Кино без границ представляет Изабель Юппер и Кристоф Ламбер в фильме Клер Дени белый материал white material режиссер - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Кино без границ представляет дебютный фильм Ричарда Айоади (тв-сериалы... 1 174.41kb.
Информация о фильме Название 1 14.4kb.
Без названия) /(untitled)/ информация о фильме режиссер 1 76.71kb.
Компания представляет фильм артхаус линии Кино без границ 1 242.78kb.
Кино без границ представляет автобиографическую мелодраму Микеле... 1 152.28kb.
""Кармен-Видео" представляет 03 марта на dvd 1 43.69kb.
В другой стране 1 17.86kb.
Фильм артхаус линии «Кино без границ» самурайскую драму режиссера... 1 186.24kb.
Фильм артхаус линии «кино без границ» одиннадцатый том сочинений... 5 944.76kb.
Фильм артхаус линии «Кино без границ» психоделическую фантасмагорию... 2 389.01kb.
Джанго освобожденный 1 19.07kb.
Программа Недели французского кино в Волгограде 29 октября, понедельник... 1 40.17kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Кино без границ представляет Изабель Юппер и Кристоф Ламбер в фильме Клер Дени белый - страница №1/1

кино без границ

представляет



Изабель Юппер и Кристоф Ламбер в фильме Клер Дени

БЕЛЫЙ МАТЕРИАЛ


WHITE MATERIAL



Режиссер: Клер Дени («Что ни день, то неприятности», «Хорошая работа», «35 стопок рома»)

В ролях: Изабель Юппер («Пианистка», «Дом», «Взломщики сердец»), Кристофер Ламберт («Горец»), Исаак де Банколе («Предел контроля», «Казино Рояль», «Скафандр и бабочка»), Николя Дювошель («Второе дыхание»)

Производство: Франция, 102 мин., 2009. Французский язык, рус. субтитры

В прокате: с 15 июля 2010

О ФИЛЬМЕ

Клер Дени, режиссер из Франции, верна своим постоянным темам. Она снова возвращается в Африку, демонстрируя особенную связь с тем континентом, где ей довелось вырасти, и продолжая изучать сложную динамику семьи. Действие фильма происходит в стране, оставшейся без названия (за плечами у Дени - был Камерун, но здесь вполне может подразумеваться Габон ), где регулярная армия готовиться восстановить порядок, нарушенный действиями бунтарей-партизан, возглавляемых "Боксером" (Де Банколе).

Белая француженка Мария (Юппер), подвергая себя опасности, отказывается бросать свои кофейные плантации и возвращаться вместе с сыном во Францию. Однако у ее бывшего мужа Андре есть свои планы…

«Белый материал» - лишен псевдо-либеральной подмены понятий и подспудного колониального превосходства, которыми отмечены большинство кинокартин, снятых об африканском континенте в странах Первого Мира. Фильм Дени представляет Африку, как, своего рода, наркотик, отравляющий, опасный и не выводящийся из организма.



НАГРАДЫ И ФЕСТИВАЛИ
Фильм-участник конкурсной программы 66 Венецианского кинофестиваля 2009
Участие в конкурсной программе Международного кинофестиваля в Торонто 2009



ЦИТАТЫ ИЗ ПРЕССЫ

ФИЛЬМ МЕСЯЦА!


"Белый материал" существенно выигрывает после повторных просмотров. После второго и третьего раза становятся более осмысленными самые непонятные или сымпровизированные сцены. Расширяется и усиливается неуловимая атмосфера ленты. Дени мастерски владеет ритмом — здесь это медленная пульсация океана, замечательно выдержанная на протяжении всего хода картины — и синтезирует музыку с образами.

Адриан Мартин, Sight & Sound

Дени — лучший, наряду с Михаэлем Ханеке, современный мастер саспенса: случайно, конечно, но забавно перекликаются названия "Белый материал" и "Белая лента". Не обязательно криминального саспенса, хотя и его, конечно, тоже. Их саспенс глобального толка: ощущение, что непоправимое произойдет, а то и уже незаметно произошло и с героями, и с человечеством, и с миром…
Михаил Трофименков, Ъ-
Weekend
В первобытном конфликте нет правых и виноватых, но есть волнующий, чувственный элемент, который Дени умеет поймать на пленку, как мало кто из современных авторов, и не боится этого. Не ищет точку опоры в хаосе, а отдается ему — в почти эротическом смысле.
Станислав Зельвенский, Афиша

Через пять минут после начала фильма ты понимаешь, что снять его могла только Дени... Сразу чувствуешь, что ты — в руках мастера.



