Конкурс «Действующие лица» - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Новогодний праздник «Проделки лесной нечисти под Новый год» Действующие... 1 124.92kb.
Сказка «Колобок» (современная интерпретация) Действующие лица 1 40.73kb.
Действующие лица: Ведущий 1 73.21kb.
Конкурс современной пьесы «Действующие лица» 1 346.99kb.
Русская ярмарка. Действующие лица 1 51.49kb.
Перевод с английского Алексея Седова Действующие лица 1 68.22kb.
На императорской театре в санктпетербурге действующие лица 3 332.97kb.
Дон хиль зеленые штаны действующие лица 6 1183.84kb.
Новогодняя свадьба (для старших школьников) Действующие лица 1 236.17kb.
Кто он? (комедия в двух действиях в стихах) Действующие лица 1 167.02kb.
Дэвид Элдридж под небом голубым действующие лица Ник 5 580.42kb.
Правила производства работ по монтажу опс 1 219.16kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Конкурс «Действующие лица» - страница №3/4

ДУЛЬЦИН. (дружески хлопает его по плечу) Успокойтесь, Юрий Гаврилович… Как вы живёте? Почему нас чураетесь? Не собираетесь ли вернуться к Полине Александровне? Она очень переживает ваш разрыв…

ОГОРОДНИКОВ. Я, Борис Андреич, золотой вы мой, зятёк, был тряпкой. Мной мыли полы… Теперь я веду, так сказать, философский образ жизни. (смеётся) Встаю рано, до солнца. И за метлу! Чтоб детишки по чистенькому шлёпали в своё детский садик… Потом и готовлю лёгкий завтрак. После завтрака ложусь книжку читать, какую наметил… Натрудив глаза, иду гулять по городу и ищу глазами знакомые лица… Мы начинаем болтать про новости в семье, городе и во всём мире. Теперь много тоскующих по хорошему разговору!

Ксения Андревна стоит на крыльце и слушает Огородникова.

МАДЛЕНА. (криво усмехаясь) Ты, пап, последнее время стал говорить как-то длинней и истеричней…

(обращаясь к Репову и мужу) Разве его можно считать в своём разуме? Мама права…

Дульцин и Репов, разговаривая отходят в сторону.

ОГОРОДНИКОВ. Вырвавшийся из-под гнёта человек всегда говорлив. А тебе я вот что хотел сказать, Маруська…

МАДЛЕНА. Не смей меня больше так называть!

ОГОРОДНИКОВ. А как? Я ж тебя в колыбели в честь твоей бабушки нарёк!..

16

С крыльца спускается и идёт к ним Ксения Андреевна.



КСЕНИЯ. Моя жизнь, Юрий Гаврилович, похоже на вашу. Только по вечерам я хожу в театр. Приглашаю и вас. Я думаю, мне не откажут в лишней контрамарке…

ОГОРОДНИКОВ. (идёт к ней навстручу) Заранее благодарю вас! Мы возьмём с собой Севу с Лёлей…

Смотрите, я купил гитару. Ничего, что старенькая… Теперь я могу вам вон там за изгородью под тополями петь романсы! (поёт):

Люби меня и мне прибудет

Кусочек счастья твоего.

И если вам не скучно будет,

Мне хлынет в сердце торжество!

КСЕНИЯ. (улыбаясь) Знаете, что нас с вами роднит? Мы в душе изготовились покинуть этот мир… И мысль о краткости нашей жизни способствует светлому взгляду на всё кругом…

ОГОРОДНИКОВ. (оторопев) Уж больно глубоко вы копнули… Коротко и сильно… И не надо больше слов.

Ксения Андреевна, раскрыв зонтик от солнца, прогуливается по дорожке в сторону бассейна.

Неслышно, по кошачьи, идёт от ворот Мызин, чутко прислушивается.

