Этап девятый «земщина» и - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Состав комплекта «Круг чтения молодежи» Девятый этап проекта 1 68.38kb.
Коэффициенты Участник 1Первый этап 2Второй этап 3Третий этап 1 69.22kb.
Очк Участник Очки Чемпионата 1Первый этап 2Второй этап 1 40.37kb.
Инструкция по манипулированию этой книгой 19 Глава Цикл продаж 21... 29 4877.12kb.
Феодальная раздробленность. Этапы ф р.: 1 1 28.68kb.
является гуп кк «Телерадиокомпания «нтк», учредитель сми телеканала... 1 27.62kb.
Коэффициенты Участник 1 этап 2 этап 3 этап 1 44.76kb.
Коэффициенты Участник 1 этап 2 этап 3 этап 1 62.92kb.
Коэффициенты Участник 1 этап 2 этап 3 этап 1 18.19kb.
Коэффициенты Участник 1 этап 2 этап 3 этап 1 22.22kb.
Коэффициенты Участник 1 этап 2 этап 3 этап 1 87.82kb.
Программа 50 эскизный проект содержание 4 716.07kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Этап девятый «земщина» и - страница №1/8





ЭТАП ДЕВЯТЫЙ

«ЗЕМЩИНА» И «ОПРИЧНИНА»

1990-1992
Часть первая
Наступление

Без царя земля вдова, а народ сирота

ГЛАВА 43

Ещё осенью 1989-го, когда все дни нашего общественного служения были насыщены разнообразными событиями, я с друзьями и единомышленниками Широпаевым и Зеленовым познакомился с интересными людьми, которые вскоре круто изменили нашу дальнейшую судьбу. Это знакомство изменило не только нас самих, но и весь образ нашей жизни. Из вольных стрелков или партизан белогвардейско-монархического отряда, которые по большому счёту были предоставлены сами себе, мы превратились вскоре в бойцов регулярной царской армии и чуть ли не в монахов-воинов тайного ордена, находящихся на государевой службе и в послушании. Впрочем, всё по порядку.

На одном из еженедельных вечеров нашего союза в здании ВООПИК после умеренно-патриотического выступления Осипова с ультраправыми докладами выступили я и Широпаев. Мы говорили о необходимости восстановления Русского самодержавия. Лёша развивал излюбленную тему, вновь рассказывая о царе и о его палачах, мой же доклад назывался «Преодоление лжи и возрождение России».

Начинался он со стихов Николая Гумилева «Та страна, что могла быть раем стала логовищем огня». Приводя здесь своё выступление, я сознательно убрал из него некоторые реверансы в сторону красных патриотов, в которых по своей наивности всё ещё пытался видеть союзников, державников, государственников и даже будущих антикоммунистов-черносотенцев. Кроме того, вычеркнул и свои наиглупейшие антифашистские высказывания, которые должны были бы свидетельствовать о моей крайне невежественной приверженности к советским стереотипам и о моей явной духовно-идеологическую незрелости. Мои убеждения в ту пору, как убеждения любого сергианина, скажем прямо, носили псевдохристианский, советско-патриотический, великодержавно-интернациональный характер, поскольку ещё не было окончательно изжито ядовитое семя еврейского мифотворчества. Я придерживался традиционных для каждого антикоммуниста-совка ложно-исторических догм и стереотипов, утверждающих, будто коммунизм и фашизм одного поля ягоды. Сейчас трудно сказать, что и над чем тогда преобладало, к чему я больше склонялся к русизму или к советизму. Скорей всего преобладал ещё не изжитый советизм, т.е. мне не удалось пока избавиться от нашей общенациональной болезни, которой страдают миллионы сограждан. Эти издержки советско-рабского воспитания и остатки ещё не изжитого до конца марксистского социал-демократического мышления какое-то время продолжали давать знать о себе. Я опускаю эти антифашистские высказывания постольку поскольку мой доклад без купюр, в котором уже тогда были высказаны здравые и перспективные идеи возрождающегося русского монархо-фашизма, мог бы испортить общее впечатление и свести на нет мои труды. Подобно тому, как маленькая ложка дёгтя способна испортить большую бочку меда.

Итак, ПРЕОДОЛЕНИЕ ЛЖИ И ВОЗРОЖДЕНИЕ РОССИИ:



«Многострадальное наше отечество сейчас переживает особенно тяжёлое время. Затянувшаяся болезнь, которая семьдесят с лишним лет разлагала организм, по всей вероятности заканчивается. Каков же будет её конец? Что оставит она после себя? Гибель или выздоровление? – вот вопрос, который ставит перед собой весь народ. Все патриоты нашей земли, кому дорога Матушка Россия, кому не безразлична её судьба – судьба всего русского народа и его духовных идеалов, которые отстаивали наши предки, свято верят в то, что наша родина возродится из пепла, что у неё есть будущее, что искусственно прерванное в феврале 1917-го естественное развитие страны будет восстановлено и Россия, минуя тяжкие испытания станет тем, чем была по Божьему произволению – Великой Православной Державой Русью Святой, а народ русский – народом богоносцем.

Все мы стремимся к выздоровлению и освобождению от ига богоборческой власти, от затянувшейся вакханалии талмудического атеизма. Впрочем, прежде всего мы ищем причину зла и потому стремимся освободить самих себя от пут лжи, бездуховности, беспамятства, умерщвления личности, меркантилизма и приземлённости, преодолевая собственные грехи и оторванность от Бога. А это возможно только через воцерковление каждого из нас.

Возрождение отечества и неповторимого русского духа, наших христианских традиций и богатейшей культуры, немыслимо в ужасающих условиях морального, социального и экономического гниения страны. Немыслимо пока чуждая нам иудо-атеистическая идеология убивает души, растлевает разум и нивелирует личность. Как же преодолеть власть лжи? Это преодоление в нас, освободимся сами и другим поможем освободиться от люциферской тьмы, которая рассеется вмиг, как только Свет Божий озарит Святую Русь. Сатанинское острие идеологии направлено в душу и разум человека. Победив человека, она всегда побеждала в мире, растлевая среду и человеческую общность. Эта война за человеческие души не прекращалась на протяжении всей истории Христианства. Отсюда расколы Церкви, возникновение ересей, сект, отсюда же смуты и бунты.

Не миновала этого и Россия. Бесы, поселившиеся в нигилистических умах и опустошенных сердцах русской интеллигенции прошлого века, готовили новых поджигателей нового доселе невиданного пожара, в основе которого лежало разжигание вражды ненависти и гордыни. Прежде всего, им было нужно расколоть российскую православную общность – извечное единство народа и царя, сломать основу веры во Христа на противоположные враждебные друг другу начала. Вот истоки будущей катастрофы! И цель была достигнута.

Зло воцарилось и стало править, на долгие годы погрузив нашу страну во мрак лжи и разрушения. Как огненная лава оно сжигало всё на своём пути, всё, чем жила Русская Земля и что напоминало о былом её величии. Жертвами идеологии зла стали не только помазанник Божий его царственная семья и родственники, стоявшие на пути зла и ритуально устранённые, не только аристократия и духовенство, офицеры и казаки, но и простой люд, о благе которого эта идеология якобы пеклась. Геноцид против русского народа, интеллигенции, крестьян и рабочих осуществлялся преимущественно руками отпетых уголовников дегенератов и интернационалистического плебса. Практически все взрослое еврейское население России превратилось в красных комиссаров и активистов совдепа, которые возглавляли отряды латышей, венгров, румын, чехов, китайцев и прочих инородцев и иноверцев. Этой красной орде не было никакого дела до России и русского народа, им не было жаль ни нас, ни наших святынь.