Гай Лодж, In Contention

Режиссер из Франции, верная своим постоянным темам, возвращается в Африку, снова показывая свою особенную связь с тем континентом, где выросла, и продолжая изучать сложную семейную динамику.

Габриэль Баркаро, Cineuropa

Политика с совсем неожиданной стороны входит во французскую картину "Белый материал", быть может, лучшую в конкурсе. Ее режиссер Клер Дени — Лени Рифеншталь современного кино — как никто чувствует дикую красоту негритянской расы и показывает ее, рискуя заслужить упрек если не в расизме, то в полной неполиткорректности.
Андрей Плахов, Коммерсантъ

Вязкая история одержимости, сопротивления усталости, страху и отчаянию; проверка на прочность «белого материала» — всего того, из чего состоит европеец. Мужчины сдаются, женщина держится до конца.
Олег Зинцов, Ведомости

БЕСЕДА МЕЖДУ МАРИ НДЬЯЙ И КЛЕР ДЕНИ





Клер: До начала нашей совместной работы я передала тебе пожелания Изабель. Я не знаю, помнишь ли ты об этом…

Мари: Ты мне сказала, она хочет, чтобы ты экранизировала книгу Дорис Лессинг.

Клер: Эта книга, которая называется «The grass is singing» («Трава поет»), что во французском переводе означает «Vaincue par la brousse» (прим. – дословный перевод «Побежденная дебрями») … И, в сущности, эта книга стала в какой-то степени частью фильма.
Мари: Да, это правда. Насколько я помню, ты дала мне прочитать эту книгу, и я нашла ее великолепной, только очень устаревшей, что нормально, так как она была написана, я полагаю, в 50-х годах. Особенно затруднительным для современной экранизации было воссоздать взаимоотношения между женщиной и ее черными работниками, которые еще подчинялись традициям садомазохистских отношений. Я действительно не представляла, как буду с этим работать. Так же, как не представляла себя автором костюмированной драмы…
Клер: У нас с тобой было ощущение, что ни ты, ни Изабель из-за этого не хотели браться за такой материал. Возможно, еще и потому, что дальнейшая история Родезии, где происходит действие книги Дорис Лессинг, сегодня выглядит слишком жестокой и страшной.

Потом, спустя некоторое время, я обсуждала с Паскалем Кошто проект, который вновь соединил бы нас - тебя, Изабель и меня. И Паскалю понравилась идея фильма по мотивам этой книги.

Я вообразила закрытую территорию, где-нибудь в Африке, но ограждение которой - было бы непрочным. Уточнять, где именно располагается эта вымышленная территория, было необязательно. Как читательницы Уильяма Фолкнера, мы обе хорошо знакомы с африканской темой, ведь это основная тема у Фолкнера.
Мари: Я очень ясно помню первую сцену, которая возникла у меня, когда ты рассказала мне идею фильма: хрупкая женщина схватилась за кофейное дерево, или, во всяком случае, стоит рядом с кофейным деревом, и смотрит в небо, где пролетает вертолет, пилотам которого поручено предупредить ее об опасности.

Эта крошечная женщина видна сверху.

Я помню, что она представлялась мне маленькой личинкой. И она оставалась, очевидно, глуха к призыву с вертолета, и даже бросила ему вызов - жестом. Она сделала даже два оскорбительных жеста, которые потом, в фильме, стали жестами презрения. Это был первый образ, который возник у меня, исходя из твоей истории.
Клер: Меня тоже тронула эта сцена. Она стала для меня отправной точкой, если можно так сказать. Когда я прочитала эту первую написанную тобой сцену, у тебя дома, я сразу увидела «маленькую белую личинку, прильнувшую к кофейному дереву», и сказала себе: «Да, это оно. Все начинается с этого». Я видела тогда не оскорбительный жест, а то, что она не боялась. И французские военные в вертолете не упустили случая поднять ее на смех - эту Белую и ее плантацию. Она бросила этот оскорбительный жест, потому что на нее смотрели рабочие. Она хотела показать, что не поддается панике.