ОГОРОДНИКОВ. (сидит возле Севы и перебирает струны, Сева таскает дрова) А вон и Мызя нарисовался! Его я, как облупленного знаю… Где он до девяностых груши околачивал, я не знаю. Но поздней с зелёной ноздрёй в ноздре здешних старушек, торгующих морковью, данью обкладывал…

А уж, заматерев, они кодлой на трассу вылезли. Шоферни от них спасу не было…

СЕВА. Да, я слышал о нём… Коммерсант ушлый!

В правой группе, где Дульцин, Мадлена, инженер Репов и Мызин, идёт свой разговор.

МЫЗИН. Что это вы, Борис Андреевич, на мои приглашения не отзываетесь?

ДУЛЬЦИН. А что, были какие-то торжества?

МЫЗИН. Да нет. Я сам себе празднества выдумываю… Когда душа пожелает!

МАДЛЕНА. Когда ему! Борисочка и дома-то мало бывает…

МЫЗИН. (целует Мадлене руку) Я понимаю вас, Борис Андреевич… У кого жена красавица, у того в доме праздник каждый день!.. О-о! ( видит Севостьяна) Это что же, наш новый сосед у вас дрова колет? Приручаете? Это умно…

ДУЛЬЦИН. Да нет… Просто Мадлена предложила ему, а он не отказался…

МЫЗИН. Ну и что? Крепко он за свой кусок земли держится? Денег обещали? (Дульцин кивает головой) Сумму называли? Что? Просить продать, это одно. А назовите сумму и у этого нищеброда дыхание прервётся!.. (шутливо) Вот и весь проблем!.. А что-нибудь нового узнали об этом участке?

ДУЛЬЦИН. Мне звонили. Была комиссия, документы у них все в порядке. Придётся смириться…

МАДЛЕНА. (вне себя, тихо шипит) Размазня!

МЫЗИН. Что вы! Посмотрели б, какая к нему публика ходит. Самого стрёмного вида! А вы ближе всех к нему. Вам надо поостеречься!.. Надо будет мне самому взятьься за это дело…

МАДЛЕНА. Вот, вот… Возьмитесь, Петр Михеич, а то Борисочка только мямлит… (доверительно) А между тем из-за этого баламута он и слетел с поста гендиректора…

МЫЗИН. Да что вы говорите… Опасный субъект! Его надо срочно сбывать отсюда… У них на заводе до сих пор неспокойно.

МАДЛЕНА. (со страстью) Да я б его без масла сьела! (про себя) Да если он снова взбаламутит рабочих, Борисочка может лишиться и этого места… Это ж катастрофа! Что бы такое сделать, чтоб ему лет этак пять припаяли… Пусть бы за колючкой прохлаждался…

17

МЫЗИН. Наоборот, Мадлена Юрьевна. Тут надо побольше масла… Денег не надо жалеть, если к нам затесался нежелательный элемент. Я с ним сейчас сам поговорю… А кто это возле него с гитарой? А это ваш отец и тесть Бориса Андреича… Тоже распущенный старик! Много необдуманного болтает…



МАДЛЕНА. (с досадой) Ой, да чем ему думать-то… Что в башке, то и на языке!

Мызин идёт к Севе, поматывая на пальце брелок с ключами, но, остановившись, громко Дульцину)

МЫЗИН. Да… (выпячивая грудь) Я с вами, Борис Андреевич, хотел посоветоваться… Хочу церковь ставить на Верхней Губе…

ДУЛЬЦИН. Ну, какой я вам тут советчик. Я инженер, металлист…

ОГОРОДНИКОВ. Мол, храм поставлю, совесть успокою, и жизнь наполнится смыслом и душевным покоем. Как бы, не так!

МЫЗИН. Я для людей стараюсь, неумный ты человек!

ОГОРОДНИКОВ. Интересно! Во сколько это тебе обошлось?

Все, скрываясь, посмеиваются.

МЫЗИН. Слушай, дай с человеком поговорить!

ОГОРОДНИКОВ. Я и, правда, Сева, пойду к ребятишкам с Лёлей. Гитарой их потешу!