Что это, если не иноземное нашествие на Русь, принесшее новое иго?! Реки крови и слёз, муки и страдания. Мёртвые камни взорванных храмов, осквернение святынь, разграбление богатств, рабский труд, поклонение идолам, иудейским звёздам и масонским молоткам. Изуродование чистых человеческих душ, заклеймённых калёным железом богоборчества. Освобождение от веры от любви к Богу к ближним. Освобождение от совести, благородства, от чести, морали и долга. Разожжённые страсти, игра на голых инстинктах, оболванивание, низведение мыслящих богоподобных существ до животного состояния и создание из этих несчастных приземлённых существ большого гойского стада послушных рабов – вот результаты всеобщего разрушения и необъявленной войны против России и Православия, которые мы пожинаем сегодня.

Самый тяжкий грех, за который расплачивается Россия – грех цареубийства, и хотя оно было совершено не русскими руками, однако с попустительства и с молчаливого согласия всего нашего народа.

Непосредственная казнь-распятие Господа нашего Иисуса Христа осуществлялась тоже не иудеями, а святая кровь Его легла проклятием именно на них и на их потомство. Впрочем, если даже последнему жиду дана возможность искупить тяжкий грех предков, то тем паче падшим русским людям через покаяние и возвращение в отчий дом Божий предоставлена возможность получить прощение и очиститься. Грех отступления и попустительство злу, открыли дорогу беззаконию. Мы сами предоставили нехристям возможность превратить нас в послушных гойских скотов, топчущих свои же святыни и убивающих себе подобных, которые радуются лишь сытой утробе и поклоняются идолам-вождям, привыкнув и к кнуту и к прянику оккупационного жидовского режима.

И всё же каким-то непостижимым образом уберег Господь и Пресвятая Богородица нашу землю от полного уничтожения. Не смогли враги, как бы ни старались уничтожить до основания три главных столпа России.

Во-первых, нашу русскую веру – Православную Соборную Апостольскую Церковь Христову. Хоть и сильно пострадала она от рук богоборцев. Во-вторых, нашу русскую душу – неповторимый национальный характер, открытость, доброжелательность и свободолюбие. Хоть и прошлись по ней комиссарские сапоги, не только истоптавшие душу отечества, но и извратившие и деморализовавшие её, поменявшие в ней идеалы на идолов, добро на зло, милосердие на жестокость, целомудрие на разврат. И всё же душа русского народа его национальный дух и верность идеалам Святой Руси живы. И доказательство тому многолетнее русское сопротивление красному пленению – Белое освободительное движение, многочисленные восстания казачества, русских крестьян, рабочих, солдат и матросов в начальные годы оккупации. Вспомним Новомучеников Российских именитых и безымянных, священников и пахарей, офицеров и художников, отдавших свою жизнь за веру и свободу родины. Вспомним ушедшие за кордон и продолжавших мужественную борьбу. Вспомним тех русских христиан в подполье и на поле брани во время так называемой второй гражданской, которые продолжали верить в возрождение России. Вспомним миллионы замученных или заживо сгнивших в концлагерях совдепии русских патриотов, которые не смирились с властью хама, с властью вечного жида. Пронесённая через все кровавые испытания, через безбожное лихолетие, через унижение и рабство, в нашем народе каким-то удивительным, непостижимым образом сохранилось русская душа. Всё то, что было для него вечно свято. И, в-третьих, чего так и не смогли уничтожить враги – нашу русскую государственность и её самодержавную сущность, которая является основой имперской мощи, основой российской великодержавности, основой общего дома для большой семьи наших народов. Хотя и заметно пострадала она после искусственного разделения Российской Империи на сектора-республики.

Восставшие из ада «проклятьем заклеймённые» очень хотели раз и навсегда развалить эту глыбу, которая стояла у них на пути и мешала поработить мир, чтобы создать в нём своё всемирное царство антихриста. Эти враги рода человеческого не смогли в одночасье сокрушить такую махину как Российская Империя, поэтому они заложили под неё мину замедленного действия, которая рано или поздно должна была взорваться и развалить страну при помощи сепаратистских ударов нацменов. Рознь национальная намного сильнее и долговечнее классовой борьбы и они это прекрасно знают. Сегодня этот опасный момент наступил и поэтому теперь, как никогда мы должны хранить и преумножать наши три главнейшие драгоценные освящённые временем русские идеи – Православие, Самодержавие и Народность. Они сохранены и пронесены нашими предками через разрушительный пожар революций, войн, смут, террора и переданы нам для того, чтобы мы очистили их от грязи и подняли над собой как знамя, способное засиять и освятить своей национальной красотой путь возрождения России.

Что же делать нам, братья, в этот тягостный час испытаний, выпавший на долю отечества? Может быть послушать тех, кто под разными лозунгами жаждет новых потрясений, чтобы окончательно добить ненавистного им русского зверя в собственной берлоге и развалить теперь уже окончательно наше государство? Нет! – скажем мы решительно. «Вам нужны великие потрясения, а нам нужна великая Россия!»

Сейчас, когда мы переживаем новую нарождающуюся инородную интернациональную революцию, когда новая волна насилия захлестнула всю нашу страну, мы русские патриоты – православные христиане говорим решительно НЕТ. Нет – новым взрывам! Нет – новым пожарам! Нет – новой крови! Нет – новой революции, и новому безумию! Русскому народу нужны не новые атаки на Бастилию, а мирное единение и возможность заглянуть в самих себя. Нам надо опомниться, наконец, очнуться от гипноза, в котором смешаны все понятия добра и зла, правды и лжи. Нам нужно поскорее проснуться и забыть как страшный сон раздражение, озлобленность и вражду между собой. Пора опомниться и содрогнуться от грядущего чудовищного, фантасмагорического, кровавого хаоса, который зовётся гражданской братоубийственной бойней. Нельзя усыплять себя сказками о свободах, правах, изобилии, демократии и плюрализме, что, по сути, является безначалием и безбожием, потому что в жертву этим иллюзиям приносят отечество, нацию и веру.

Лучше вспомним, что все блага мира не стоят одной слезы ребёнка. Одуматься призывал Достоевский, когда устами старца Зосимы говорил: «Мыслят устроиться справедливо, но, отвергнув Христа, кончат тем, что зальют мир кровью, ибо кровь зовёт кровь, а извлекший меч погибнет мечом». Ибо любое самое благое по виду начинание и призыв, основанные на безбожии, а тем более на богоборчестве заканчиваются злодеянием и убийством. Или история этого не показала? И либеральный Арон Керенский и радикальный Янкель Свердлов едины в одном – в богоборчестве и служении злу.

Так может быть хватит с нас этих революций и экспериментов?! Россия не лаборатория, а русские люди не подопытные кролики! Хватит навязывать нам чуждые антихристианские и русофобские идеи, хватит с нас этих «товарищей», которые решают за нас. Мы сыты их заботами о нашем всеобщем счастье, благополучии и благоденствии. Хватит реанимировать труп марксизма, заразный яд которого проявляется во всевозможных левых движениях. Нам также не по душе заботы новоявленных спасителей – либералов и демократов всех цветов и соцветий, которые, отвергая коммунистическое рабство, сами вольно или невольно ведут страну к разрушению и рабству. Пытаясь учредить в России западный образ жизни, материальное изобилие и цивилизованное правление, они служат той же безбожной идее построения земного рая, а значит тоже являются богоборцами.

