Экспериментальная психология - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Пояснительная записка. Требования к студентам 1 158.95kb.
Учебно-методический комплекс дисциплины «дифференциальная психология» 1 183.61kb.
Рабочая программа дисциплины экспериментальная психология направление... 4 741.68kb.
I. экспериментальная психология 7 1 33.66kb.
Основные принципы экспериментальной психологии 1 56.91kb.
Рабочая учебная программа дисциплины «экспериментальная психология» 1 288.61kb.
Родился: 27 мая 1879, Меккесхайм, Германия; скончался 1 17.21kb.
К курсу «Психология родительства» Курс входит в профессиональный... 1 46.45kb.
"Экспериментальная психология" 1 18.39kb.
Экспериментальная психология 8 898.51kb.
Словарь терминов по дисциплине «Экспериментальная психология» Валидность 1 56.48kb.
Кафедра общей психологии 3 381.72kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Экспериментальная психология - страница №1/24





ФЕДЕРАЛЬНОЕ АГЕНСТВО ПО ОБРАЗОВАНИЮ

Государственное образовательное учреждение

высшего профессионального образования

Уральский государственный университет им. А.М. Горького
Факультет психологии

Кафедра общей психологии и психологии личности



ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНАЯ ПСИХОЛОГИЯ

Учебно-методическое пособие

Екатеринбург

2006


УТВЕРЖДАЮ

Декан психологического факультета

____________________Глотова Г.А.
Учебно-методическое пособие по курсу «Экспериментальная психология» составлено в соответствии с требованиями федерального компонента к обязательному минимуму содержания и уровню подготовки:

дипломированного специалиста по специальности 030301

бакалавра, магистра по направлению «психология»

по циклу СД дисциплин государственного образовательного стандарта высшего

профессионального образования.

Автор-составитель:

к.п.н., доцент кафедры общей психологии и психологии личности Ур ГУ

Боднар А. М.


Рекомендовано к изданию учебно-методической комиссией

психологического факультета

Протокол заседания № от

ВВЕДЕНИЕ

Данное учебно-методическое пособие состоит из цикла лекций по всем темам, предусмотренным программой курса «Экспериментальная психология», а также содержит методические материалы, облегчающие его освоение, такие как: распределение часов курса по темам и видам работ, списки основной и дополнительной литературы, темы и планы семинарских занятий, примерный перечень вопросов к экзамену и вариант экзаменационных билетов, вариант теста для контроля знаний. Кроме того, в приложениях приведены фрагменты текстов, знакомство с которыми представляется принципиально важным при изучении экспериментальной психологии.



Цель курса – обеспечить студентов базовыми знаниями по экспериментальной психологии в соответствии с требованиями действующего Государственного образовательного стандарта по данной дисциплине: рассмотреть основные разделы, главные направления, проблемы, задачи, методы; выработать умение осмысленно читать описания психологических экспериментов в научной литературе, самостоятельно планировать и проводить эмпирические исследования, интерпретировать и описывать полученные результаты, составлять отчет о проделанной учебно-исследовательской работе.

Основными задачами курса являются

  1. Ознакомление с основной проблематикой экспериментальной психологии как науки, ее понятийным аппаратом.

  2. Знакомство со структурой и особенностями методов психологического исследования.

  3. Изучение способов планирования психологического исследования (экспериментальных планов).

  4. Изучение методологии и планирования корреляционных исследований в психологии.

  5. Привитие навыков интерпретации и представления результатов психологического исследования.

Место дисциплины в системе высшего профессионального образования

Данный курс предполагает, что студенты уже знакомы с основами общей психологии, освоили начала математической статистики, выполнили большую часть заданий общего психологического практикума. Освоение содержания курса «Экспериментальная психология» является основой для методически и методологически грамотной самостоятельной учебно-исследовательской работы студента (а в дальнейшем и научно-исследовательской деятельности специалиста-психолога) независимо от специализации и конкретного направления работы.



Требования к уровню освоения содержания курса

По окончанию курса студенты должны



  • понимать, почему научная психология – это экспериментальная психология;

  • знать, что такое метод в широком и узком смысле и какова номенклатура и возможности методов современного психологического исследования;

  • иметь представление о существующих экспериментальных (а также до- и квазиэкспериментальных) планах и уметь пользоваться наиболее часто встречающимися из них;

  • уметь грамотно планировать, осуществлять и представлять результаты своих учебно-исследовательских проектов.