Ты завершила этот эпизод звуком смеха, то ли человеческого, то ли животного. Это был смех ее взрослого сына, и он потом не раз возникал в сценарии, и остался в фильме. С той самой первой твоей сцены…



У нее был сын, и этот сын смеялся, как животное… Это «потянуло» за собой все остальное.
Мари: Да, так возникла идея «желтой собаки». Я нахожу, что эта неопределенность очень важна в фильме: мы видим собаку, но не знаем, кого точно видим на самом деле. Неясно, в самом деле, это собака или это Манюэль, у которого такие же золотистые волосы, как шерсть желтой собаки? В то время я прочла только что опубликованный дневник молодого человека Антонио Лобо Антюна. Он вел его, будучи военным врачом в Анголе. Этот дневник тоже был использован в сценарии.
Ты вложила в уста солдат на вертолете, которые умоляют Марию уехать, несколько фраз об Африке, которую не заслужили эти люди, эти спасающиеся бегством Белые
Клер: Да, точно. Мария говорит это, подражая презрительному голосу французского пилота.
Мари: Я помню, что мы долго работали над сценарием, и эту работу сопровождало чтение, которое в большей или меньшей степени повлияло на нас. «Смех Африки» Дорис Лессинг, романы Сони Лабу Танси… Когда я вспоминаю, как мы с тобой писали сценарий, книги – неотъемлемая часть этих воспоминаний. Они создавали атмосферу. Обстановка была такова, как если бы мы писали книгу.
Клер: У нас были под рукой книги Сони. Это давало нам возможность не забывать его смех, его горький юмор и его персонажей – достаточно ироничных по отношению к себе и достаточно мужественных, чтобы выдержать бедствия, причиняемые им продажными политиками. Политические и религиозные лозунги ничего не значат: «Бог не сдается», «Будьте стойкими»…
Мари: «Конец кривым усмешкам».
Клер: Я вернусь к нашим представлениям о тех краях: в то время, ни ты, ни я никогда не видели кофейных деревьев, не говоря уже о кофейной плантации. Некоторое время мы делали наброски, чертежи. Они были повсюду: на твоем обеденном столе, на бюро… Мы все детально вырисовывали: трактор, дом мастеров, новый дом Андре, старый дом, ворота, проселочную дорогу, аптеку. Это была карта фантастической местности.
Мари: Я понятия не имела, что это за работа. Что представляют из себя семена кофе, когда их собирают? Нам нужно было приобрести эти знания…
Клер: Когда мы с тобой приехали в Гану на настоящую плантацию (сначала мы хотели снимать в Гане), чтобы понять, как все устроено, как производят кофе, мы были разочарованы. Плантация не была единым целым, она была разделена на несколько небольших полей. Зато мы увидели, как работаю люди, и услышали, что они говорят о кофе. Это нам очень пригодилось. Они говорили о нем, как о драгоценной вещи, очень нежной. Рафаэль, владелец плантации, передвигался на мотоцикле от одного поля к другому по разбитой и пыльной земляной дороге. И это мы тоже использовали в сценарии и фильме.
Мари: Да. То место, все же, сильно отличалось от планов, которые мы набросали, но я себе сказала: «Это то, что нужно: дом, дорога меду домом и кофейными полями, мотоцикл»…Я помню кур. Они там были на самом деле, я не помню?…
Клер: Да, куры были.
Мари: Атмосфера повседневной жизни, трудовых будней… Я, наконец, получила наглядный пример и поняла, что наши представления на самом деле были абсолютно вымышленными.
Клер: Это понимание пришло также благодаря двум мужчинам из Того. Они были влюблены в кофе и так хотели показать нам кофейные деревья и молодые зерна, так хотели нас этим заинтересовать. Для них это было жизненно важно. Я полагаю, их любовь к кофе подсказала нам эпизод, когда Мария, одна, ночью, проявляет ласку по отношению к зернам.
Мари: Да, это исходило от тех людей.
Клер: Еще там постоянно чувствовалось присутствие чего-то еще. Тревожащая близость некой темной массы, которую я чиркала на наших рисунках - лес, в котором скрываются дети-солдаты. Я думаю о твоей первой лесной сцене, с изнуренными детьми. Она как сцена из волшебной сказки.
Мари: В процессе работы о появлении этих детей мы говорили, как о появлении неких эльфов из молочного дерева. Очаровательная оценка. Помню, как ты предложила идею с детьми в лесу, с «ребятней»…
Клер: Да, именно слово «ребятня» было важно.
Мари: Сначала эта ребятня появляется между деревьями в лесу, а потом встречается с раненым лидером повстанцев. Я очень хорошо помню, как в этот момент почувствовала, что сценарий раскрывается, делается шире. Мы были уже не только с женщиной, которая пыталась сохранить, защитить свою плантацию - мы были на другом уровне, почти в другой истории.

