духовной Академии, которую закончил в 1892 г. Принял монашеский постриг, занимал должности инспектора Владимирской Духовной Семинарии, затем ректора Xолмской. В 1903-1905 гг. он епископ Люблинский, викарий Холмско-Варшавской епархии; с 1905 епископ Холмский и Люблинский. В 1912 г. возведен в сан архиепископа; с 1914 г. архиепископ Волынский и Житомирский. Участвовал в Соборе Русской Православной Церкви 1917-1918 гг. В 1918 г. был арестован в Киеве Петлюрой и вывезен в Польшу, затем в Австрию и Румынию. В 1919 г. был освобожден, вернулся в Новороссийск, работал в Высшем Церковном Управлении в Новочеркасске и Екатеринославе. В 1920 г. эмигрировал в Сербию, позже проживал в Берлине и затем в Париже. В 1921 г. Патриарх Тихон назначил тогда еще архиепископа Евлогия временно управляющим западноевропейскими русскими приходами, а в 1922 г. возвел его в сан митрополита. В 1930 г. митрополит Евлогий вышел из юрисдикции Московской Патриархии после увольнения его от должности по политическим причинам Заместителем Местоблюстителя Патриаршего Престола митрополитом Сергием (Страгородским); с 1931 г. пребывал в юрисдикции Константинопольской Патриархии. После окончания второй мировой войны, в 1945 г., вновь воссоединился с Русской Православной Церковью. Скончался 8 августа 1946 г.I

Знакомство архиепископа Иоанна с митрополитом Евлогием произошло еще в 1906 г. (см. об этом в приложении 1). Вскоре после прибытия архиепископа Иоанна в Латвию между ними установилась переписка, продолжавшаяся до последних лет жизни Владыки Иоанна (первое из сохранившихся писем датировано 3.08.1921, последнее — 17.10.1932).

Из ответных писем архиепископа Иоанна в архиве сохранилась копия одного из них, а также черновик другого — оба документа публикуются в приложениях, куда включены и другие материалы, органически связанные с содержанием переписки

Публикуемые во втором разделе письма В.В.Зеньковского, видного русского религиозного деятеля и мыслителя, привлекают к себе внимание как значительностью имени их автора, так и связью с событиями их вызвавшими. Всего сохранилось три письма В.В.Зеньковского к архиепископу Иоанну. Одно из них относится к 1926 г., два других написаны в 1932 г.

Первое письмо было послано из Ниццы и датировано 13/26 августа. Год не указан, но легко устанавливается из контекста письма. Речь в нем идет о последствиях конфликта, возникшего на архиерейском соборе 1926 года в Сремских Карловцах и положившего начало заграничному расколу Русской Православной Церкви.

Напряженные отношения между митрополитом Западноевропейских церквей Евлогием (Георгиевским), а также митрополитом Североамериканским Платоном (Рождественским), с одной стороны, и Карловацким Синодом — с другой, обозначились уже на заграничном соборе 1924 г., что было связано со стремлением Синода подчинить своему контролю русские православные приходы в Западной Европе и Православную Церковь в Америке. К 1926 году отношения обострились еще более. В результате митрополит Евлогий и митрополит Платон были вынуждены прекратить свое участие в заседаниях архиерейского Собора 1926 года и демонстративно покинули Сремские Карловцы. Уже в отсутствие митрополита Евлогия Собор постановил выделить Германию в самостоятельную епархию, управляемую послушным Синоду Берлинским епископом Тихоном (Лященко), бывшим до этого времени викарием митрополита Евлогия. Кроме того, на Карловацком Соборе тогда же были приняты постановления, направленные против Христианского Союза Молодых Людей и Христианского Союза Молодых Женщин (YMCA и YWCA), определенных как организации «явно масонские и антихристианские». В результате пристальное внимание Собора было также обращено и на открытый митрополитом Евлогием в 1925 г. Богословский Институт в Париже, существовавший благодаря финансовой поддержке упомянутых осужденных собором организаций. Митрополит Евлогий ответил на эти постановления резким протестом; особенное возмущение у него вызвало отторжение от Западноевропейской епархии приходов в Германии. Он заявил, что не признает над собою канонической власти Карловацкого Синода, и с этого момента разрыв его с Сремскими Карловцами определился окончательно. В январе 1927 г. на очередном архиерейском Соборе в Карловцах митрополит Евлогий и подчиненное ему духовенство были запрещены в священнослужении. Запрещение это митрополитом Евлогием также не было признано законным.II

Письмо В.В.Зеньковского было написано вскоре после завершения работы Собора 1926 г., еще до того момента, когда все точки над i были окончательно расставлены и когда еще оставалась надежда на возможность примирения.