Не подумайте, что Запад вызывает у меня аллергию. Не Запад мне чужд, не его древняя культура и традиции, а то, что разложило эту культуру и размыло эти традиции, та бездуховность и материализм, которые царят на современном Западе и которые нам не нужны ни в какой форме. Сам же Запад, как и весь мир для нас святы и дороги. «Назначение русского человека, - говорил Достоевский, - есть бесспорно всеевропейское и всемирное. Стать настоящим русским, стать вполне русским, может быть, и значит только (в конце концов это подчеркните) стать братом всех людей, всечеловеком, если хотите. О, всё это славянофильство и западничество наше есть одно только великое у нас недоразумение, хотя исторически и необходимое. Для настоящего русского Европа и удел всего великого арийского племени так же дороги, как и сама Россия, как и удел своей родной земли, потому что наш удел и есть всемирность, и не мечом приобретённая, а силой братства и братского стремления нашего к воссоединению людей».

Другой русский мыслитель Киреевский писал: «И что в самом деле за польза нам отвергать или порочить то, что было или есть доброго в жизни Запада! Всё прекрасное, благородное, христианское по необходимости нам своё, хотя бы оно было европейское, хотя бы африканское».

Делая оговорку о Западе, хочется, чтобы, наконец-то исчезли недоразумения, и воцарилось трезвомыслие среди русских людей, запуганных опасностью Запада или напротив бездумно преклоняющихся перед ним. Надо искоренять крайности – крайность огульного отрицания и крайность всеобщего обожествления Запада, поскольку любая крайность как проявление фанатизма вредна и опасна. Коммунисты и интернациональные патриоты, будто выполняя чью-то инструкцию, внушали и внушают нам враждебность к народам Запада, которые-де только и мечтают нас захватить и поработить, и это в то время, когда мы уже больше семидесяти лет находимся в жидовском рабстве. Но не менее опасна другая крайность, когда демократы и интернациональные либералы игнорируя специфику России её вековой уклад, пытаются навязать нам западный демократический образ жизни, его материальные ценности, меркантилизм и культ золотого тельца, продолжая атаковать Христианство, лукаво исподволь заменяя наши идеалы идолами и лжеверием. Не нытьем так катаньем пытаются погубить остатки русской духовности лишь бы не допустить возрождения России. С ведома всемирного масонства или без, так или иначе, но наши доморощенные демократы ведут Россию к национальной катастрофе, к распаду великой страны на безликие государства-карлики, которые станут легкой добычей сильных соседей. И тогда нас ждёт новое рабство. Выпьют из обессиленной России оставшиеся соки, прожуют и выплюнут, обрекая нас – своих рабов на медленное вымирание.

Русским православным христианам не по пути со слепцами, которые ведут слепых и тем более с волками в овечьих шкурах. С готовностью пожертвовать всем, чем сильна Россия, они любой ценой отождествляют себя с международной демократией. Лишь бы избавиться от комплекса социально-мировой неполноценности, лишь бы не прослыть сторонником пресловутого русопятства, лишь бы избежать обвинений в имперских амбициях. Мы же наоборот гордимся этим. Безбожникам не понять, что свобода в ином – в духовном освобождении каждого из нас. Царство свободы – это не коммунизм и не плюрализм, а Царство Божие. «Это Царство Божие, – говорил архиепископ Иннокентий Херсонский и Таврический, – не придёт, как это неразумно ожидали иудеи, чувственным каким-либо, пышным и торжественным образом (Лк. 17. 21). Что оно вообще находится не «вне», а «внутри» каждого; не имеет никакого сходства с преобладанием властителей земных (Лк. 22. 25) и состоит в свободе от греха и страстей, во владычестве над своим сердцем и наклонностями, в восстановлении в себе первобытного совершенства и Богоподобия».

Если мы не сможем придти к такому христианскому осознанию свободы, то рано или поздно вновь попадём в рабство. Этого как раз и не могут понять нынешние свободолюбцы по преимуществу материалисты, атеисты, фрейдисты и всякие там уфологии, жаждущие свободы «вне». Чтобы освободиться от коммунистического рабства они готовы стать добровольными рабами кого угодно даже гуманоидов. Будучи верными и послушными рабами собственной плоти, которая естественно ищет насыщения, они готовы лизать хозяйские сапоги любого заморского демократа. Смердяковщина прямо-таки толкает их в пасть нового зверя имя, которого космополитический монополизм, общемировой дом, содружество наций, новый мировой порядок, а я бы назвал этого зверя всемирным государством антихриста.

Согласится ли русский народ броситься из огня, да в полымя? Захочет ли он, освободившись от коммунистического ига, пойти в новую кабалу, чтобы стать рабом международных масонских корпораций, пополнив их пресловутое, свободное братство, за которым скрываются жёсткая регламентация, контроль, манипулирование, совершенное ново-технологичное компьютерное слежение, подчинение тайной иерархии и искусное нивелирование личности? В сущности, это же самое богоборчество только без явного насилия. Сатанизм не тоталитарный, а демократический, создание того же послушного гойского стада, но бескровным путём.

Пришло время сторониться не только откровенного противостояния Богу – не только коммунизма, нигилизма и анархии, но и скрытого богоборчества – сомнительных импортных либерально-демократических идей, скроенных не по нашему плечу. Можно представить себе, что произойдёт с Россией, если бросить на её почву семена плюрализма, парламентаризма, конституционализма и прочих «измов». Взойдут ростки смуты и хаоса. К сожалению, всё это уже было в России. Вначале упивались речами о свободе, затем стали драться за место под солнцем, сталкивая лбами толпы людей, не понимающих, что происходит. Затем… результаты могут быть не предсказуемые. Или гражданская война, разрушение, утопление в крови, развал страны террор диктатура и последующее порабощение разделённых обескровленных народов. Или опять революционная анархия, мятежи, восстания, междоусобицы, в пылу которых власть приберут к рукам мафиозные структуры, насаждающие свой закон тайги. Опять-таки на разделённой территории разграбленной страны. А итог один – гибель государства, а значит гибель русской нации как культурного слоя и этнически-духовной единицы. Таковы мрачные прогнозы, которые являются следствием на первый взгляд невинной демократической идеи.

Долго ли ещё безумцы демагоги и просто невежды, не видящие дальше своего носа, не желающие знать, что ждёт наших детей впереди, будут кричать о свободах автономиях и разделении нации? Мы русские патриоты православные христиане должны предотвратить эту беду. Именно нам надлежит сохранить себя как великую богоносную нацию, помогая и другим народам братьям нашим меньшим, веками живущим вместе с нами под одной крышей сохраниться в своей культурно-этнической целостности. Только всплеск русского духовного национализма может спасти сегодня наше многострадальное отечество. В этом убеждают нас многие русские мыслители прошлого и настоящего.

«Почему ныне, – писал в своё время русский философ Иван Ильин, – появились люди, сомневающиеся в правоте национализма? Потому, что они представляют себе национализм в отрыве от веры, как проявление земной, обособляющейся гордыни; в отрыве от любви, как воплощение сомнения и жадности; в отрыве от свободы, как воинственное стремление поработить все иные народы; в отрыве от совести, как систему агрессивности, кровожадности и хищности; в отрыве от органической семейственности, как произвольную и не искреннюю выдумку; в отрыве от патриотизма, как начало противо-духовное и противо-культурное».