ЛЕКЦИИ ПО ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЙ ПСИХОЛОГИИ

Лекция 1.

НАУКА И НАУЧНАЯ МЕТОДОЛОГИЯ
Введение

Что означает термин «экспериментальная психология»?

Классики под экспериментальной психологией понимали систему психологических зна­ний, полученных на основе экспериментального изучения поведе­ния человека и животных (Вундт, Вудвортс, Стивенс, Фресс и Пиаже). В таком понимании научная психология приравнивается к экспериментальной и противопоставляется философской, интро­спективной, умозрительной и гуманитарной версиям психологии.

Сегодня термин «ЭП» понимается более широко и используется для характеристики научной дисциплины, занимающейся проблемой методов психологического ис­следования в целом.

Традицию преподавания ЭП в рос­сийских университетах ввел профессор Г. И. Челпанов в 1909/10 учебном году. С 70-х годов учебный курс «Экспериментальная психология» читается в российских вузах. В Госстандарте образования психолога ему отводится 180 часов. Студенты, прослушав этот курс, должны полу­чить представление о «теоретическом и эмпирическом знании в пси­хологии; специфике психологического эксперимента; экспериментальной психологии деятельности; естественных и искусственных видах деятельности; экспериментальной психологии сознания личности».
Наука и научный метод1

Сегодня существование науки психологи общепризнанно, хотя после чтения некоторых психологических книг или статей у естественников или математиков могут возникнуть обоснованные сомнения на этот счет, ибо если психология – наука, на психологический метод должны распространяться все требования к научному методу.



Наука – это сфера человеческой деятельности, результатом ко­торой является новое знание о действительности, отвечающее кри­терию истинности. Эффективность на­учного знания считается производной от его истинности. Научный работник – это профессионал, который руко­водствуется в своей деятельности принципом «истинностьложность».

Результатом научной деятельности может быть описание реальности, предсказание или объяснение процессов и явлений, которые выражаются в виде текста, структурной схемы, графической зависимости, формулы и т.д. Идеалом научного поиска считается открытие законовтеоретическое объяснение действительности. Но созданию теории предшествует нахождение единичного факта, эмпирическое обобщение, модель, закономерность, закон и только потом – теория. То есть все виды научных результатов можно расположить на шкале «эмпирическое – теоретическое знание»:

В каком виде существует наука? – 1) как система знаний (результат деятельности) и характеризу­ется полнотой, достоверностью, систематичностью; 2) как деятельность. В этом качестве наука характеризуется прежде всего методом. Метод отличает науку от прочих способов получения знания (откровение, интуиция, вера, умозрение, обыденный опыт и т.д.), метод научного исследо­вания – рационален.

Одно из возможных определений метода: метод – это совокупность способов практического и теоретического освоения действительности, которая признана научным сообществом в качестве обязательной нормы, регулирующей поведение исследователя.

Ключевым здесь является понятие нормы, тесно связанное с понятием «парадигма», введенным в научный обиход Т. Куном, который выделяет два разных состояния науки: революционную фазу и фазу «нормальной науки». «Нормальная наука» означает исследование, прочно опирающееся на одно или несколь­ко прошлых научных достижений. Парадигма же – это правила и стандарты научной деятельности, принятые в научном сообществе на сегодняшний день, до очередной научной революции, которая ломает старую парадигму, заменяя ее новой.

Образцы какой науки следует считать эталоном? Ответы на этот вопрос были разными. Так Бэкон считал основой естественных наук физику, Гоббс – геометрию.

У Куна под парадигмой понимается и теория, принятая научным сообществом, и правила и стандарты научной практики, и стандартная система методов. Многозначность потребовала конкретизации, и Кун ввел понятие «дисциплинарная матрица», в соответствии с которым появилась возможность говорить наряду с парадигмой науки в целом о парадигмах отдельных наук – «узкая» парадигма.


Понятие парадигмы используется для характеристики формирования научной дисциплины, описания этапов ее формирования. Так говорят о допарадигмальной науке – когда у нее нет теории, признанной научным сообществом, и парадигмальной науке. Существование парадигмы является признаком зрелости науки или отдельной научной дисциплины.