Какова была реакция архиепископа Иоанна на письмо В.В.Зеньковского? Предпринимал ли он какие-либо шаги к урегулированию возникшего конфликта? На эти вопросы можно ответить только предположительно. Текст ответного письма (если оно было написано) в настоящее время не известен. Однако в других источниках можно найти упоминания о том, что со своей стороны и по собственной инициативе какие-то шаги к умиротворению периодически возникавших заграничных церковных распрей архиепископ Иоанн неоднократно предпринимал. Об этом свидетельствуют, в частности, сохранившиеся письма к нему митрополита Североамериканского Платона.III Не исключено, что и в данном случае он пытался что-то сделать.

Тем не менее, особенно активно в возникавшие в эмиграции церковные разногласия архиепископ Иоанн не вмешивался и ни одну из противоборствующих сторон явно не поддерживал, соблюдая своего рода нейтралитет. Он продолжал сохранять добрые отношения и с митрополитом Антонием (Храповицким), возглавлявшим Карловацкий Синод, и с митрополитом Евлогием (после разрыва последнего с Сремскими Карловцами, а позднее и после разрыва его же с Московской Патриархией с последующим переходом в Константинопольскую юрисдикцию). Одновременно он вел вполне дружескую переписку и с митрополитом Литовским Елевферием, неизменно придерживавшимся промосковской линии, продолжая поддерживать с ним связь даже и после декларации заместителя Местоблюстителя Патриаршего Престола митрополита Сергия (Страгородского) о лояльности по отношению к советской власти, несмотря на то, что сам архиепископ Иоанн подписать соответствующий документ в категорической форме отказался.

Вместе с тем, можно предположить, что уже в 1926 г. особое внимание Рижского архиепископа (и по всей видимости вполне сочувственное) привлекли упомянутые постановления Карловацкого Синода, направленные против протестантских религиозных организаций: в сохранившемся в архиве присланном ему экземпляре постановлений Собора соответствующие пункты отчеркнуты на полях двойной чертой.IV Этот факт в какой-то степени можно рассматривать как своего рода пролог к последующему конфликту, возникшему в начале 1930-х гг., между архиепископом Иоанном и руководством Русского Студенческого Христианского Движения в Париже и его филиала в Латвии — Русского Студенческого Православного Единения (связь Движения с протестантскими молодежными организациями была широко известна). С обстоятельствами этого конфликта и связано содержание двух других писем В.В.Зеньковского.V

Помещенное в третьем разделе письмо адресовано не архиепископу Иоанну, однако оно сохранилось в его архиве и по своему содержанию отчасти оказывается связано с тематикой предшествующего раздела, поскольку речь в нем опять же идет о Русском Студенческом Христианском Движении.

Письмо определенно принадлежит протоиерею Сергию Четверикову, духовнику РСХД и настоятелю движенской церкви Введения во храм Пресвятой Богородицы в Париже. О. Сергий организовал внутри Движения христианское Содружество с более строгой церковной дисциплиной. В связи с деятельностью Движения посещал также и Латвию. Хотя письмо подписано лишь инициалами, но его принадлежность о. С.Четверикову определяется его содержанием, поскольку автор говорит в нем о себе как о руководителе Содружества. Адресатом письма, сколько можно судить по совпадению имени и отчества, является Лев Александрович Зандер — философ, богослов, один из центральных секретарей РСXД. В 1929 г. Зандер приехал в Латвию, некоторое время жил в Риге, помогая организовывать работу Движения (о его деятельности в Латвии см.: Плюханов Б.В. РСХД в Латвии и Эстонии. С. 80-125).

