Кто отменяет нравственность? Татьяна Мерзлякова, Уполномоченный по правам человека в Свердловской области Пока мы говорим об инновац - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
22 мая 2010 года. Во время родительского дня в Кировградской воспитательной... 1 12.99kb.
Доклад о деятельности уполномоченного по правам человека свердловской... 10 1862.32kb.
Омбудсмен против правозащитников, оппозиции и детских пособий Вот... 1 34.33kb.
За веру и добро 1 30.53kb.
Уполномоченный по правам человека (омбудсман) азербайджанской республики... 7 1450.82kb.
«От Конвенции о защите прав человека – к Европейской социальной хартии» 9 1832kb.
Доклад Уполномоченного по правам человека Свердловской области 1 235.07kb.
Тема Деятельность ООН в области прав человека 3 592.02kb.
Доклад Уполномоченного по правам человека в Свердловской области 1 205.11kb.
Доклад Уполномоченного по правам человека в Свердловской области 2 580.75kb.
О правомерности ограничения права на свободу передвижения в зато 5 885.44kb.
Нравственный опыт 1 75.45kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Кто отменяет нравственность? Татьяна Мерзлякова, Уполномоченный по правам человека - страница №1/1

Кто отменяет нравственность?
Татьяна Мерзлякова, Уполномоченный по правам человека в Свердловской области
Пока мы говорим об инновациях, модернизации и прочих перспективах светлого будущего, мы не замечаем, забываем, не видим, что тяжелым гнетом нашу экономику давят те социальные затраты, которых могло бы не быть.
Девочки, совсем девочки в следственном изолято­ре плачут и рассказыва­ют истории, от которых становится горько. «Я же не думала, что будет ребенок. Ну, куда он мне?».

Ребенок остался в больни­це. На память о встрече в ноч­ном клубе только диагноз — ВИЧ. Ее не волнует, передался ли ее диагноз крохе. Она спрашива­ет: «А правда ли, что если я возь­му ребенка, то попаду под амни­стию?». Другие встречи в «Городе без наркотиков», тоже в женском отделении. «Впервые попробова­ла наркотики в 14 лет, на школь­ном выпускном...». Другая позже, у нее от передоза умер отец, ду­мала, близко к наркотикам подхо­дить не будет — отчим приучил. Третья, когда рожала ребенка, со­всем больного, дала слово, что завяжет, — не получилось. И это тоже жизнь.

Откуда взялись тихие, неплачу­щие детишки в домах ребенка, ко­торых у нас более десятка? Поче­му целая орава детдомовцев гло­тает слезы обиды от того, что их бросили мамы? А сколько горечи в глазах стариков, которых дети просто-напросто забыли, и госу­дарство собрало их под крышу десятков интернатов. Перепол­ненные тюрьмы и наркопритоны, агрессия на улицах и «кухонный бокс» в семье — все это сегодняш­няя реальность, которую так про­сто не модернизируешь.

В последнее десятилетие стра­на серьезно взялась за рабо­ту по уважению законов, борьбу с правовым нигилизмом. Судебная ветвь власти становится независи­мой. Позиция президента России по гуманизации наказания заслу­живает уважения. Но уходит в про­шлое почитание законов нрав­ственных. Попробуй скажи, что с экрана должна уйти пошлость, и сочтут — несовременный. А уж мечта о старом добром кино мо­жет изредка и осуществиться, но не в самое удобное для нас вре­мя. Иное отдано любующимся со­бой ведущим, многочисленным развлечениям, которые не воспри­нимает русская душа. Вот и раско­лолось общество, одни живут в Ин­тернете, где можно всё, другие идут в церковь, законы которой суровы. Жаль, но многие пошли в церковь, уже столкнувшись с радостью все­дозволенности.

Безнравственность царит на самых разных уровнях, и осо­бенно остро воспринимается ин­теллигенцией, простым народом. Фальшь из уст любого представи­теля власти переживается челове­ком тяжело. А уж обман со сторо­ны «бизнеса» и совсем порождает безверие.

Мы на пороге преобразований в экономике, политике. Все понима­ют, что без них уже нельзя. Но если мы не начнем говорить о морали и нравственности, культуре в вы­соком смысле слова, — мы не смо­жем добиться ничего хорошего. Если горе-хозяин хотя бы раз об­манул рабочего — не будет этот рабочий горой стоять за него.

Многие руководители сейчас жалуются: не хотят люди работать. А этих людей обманули невыпла­ченными зарплатами и пособиями по беременности, заставили взять кредит на спасение предприятия, да и оставили один на один с бан­ком. Рабочий, который получа­ет зарплату в конверте, зная, что социальные выплаты при этом за него не вносятся, никогда не бу­дет чувствовать себя уверенно. Договоры на бумаге и реальные требования очень отличаются. Все это в моей ежедневной почте не уходит в прошлое.

Мне многие сочувствуют: как можно слушать столько людей? Да у нас золотые люди! Я готова их слушать ежедневно. Куда тяже­лее потом бороться за восстанов­ление справедливости. Бессовест­ные, безнравственные начальни­ки, надевшие маски холода и рав­нодушия, высокомерно отсыла­ют меня к юристам. А эта, молодая в основном, обслуживающая хозя­ев великая сила с неменьшим рав­нодушием к человеку доказывает, как он неправ.



Категории справедливости, со­вести необходимы, остро необхо­димы, если вести речь о модер­низации. Нельзя занимать стра­усиную позицию, — чем дальше, тем тяжелее прятать голову в пе­сок. В безнравственном обществе юридические законы бессильны.
Журнал «Национальный прогноз», № 24, 2011 год




Мы свято обещаем себе, что с Нового года перестанем делать все то, что доставляло нам наибольшее удовольствие в старом. Неизвестный американец
ещё >>