Идея была, конечно, хорошая, но чтобы создать историю, нужно было найти связь между всеми действующими лицами. Это было не обязательно, я могла бы все легко представить, но это было необходимо для создания интриги. В конце концов, мальчишки не встречаются с обитателями плантации, но они проникают в дом, заходят в ванную, трогают полотенца, украшения, платье…

Связь между детьми из леса и плантацией стала чем-то вроде горной вершины, которую нам удалось покорить при написании сценария.
Клер: Ты покорила еще одну вершину - когда показала детей на краю бассейна. Бетонный резервуар, они смотрят на Манюэля… Мы привели их в дом именно для того, чтобы один из них ощутил мягкость кресла.

Мари: И когда Мария видит девушку в своем платье, а потом свою цепочку с бабочками у нее на шее, свои серьги у нее в ушах - это и красиво, и страшно, потому что она все сразу понимает. Она понимает, что была слепа, и совершенно не осознавала, что творится вокруг.

Клер: Я рада, что ты так видишь эту сцену.

Мари: Когда я посмотрела фильм - увидела аптеку, школу, дом Марии - у меня возникло чувство, будто бы я уже видела все это раньше. Как будто эти объекты были у меня в голове такими с самого начала. И когда я увидела фильм, я не удивилась.

Когда я смотрела фильм, у меня было ощущение… Я бы хотела сказать – покоя, но нет. Но, в любом случае, приятное.

Что касается сбора кофе, и всех дел, которыми занимается Мария, это не является зрелищной частью фильма. Нет впечатления, что нас вдруг хотят научить, как выращивать кофе. Просто в фильме есть работа, это неотъемлемая часть фильма, без которой не было бы связи между героями и самой историей. Здесь был определенный риск: если бы работа с кофе была снята фальшиво, никто не поверил бы Изабель Юппер.


Клер: Важно было побывать на реальной кофейной плантации, увидеть настоящую работу… Изабель все это увидела. И, полагаю, ее то увлекло.

Мари: Я очень люблю Шерифа, Мэра, такого обольстительного и ловкого… Он…

Клер: Он опасен! Но, в тоже время, - очарователен. Ты знаешь, его образ, в сущности, возник из первой версии сценария – там был офицер, которого Мария застает в гостиной, привлекательный и элегантный мужчина. И вот, он стал Мэром. А Боксер?

Мари: Ты с самого начала сказала, что Боксера будет играть Исаак де Банколе, и я держала эту мысль в голове во время работы над сценарием. Его лицо, его походка, его потрясающее телосложение, его лаконизм, его непосредственное родство с королевской кровью - все это мы видим в фильме...

Больше всего меня изумил Андре. Я знала, что Андре будет играть Кристофер Ламбер, и исходила из этого. Мне очень понравилась идея показать его с неожиданной стороны. Это должен был быть тот же актер, но он должен был обескураживать. И когда я увидела его в гостиной с Шерифом, в сцене, где дочь Шерифа садится на колени отца, когда увидела в этот момент лицо Андре, оно показалось мне действительно потрясающим. Просто сначала я боялась, что он будет чересчур… соблазнительным. Чересчур сильным, чересчур красивым.

Мне нравится сцена в автобусе. Это способ дать нам понять, что фильм – взгляд Марии на события, которые произошли до этого. Но в фильме совершенно нет ощущения флешбэка. Меланхолия, которую я ощущаю каждый раз, когда вижу Марию в автобусе, это действительно чувство бесконечной тоски.

Клер: А ее сила!

Мари: И это хорошо видно. Ее правая рука, мышцы руки, заметные в тот момент, когда она держится за поручни. Это сильная рука, несмотря на то, что маленькая. Мы хорошо видим эту силу, ведь на самом деле Мария - женщина, работающая на плантации, которая поднимает грабли… С нашей точки зрения, тяжелые.

Клер: А когда она на мотоцикле?

Мари: Мне нравится, как она поднимает руку, мы видим движение кисти… Это чувственное счастье, хотя, вообще-то, фильм не очень чувственный. Но в этой сцене - вся Мария.