Не совсем ясно, каким образом это письмо могло попасть в архив архиепископа Иоанна. Скорее всего интерес к нему у Владыки мог возникнуть в то время, когда он уже однозначно отрицательно относился к Движению.

Автор помещенных в четвертом разделе писем — профессор Сергей Сергеевич Безобразов (впоследствии еп. Кассиан) (1892-1965). Родился С.Безобразов в Санкт-Петербурге, впоследствии преподавал в Петроградском ун-те, затем в открывшемся в 1922 г. Петроградском Богословском Институте. В 1922 г покинул Россию. Вначале пребывал в Белграде, затем в Париже. С 1925 г. являлся профессором парижского Богословского Института; с 1947 после епископской хиротонии его ректором.

В пятом разделе собраны адресованные архиепископу Иоанну письма студентов-латвийцев, обучавшихся в Богословском институте в Париже (такая возможность предоставлялась преимущественно лучшим выпускникам Рижской духовной семинарииVI).

Первую часть публикуемых документов составляют письма Василия Рушанова. Василий Евстратиевич Рушанов родился в семье священника, окончил Рижскую духовную семинарию, в 1928 г. был направлен в парижский Богословский институт. Пользовался особым вниманием архиепископа ИоаннаVII. В свою очередь, Василий Рушанов платил Рижскому Владыке также самой искренней привязанностью — об этом определенно говорит содержание его писем. В 1931 г. он был рукоположен митрополитом Евлогием в диаконы. В 1932 г. по окончании института вернулся в Латвию. Довольно много публиковался в латвийском духовном журнале «Вера и жизнь», его статьи появлялись также и на страницах газеты «Сегодня». Позже был рукоположен во священники. Во время Второй мировой войны участвовал в работе Псковской миссии. Был убит 16 марта 1943 гVIII.

В публикацию включены пять писем Василия Рушанова к архиепископу Иоанну, а также и его своеобразный отчет — список и характеристика лиц, входивших в центральный секретариат РСХД. Одно из писем носит сугубо личный характер — написано оно в связи с дошедшими до автора слухами о получивших распространение в Риге накануне его возвращения в Латвию сплетнях о нем. Особый интерес представляют собой четыре других письма, а также и упомянутый отчет. В них Василий Рушанов подробно делится своими впечатлениями о жизни русской эмиграции (главным образом церковной) в Париже. Его письма интересны отразившейся в них личной позицией автора, весьма отличной от опубликованных в настоящее время относящихся к подобной же теме мемуаров и документов. Как правило, это материалы по своему содержанию либо сугубо апологетические, либо агрессивно-враждебные (в последнем случае обычно связанные с карловацкими источниками). В данном же случае мы имеем дело с точкой зрения человека, воспитанного в традиционных церковных представлениях и пребывавшего до своего переезда в Париж в сравнительно мирной церковной обстановке, лишенной тех споров и юрисдикционных разделений, с которыми ему пришлось столкнуться в Западной Европе. Кроме того, Василий Рушанов попал и в весьма необычный для него духовный и интеллектуальный климат, свойственный парижской богословской школе. Все это следует учитывать, читая его письма.

Письма написаны, очевидно, между 1929-1931 гг. При датировке автор указывал лишь число и месяц, тем не менее, упоминаемые в письмах события позволяют более или менее точно установить год их написания. Соответствующие пояснения, касающиеся датировок, приведены в комментариях к письмам.

Вторую часть раздела составляют письма Алексея Ионова. Родился Алексей Васильевич Ионов 29 марта 1907 года в г. Двинске (Даугавпилсе). После завершения школьного обучения в 1927 г. поступил в Латвийский университет. В 1929 г., оставив университет, поступил в Свято-Сергиевский богословский институт в Париже. 30 октября 1932 г. был рукоположен в диаконы и 17 апреля 1933 г. во священники. В 1933 году он возвращается в Латвию. Во время войны принимал активное участие в деятельности Псковской Миссии. В 1944 г. эвакуировался в Германию, затем переехал в США. Скончался в 1977 г. в сане протопресвитераIX.