В научной психологии станов­ление парадигмы определено работами В. Вундта и его научной шко­лы. Взяв за образец естественно-научный эксперимент, психологи конца XIX – начала XX в. перенесли основные требования к экспериментальному методу в психологию. И до сих пор, как подчеркивает Дружинин, какие бы претензии ни выдвигались критиками лабораторного эксперимента, психологи, если они хотят быть научными ра­ботниками, ориентируются на принципы организации естественнонаучного исследования. На основе этих принципов проводятся диссертацион­ные исследования, пишутся научные отчеты, статьи и монографии.
Основные черты современной научной методологии

Каковы же основные черты современной научной методологии? Современная наука начинается с Галилея (1564-1642) и Ньютона (1642-1727), живших в эпоху первой научной революции. Для Ньютона научная деятельность – это поиск ограниченного количества математических законов, позволяющих вывести наблюдаемые в природе закономерности. С помощью открытых им законов движения и тяготения он очень точно описывал движение небесных тел. Главная критика Ньютоновской механики касалась отсутствия объяснения механизма гравитации, но классик отвечал: «Hypotheses non fingo» (гипотез не измышляю). То есть он отказывался объяснять свой принцип гравитации, для него было достаточно постулировать существование силы, посредством которой можно предсказать движение небесных тел.

Философия природы Ньютона приняла крайние формы у Конта (1798-1857) и его последователей-позитивистов. Для них основная задача науки – не объяснять, а описывать: ученый должен наблюдать за природой, ища закономерные события и надежные корреляции, на основании наблюдений он может предлагать научные законы (образцом здесь служит научная деятельность Ньютона). Для них как и для Ньютона научные законы – это математическое выражение наблюдений. Итак, для позитивистов задачей науки №1 является описание, из которого вытекает задача №2 – предсказание (на основе закона тяготения ученые предсказывают будущие затмения, появление комет, рассчитывают орбиты спутников и т.п.). Конечная цель науки, согласно философии позитивизма, – осуществлять контроль. Идеалом Конта было общество, управляемое наукой. И поскольку формирование психологии в 20 в. шло под влиянием идей позитивизма, то желание применить научно-психологические знания для управления обществом заметно повлияло на этот процесс.
Описание, предсказание и контроль для позитивистов – три единственные задачи науки. Желание же людей объяснить, то есть получить ответ на вопрос «Почему?» они считали опасной поблажкой метафизике и теологическим спекуляциям. Однако к середине 20 в. философия науки признала необходимость объяснений, и в 1948 г. Гемпель и Оппенгейм предложили – но в рамках позитивизма – модель объяснения.

Объяснение для Гемпеля-Оппенгейма– следствие научных законов. Свою модель они назвали дедуктивно-номологической (nomos – закон), то есть относящейся к закону, поскольку объяснение показывает, как событие подчиняется определенным научным законам.

Важнейшей чертой модели Гемпеля-Оппенгейма является то, что она подчеркивает: событие, нуждающееся в объяснении (explanandum), не может явно или неявно содержаться в законах или обстоятельствах, привлекаемых для разьяснения (explanans). Нарушение этого правила приводит к тому, что объяснение теряет силу.

Представим себе вопрос: «Почему данное вещество усыпляет?», и ответ на него: «Потому что оно обладает наркотическим действием». На первый взгляд объяснение дано, но когда мы узнаем, что «наркотический» означает «вызывающий сон», то видим, что объяснения нет, ибо по сути утверждается, что вещество усыпляет, потому что оно вызывает сон. То, что надо объяснить (explanandum), причина сна, в неявной форме содержится в разъяснении (explanans).

Конечно, можно придумывать красивые названия типа «наркотический эффект», выдавая их за объяснения событий, но максимум, что может скрываться за названиями – это предположение о наличии неких сил, вызывающих события (например, сил, вызывающих наркотический эффект). Предположение о наличии таких сил может стать первым шагом к пониманию, но не является объяснением (известно, что в качестве таких сил выступали бог, дьявол, ангелы, демоны, теплород, флогистон, эфир и т. п. – допущения, которые нельзя прямо или косвенно наблюдать, экспериментально проверить. Они привлекаются в качестве гипотез именно для объяснения непонятного, но такого рода объяснения неприемлемы для науки, и Ньютон и его наследники предпочли вовсе отказаться от объяснений («гипотез не измышляю»), чем дать лазейку суевериям.)

Именно то, что модель Гемпеля-Оппенгейма недвусмысленно указывает на необходимость разделять объясняемое (explanandum) и то, с помощью чего дается объяснение (explanans), делает ее основой для понимания научного объяснения. И это при том, что с момента своего возникновения дедуктивно-номологическая модель много и заслуженно критиковалась.