«Когда-то было странно говорить о русском национализме, – говорил другой русский писатель И.Стародубцев, – сочетания таких слов не было в русском языке. Теперь положение русской нации совсем другое. Нарождение русского национализма в смысле самозащиты и самосохранения – явление для сегодняшнего дня естественное. Мы, русские, вставшие на защиту своих культурных и материальных ценностей, защищаем их во имя того, чтобы весь мир не обкрадывался и не обеднялся. На любви к своей нации мы проявляем любовь ко всем. Цель нашего национализма не расширение материальных границ, а сохранение нравственных устоев, сбережение и накопление духовных благ».

«История, – пишет ещё один русский мыслитель В.Шацков, – являет нам картину, похожую на образ расширяющейся вселенной; народы всё более и более утверждаются на своих национальных началах, всё более стремятся к самопознанию и самоутверждению, и, видимо, до периода «интернационального сжатия» ещё далеко (…) Сознание, а не просто истерическое утверждение своей непохожести и уникальности придаёт культуре устойчивость. А некий культурный коктейль, микстура для общего употребления – это трагедия для любого народа. Большого и малого, в том числе и русского. Осознание же себя, своей национальной самоценности и уникальности приводит не к шовинизму, как у нас ещё кое-кто продолжает считать, а, напротив, к уважению другой национальной культуры, другого народа. Такой, скажем, научный национализм и приводит нас к искомой целостности».

Великое национальное и духовное возрождение России возможно при определённых условиях. Во-первых, возвращение русского нарда в лоно Церкви. Во-вторых, возрождение национального русского духа, русской культуры и традиций. В-третьих, внутреннее и внешнее освобождение от богоборческого ига от атеизма и идолопоклонства. Наконец, в-четвёртых, сохранение великой единой и неделимом Русской державы, находящейся под благодатным покровом Пресвятой Богородицы, для будущего Русского царя. Пожалуй, начнем с последнего условия, поскольку многие наши соотечественники считает монархию формой государственного правления, которая либо отжила свой век, либо является откровенно деспотической, а поэтому шокирует их.

Прежде всего, и это надо подчеркнуть, монархия не просто государственное устройство не просто разновидность социально-политической власти. Монархия – это установление Божие, и поэтому любой православный христианин понимает и принимает её как должное. Если мы признаём и почитаем, власть патриарха и иерархов церковных, то точно так же мы признаём и чтим власть царя-помазанника Божия и иерархию государственную. Святитель Иоанн Златоуст много говорил о том, что служба Государю приравнивается к молитве Богу. «Бог, – любил повторять вселенский святитель, – установил не демократию, а монархию! Бог устроил, чтобы один подчинялся, а другой повелевал, как это бывает в войске, потому что равенство чести часто производит вражду». Другой православный учитель, русский священник и философ Павел Флоренский по этому поводу писал: «В сознании русского народа самодержавие не есть юридическое право, а есть явленный самим Богом факт, милость Божия, а не человеческая условность. Так что самодержавие царя относится к числу понятий не правовых, а вероучительных, входит в область веры, а не выводится из вне религиозных посылок, имеющих в виду общественную или государственную пользу».

«Русский царь, – писал видный общественный деятель Михаил Катков, – есть не просто глава государства, но страж и радетель восточной Апостольской Церкви, которая отреклась от всякой мирской власти и вверила себя хранению и заботам помазанника Божия». И ещё одно высказывание, которое принадлежит епископу Нектарию Сеаттлийскому: «Государь Помазанник Божий, священное лицо, носитель особой силы благодати Духа Святаго. Эта божественная сила, действующая через помазанника Божия, удерживала распространение зла, тайны беззакония».

Думаю теперь понятно, кем является для нас Государь и что такое православная монархия, которые никогда в христианском мире не превращалась в простые атрибуты власти или в вечно меняющуюся моду. Царь всегда был и останется для нас светом православной веры и земною главою нашей Церкви, и пока жива Святая Русь её главными и непреходящими символами будут ВЕРА, ЦАРЬ и ОТЕЧЕСТВО. Как неразделима Святая Троица, так не разделимы наши святыни.

Теперь попробуем подойти к монархии с другой стороны и рассмотрим её с точки зрения государственно-политического и общественного устройства, хотя после сказанного выше говорить об этом бестактно. Либералы и демократы в один голос обвиняют монархию в деспотизме, феодализме и варварстве. Им и в голову не может прийти, что большего народного волеизъявления, чем при самодержавии, которое неразрывно связано с соборностью и представить себе нельзя. Такого народоправства никогда не было и не будет. Никаким демократиям Запада не снилась такая свобода личности, которую предоставляла Русская монархия и законы Российской Империи. «При зарождении Государства Российского, – писал русский историк И.Билибин, – в его основу были заложены две характерные черты русского понятия государственности: чутье династического принципа и участие народа в самом установлении правового государства. Одно из существенных различий между развитием русской государственности и развитием государственности в странах Западной Европы состоит в том, что там участие народа в управлении государством было завоевано в результате борьбы, в России же, до петровского периода (когда стали преобладать влияния Запада), между властью монарха и участием народа в государственной жизни, в общем, преобладала гармония. Эти два момента приводились в действие ходом событий совершенно естественно, друг друга восполняя. Инициатива исходила иногда с одной стороны, иногда с другой. По инициативе царя Земские Соборы заменили утратившее свою дееспособность вече. Когда наступило смутное время и можно было сказать словами летописца, что «бяша в них усобице и воевати почаша сами на ея», в преодолении смуты проявил инициативу народ (…) Всякие попытки какой-либо общественной группы ограничить власть монарха народ инстинктивно воспринимал как посягательство на свою свободу».

Самодержавие, автократия или единоначалие вовсе не тождественны разноцветному тоталитаризму, при котором царят беззаконие, насилие, произвол и тотальное подчинение личности какому-то абстрактному общественному интересу, которому якобы должны приноситься в жертву все личные интересы. Это и есть главный принцип создания послушного стада рабов. Автократия подразумевает, прежде всего, правовое государство, где соблюдаются законы и законность, которые дают личности гарантии собственной неприкосновенности и свободу. Иерархическое устройство общества, где существует естественное деление на господ и слуг, как известно не лишает свободы саму личность и тем более не противоречит Божьему установлению, ведь перед Богом мы все равны, хотя одни ведут – пастыри и начальники, а другие ведомы – паства и исполнители. Тот же принцип соблюдается в православном монархическом государстве. «В настоящем Христианстве, – писал Достоевский, – есть и будут господа и слуги, но раба невозможно и помыслить. Я говорю про настоящее, совершенное Христианство. Слуги же не рабы. Ученик Тимофей прислуживал Павлу, когда они ходили вместе, но прочтите послания Павла к Тимофею: к рабу ли он пишет, даже к слуге ли, помилуйте! Да это именно «чадо Тимофее», возлюбленный сын его».

Только слепой может не видеть, что в основе самодержавного правового государства лежит принцип свободной личности, которая добровольно соизмеряет свои интересы с общественными, ставя последние выше своих собственных. Русский народ и братские народы российские всегда почитали власть царя, которая в результате масонского заговора и февральской смуты была уничтожена. Именно тогда, а не после октябрьского путча был приостановлен естественный ход русской истории и страна, превратившаяся в труп, стала гнить в яме зла. Великое, развитое и весьма богатое государство было уничтожено и доведено до нищеты, а при коммунистической диктатуре отброшено назад в эпоху дикости рабства и каннибализма. В социально-экономическом смысле произошло возвращение к давно забытому феодальному строю. К общине, которые стали называться коммунами и колхозами, к натуральному обмену, к кустарщине, оброку, который стали называть продналогом. И даже к крепостному праву, к зависимости, которая выразилась в бесправии и жесточайшем подчинении крестьян и рабочих новым хозяевам страны. Я уже не говорю о диких средневековых способах, которые применялись в советском обществе для усмирения непокорных и миллионах погибших в новом коммунистическом раю. Детскими забавами покажутся расправы Малюты Скуратова, когда мы вспомним геноцид русского народа, устроенный жидо-большевиками. Удивительно, как после этого чудовищного эксперимента мы ещё выжили и даже достигли некоторых высот, хотя до уровня 1913-го года, когда Россия кормила своим хлебом весь мир, нашему государству с миллиардными внешними долгами ещё очень и очень далеко.

