Действующие лица «Алапаевские узники»: ЕлизаветаФёдоровнаРоманова - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Новогодний праздник «Проделки лесной нечисти под Новый год» Действующие... 1 124.92kb.
Сказка «Колобок» (современная интерпретация) Действующие лица 1 40.73kb.
Русская ярмарка. Действующие лица 1 51.49kb.
Перевод с английского Алексея Седова Действующие лица 1 68.22kb.
На императорской театре в санктпетербурге действующие лица 3 332.97kb.
Дон хиль зеленые штаны действующие лица 6 1183.84kb.
Новогодняя свадьба (для старших школьников) Действующие лица 1 236.17kb.
Кто он? (комедия в двух действиях в стихах) Действующие лица 1 167.02kb.
Конкурс «Действующие лица» 4 579.01kb.
Дэвид Элдридж под небом голубым действующие лица Ник 5 580.42kb.
В. Лысенко я чайкой лечу в шестой океан Действующие лица: Валентина... 1 66.03kb.
А. Белый Дорнахский дневник (Интимный) Андрей Белый и антропософия 12 2638.01kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Действующие лица «Алапаевские узники»: ЕлизаветаФёдоровнаРоманова - страница №5/6


П а л е й. Решайтесь, ну же, скоро утро…

И г о р ь. Он ничего не решит, и не стоит его винить за это… Просто время такое…

К о н с т а н т и н. А кого нужно винить? Время тут не при чем. Всё в его руках…

В а с и л и й. Да пошли вы! Зачем измываетесь? Вот я, стреляйте, винтовки у вас. Правду хотите? А я не знаю её. Вроде ненавижу вас всех, а не знаю, за что… За батьку моего, что под породой остался… Вроде и жаль вас, такие же люди…Чего мне делать? Слышь, Семёныч, говори с княгиней, ты хотел же за жену просить… Иди, я хочу так…

И о а н н. Идёмте, господа…

В а с и л и й. Куда собрались? Мы не договорили…

П а л е й. Вам отдохнуть нужно, день завтра трудный… Идёмте…

В а с и л и й. Идите по своим комнатам. Ну, не это от меня хотели?

И о а н н. Вы так решили? Не передумаете потом?

С е м ё н ы ч. Отпусти их, Васька…

К о н с т а н т и н. Тише. Он сам должен. Мы все однажды должны выбрать…

И г о р ь. Тогда идем по комнатам. Если мы письма напишем родным, передадите? Или на словах лучше?

В а с и л и й. Чего вам во сне моём нужно? Чего припёрлись? Чего изводите меня? Моё дело маленькое, сиди, охраняй вас… Нельзя с вами говорить, наболтаете тут с три короба, а я потом виноват, да? Не хочу так, я жить хочу…

П а л е й. Доброй ночи, господа.

Князья уходят. Последним уходит Константин, разряжает винтовку, ставит её к стене. Долгое молчание.

В а с и л и й. Чего будет теперь?

С е м ё н ы ч. А Бог его знает, Васька, давай спать…

В а с и л и й. Спать… Ты чего болтаешь? Во сне спать?

С е м ё н ы ч. Как знаешь… (Ложится.)

В а с и л и й. А если бы сбежали они? Тогда что?

С е м ё н ы ч. Сам думай…

В а с и л и й. Чего думать? Я тут ни при чем… Если бы сбежали, нам бы мало не показалось… Ещё и винтовки отняли… Стрелять хотели… Ты бы чего сделал? То-то же, молчишь. У меня до сих пор холод внутри… Противно так, вроде обманули меня. Обещали дать чего-то и не дали, а я как малец смотрю, и реветь хочется. Обманули… Вот если бы выстрелили, вроде как герой я… А сейчас противно внутри… Зря я влез во всё это… Чего мне, больше всех надо? Зачем так? Зачем, Семёныч? (Пауза.) Спишь уже? Ты-то хоть не молчи… Ну давай, обругай меня, что не сплю и тебе не даю. Чего ждешь? (Пауза.) Зря ты к ней не пошёл, когда ещё получится? Сам же хотел за жену просить… Спи, Семёныч, я покараулю… Чудно как-то всё выходит… Вроде уже всё решил, а тут бац и не знаешь, как дальше, верно ты решил или нет… Будто и не ты это был вовсе, когда решал… Почем так выходит? Бог так решил? Так чего же сомневаюсь тогда? Если он всё знает и решает за меня, чего мне сомневаться? А сомневаюсь… Я вот про царя болтнул, теперь не рад вовсе. И эти говорят, что зря… И батька мне во сне говорил… Не зря ведь… Теперь-то чего делать, быть как? Пойти к комиссару и сказать, мол, всё, не хочу больше? Как вот тут решить? А вы все знающие такие, нет, чтоб подсказать… Эти ушли, ты спишь…

Василий пытается растолкать Семёныча. Смотрит на руки, на них кровь. Василий пятится, вытирает руки о гимнастерку. Мотает головой.

В а с и л и й. Я не убивал… Болтал только… Я же так, между делом, не всерьёз я…

Стучится во все двери. Кричит.

В а с и л и й. Господи Боже наш, еже согреших во дни сем словом, делом и помышлением, яко Благ и Человеколюбец прости… Прости… Прости…

Появляется мужчина в форме. Смотрит на Василия.

М у ж ч и н а. Страшно, сын?

В а с и л и й. Я не убивал… Болтал только…

М у ж ч и н а. Ты же хотел, чтобы его вместе с тобой застрелили…

В а с и л и й. Не так всё, я не то хотел… Зачем они так?

М у ж ч и н а. Хочешь изменить всё?