СЕВА. Я вот поколю ещё, уложу наколотое в полленицу и тоже приду. Та Лёля уж, наверно, пирожков напекла с печёнкой…

ОГОРОДНИКОВ. Во! Нюх не подводит старого пса. (уходит, напевая)

С малых лет я сроднился с гитарой

И всем счастьем обязан я ей.

Вот совсем уже сделался старый,

А на свете всё ж нету родней.

Никогда не бывало мне скучно,

Никогда не бывал одинок.

Я с подругой моей сладкозвучной

О чём хошь разговаривать мог…

МЫЗИН. Старый шелапут! (проводит его ненавидящим взглядом и приближается к Севе) Ты вонзи топор-то в пенёк, что ты им размахался. Это ж орудие, при том опасное… Ну, вот так… (подходит ближе) А теперь я тебе скажу слово радостное. Ты думаешь, сколько стоит весь этот твой удел с дерьмовым домишком? А? Молчишь?

СЕВА. А что мне говорить. Не продаётся удел…

МЫЗИН. Стоит он почти ничего… А тебе я могу дать… (тянется к его уху) Ага, вздрогнул!.. Вот и весь проблем… Ведь ты, это самое, не дурак?

СЕВА. А ты разве глухой? Мы б, может, и продали, будь это купленным… А то у нас уж к этому месту сердце приросло… Это ты понять можешь?

МЫЗИН. Нет, не могу! На эти деньги ты купишь себе дом-игрушечку и будешь осчастливлен с женой и детьми. И меня не один раз помянешь добрым словом!

СЕВА. Ну, ладно. Слово сказано… Ступай себе. (берётся за топор) А то ещё полешко отскочит.

МЫЗИН. (уходя, радостно) Ты завтра, как уразумеешь да с женой в ночи пошепчешься, приходи. Я буду ждать!

СЕВА. Жди, если делать нечего…

Подходит к Мадлене и с ней шепчется.

МЫЗИН. Теперь мы посмотрим, как он вывернется. Нет на свете, это самое, человека, желающего своей семье нужду и прозябание… Возьмёт деньги и смотает удочки…

18

ДУЛЬЦИН. Я думаю, вы недооцениваете его. Он упрям и несговорчив.



МЫЗИН. Ну, ну… Время покажет.

Жмёт руку и уходит.

ДУЛЬЦИН. (жене) Я хотел пообедать с тобой, Мадя, но (разводит руками) это вот собрание… Поедем со Степаном Ильичом на завод. Там пообедаем.

Идёт к воротам. Репов видит спускавшуюся с крыльца Валентину и подступает к ней.

РЕПОВ. (неуклюже) Я хотел спросить вас, Валентина Ивановна, вы с кем живёте?

ВАЛЯ. (удивлённо) Как это? С мамой. Она у меня учительница, нам делить нечего. Дружно живём.

РЕПОВ. (радостно) Вот и я с мамой живу. Она у меня домоправительница! И нам тоже делить нечего.

ВАЛЯ. Что тут особенного. У всех матери есть.

РЕПОВ. Видите ли, моя мама любит стряпать и ещё больше любит смотреть, как поедают эту её стряпню. Она приглашает вас на рыбный пирог и к чаю со сдобными ватрушками…

ВАЛЯ. (смущена) Разве ваша мама знает меня? Как это так! Я не знаю…

РЕПОВ. (испуганно) Вы не любите ватрушек? Я к чаю торт куплю.

ВАЛЯ. (пугается) Ну что вы! Что вы! Вы можете кровно обидеть вашу маму… Как не любить ватрушки!

РЕПОВ. Тогда договорились… Я вас здесь же встречу и отвезу к нам.

Валентина уходит, Репов смотрит в сторону Севостьяна.

РЕПОВ. (в раздумье) Пришли люди… Работают на земле, радуются… Кому они мешают? Не пойму я Дульциных…

Уходит. Мадлена подходит к Севостьяну.

МАДЛЕНА. Ну что? Уломали тебя всё-таки!