Есть много деталей, которые мне очень нравятся, потому что они точно характеризуют героев. Например, момент, когда мы видим слегка дрожащий живот Манюэля. Ничего особенного, но это живот немного рыхлый для молодого человека, и это правильно - об этом безволии и говорит Мария. Его живот слегка заплыл жиром, хотя молодой человек должен быть…



Клер: Легкий, тонкий…

Мари: Мне очень нравится эта деталь. Когда я смотрела фильм, я оценила, как сильно наша совместная работа повлияла на книгу, которую я написала сразу после сценария «Белого материала». Даже «вьетнамка», которую Мария находит на дороге, возникла у меня абсолютно бессознательно, но я уверена, что эта «вьетнамка» меня, как бы это сказать… я не люблю слово «вдохновлять», но…

Клер: Эта работа очень много значит для нас обеих. Ты знаешь, в образе Марии есть что-то от Мари-автора сценария. Когда мы снимали сцену, в которой Мария приходит разбудить своего сына, Изабель сказала мне: «Это так просто для меня». Но ведь это был твой текст, и непростой текст. А Изабель воспроизвела его точно, ничего не изменив. Она произнесла все слова… со своим собственным ритмом и нарастанием.

Мари: Я действительно осознала, слушая ее, прислушиваясь к ней, что произносить реплики, которые я написала, было, конечно, нелегко. Я не понимала, как эти слова будут звучать в кино. Она сделала это великолепно…

Париж / Берлин, 17 декабря 2009



БЕСЕДА С ИЗАБЕЛЬ ЮППЕР



Из чего возник «Белый материал»?

Коло Тавернье открыл мне роман Дорис Лессинг «Трава поет» - ее первый роман, который она написала в 27 лет, по возвращению из Родезии. Меня восхитила эта книга. В романе - устаревшая проблематика, но образ героини, немного старомодной женщины, до сих пор остается у меня в голове. Сегодня, конечно, положение вещей изменилось. Границы сдвинулись. Жертвы и палачи - уже не те жертвы и палачи, что раньше. Клер, со своим умом, это не упустила. Она придумала более современных героев, которые развиваются в мире, полном противоречий. Как будто персонажи романа Дорис Лессинг выросли и набрали силу, несмотря на то, что герои фильма – люди слабые. У Лессинг Мария похожа на Мадам Бовари, проходящую через безумие. Клер подвергла ее полному изменению. Она увлекла ее к новым берегам, которые больше напоминают о произведении «Бесчестье» Джона Максвелла Кутзее.



Вы очень хотели работать с Клер Дени?

Конечно, это то, что привлекло меня изначально. Клер была ассистентом на «Возвращении к возлюбленной» Жана-Франсуа Адама (1979), с Жаком Дютроном и Бруно Ганцем. Фильм очень красивый и очень странный, полный «зловещего тумана». Это дела минувших дней, но я всегда её любила и восхищалась ей. В ней живет ребенок. Упрямая, фанатичная, неутомимая, она никогда ничего не упускает, и старается ценой жесткой борьбы - иногда, безнадежной – заставить признать свое виденье кино. Да, есть действительно что-то фантазийное в том, что она делает, в подлинном смысле этого слова.

«Белый материал» не является политически корректным фильмом. Он показывает детей-солдат, детей- палачей. Речь идет о том, что когда люди живут среди насилия, ненависти и хаоса, то и весь мир нельзя поделить на черный и белый. С духовной точки зрения.

С Клер легко работать. Она любит красивое , но простое. Мне повезло сниматься у таких режиссеров, как Бенуа Жако и Клер. Они воздвигают здания, внутри которых моим героиням достаточно места, чтобы показать себя. Их истории вымышленные, но не имеют ничего общего с небылицами.



Как бы Вы описали Марию, эту женщину, которая держится за свою землю. Она не принимает действительность?

Граница между верой и отказом от действительности ничтожна. Мария - верит. Она верит с самого начала, которое, в некотором роде, является началом конца. Она пытается любой ценой спасти свой урожай – действие фильма охватывает очень короткий период времени. Она выращивает кофе неслучайно, и не из коммерческих соображений. Кофе - это земля. Земля – это жизненная сила. Сила – это собственность человека. А собственность – это личность. То есть, то, что есть у человека – это то, что представляет собой человек. Ей грозит изгнание, и она чувствует безмерную боль. Сотни тысяч людей уезжают со своей земли. Эти люди переживают настоящую трагедию. Мария все это воплощает в себе: безумие, отчаяние… Она отказывается терять то, с чем она выросла…



Вы недавно сыграли несколько очень похожих характеров. Например, «Плотина против Тихого океана» Рити Пана по роману Маргерит Дюра. Вы не сомневались, стоит ли браться за роль Марии?