Самая противоречивая ее черта – уподобление объяснения предсказанию. Дело в том, что с точки зрения позитивистов Гемпеля и Опенгейма объяснить событие означает продемонстрировать, как оно может быть предсказано. Так, объясняя затмения, астрономы обращаются к законам Ньютона, законам, описывающим движение Солнца, Земли и Луны и, зная эти законы, они неоднократно предсказывали затмения в будущем и не ошибались. Отсюда вывод о симметричности объяснения и предсказания. Но такой вывод не всегда верен: если предсказать затмение на основе законов движения планет означает верно объяснить это явление, то правильно предсказать шторм на основе показаний барометра не значит объяснить происхождение шторма (показания барометра – следствие изменений в атмосферных процессах, а поскольку следствие не может предшествовать причине, данное предсказание не может быть объяснением шторма, у его возникновения – другие причины).

Но почему для позитивистов стало возможным уподобление объяснения и предсказания? Дело в том, что они рассматривают объяснения в качестве логических аргументов: ученый логически выводит (= предсказывает) событие из совокупности предпосылок. И поскольку они рассматривают научные законы лишь как человеческие изобретения – обобщение прошлых событий, то считают, что эти законы не управляют природой, то есть не являются причиной происходящего. Это значит, что для позитивиста законы Ньютона не являются причиной и не вызывают затмений; они просто позволяют нам логически заключить, что в будущем затмения будут (и все подобные заключения были верными).

Итак, позитивисты, начиная с их предтечи Ньютона («Гипотез не измышляю») и заканчивая нашими современниками – сторонниками Гемпеля-Оппенгейма – обходили вопрос о реальной каузальной (причинной) структуре природы. Они сосредотачивались на том, как ее можно предсказывать и контролировать. Они оправдывались тем, что есть множество знаний, которыми можно пользоваться, не задаваясь вопросом, почему же они работают (так врачи десятилетиями прописывали аспирин для снятия жара, не зная, почему он помогает, они только сейчас начинают понимать механизм действия аспирина).

Но понимать – хочется! Поэтому в качестве альтернативы дедуктивно-номологичес-кому был предложен каузальный подход. Главная причина его появления – трудности позитивистов в различении предсказания и объяснения.

Мы уже видели, что предсказать – не всегда – объяснить. С другой стороны, квантовая физика показала, что можно объяснять некоторые события, исходя из законов квантовой механики, при том, что предсказать эти события принципиально невозможно. Это значит, что причины событий – истинные, объективные, а не только логические, выведенные из наблюдаемых предпосылок – существуют. Существуют законы природы сами по себе, независимо от оценки их надежности и полезности.

Но этого мало. Для психологов, пытающихся объяснить человеческое поведение, еще важнее то, что мы интуитивно принимаем объяснения, которые вообще ни на каких законах не основываются: большинство объяснений в повседневной жизни и истории получаются из соединения событий в причинные цепочки без упоминания каких-либо законов. На основании каких законов детектив раскрывает преступление? Он не привлекает законов природы, поскольку, даже если они существуют относительно поведения, их никто не знает, поэтому он показывает, как серии частных, уникальных событий привели, одно за другим, к преступлению. Мы чувствуем удовлетворение, узнав, что это жена отравила мужа, потому что у нее был любовник, хотя нет закона природы, гласящего, что все или большинство жен, имеющих любовников, убивают свих мужей. То есть не все объяснения соответствуют модели, включающей закон.

Каузалисты считают, что страх позитивистов перед метафизикой и суевериями и как следствие нежелание выходить за пределы фактов привел их к отказу от смысла и цели науки, которые состоят в проникновение в причинную структуру реальности, в открытие (а не изобретение) законов природы. Ведь наука, говорят они, достигла своих успехов, благодаря тому, что она – более или менее – права относительно того, как работает природа, она может предсказывать и контролировать, благодаря своей истинности, а не логической структурированности. Наука защищается от суеверий, жестко проверяя каждую гипотезу и сомневаясь в каждой теории.