На чём же продержалась наша страна, вернее инородный оккупационный режим, более семидесяти лет? А держался он лишь на двух подпорках. Прежде всего на насилии, на рабском труде и страхе, который вошёл в плоть и кровь покорённого народа, в котором с годами сформировалась примитивная рабская психология, передающаяся уже по наследству. И на чудовищной лжи, которая извратила всю мировую историю и все представления о добре и зле. Утратив веру в Бога, рабы поверили в обещанный завоевателями рай земной и с энтузиазмом принялись строить эту Вавилонскую башню светлого будущего. На первых порах ими владел воистину религиозный энтузиазм, когда по слову революционного поэта: «губы шепчут в лад, через четыре года здесь будет город-сад». Первые пятилетки и преодоление разрухи всё ещё поддерживали иллюзию того, что завтра обязательно придёт всеобщее счастье. Через год-другой обманутые надежды наверняка дали бы о себе знать, скорее всего, наступило бы разочарование, безверие, неудовлетворённость и депрессия, а на одном насилии во время социальных кризисов, как известно трудно удержаться. Но началась война, названная Сталиным отечественной и освободительной, которая стёрла грань между обнищанием, являющимся следствием коммунистических экспериментов и разрухой, принесённой внешними врагами. Все смешалось, как перемешались жертвы ГУЛАГА и жертвы поля брани. Рабы с красными звёздами на лбу и с именем диктатора на устах шли в бой, убеждённые в том, что действительно умирают за родину и за своего вождя. Народ вновь всколыхнулся, но на этот раз не революционный, а совсем иной советско-патриотический дух, которым искусно манипулировали из Кремля, стал поднимать из руин разрушенную страну. Общая беда объединила и заставила с новыми силами, смирившись с невзгодами и лишениями пойти дальше к обещанному и столь желанному раю. Это была вторая волна энтузиазма. Но не прошло и 20-ти лет, как этот энтузиазм стал катастрофически улетучиваться. Не помогали даже кукурузные заверения нового хозяина о том, что в 1980-ом мы будем жить при коммунизме. Волна схлынула и совдепия вступила в пору затяжного многолетнего кризиса, который удачно был назван брежневским застоем. Попытки нынешних коммунистических реформаторов вызвать искусственным путём новую третью волну народного энтузиазма, чтобы миновать кризис с помощью декларируемой перестройки (перестройки чего, позвольте узнать), попросту смешны. Вызвать новый революционный подъём во имя марксистско-ленинской абракадабры, в которую уже никто из рабов не верит, теперь и вовсе не представляется возможным. Поднять волну во имя чего-нибудь иного? Опасно, могут смести. Что же делать власть имущим, когда рабы выходят из подчинения из гипноза и не верят лжи, только одно – насилие. Но государство, которое опирается лишь на силу и запугивание не прочно стоит на ногах, особенно в наше время, когда всеобщий кризис толкает общество к необходимости обновления. Следовательно, произойдёт одно из двух, либо коммунисты откажутся от своей идеологии, которая парализовала все движущие силы, давая возможность обновиться существующему строю, либо они уйдут с исторической сцены, уступив место новым хозяевам. Впрочем, и в том и в другом случае рабское положение русского народа не изменится.

Как же в этой ситуации быть нам, русским патриотам православным христианам? Прежде всего, ни в коем случае не мириться со злом, которое правит этим миром, не поддаваться политическим страстям и соблазнам изменить форму существующего строя каким-нибудь волевым путём. Мы руководствуемся только одним правилом: «Ищите прежде Царствие Божие и Правды Его, а все остальное приложится», ибо так заповедал Господь. А в повседневной жизни для нас приемлем ещё один принцип, который Солженицын назвал так: «Жить не по лжи». В этом суть христианской борьбы.

Но ведь это бездействие и позиция невмешательства, – скажет, быть может, наивный человек. Напротив, это и есть настоящее действие и активное вмешательство в дела мира. Долг христианина противостоять мировому злу и обличать его, от кого бы оно не происходило. Не забывая при этом любить падших людей и молиться за них, за этих вольных или невольных носителей зла, желая им только спасения. Как инквизиторы мы кротко и с любовью должны бороться с врагами Христа, причём не с конкретными людьми, а с их прегрешениями. Такое активное «неучастие» может воистину достигнуть многого. Некий священник однажды сказал: «Один святой – а здесь святой означает просто человека, относящегося серьёзно к своей вере – больше может сделать, чтобы изменить мир к лучшему, чем тысяча напечатанных программ. Святой человек – единственный настоящий революционер в этом мире».

Именно так без крови и потрясений лишь следуя заповедям Божьим и не участвуя во зле, мы можем прийти к выздоровлению нации, к её освобождению и действительному возрождению России. Мне кажется, что наше неизбежное возвращение к монархии произойдёт естественным путём через созыв Всероссийского Собора. Этот мирный путь вернёт России национальные и духовные силы. Однажды наша родина уже переживала смутные времена, и только народный дух – вера и соборность спасли её от полного уничтожения. Призванная на царство династия Романовых, оправдала возлагавшиеся на неё надежды. И тогда в начале ХVII века Россия возродилась, и теперь в конце ХХ века возродится вновь, если конечно не иссякнет у русского народа любовь к отечеству, которая неминуемо приведёт его и к вере Христовой и к верности царю.

Хочется верить, что любовь эта не угасла даже в самом последнем рабе, который всё ещё хранит верность чужому краснозвездному хозяину. Хочется верить, что сердце народное не умерло совсем, а пока ещё спит. Но рано или поздно оно проснётся и обратится к Богу и скажет своё решающее слово и призовёт на престол Русского царя. И соберётся вокруг монарха верноподданный народ его русский – его опора и сила. Именно простой народ оставался верен нашему Государю Николаю Второму в самые тяжёлые для него дни. Люди из народа прошли с ним весь скорбный путь и приняли вместе с царской семьей мученическую смерть. Русский народ даже тогда, когда его беспощадно обманывали, сея вражду между ним и царем, даже когда он безмолвствовал, оставался верен ему душой, как сын верен отцу. Простые русские рабочие плакали, стоя на коленях, когда узнали об отречении Государя Императора. Простые русские крестьяне продолжали молиться за помазанника и шли в бой за Веру Царя и Отечество. И хотя богоборцы внешним образом уничтожили монархию, совершив ритуальное цареубийство, как внешне уничтожалось Христианство, преданное всеобщему разрушению, огню и смертоубийству, однако монархический дух, присущий русскому народу, уничтожить они так и не смогли. Как не смогли поработители искоренить и Святое Православие, ибо и то и другое не материально и человеческой воле не подвластно.