СЕВА. Напрасно хлопочите. Я уж вон скважину пробурил, фундамент под дом заливаю. Так что деньгами меня с толку не сбить…

МАДЛЕНА. И всё-таки не жить тебе здесь… Лучше соглашайся! (про себя) Что бы такое сделать, чтоб его упрятали куда-нибудь…

СЕВА. (про своё) Не сегодня-завтра брусья от завалившихся бараков привезут. Буду дом возводить.

МАДЛЕНА. Какой там дом из старья! А тебе наш нравится?

СЕВА. (угрюмо) Мне такой не к чему. Ещё в нём заблудишься! А вот баня просто красота. Я себе тоже отстрою. Не такую, конечно, поменьше, но будет и у нас своя банька!

МАДЛЕНА. Хочешь внутри посмотреть? Ещё не то скажешь…

СЕВА. (спокойно) Отчего не посмотреть. Может, что и для себя перейму…

Мадлена уже входит в дверь, а он возле двери недоверчиво мнётся.

СЕВА. (про себя) Нет, я, пожалуй, не полезу в эту мышеловку…

МАДЛЕНА. (выглядывает) Ну, что ты там копаешься! Иди…

Тянет его за рукав, он упирается. Неожиданно Мадлена рвёт ворот своего платья и громко, визгливо вопит на весь двор.

МАДЛЕНА. Помогите! Валя, Василий, где вы! Где Геннадий? Этот дикарь хотел затащить меня в баню.

Спасите!


На крик бежит с палкой в руках работник Василий, несётся с воплями Валинтина и кидается с кулаками на Севостьяна.

СЕВА. (стоит в стороне весь взъерошенный) Только суньтесь… Она ж в меня сама, как кошка, вцепилась! (оправляя рубаху) Ай, да барынька взбалмошная! Нехорошо…

Входит здоровый и большого спокойствия лет пятидесяти охранник.

19


ГЕННАДИЙ. Не трогайте парня! Он тут не при чём… Мадлена Юрьевна пошутила. (тихо Мадлене) Посмотрите на него. Да при таком сложении, вы б не пикнули, если б он захотел!

МАДЛЕНА. (тяжело дыша) Это так верные слуги меня охраняют?! Я вот мужу-то скажу!

ГЕННАДИЙ. (Мадлене негромко) Скажите… Только парень пусть идёт к себе домой. А то вы и мужа впутаете в неприличную историю. С вас это будет! А Борис Андреевич человек на виду…

СЕВА. То ли пьяна, то ли таблеток наглоталась? Обожравшаяся сумасбродка…

ГЕННАДИЙ. (придержавшись, негромко) У них, парень, сила… Они вас изведут.

Севостьян в гневе бросает юрова об пол.

СЕВА. А ну тебя к чёрту, оглашенная!

С топором широким шагом уходит.

МАДЛЕНА. Ага, испугался! Сматывайтесь отсюда… Всё равно житья не дам!

СЕВА. (проходя с другой стороны изгороди) Девчонка, сколько воли забрала! Что хочет, то и делает.

Ты, детка, заслужила хорошего ремня!

СЕВА. А вот спрошу разрешения у твоего отца, да и отстегаю тебя по пухлому-то заду. Будешь, как шёлковая!

Уходит совсем.

МАДЛЕНА. (вне себя кричит) Я тебе дам «детка»! Я тебе дам «барынька»!.. Я жена уважаемого человека, а перед ним и не такие людишки лебезят!.. Троглодит паршивый! Ненавижу! (про себя, холодно) А у самого-то в груди, небось, так всё и трепещет от обещанного Мызиным. Такие деньги!

Побежал к своей «нежной деве) делиться выпавшей на их долю удачей… Надо подождать.

Подходит Валентина.

МАДЛЕНА. Здорово я напугала Севку! Побежал рысцой к своей серой мышке…

ВАЛЯ. (задумчиво) Для нас, может, и серая мышка, а для него белая лебёдушка… (мечтательно) Он её на руках носит…

МАДЛЕНА. В смысле, что ли, сильно любит?