Какой из обсуждавшихся подходов верен? Очевидно, что своя правда есть у каждого. Поэтому естественным представляется существование точки зрения, служащей дополнением к ним. Это прагматический подход, в соответствии с которым научно объяснение обусловлено как логическими (теоретико-познавательными, гносеологическими) факторами, так и факторами общественными и личными (субъективными, интуитивными). «Почему небо синее?» Существует целый ряд приемлемых ответов на этот вопрос – в зависимости от контекста, в котором он задан. Так для людей разного возраста полностью неверным объяснение будет только для малышей: «Потому что это лучший цвет для неба», ответы же, связанные со свойствами света, атмосферы и т.п. будут относительно верны – разными их делает контекст, в котором задан вопрос, ожидания вопрошающего и мнение отвечающего относительно того, каким следует быть самому подходящему ответу. Истина, содержащаяся в этом примере, справедлива для всей истории науки: объяснения меняются по мере того как развивается научное понимание проблемы.

Итак, мы видим, что ответ на вопрос о том, что считать объяснением, зависит от исторического, социального и личного контекста, и с этим фактом должна считаться любая общая теория объяснения. Мы видим также, что различия между каузальным и номологическим подходами к объяснению очень глубоки, поскольку основываются на принципиально различных идеях относительно того, чего может достичь наука. С точки зрения номологистов мы можем надеяться описать мир таким, каким видим его в нашем опыте; каузалисты считают, что можно пойти глубже и постичь тайную, невидимую причинную структуру Вселенной.

Этот спор известен как спор о реализме в науке. Проиллюстрируем его примером из истории науки. С конца 19 в. широкое признание получила атомарная теория, с помощью которой объясняли поведение газов и правила комбинаций химических элементов. Но как интерпретировать концепцию атомов? Позитивисты во главе с физиком Эрнстом Махом утверждали, что поскольку атомы нельзя увидеть, мнение об их существовании является верой, а не наукой. Мах говорил, что атомы – это гипотеза, придающая фактам смысл, но само их существование нельзя подтвердить. Во главе атомистов стоял Д. И. Менделеев, считавший, что атомы реально существуют, а их свойства и взаимодействия объясняют закономерности изобретенной им периодической таблицы. Для атомиста-реалиста Менделеева за пределами наблюдений лежит царство невидимых, но реальных вещей, о которых наука строит теории (то есть теории отражают реальность, содержат элемент истины). Для позитивиста-антиреалиста Маха единственная вещь, которую должна объяснять наука – это сами наблюдения. Теории же – это инструменты, орудия, помогающие предсказывать и объяснять события. Если это удается, теория считается полезной (без обсуждения вопроса о реальности, стоящей за ней, то есть о ее истинности), если нет, ее отбрасывают.

Видимо, большинство людей (и ученых) в глубине души – реалисты. Но открытия квантовой физики, в том числе ее последние открытия подтверждают скорее правоту антиреалистов (правоту Бора, а не Эйнштейна). Бор писал: «Не существует квантового мира, существует всего лишь квантовое описание». Последние же открытия квантовой механики позволяют предположить, что если за наблюдениями скрывается какая-то реальность, то она очень странная, поскольку в ней потенциально каждое событие во Вселенной мгновенно связывается с любым другим событием. Но точка в этом споре не поставлена, и наука объясняет мир с помощью теорий, независимо от того, кто, каузалисты-реалисты или номонологи-антиреалисты их продуцируют.
Лекция 2

НАУКА И НАУЧНАЯ МЕТОДОЛОГИЯ (продолжение)
Что представляют собой теории

В связи с этим очень интересно и важно понять природу научных теорий. Сделать это непросто, поскольку, как указывают философы-науковеды, вопрос о природе научных теорий – самая неустойчивая часть философии.

Среди множества подходов к теориям выделяют три широких подхода, объединяющих мелкие: 1) синтаксический – теория как собрание аксиоматических утверждений о природе; 2) семантический, в соответствии с которым теории – это отвечающие фактам модели мира и 3) натуралистический, утверждающий, что теории – это аморфные собрания идей, величин, практик и примеров. Суть этих подходов мы должны обсудить, поскольку все они так или иначе оказали огромное влияние на становление и развитие психологии.

Синтаксический (от греч.syntaxis составление – характерные для конкретных языков средства и правила создания речевых единиц) подход. В споре о существовании атомов победили атомисты, и наследники Конта и Маха были вынуждены признать, что, несмотря на философские сомнения, наука может включать в свои теории гипотетические понятия («измышлять гипотезы»). Они попытались показать, как это можно сделать, не прибегая к метафизике и создали логический позитивизм, который оказал огромное влияние на науку, став в первой половине 20 в. общепринятым взглядом на теории.