В третью часть раздела включено лишь одно сохранившееся письмо Константина Михайлова.

Завершает раздел коллективное пасхальное поздравление студентов-латвийцев, посланное архиепископу Иоанну в последний год его жизни — в 1934 году.

И, наконец, в заключительный шестой раздел включено письмо известного русского писателя И.С.Шмелева. Вслед за письмом помещена небольшая статья, комментирующая его содержание.
Примечания

I О жизни и деятельности митр. Евлогия подробнее см. в его кн. воспоминаний: Евлогий (Георгиевский), митр. Путь моей жизни: Воспоминания. М., 1994.

II Об обстоятельствах заграничного раскола Русской Православной Церкви см.: Цыпин В., прот. История Русской Церкви 1917-1997 // История Русской Церкви. Кн. IX. М., 1997. С. 559-560; а также в кн. митрополита Евлогия «Путь моей жизни» (С. 559-565). См. в связи с этим также и № 13 в первом разделе настоящей части.

III См.: раздел I части III в настоящем томе.

IV См.: ЛГИА. Ф. 7131. Оп. 1. № 27. Л. 123 об. – 125.

V Об обстоятельствах этого конфликта см. подробнее в сн. 84 к настоящей главе.

VI Всего в Парижском институте согласно сборнику, выпущенному к 75-летию Свято-Сергиевского подворья в Париже, обучалось 6 латвийцев (см.: Свято-Сергиевское подворье в Париже: К 75-летию со дня основания. Париж; СПб., 1999. С. 65).

VII Об этом свидетельствует, в частности, одно из писем к архиепископу Иоанну митрополита Литовского Елевферия (см.: Из архива св. священномученика архиепископа Иоанна [Поммера]: Письма и другие документы / Сост. Ю.Сидяков. Т. 1. Рига, 2008. [Seminarium hortus humanitatis: Альманах ХIV]. С. 67).

VIII О свящ. Василии Рушанове см. также: Синодик Псковской Миссии // Санкт-Петербургские епархиальные ведомости. Вып. 26-27. [СПб., 2002]. С. 14, 49.

IX См. также о нем: Синодик Псковской Миссии. С. 12, 47. В этом же издании опубликованы и воспоминания о. Алексея Ионова о его деятельности в Псковской Мисии (С. 228-236).
I

Письма митрополита Евлогия (Георгиевского) к архиепископу Иоанну.
1

Ваше Высокопреосвященство, Милостивый Архипастырь!

Прежде всего благословите братски облобызать Вас и от всей души приветствовать с благополучным вступлением на родную кафедру. Да поможет Вам Господь право править слово Его истины среди родного народа во благо св<ятой> Церкви Христовой и на спасение вверенной Вам паствы. Пишу Вам это приветствие из Берлина, куда прибили мою ладью бури последних лет после долгих странствий-скитаний по разным местам. Мне теперь поручено управлять русскими заграничными церквами в Европе1. Бремя по нынешним временам очень тяжелое, которое я едва влачу. С восторгом узнал я из газет о том величественном, красивом жесте, которым Вы ответили на насильственный захват Вашего архиерейского дома католиками2. Неужели латвийское правительство не восстановит Вашего права и примирится с этим возмутительным насилием?

Письмо это я направляю с членом латвийского Синода Вл.Я. Упестлеем3, который держит свой путь из Константинополя через Берлин в Ригу. Он введет Вас в курс наших церковных дел. Св<ятейший> Патриарх Тихон просил меня послать кого-нибудь из проживающих за границей русских епископов в Америку, на о<стров> Ситху4, где теперь самостоятельная миссия и где нет епископа. Высшее наше заграничное управление решило рукоположить для этой миссии копенгагенского архимандрита Антония5, долго в свое время подвизавшегося на Алеутских островах. Возможно, что хиротония состоится в Берлине. Есть предположение пригласить на это торжество святителей из Латвии, Эстонии и Финляндии. Если бы это устроилось, и мы могли бы послать Вам приглашение, не откажите пожаловать. Собираемся мы и свои ничтожные лепты выделить на голодающих в России, но хотели бы, чтобы они попали в руки Св<ятейшего> Патриарха. Если бы в этом направлении нашей работы потребовалось Ваше посредство — не откажите нам помочь Христа ради. И вообще не оставляйте нас сообщениями о том, что творится в несчастной России; Вы живете с нею в непосредственном соседстве. Прошу Ваших молитв.