Действительно, есть сходство с матушкой Бараж…

Мария тоже защищается. Они борются за землю, за своих детей. Хотя в «Белом материале» у нее только один сын, которого великолепно исполнил Николя Дювошель, замечательный актер. В нем есть что-то дьявольское, когда, возбужденный неким инстинктом, как часто случается у детей, он идет навстречу опасности, с каким-то сверхубеждением. Я снималась в «Белом материале» перед «Плотиной», и, следовательно, я скорее колебалась, сниматься ли в фильме Рити Пана.

Если бы мне пришлось вновь раскручивать подобную сюжетную линию , действительно, я бы взяла что-то от нескольких невротичных мамаш, привязанных к своему дому: из фильма «Дом» Урсулы Мейер (этот дом – иллюзия героев, их фантазия о самих себе, если можно так сказать); из фильма «Частная собственность» Йоакима Лафосса (где загородный дом символизирует ценности, от которых герои не готовы отказаться); и даже из фильма «Вилла Амалия» Бенуа Жако, где героиня ищет выдуманный дом мечты. Впрочем, окружающие уже отмечали сходство, поэтому, когда я анализирую этих героинь, я предпочитаю сосредоточиться на различиях.


Во-первых, дело происходит в Африке…

Эта находка нас сплотила. Клер настояла, чтобы я предварительно провела там довольно долгое время. Мы приехали не накануне съемок. Основная часть группы была направлена туда на испытание. Мы жили в красивом и комфортном месте, в центре Камеруна, в часе езды от третьего города страны и в шести часах от Яунде.

Африка, это… сложно. Когда оказываешься там, она захватывает, но ты все время спрашиваешь себя, может ли однажды положение вещей измениться. Я говорю не о жестокости, не о бедности, а скорее о некой форме безразличия перед смертью.

«Белый материал» - кино микроощущений. Является ли фильм документальным фильмом… про Изабель Юппер?

В процессе подготовки этого проекта, Клер использовала детские рисунки, картинки. Она говорила о Марии, как о мультипликационном персонаже, который совершает поступки, как в реальной жизни. А потом постепенно возникли уроки вождения мотоцикла, курсы по вождению грузовика… Ведь у меня-то самой нет водительских прав.

Я хорошо прочувствовала, что героиня взвалила на себя основную часть работы, которую не в силах вынести, и ее переживания – следствие усталости. В «Белом материале» нет никакой психологии. События говорят сами за себя. Притяжение Мари к Шерифу, ее отношения с сыном – все это столь очевидно, что воспринимается, как само собой разумеющееся.

Образ персонажа создается при помощи характерных черт: это темперамент, физические данные, манера ходить, двигаться. Затем, конечно, одежда, обувь. Клер, которая уделяет большое внимание каждой детали, была к ним крайне внимательна. Например, мы часами спорили насчет желтого платья. Мне очень хотелось, чтобы Мария обладала определенной женственностью, почти кокетством…




Оно уравновешивало ее мужественность?

Мужественность тоже может иметь свою эротическую силу. Но Мария – это не пример кротости. В разгар страшных событий, в самый пугающий момент, она наносит на губы красную помаду, она приподнимает волосы - которые Клер сняла, как растения, или, точнее, как продолжение ветвей деревьев. Она сделала это не ради второстепенных целей. Сквозь ветви проходит жизнь, они несут в себе жизненный порыв. Так же, как розовое и желтое платья.



Эти платья также помогают зрителю устанавливать хронологию. Хронология так же нарушена в сценарии?

В сценарии повествование не было таким запутанным, но Клер сочла необходимым привести его в больший хаос, чтобы начать историю в тот момент, когда все события – уже воспоминания, сновидения и кошмары.



Как бы Вы описали отношения Вашей героини и Боксера, которого сыграл Исаак де Банколе?

Между ними существует нечто вроде притяжения. Во всяком случае, они стараются распознать друг друга. Когда они встречаются, оба персонажа находятся далеко за пределами принадлежностей и различий. Он - в бегах. Она взяла отсрочку от бегства. Его любовь к Африке, и, следовательно, к африканцам, ее увлекает. При царящей неразберихе, она не чувствует опасности, несмотря на то, что Боксер – представитель отряда мятежников. Она испытывает только непосредственное и естественное чувство сопереживания этому беспомощному перед ней человеку. Невольно втянутые в борьбу, белые не очень хорошо понимают, где они находятся. Клер не определяет вещи политически. Она не говорит, какой стороны придерживается Мария. Вопрос не в этом.