Логические позитивисты разделили язык науки на три набора терминов: термины наблюдения, теоретические термины и математические термины. Фундаментом науки для них были описания природы, содержащие только термины наблюдения, за которыми стояли непосредственно наблюдаемые свойства природы, считавшиеся несомненно истинными. Те данные наблюдений, которые поддавались обобщениям, считались аксиомами (истинами, не требующими доказательств) – «кандидатами» в законы природы. Аксиомы содержат теоретические термины («атом», «магнитное поле» и т.п.), в сочетании с логико-математическими. Но, допуская в науку теоретические термины, логические позитивисты, страхуясь от опасности метафизики и охраняя антиреализм, настаивали, что смысл эти термины имеют только тогда, когда им даны операциональные определения. Операциональные определения – это такие предложения, которые содержат теоретический термин и связанный с ним термин наблюдения.

Картина науки в этом случае напоминает слоеный пирог: внизу лежат термины наблюдения (единственная реальность для позитивистов); наверху – чисто гипотетические теоретические термины, организованные в аксиомы, а между ними – операциональные определения, связывающие теорию с фактами.

Чтобы уяснить этот общепринятый взгляд, рассмотрим пример из физики. Важной аксиомой классической физики служит уравнение F=М·А (сила равна массе, умноженной на ускорение). Сила, масса и ускорение – термины теоретические. Мы не наблюдаем их непосредственно, но должны дать им определение в терминах того, что наблюдаем, – чаще всего, с помощью неких процедур (операций). Именно поэтому операциональные определения и получили свое название (например, массу определяют как вес объекта на уровне моря, ускорение как путь, пройденный за квадрат времени движения). Таким образом, согласно общепринятому – антиреалистическому – взгляду, теории являются утверждениями (аксиомами), термины которых четко определяются в терминах наблюдения. Это взгляд естественным образом ведет к модели объяснения Гемпеля-Оппенгейма (объясняемое не может явно или неявно содержаться в том, что мы привлекаем для объяснения): законы природы представляют собой теоретические утверждения, из которых мы логически выводим явления или, точнее, утверждения наблюдения.

Отметим, что психология с 1930-х до 1960-х гг. находилась под сильным влиянием логического позитивизма, а концепция операциональных определений влияет на нее до сих пор. Однако, позитивистский взгляд на теории порождает такое серьезное затруднение как разрыв теории и данных. Так постулат позитивистов о том, что наблюдения (данные) первичны и полностью независимы от теории, ведет к упрощенной концепции восприятия: ведь очевидно, что наблюдать все и постоянно – невозможно, значит, необходимо иметь какое-то предварительное представление о том, что можно наблюдать в данной конкретной ситуации, некоторые соображения о том, какие события важны, а какие не относятся к делу. Но эти предварительные представления и соображения (а также учет открытого психологами влияния ожиданий и ценностей людей) и есть теория, поэтому значение события определяется теорией.

Проиллюстрировать значение теории для наблюдения можно отрывком из рассказа о Шерлоке Холмсе «Серебряный», где Холмс, руководствуясь теорией, одерживает верх над полисменом-позитивистом:

«Холмс взял сумку, спустился в яму и подвинул рогожу ближе к середине. Потом улегся на нее и, подперев руками подбородок, принялся внимательно изучать истоптанную глину.

— Ага! — вдруг воскликнул он. — Это что?

Холмс держал в руках восковую спичку, покрытую таким слоем грязи, что с первого

взгляда ее можно было принять за сучок.

— Не представляю, как я проглядел ее, — с досадой сказал инспектор.

— Ничего удивительного! Спичка была втоптана в землю. Я заметил ее только потому, что искал.

— Как! Неужели вы ожидали найти ее?


  • Я не исключал такой возможности».

Здесь мы видим, насколько важно иметь теорию, которая указывает, на что следует обратить внимание. Холмс обнаружил спичку, потому что у него уже была теория о преступлении, которая побудила его искать спичку, тогда как полицейские-«позитивисты», у которых не было теории, не смогли найти спичку, несмотря на старание. Для собирателя фактов все факты равны. Для исследователя, руководствующегося теорией, каждому факту отводится свое место в общей схеме событий.


следующая страница >>



Вот уж кому не следовало бы иметь детей, так это родителям. Сэмюэл Батлер
ещё >>