Большевистский, кровавый диктатор Сталин не в силах был противостоять невидимой силе русского духа. Как все восточные тираны он лукаво использовал его, внушая своим рабам мысль о том, что он-то и есть отец народа. Самозванец отлично спекулировал и манипулировал сохранившимся у советских рабов народным чувством монархизма, природной тягой к сильной царской власти. Он умело и всесторонне использовал не только патриотические и верноподданические чувства русских людей, но и внешние формы вероисповедных народных принципов. Возможно, благодаря именно этим жидовским манипуляциям и словоблудию, искренне поверившие ему русские люди смогли противостоять немцам.

Духовная связь народа и царя до сих пор не нарушена. До сих пор многие русские монархисты почитают Сталина как победителя фашизма, продолжая страдать синдромом советчины. Сталинизм – это извращённая, выхолощенная, обескровленная, ложная идея монархизма и патриотизма, из которой вытравили самое главное правду Божью. Вот почему и сегодня наши святыни делятся на части. Нам преподносят или одно Православие без царя, вернее православную обёртку с полным равнодушием ко всему, что происходит вокруг и утверждением, будто Церковь вне политики. Или царя без веры и отечества – демократическую монархию без православного патриотизма в виде модной формы, которая приблизит-де нас к цивилизованному миру и королевским домам Европы с одной стороны, а с другой – красную просоветскую монархию с трогательной любовью к своим мучителям. Или отечество без царя и Православия – патриотическое пустозвонство, которое выражает готовность за любимую Россию хоть чёрту душу продать. Представьте себе разделение Святой Троицы – признание одной Божественной Ипостаси и отрицание двух Других, так вот разделение Православия, самодержавия и патриотизма (народности) является точно такой же опасной ересью.

В наше смутное время беспамятства и нигилизма, когда все идеалы попраны, а правда извращена, когда монархия воспринимается как экзотическая маска какого-нибудь африканского племени, когда одни по-прежнему пребывают в коммунистическом рабстве, а другие стремятся к рабству плюралистическому, мы, русские патриоты, православные христиане продолжаем пребывать в надежде, что наше народное русское Православное дело всё-таки победит. Достоевский, который, так же как и мы, искренне верил в русскую победу, когда-то написал: «Народ не забыл свою великую идею, свое «Православное дело» – не забыл в течение двухвекового рабства, мрачного невежества, а в последнее время – гнусного разврата, матерьялизма, жидовства и сивухи». Воистину золотые слова, причем, будто неделю назад написанные.

Верим, что настанет время воссоединения нашего народа с Богом и царем, покаявшись в отступлении, блудные сыны России вернутся в отчий дом. Над Кремлём вместо люциферских звёзд ещё воспарят наши двуглавые орлы, и польётся как песня над первопрестольной и над всей Матушкой Россией колокольный звон Великого Русского Воскресения. Вставайте люди русские за Веру, Царя и Отечество! С нами Бог! Москва. Сентябрь. 1989».

Среди публики, заполнившей до отказа конференц-зал Дома Телешева (ВООПИК), которая внимательно слушала мой длинный доклад, а после его окончания долго аплодировала и горячо благодарила меня и Широпаева за яркие и содержательные выступления, я не мог не заметить двух особенных людей. Они как-то выделялись из общей патриотической массы и сразу же привлекли мое внимание. Это были Андрей Щедрин и Леонид Болотин. После высказанного ими искреннего восхищения нашими докладами мы решили познакомиться поближе. Как оказалось, не только снаружи, но и внутри эти люди были весьма и весьма необычными. Оба немного старше меня и Алексея, но моложе Зеленова. Вид у Щедрина был внушительный, я бы сказал слишком уж православный. Среди остальных он выделялся большой тёмной окладистой бородой с прямым жестким волосом, высоким интеллектуальным лбом с небольшой залысиной и проницательными карими глазами, которыми он сверлил собеседника, будто намереваясь проникнуть в его сознание. Он напомнил мне моего бывшего соратника по партии ультралевого революционера-анархиста Чукаева, тот же взгляд, та же манера держаться на публике, тот же внешний облик. И Щедрин тоже представлял собой человека-загадку. При всей свей загадочности и претенциозности, он отличался набожностью и большой строгостью в вопросах вероисповедания, вплоть до аскетизма. Это был прирождённый руководитель, лидерство и учительство так и лезли из него наружу. В былые времена из него получился бы хороший комсомольский вожак, а в наше время из него мог бы получиться приличный церковный староста, прижимистый и как положено домовитый. Если бы не его мудрования и огромное самомнение, превратившие Щедрина, в конце концов, в некоего гуру, создавшего свою собственную православную секту. Уже через несколько лет он стал широко известным Николаем Козловым, писателем, издателем и начальником церковно-катакомбной общины, которая получила название опричного братства.

Леонид Болотин был его старым другом Щедрина, они вместе учились в МГУ на факультете журналистики, а после совместно в библиотеках занимались раскопками, по крупицам собирая неизвестные сведения из жизни Царской Семьи. Они вместе организовывали вечера, о которых я уже упоминал в своей «летописи», фотовыставки, откапывая, тиражируя и распространяя малоизвестные фотографии из царского архива, вместе собирали «библиотечку монархиста», распространяя редкие дореволюционные и зарубежные издания через «церковную лавку» Вадима Кузнецова, с которым они давно и плодотворно общались. Внешне Леонид Болотин больше напоминал мне революционера-разночинца, нежели ортодоксального монархиста, высокий, худой, всклокоченный как воробей, с жиденькой бородкой клинышком и широко раскрытыми глазами, которые делали его выражение лица всегда удивлённым и несколько растерянным.

Вскоре мы подружились, наши встречи стали более частыми и доверительными. Благодаря этому новому общению, я открыл много нового для себя, и в первую очередь, правду о старце Григории Распутине, о котором мы имели тогда самые смутные и лишь извращённые представления. В основе этих представлений была всё та же, не изжитая до конца хрестоматийная советская пропаганда, создавшая стереотипы в нашем сознании. Немаловажную роль в насаждении мифа распутинщины сыграл тогда нашумевший, но абсолютно лживый художественный фильм Элема Климова «Агония», а так же, весьма популярные бульварные романы Валентина Пикуля о Царской Семье, которые легли в основу этой пасквильной киноленты. Вся бредятина, все небылицы и байки, вся грязь, которая выливалась на головы Царственных Мучеников и на их приближённых ещё при жизни стараниями антирусской, либерально-еврейской прессы, полностью повторялась и муссировалась в наши дни. И вот, наступил момент истины. Именно Щедрин первый открыто пошёл наперекор сгнившим штампам, выступив в 1989-ом с лекцией, в которой раскрыл правду, рассказав о праведной христианской жизни и мученической кончине сибирского крестьянина, который стал царским другом. Именно Щедрин способствовал тому, чтобы русские православные люди наконец-то прозрели и смогли преодолеть завалы многолетней бессовестной лжи. Именно он впервые помог отделить белое от чёрного, помойную грязь, вылитую царскими врагами на головы праведников, от первозданной чистоты. Он не только помог воссоздать истинный облик старца Григория, но в огромной степени способствовал широкому церковному почитанию этого духовного защитника царя и страдальца за веру и верность. Это потом писатели Олег Платонов и Сергей Фомин напишут замечательные книги-исследования о Распутине. Это потом появятся иконописные лики святого старца и молитвы к нему. Это потом будут сняты довольно правдивые телевизионные и документальные фильмы о мученике Григории Новом. А начало было положено именно Андреем Щедриным, и за это надо отдать ему должное, открыто выступившим в защиту оболганного истинно русского человека, стремясь к восстановлению исторической правды и справедливости.