И все же, она представляет собой образ колониализма…

Да, но образ нетипичный. Клер всегда сознавала, что Африка заслуживает сострадания. Мария испытывает то же самое. Она не жесткая. Она - прагматик. Она остается на своем месте без демагогии, и обращается с другими на равных началах. Она остается решительной всегда - и когда заставляет трудиться своих работников, и когда водит грузовик, и с пистолетом у виска.



А ее семья?

Эта семья остается вместе даже после разрыва. Возможно, не только в связи с необходимостью – возможно, они привязаны друг к другу. Герой, воплощенный Мишелем Сюбором, символизирует патриархат. Он являет собой власть. Но это Мария, на самом деле, заставляет работать плантацию. Клан не желал распадаться. Но они неотвратимо движутся к краху.



Участие в работе над сценарием романистки Мари Ндьяй – это повлияло на привлекательность этого проекта для Вас?

Очевидно. Я хорошо знаю ее книги. Для меня она большой писатель. Я нахожу в ее произведениях такие вещи, которые присущи работе Клер: очень страстный и одновременно очень мучительный самоанализ, а также сверхъестественное начало, которое вторгается и нарушает этот анализ. Кино Клер и литература Мари Ндьяй ведут нас в мир более духовный, более фантастический. Но, даже если это может показаться немного удивительно с первого взгляда, в этом есть что-то шекспировское.

Фильм для меня – всеобщая трагедия. Может пройти немного времени – и произойдет то, что 10 лет назад или 10 лет спустя происходило в африканской стране, название которой не упоминается. Эта страна не является ни полностью реальной, ни вымышленной, и это к лучшему. Эта история – не из ряда развлекательных.


МУЗЫКА

Работа над саундтреками к фильмам Клер всегда обогащает и поднимает нас на новый уровень понимания музыки. Ее требования, к каждому фильму, ставят под сомнение и меняют наши представления о собственных произведениях.

15 лет сотрудничества привели к «Белому материалу» - фильму, который, еще раз, потребовал подхода, для которого у нас не было никакой модели.

Казалось, что музыка набирает жизнь в пылу красочных изображений. Эта оранжевая земля, темно-коричневая кожа и интенсивная зелень лесов - все это внутри ситуации, близкой к полному краху, среди жестокости, которая идет рука об руку с лирической наивностью.

Идеи пришли в виде набросков, далеких от точности изображения: коллаж звуков и ритмов - колокол, перкуссия, приглушенное пение, гул – в отрыве от мелодии. Музыкальная группа собралась и начала исследовать эти идеи, развивать их.

Таким образом, необработанная музыкальная форма стала обретать четкие линии.

Большая часть музыки «Белого материала» не зависела от сюжета, но когда мы погрузились в атмосферу фильма, тематика вывела нас на правильную дорогу.

Стюарт А. Стэйплс / Tindersticks


СОЗДАТЕЛИ ФИЛЬМА

Режиссер Клер Дени

Авторы сценария Клер Дени и Мари Ндьяй

Композитор Стюарт A. Стэйплс

Оператор Ив Кап

Монтаж Ги Лекорн

Звукорежиссер Жан Поль Мюжель

Кристоф Виндинг

Кристоф Вингтринье

Художник по костюмам Джуди Шрюсбери



Производство WHY NOT PRODUCTIONS
FRANCE 3 CINÉMA


WILD BUNCH

При участии CANAL +



FRANCE TÉLÉVISIONS

TPS STAR

и НАЦИОНАЛЬНОГО ЦЕНТРА КИНЕМАТОГРАФИИ

совместно с LES FILMS TERRE AFRICAINE

CINÉMAGE 2

SOFICA UGC 1

при поддержке PROCIREP








ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИНФОРМАЦИЯ



Страница фильма на Arthouse.ru http://www.arthouse.ru/movie.asp?Code=WHITEMAT

Страница фильма на IMDb.com http://www.imdb.com/title/tt1135952/

Официальный сайт фильма: http://whitematerial-lefilm.com/








Когда все виноваты, то все правы. Нивель де ла Шоссе
ещё >>