С глубоким уважением и братскою о Христе любовию Ваш усердный слуга и богомолец

Архиепископ Евлогий

21 июля/3 авг<уста> 1921

Мой адрес: Berlin, Borsigwalde, Vittestrasse, 246


ЛГИА. Ф. 7131. Оп. 1. № 26. Л. 14. Автограф.
2

Ваше Высокопреосвященство, Милостивый Архипастырь.

Паки пишу Вам. Очень прошу с надежной оказией прилагаемое при сем письмо Св<ятейшему> Патриарху Тихону отпрарить по назначению7. Оно заключает в себе важные сведения, касающиеся положения правосл<авной> Церкви в Польше8.

Я, вероятно, по указанию Патриарха поеду в Америку разбирать там церковные нестроения9. Очень тяжела эта поездка по мотивам и нравственным и материальным, но ничего не поделаешь. Придется поехать. Тогда на мое место, м<ожет> б<ыть>, пришлют заместителя.

Податель сего — б<ывший> офицер Российский, вполне верный человек. Меня очень просят всячески его Вам рекомендовать.

Прошу Ваших молитв. Буду рад получить от Вас весточку. Кланяйтесь В.Я.Упестлею, он мне очень понравился. С глубоким уважением и братскою любовию Ваш покорный слуга и богомолец

Архиепископ Евлогий

13/26 авг<уста> 1921

Berlin, Borsigwalde, Vittestrasse, 24.
ЛГИА. Ф. 7131. Оп. 1. № 26. Л. 16. Автограф.
3

Епархиальное управление

русскими православными

заграничными церквами

в Европе10

декабря 22/января 3 дня 1921/22 года

№ 20
Ваше Высокопреосвященство, Милостивый Архипастырь.

Мне доставили из Лондона прилагаемые при сем наградные списки духовенства Приморской (Владивостокской) епархии с представлением преосвященного епископа Михаила, направляющего их в Священный Синод при Св<ятейшем> Патриархе Всероссийском. Позвольте усерднейше просить Вас препроводить все это дело в Москву по назначению.

Пользуюсь случаем, чтобы приветствовать Вас с праздником Рождества Христова и Новолетием, и с глубоким уважением и братскою о Христе любовию имею честь быть Вашим покорнейшим слугою

Архиепископ Евлогий, управляющий русскими православными церквами в Западной Европе.


ЛГИА. Ф. 7131. Оп. 1. № 26. Л. 56. Автограф.
4

Ваше Высокопреосвященство, Милостивый Архипастырь.

Сердечно благодарю Вас за доставленный мне указ о моем митрополитстве11, за Ваш добрый привет и за интересные сведения, которые получены мно<ю> через Вас относительно Русской Церкви. Вы правы — даже и в такую Родину, какой она является теперь, — все же неудержимо тянет и хотелось бы еще увидеть ее, родную Матушку-Россию, и послужить ей. Трудно там, ой, как трудно, — и великие подвижники наши святители российские; но кому теперь легко. И мне в моей особливой епархии in partibus infidelium12 — тоже не легко. Католичество, особенно в странах католических (Италия, Бельгия, Франция), делает отчаянный натиск на православие, и трудно бороться с ними при нашей нищете и бесправии. Особенно больно, когда забирают наших детей в католические приюты и школы, где они теряют и веру и язык и вообще превращаются в иностранцев. В Берлине кучка авантюристов образовала самочинно целую «общину» и ведет подкоп против нашего прихода. Хочу их отлучить от Церкви13. Не радуют дела в Польше. Поляки ополчились с необыкновенною свирепостью на православие, желая совершенно его искоренить. А новый экзарх Георгий14 идет у них на поводу и разошелся с очень хорошими собратиями Елевферием15, Владимиром16, Пантелеимоном17 и Сергием18. И в Финляндии распри по поводу нового стиля и в Эстонии19. Кажется, у Вас в этом отношении спокойнее: пред Вашей испытанной и исключительной энергией умолкают все протесты. Да поможет Вам Господь. Вспоминаю наше милое свидание в Ростове и Таганроге!..