ВАЛЯ. Носит на руках вон среди цветущих кустов шиповника, целует и называет лебёдушкой, а она

Закатывается… Мне из бельевой комнаты всё видно.

МАДЛЕНА. Ещё бы не носить такую зверюшку! (про себя) У него руки, должно быть, очень сильные. Волос густо кудряв, словно шапка из шерсти тонкопряхи и, наверно, мягкие… (громко) Знаешь, Валя, с тех пор, как он тут объявился, я как-то вся обеспокоилась… Мне одиноко как-то сделалось… Не по себе.

ВАЛЯ. (вздыхает) Что ж… Сильный и красивый мужчина поселился рядом… Ничего удивительного!

(про себя) Втюрилась она, что ль, в дылду-то?

Уходит по делам.

МАДЛЕНА. (растерявшись) Постой, что ты этим хочешь сказать? (сама с собой) Кто же не хочет, чтоб и её носили на руках, целовали, щекотали и рокотали в ухо всякие дурацкие слова о любви… И я хочу прижаться к могучей груди кентавра и почувствовать себя беззащитной маленькой девочкой… Я хочу… (опомнясь) Дура! Что ты себе позволяешь? И зачем только они явились сюда. Не к добру это!

Я не выдержу и такого натворю… Лучше б они сами сматывались отсюда… С глаз долой, из сердца вон!
20

СЦЕНА ТРЕТЬЯ.


Входная железная дверь и ворота особняка. Вдоль изгороди под тополем длинная деревянная скамья, перед скамьёй проходит пешеходная тропа.

Утро. На скамье, сидя, дремлет Валентина, у неё усталое лицо, туго набитый пакет на коленях. По тропе идёт Огородников.

ОГОРОДНИКОВ. Валюша… (заглядывает ей в лицо) Спит… Небывалый случай! (садится подальше от экономки, смотрит на небо) Пасмурно с утра. Ну, да ничего… Ветерок развеет денёк!

Валентина, вздохнув, открывает глаза.

ОГОРОДНИКОВ. Валюша, в такой час за воротами на скамье дремлешь… (посмеивается) Ты рискуешь навлечь на себя гнев своей строгой хозяйки!

ВАЛЯ. Ой, Юрий Гаврилович… (взволнованно частит) Мы ведь сегодня ночь не спали, переполох был! Наро-од-у-у сбежалось…

ОГОРОДНИКОВ. Что такое?

ВАЛЯ. Так ведь пожар был! Среди ночи загорелось… Ой, что было, что было, если б вы только видели…

ОГОРОДНИКОВ. Ты так стрекочишь, что я не успеваю ловить твои слова… Какой пожар? У кого? Что сгорело?

ВАЛЯ. Да у Нужиных. Сарай сгорел дотла. Хорошо ещё, что на отшибе стоял! На дом не перекинулось.

ОГОРОДНИКОВ. (хватаясь за голову) Вот до чего дело дошло!

ВАЛЯ. У меня, Юрий Гаврилович такое ощущение, будто я подожгла… Больно уж мы соседей наших приняли в штыки.

Огородников вскакивает и нервно жмёт на кнопку звонка. Открывает охранник Геннадий и сторонится, пропуская Огородникова.

ОГОРОДНИКОВ. Нет, Геннадий. Я не пойду. Позови Маруську.

ГЕННАДИЙ. Ну что ты, Гврилыч, право. Отец хозяйки, мне совестно… Да и Мадлена Юрьевна заругает.

ОГОРОДНИКОВ. Нет, не пойду. Скажи, чтоб за ворота вышла.

ГЕННАДИЙ. Как знаешь. А то иди… Твоя жена с ходу влетает да ещё и покрикивает!

ОГОРОДНИКОВ. Она всю жизнь в крике прожила…

Геннадий звонит по мобильнику, через какое-то время выходит Мадлена.