Кроме того, благодаря именно Щедрину и Болотину я и мои соратники смогли получить ответы на многие другие духовные и исторические вопросы, интересовавшие нас. От них, например, мы услышали о правах престолонаследия. От них же получили развернутую информацию о современном состоянии Дома Романовых и сведения о монархическом движении в русской эмиграции с 1917-го и до наших дней, а так же обстоятельные разъяснения по поводу разделения монархистов на легитимистов-кирилловцев и соборников-непредрешенцев. Они же впервые рассказали нам о существовании и активной деятельности нынешних зарубежных единомышленников из Российского Имперского союза-ордена, который возглавляли белоэмигранты братья Веймарны. Но больше всего, причём довольно много нового и интересного я услышал о тайне беззакония – о ритуальных жертвоприношениях, совершаемых жидами, и правду о кресте-свастике, который, как оказалось, особенным образом почитала Государыня Императрица. А ведь до знакомства с ними я полагал, что свастика – антихристианский масонский символ. Помниться, я даже составил некую весьма упрощённую схему масонской иерархической структуры со всеми степенями тайного посвящения, где над одним из четырёх внешних направлений масонства поставил знак свастики, на что Щедрин по-отечески сказал: «Не торопись, брат! Не надо всё грести под одну гребенку!» Таким образом он не только помог мне впредь благоговейно относиться ко всем формам креста Господня, как заповедано Церковью, но и уберёг меня от злокозненной ереси крестоборчества, которая сегодня так широко распространилась во всём православном мире. И ещё много нового и интересного я узнал, общаясь с этими выдающимися и интереснейшими людьми.

Вначале 1990-го, когда на улице мела метель и кипели нешуточные политические страсти, когда общественное противостояние грозило достигнуть своего апогея, когда коммунисты-консерваторы, пока ещё удерживающие власть в Кремле продолжали разгонять несанкционированные демонстрации и митинги, а революционно настроенные демократы (коммунисты-перевёртыши) продолжали расшатывать государственные устои советской «империи», на квартире Болотина в братской христианской обстановке дружбы и взаимопонимания собралось несколько человек.

Большая часть присутствующих мне была уже хорошо знакома, кроме Широпаева и Зеленова здесь был ещё один наш соратник из ХВ Александр Побезинский, принимавший деятельное участие в недавно состоявшемся съезде нашего союза, где он помогал нам отстаивать монархические черносотенные позиции. Помимо прочего Побезинский был руководителем Российского Освободительного союза (РОС), небольшой группировки, объединявшей часть православных патриотов, занимавших активную социальную позицию. Он давно участвовал в патриотическом движении, предпринимая различные попытки объединить разрозненные праворадикальные группы, которые в конце 1980-ых так или иначе откололись от НПФ «Память» и существовали самостоятельно независимо друг от друга. Побезинский был вхож в эту среду и потому хорошо знал всех отколовшихся от Васильева лидеров «Памяти» Николая Филимонова, Александра Кулакова, Константина Осташвили и многих других.

Здесь же на собрании присутствовал мой давнишний приятель и хозяин арбатской подпольной «церковной лавки» Вадим Кузнецов, который по-прежнему скептически относился к любым проявлениям общественной активности. Он постоянно подтрунивал надо мной, выставляя мою социально-исповедную позицию (сбор подписей и т.д.) в смехотворном виде, и при этом высокомерно полагал, что обычная молитва сильнее в стократ любого действия и пропаганды монархических идей.

На встрече были ещё два малознакомые мне лица Валерий Архипов и Юра Николенко, с которыми я совсем недавно познакомился на одном из вечеров. Они имели какое-то отношение к творчеству, занимаясь в частности изготовлением и распространением редких фотографий Царской Семьи. Кроме того на собрании присутствовали ещё двое вовсе незнакомых мне человека Павел Буров и Андрей Масальцев. Оказывается, нас собрали здесь для того, чтобы создать братство или лучше сказать орден. Наконец мы узнали о том, что заводилой всему, инициатором данного мероприятия по собиранию «апостолов монархии» был Щедрин. Надо заметить, что собрались на московской квартире вовсе не рыбаки и не полуграмотные простолюдины, публика подобралась в основном творческая, весьма амбициозная и знающая себе цену. Поэт, два писателя-журналиста, четыре художника, два телевизионщика – фотограф и оператор, клирик – будущий священник и инженер-механик. Всего одиннадцать, и все считали себя русскими православными монархистами. Активные, дерзкие, молодые, но уже бородатые и весьма солидные мужи приблизительно тридцатилетнего возраста. Среди них я был, кажется, самым молодым 29-летним.

Разговор сводился к тому, что нам необходимо объединить все наши усилия в деле прославления Царской Семьи, и прежде всего, оживить, усовершенствовать и развернуть как можно шире дело, начатое нами в 1988-ом по сбору подписей за канонизацию. Говорили о том, что пришло время заявить очумевшим от перестройки совкам о существовании истинно русской монархической идеологии, выжившей даже во времена лихолетия, что необходимо создать новое желательно тайное (пока ещё) сообщество, скрытое от глаз мира сего и от советско-богоборческой власти в первую очередь, т.е. некое православное братство, которое должно подготовить духовно-идеологическую почву для воцарения будущего Государя Императора. Я пытался возразить, указывая на то, что не зачем огород городить, создавая какое-то новое и тайное общество, похожее на масонскую ложу. Тогда как существует уже официальная и явная организация союз ХВ. Убеждал собравшихся единомышленников в том, что вместе с Широпаевым и Зеленовым мы активисты ХВ неустанно работаем над тем, чтобы превратить этот союз в истинно-монархическую и националистическую организацию. И что если они захотят влиться в наши ряды, то с их помощью мы этого достигнем, осуществив начатое превращение намного быстрее и без особого труда.

- Мне кажется, – сказал я в заключение, – всем присутствующим стоит просто-напросто вступить в ХВ и занять руководящее место в думе, начав работу в нужном нам направлении.

- Сколько таких организаций уже спалилось или развалилось на ровном месте, – возразил мне кто-то, по-моему, вечный скептик Кузнецов, – потому что все они открыты для провокаторов или возглавляются всякого рода бонапартиками.

- В том-то и дело, что глава нашего союза Осипов человек достойнейший и вполне адекватный, не какой-нибудь фюрер или фанфарон типа Дмитрия Васильева, – настаивал я на своём.

Однако все мои доводы и старания были напрасными, подавляющее большинство присутствующих, вообще не хотело куда-либо входить и кому-либо подчиняться. Всем льстила мысль высказанная Щедриным о том, что мы особенные, избранные, та самая опричная часть, которой доверено сугубое царское служение, во-первых, подготовка России к принятию самодержавного венца, и во-вторых, наша непосредственная служба грядущему Государю. Только здесь и только сейчас я впервые услышал о том, что наш будущий царь ни кто иной, как Тихон Николаевич Куликовский по матери Романов, сын Великой княгини Ольги Александровны и родной племянник Государя Императора Николая Второго, соответственно внук Императора Александра Третьего. Он родился в августе 1917-го в Крыму и сейчас, оказывается, живет в Канаде. До этого момента Щедрин и Болотин скрывали от нас и то, что с ним ведётся переписка, и то, что он единственный на их взгляд законный наследник из Дома Романовых. Очевидно, они опасались навредить ему, полагая, что известие о претенденте на престол приведёт в движение механизм тайных сил, который может уничтожить будущего Русского царя. Так или иначе, но после прочтения письма, обращённого к нам, ни у кого уже не было сомнения, что нам необходимо сплотиться вокруг Тихона Куликовского-Романова. Вот что он писал:



«Молодым РУССКИМ в Россию. С замиранием сердца и восторгом, но и со страхом за вас всех и за будущее родины, смотрим мы на происходящее в СССР. Совершенно ясно, что все сегодняшние беды идут от злого, сатанинского корня (Карла Маркса), сконцентрировавшего 2000-летнюю ненависть распявших Христа и их духовных наследников (не обязательно евреев!). Две силы борются за души и жизни человеческие, Бог с Сатаной, Добро со Злом, Любовь с Ненавистью. «Будьте мудры как змии», говорит Евангелие. В нашем стоянии за правду, мы должны быть сугубо осторожными, ибо «мир во зле лежит»; он в руках зла. В разных местах и разных сферах, понемногу, но всё же с ускоряющейся быстротой готовят Мировое Правительство. Уверяют даже, что одна из масонских лож имеет главной задачей приготовить все необходимые части для Храма Соломонова в Иерусалиме, чтобы воздвигнуть его с неожиданной быстротой во всём былом величии, когда наступит «подходящий момент». Тогда в нём, как «Бог» воссядет Антихрист – князь мира сего.

Объединение всего мира энергично подготовляется. Уже намечается создание интернациональных военных сил с мировой полицейской властью. Так называемый «Мировой банк» уже существует. У него, по необъяснимым причинам ВСЕ страны во всё возрастающем долгу! Императорская Россия в Мировом банке не нуждалась, за что и была уничтожена кровавой марксистской революцией. Гениальный финанс-министр Гитлера Шахт своими реформами освободил Германию, перед войной от зависимости Мирового банка. Германия, по стечению обстоятельств, была разбита и уже 45 лет платит миллионы пострадавшим от нацистов евреям и их потомкам... А победители – США до сих пор помогают содержать Израиль подачками в 10000000 долларов в день! Одновременно задолженность всего мира, включая ту же богатейшую Америку, Мировому банку продолжает расти с каждым днём. Просто какой-то непонятный кошмар.

Надо принимать во внимание вышесказанное, т.е. фактическое положение в мире. Поэтому вам – нашим чудным, честным, христолюбивым молодым патриотам советуем прежде всего осторожность! Ведь нам – русским нужны друзья-союзники. А против нас уже подымается на Западе злобная компания. Уже клеймят «Память», монархистов и прочие патриотические движения «фашистами», «шовинистами», «черносотенцами», «жидоедами» и прочими ругательствами и всем привешивается «антисемитизм»… А с «антисемитами» на Западе и разговаривать не станут… О глубинных причинах нашего и мирового несчастья мы должны знать, помнить и понимать, но говорить о них как можно меньше, в особенности с посторонними. Темна ночь, но брезжит свет. Мне кажется, что выход из безвыходного положения только в подлинном Воскресении России – Русского Православного Царства, где всё станет на своё место. Не будет этого, мир сорвётся в пропасть.

Слежу за тем, что происходит в СССР и берёт жуть! Берегитесь, чтобы не закабалиться Западу. Чем будете платить за «помощь»? «Концессиями» разным дельцам вроде архи-биллионеров Коганов и Ротманов? Так СССР сможет попасть в роль Китая конца прошлого столетия… А на счёт «демократизации»: не допускайте систему много- или даже двухпартийную. Партии придуманы хитрецами, чтобы разделять и властвовать! У России особый путь, будущие общественные организации должны развиваться как органы местного самоуправления, но при обязательном условии сохранения интересов всей страны.

С надеждой на помощь Божью. Крепко жму руку. Ваш Тихон. Январь 1990 года».
Впечатление от прочитанного письма было ошеломляющее. Все молчали, не зная, что сказать. На это и было рассчитано организаторами встречи Щедриным и Болотиным, которые специально выбрали из монархистов лучших, как им казалось, активистов движения, которые были достойны стать приближёнными будущего самодержавного правителя. Вместо абстрактной монархической идеи, до сих пор существовавшей только в наших головах, перед нами вдруг возник реальный образ живого потомка царя, который общался с нами и был выразителем наших чаяний и той самой идеи, которая до сих пор носила отстранённо-теоретический характер. Мы уже многое знали о Великом князе Владимире Кирилловиче любимце перестроечной прессы, вокруг которого крутились всевозможные, как правило, неприятные или нерусские типы, наигранно изображающие из себя его царскую свиту. А это невольно отталкивало монархистов, особенно черносотенцев, которые не хотели его воспринимать как царя. Вслед за своим отцом самопровозглашённым Императором Кириллом Первым, он тоже, по всей видимости, стремился взойти на Российский престол с чёрного, а не с парадного входа. Зато все так называемые легитимисты, нарочито представлявшие из себя некую белую кость – новые аристократы, вновь провозглашённые дворяне и передовая интеллигенция, ему в этом всячески способствовали, навязывая советскому обществу именно его в качестве единственно-законного претендента на царский трон. При этом никто из них не хотел замечать очевидных фактов – осторожных высказываний Владимира Кирилловича, его либерально-демократических настроений, его реверансов в сторону Горбачёва, его толерантности и политкорректности, его религиозной терпимости близкой к экуменизму, его странных связей с папой Римским и его речей о конституционной монархии.

Вполне возможно, что для либерально настроенных легитимистов конституционная монархия западноевропейского образца была вполне приемлемой и желанной, но только не для нас убеждённых сторонников самодержавия. Я уже не говорю о членах семьи Владимира Кирилловича с явно нерусскими семитско-хамитскими чертами лица, которые также как и он были обласканы всей советско-либеральной общественностью. Например, активистом и прорабом перестройки Ленинградским мэром Анатолием Собчаком (патроном В.В.Путина), организовавшим вскоре визит Великого князя на «родину» в город на Неве. Можно представить себе насколько серьёзно, после всей этой шумихи, дешёвой клоунады, игры в монархию и нескончаемой журналистской трескотни вокруг претендента с его черноголовой семьёй, был воспринят нами никому неизвестный и принципиальный иной Романов – Тихон Николаевич Куликовский.

Именно он показался нам тем самым истинным Русским царем, которого мы все так страстно ждали и которого заочно полюбили верноподданнической любовью. Не любимец советско-либеральной публики с царской фамилией, а именно он Романов по матери, и в этом не было у нас никакого сомнения, должен был взять скипетр и державу будущей Российской Империи. Итак, мы стали считать его своим царём, о котором пророчествовали святые подвижники, предсказавшие будущее возрождение России и Русского царства. То есть тем самым «человеком сильной воли и большого ума из рода Романовых по женской линии», которому не только мы, но и другие монархисты отныне готовы были служить и душой и телом, ежедневно и ежечасно.

Так при полном взаимопонимании в молитвенной тиши и было создано наше Братство во имя Святого Царя Мученика Николая, объединённое одной идеей, одной целью, одним царем без какого-либо формального лидера на традиционно-соборной основе. Моё предложение об использовании ХВ как монархического плацдарма было принято, но с оговорками. Братья решили сотрудничать и даже оказывать всестороннюю помощь в формировании официальной организации, однако от вступления в её ряды ХВ воздержались все кроме тех, кто в союзе уже состоял. Так и решили пусть, мол, Дёмин Широпаев, Зеленов и Побезинский состоят и там и тут, но при этом они не должны разглашать своего тайного членства в Братстве, которое приравнивается к особому царскому служению.



следующая страница >>



Нельзя стать хорошим солдатом без некоторой доли глупости. Флоренс Найтингейл
ещё >>