От всей души приветствую с приближающимся Праздником Воскресения Христа. Да утешит Вас Господь. Помяните в своих молитвах глубоко почитающего и сердечно любящего Вас недостойного митрополита Евлогия

11/24 марта 1922

P.S. Прилагаемое письмо при случае будьте добры передать Св<ятейшему> Патриарху20.


ЛГИА. Ф. 7131. Оп. 1. № 26. Л. 71. Автограф.
5

Ваше Высокопреосвященство, Милостивый Архипастырь.

По поручению митрополита Антония посылаю Вам следующие важные бумаги: а) послание Константинопольского Патриарха Мелетия21 Св<ятейшему> Патриарху Тихону, б) доклад епископа Антония о ревизии нашей Американской церковной миссии и в) письмо м<итрополита> Антония22 на мое имя, как бы в пояснение и дополнение двух предыдущих документов. Если найдете возможным и целесообразным, пошлите все это в Москву при надежной оказии.

Что же это делается в Москве, что думает и затевает безумный предатель Антонин23? Почему ему не запретят священнослужения или даже не отлучат? Много ли у него единомышленников? Да хранит Господь нашу Церковь от раскола и от анархии!

Конечно, московские события быстро отражаются и у нас за границей. Сегодня отняли нашу берлинскую церковь (при посольстве) и передали вместе с посольским домом советской власти. Говорят, поставят там служить расстриженного мною иерея Зноско24!

Вчера неожиданно получил указ от нашего Патриарха об упразднении В<ысшего> Ц<ерковного> Управления за границей (за деяния Карловацкого собора) и о передаче этого управления мне25. Боюсь, не вызвало бы это новой смуты. А Георгий в Польше недвусмысленно ведет свой корабль к автокефалии. Беды отовсюду: и от разбойник и от лжебратии26. Но веруем во всепобеждающую силу живущего в Церкви Духа Божия.

Прошу Ваших молитв. С удовольствием читаю Ваши отзывы о московских событиях. Напишите, если узнаете что важное.

Душевно Вам преданный и глубоко уважающий

Митрополит Евлогий

3/16 июня 1922


ЛГИА. Ф. 7131. Оп. 1. № 26. Л. 87. Автограф.
6

Ваше Высокопреосвященетво, Милостивейший Арxипастырь.

Пишу Вам из Сербии, куда приехал для реорганизации В<ысшего> Ц<ерковного> Упр<авления> за границей в связи с последним Указом Св<ятейшего> Патриарха о закрытии сего Управления; вероятно, придется просидеть здесь месяц-другой. Совещание епископов решило созвать новый Собор 21 ноября с<его> г<ода>, а пока будет действовать временный архиерейский Синод из 5 епископов, при моем непременном участии, под председательством м<итрополита> Антония. Хотя это не совсем согласуется с Указом Св<ятейшего> Патриарха, но для сохранения мира и единства я согласился на это27. Приехал сюда архиеп<ископ> Американский Александр28, чтобы реабилитировать себя в обвинениях, возведенных на него еп<ископом> Антонием, которому была поручена ревизия Американской Миссии. Он требует ревизорского отчета, чтобы представить свои возражения. Но В<ысшее> Ц<ерковное> Упр<авление> этот отчет послало через меня, а я через Вас Св<ятейшему> Патриарху. Так как связь с Св<ятейшим> Патриархом теперь порвалась, то, м<ожет> б<ыть>, этот отчет остался у Вас не отосланным. Если он у Вас, будьте добры — пошлите его поскорее в Карловцы на имя мое или м<итрополита> Антония, чтобы дать его арх<иепископу> Александру для отзыва.


следующая страница >>



Неважно, что тебя принимают за кого-то другого, — важно, за кого тебя принимают. Владислав Катажиньский
ещё >>