МАДЛЕНА. Что ты, пап, ломаешься? Не зайдёшь?.. Может чего попросить хочешь и стесняешься. Я ведь знаю, сколько ты не хорохоришься, а человек ты деликатный… Кстати я за твою коммуналку за год вперёд заплатила.

ОГОРОДНИКОВ. Дай-ка я посмотрю в твои глаза. Ты бесстыдница, дочь! Как это с Нужиными вышло?

МАДЛЕНА. (отворачиваясь) А я тут при чём? Кто знает, что он в своём сарае держал. Само и загорелось…

ОГОРОДНИКОВ. Само? Ах, ты, бесстыжая! На что пошла!

МАДЛЕНА. (грубо наступая на него) А ты чего закукарекал? Гребень-то поднял? Что ты знаешь? Чем ты меня вздумал стыдить!?

ОГОРОДНИКОВ. У-у-у! Матушка родимая в дочке заговорила… Лучше убраться, пока жив-здоров…

До чего дошла! Глаза бы мои на тебя не глядели… (садится на скамью, обхватив руками голову)


21

МАДЛЕНА. Ох, как тошно мне! Сейчас встану на четвереньки и волком взвою! Что со мной делается? Не пойму!.. (экономке) А ты что тут делаешь?

ВАЛЯ. Я, Мадленочка, домой собралась. После такой ночи хожу и спотыкаюсь… Чёрт меня дёрнул остаться ночевать!

МАДЛЕНА. (потирая ладонью лоб) Подожди тут. Может, нужна будешь.

Выходит из дверей Дульцин к машине, чтоб ехать на службу.

ДУЛЬЦИН. Надо было тебе ссориться с соседями. Что они могут теперь подумать про нас…

МАДЛЕНА. Пусть хоть что думают…

ДУЛЬЦИН. Нужин хоть слово какое утром сказал? Может, выругался в наш адрес?

МАДЛЕНА. Цыкнул сквозь зубы слюной и ушёл... Хотел свиней сунуть нам под нос. Назло нам!.. А теперь место очистилось…

ДУЛЬЦИН. (озабоченно) И всё же тебе надо заставить себя привыкнуть к этим далеко неплохим людям…

МАДЛЕНА. (с яростью) Пойми, я не могу видеть все эти убогие сараи, заборы, сортиры и грядки! К тому же он надсмеялся надо мной… Ненавижу!

ДУЛЬЦИН. Если их не трогать, то и они не тронут никого. (всматривается в жену) Да ты вся горишь! И глаза прячешь… Мадя! (тихо) Уж не ты ли сожгла сарай?

МАДЛЕНА. (пряча голову у него на груди) Я… я… Пошла, плеснула на гнилые стены банку спирта и спичкой чиркнула!..

ДУЛЬЦИН. (в растерянности) Как же нам теперь быть? Жить с ними рядом? Встречаться с ними, разговаривать? Беда…

МАДЛЕНА. (зло) А ты о себе подумал? Мызин-то прав. Этот авантюрист представляет угрозу не только нам. Всему городскому обществу! Лучше б было, чтоб и он сгорел!

ДУЛЬЦИН. Что ты говоришь! Подумай… (оглянувшись) Вон он сам идёт… (навстречу Нужину) Севостьян, у тебя не было в сарае горючего? Может, как-то само собой воспламенилось?

СЕВА. (криво усмехнувшись) Само собой!.. Вам так хочется думать? Ну и думайте себе на здоровье!»

Хочет пройти мимо к Огородникову.

ДУЛЬЦИН. Слушай. У меня вон на задах стопа брёвен лежит, штук двенадцать. Возьми…

СЕВА. Как это? Так просто?

ДУЛЬЦИН. (отводя глаза) Ты не можешь не взять! Я тебе даю, как погорельцу…

СЕВА. (внимательно смотрит на него) Ну что ж. Я человек не гордый. Мне всё сгодится…

Заторопившись, уходит, Мадлена идёт провожать. Слышен шум отъехавшей машины.

СЕВА. (стоит в раздумье) Вон оно как выходит! А я хотел Мызина за грудки брать… Нехорошо, когда ты зол… Сгоряча такого можно натворить! (возвращающейся Мадлене) Сумасбродка бешеная!

Думаешь, и это сойдёт тебе с рук?

МАДЛЕНА. (насмешливо) Что мне сойдёт? Ха! Он меня вздумал пугать… А ты думаешь дрова докалывать?

СЕВА. Обойдёшься и без меня…

МАДЛЕНА. Ой, как я его напугала, бедненького!.. (тихо) Слушай, а я не являюсь тебе во сне?

СЕВА. С чего бы это?

МАДЛЕНА. Так ты меня тогда назвал «роскошнотелой». Значит, что-то такое приметил во мне… Не притворяйся!

СЕВА. Дуришь всё!.. Мне твой муж отдал брёвна. Что на задах лежат…

МАДЛЕНА. Идиот!.. Отдал, так бери… А ещё говорят, что ты жену свою на руках носишь…

22

СЕВА. Жёнушку-то? Да она у меня, как пёрышко!



МАДЛЕНА. (посмеиваясь) А меня бы мог вон хоть по двору поносить?

СЕВА. Это ещё зачем? (рассматривает её) В тебе весу, конечно. Побольше, но и тебя могу потаскать…

(усмехнувшись) Если заплатишь!

МАДЛЕНА. Дурак! Дикарь!

СЕВА. Чего ты злишься? Сердце у тебя балованное, мало ли чего запросит!

Садится на скамью к горюющему Огородникову. Входит озабоченная Лёля.

МАДЛЕНА. (кричит Севостьяну) Пока не поздно, выметайтесь отсюда… И чем живей, тем лучше!

ЛЁЛЯ. (с участием Мадлене) Ты ещё совсем молоденькая девочка, а у тебя вон какой дом! Муж богатый… Чего тебе не хватает? Что ты на нас взъелась?

МАДЛЕНА. (отворачиваясь от неё) А я знаю? Просто вы не понравились мне…

ЛЁЛЯ. Ведь ты же не дочь Зуева, торговца краденым лесом. Твой отец рабочий, а мать портниха… Откуда такое высокомерие?

СЕВА. (со скамьи) От малого ума…

ЛЁЛЯ. Нет. Это слишком лёгкое объяснени…

МАДЛЕНА. (шёпотом) Ты думаешь, муж твой любит тебя? Как бы не так! Он ко мне лез с поцелуями…

ЛЁЛЯ. (спокойно) Ты, конечно, импозантная девочка… Но врёшь ты убого!

Проходит к мужу и Огородникову.

МАДЛЕНА. (с досадой) Валентина, хватит дремать! Дело есть…

Валентина поднимается и они уходят в дом.

ЛЁЛЯ. (глядя им вслед) Стыдно стало, повернулась и ушла… Какое придирчивое и лживое существо!

Здравствуйте, Юрий Гаврилович. Что это вы пригорюнились?

ОГОРОДНИКОВ. Да так. Стыдно мне перед вами.

ЛЁЛЯ. Пустое. А дочь у вас красотка! Я только теперь рассмотрела её вблизи.

ОГОРОДНИКОВ. Да, красивая мерзавка…

Лёля удивлённо смотрит на мужа, тот ей маячит, чтоб она не тревожила старика.

ЛЁЛЯ. Я только не пойму, чего ей от нас надо?

СЕВА. А я понял так… Она красавица и жила в подобающих ей условиях, а тут мы с тобой со своими примитивными запросами и постройками… Для неё это всё мерзкая некрасота!

ОГОРОДНИКОВ. (не поднимая головы) Делать ей нечего, вот она и беснуется в четырёх-то стенах!

СЕВА. А ты что погналась за мной? (обнимая её) Испугалась, что ль?

ЛЁЛЯ. Уж больно ты был взбешен и грозился с кем-то разобраться!

СЕВА. Обозлился. Готов был крушить налево и направо! А ты как-то всё спокойно приняла…

ЛЁЛЯ. Знаешь, что я подумала? Это даже хорошо, что сараюшку сожгли. Ну, какой это урон!

Севостьян удивлённо глядит на жену.

ЛЁЛЯ. Зато раз не подожгут!

СЕВА. Это почему?

ЛЁЛЯ. Так это, каким же злодеем надо быть!

Севостьян смеётся и обнимает её.

СЕВА. Придётся всё же мне деревянный забор возводить метра в три. Спрячемся за ним и не будем раздражать соседей…

ЛЁЛЯ. Делай, что хочешь, только, миленький, не надо ни с кем разбираться! Баба Поля говаривала: Отмолчишься, как в раю насидишься…

23
СЕВА. (с тихой яростью) И всё же кое-кому надо б ноги повыдергать!

ЛЁЛЯ. (прижимается к нему и шепчет) Ты посмотри, Севчик, какие у них хоромы, машины, сколько денег… Они нас доймут! Ты не сдержишься и… Давай послушаем их, продадим всё и уедем от греха подальше…

СЕВА. А как же твоя баба Поля? Мы предадим её? Ты ж в каждом кусточке видишь свою бабушку.

ЛЁЛЯ. Ничего… Бабушка верила в бога. Она простит нам.

СЕВА. Но и я уже эту землю полюбил и немало сделал на ней!

ЛЁЛЯ. Ой, ничего я не знаю. Я боюсь! Не слушай меня… Я лучше домой пойду. А ты Юрия Гавриловича поддержи. Он будто в воду опущенный…

Уходит.


СЕВА. (подсаживаясь к Огородникову, тихо) Да… Нехорошо быть злым! Так можно и дров наломать. То-то они обрадуются!..

ОГОРОДНИКОВ. (отирая глаза, глядит на Нужина) Сева, деточки не напугались?

СЕВА. Они, слава богу, спали в задней комнате. Ничего не слышали.

ОГОРОДНИКОВ. Машка-то сдурела совсем. Будь у неё работа какая, интерес или детёныш, ещё туда-сюда, а то ведь все дни пустые!

СЕВА. Ничего, Юрий Гаврилович, всё рассосётся… Плохо вот что. Лёля перепугалась и зовёт сматываться отсюда…

ОГОРОДНИКОВ. Ай-яй-яй… Вот беда-то! Ну, а ты как?

СЕВА. А что про меня ребятишки скажут? Они ведь уже прижились. Сдрейфил, мол, папка Сева! – вот что про меня скажут Колька с Наташкой!.. А ребята в цеху что подумают? Слаб, мол, в коленках наш

«вожак»… Мне с понедельника надо администрацию трясти. Зарплату опять заморозили… Мне покоряться никак нельзя. Но и злиться тоже не дело… (усмехнувшись) Председатель должен быть выдержанным человеком.

ОГОРОДНИКОВ. Ага! Стало быть, думаешь об этом.

СЕВА. Рано ещё об этом говорить, а хвалить вообще не стоит…

ОГОРОДНИКОВ. (видит через распахнутую рубаху Севостьяна глубокую яму возле плеча) Это тебя тоже там, на Кавказе-батюшке? Здорово, видать, шарахнуло.
СЕВА. Я и не помнил ничего. Сразу вырубился… С неделю был в отключке.

ОГОРОДНИКОВ. Я и представить себе такое не могу.

СЕВА. В госпитале с полгода валялся. Там и познакомился с Лёлей, Она мне книги ворохами притаскивала. Теперь многие думают, что век книги минул! Как бы не так. Если б не книги да Лёля, я не выжил… Через книги думать выучился!.. Нет, мне бояться нельзя.

По дорожке идёт старая актриса с непременным зонтиком в руке и с ней рядом Мызин.

МЫЗИН. (снисходительно) Вы, Ксения Андреевна, каждое утро моцион совершаете?


<< предыдущая страница   следующая страница >>



Разница между мужчиной и мальчиком заключается в стоимости их игрушек. «Liberace»
ещё >>