В а с и л и й. Чего будет-то теперь?

М у ж ч и н а. А ты чего хочешь?

В а с и л и й. Жить хочу, папка… У него же жена больная… Он княгиню просить хотел… Чего теперь? Как теперь она будет? Не хотел я… Испугался просто…

М у ж ч и н а. А он не побоялся… И они не боятся… Видишь, как всё бывает…

В а с и л и й. Чего ты тут? Чего вы все учите меня? Я жить хочу! Ясно вам, нет?! Чего теперь? Идите вы все! Не хотел я, чтобы так всё!

М у ж ч и н а. А ты отпусти их. Пойди, отпусти. Может, сам свободней станешь…

Василий сел на пол, зажал уши ладонями, качается из стороны в сторону.

В а с и л и й. Я тут ни при чём… Если бы сбежали, нам бы мало не показалось… Ещё и винтовки отняли… Стрелять хотели… Ты бы чего сделал? То-то же, молчишь. У меня до сих пор холод внутри… Противно так, вроде обманули меня. Обещали дать чего-то и не дали, а я как малец смотрю, и реветь хочется. Обманули… Вот если бы выстрелили, вроде как герой я… А сейчас противно внутри… Зря я влез во всё это… Чего мне, больше всех надо? Зачем так?

Отец подошел к нему, встал за спиной, руку положил на плечо. Фотография такая, отец и сын. Вспышка. Темнота.

Сцена третья

Комната. В ней две кровати. Стол. На нём цветы. Тускло горит свеча. На кровати лежит Елизавета Фёдоровна. Около кровати стул. На нём сидит Варвара.

В а р в а р а. Матушка Елизавета, совсем худо? Может доктора попросить?

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Пройдет сейчас… Я знаю… Просто, нехорошо стало…

В а р в а р а. Господь не допустит… Нашла вот отрез ткани. Откуда он, зачем?

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Завтра Машенька придет, нужно отдать ей, что-нибудь придумают с мамой. И краски нужно отдать, пусть рисует…

В а р в а р а. Ну, если пустят её… Кто знает, чего им в голову взбредёт…

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. А кто кричал? Я уснула, и мне казалось, что кричали?

В а р в а р а. Мальчик это, охранник. Сон дурной, видимо…

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Ещё Аликс во сне видела и Ники, и детей. В беседке к чаю накрыто, я их зову, а они по парку гуляют, будто не слышат меня. Вот мне сердце и сжало…

В а р в а р а. Бог милостив, матушка…

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. А стол скатертью покрыт, а на ней дыры…

Елизавета Фёдоровна садится.

В а р в а р а. Вам бы полежать ещё, матушка Елизавета. Придет комиссар, буду просить, чтобы в храм нас отпустили. Может, в канун обретение честных мощей преподобного Сергия отпустят нас?

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Он придёт скоро…

В а р в а р а. Я не пущу его к вам… Вы нездоровы, нечего ему тут делать. Снова начнет расспросы свои… Чего он спрашивает? Зачем?

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Я не спрашивала его… (Пауза.) Что-то случилось с Александрой и Ники. Я чувствую… У меня также сердце болело накануне убийства Сергея Александровича. И сейчас вот…

В а р в а р а. Спаси и сохрани, Господи… Может, обойдется всё, матушка… Мне комиссар, который уговаривал бросить вас, сказал, что мы не уедем отсюда. Мол, подумай, на что соглашаешься. Видно, задумали чего…

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Как там обитель наша… Как сестры наши, как отец Митрофан… Перед тем, как всё случилось, он рассказал мне сон свой… Что увидел он четыре картины, сменяющие одна другую. На первой видел горящую церковь, которая горела и рушилась. На второй картине видел в траурной рамке мою сестру, императрицу Александру, но затем из краев этой рамки стали прорастать ростки, и белые лилии покрыли изображение. Затем, на третьей картине увидел он Архангела Михаила с огненным мечом в руках. Эта картина сменилась, и он увидел молящегося на камне Серафима.

В а р в а р а. Что же это будет, матушка?

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Я сказала ему, что вскорости нашу Родину ждут тяжкие испытания и скорби. От них пострадает наша Русская Церковь, которую он видел горящей и гибнущей. Белые лилии на портрете моей сестры говорят о том, что жизнь Её будет покрыта славой мученического венца…

Комната. Стол под лампой без абажура, вокруг стола стулья. Молча сидят трое мужчин в кожаных куртках, курят. На столе поднос, на нем Соловьёв жжёт бумаги.

П а в л о в. Охрану сменим ближе к ночи, чтобы не переполошить их. Будут одни чекисты.

С о л о в ь ё в. Под утро, часа в четыре, нужно поднять красноармейцев… Скажите им, что школа захвачена бандой белогвардейцев. Пусть от школы кто-нибудь постреляет, для острастки.

П а в л о в. Можно пару гранат бросить, вернее будет. Народец перепугается так, что даже в чертей поверит…

О с т а н и н. Ещё раньше выстрелы услышат. Подводы до шахты не так долго идти будут. А ночью восемь выстрелов сложно не услышать…

С о л о в ь ё в. А кто тебе сказал, что мы их стрелять будем?

О с т а н и н. Не понял тебя, Ефим…

Комната Елизаветы Фёдоровны и Варвары.

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Третья картина – Архангел Михаил с огненным мечом – предсказывает то, что Россию ожидают великие сражения Небесных Сил Бесплотных с тёмными силами. Четвёртая картина обещает нашему Отечеству сугубое предстательство преподобного Серафима.

В а р в а р а. Господи, за что всё это? Когда закончится?

С о л о в ь ё в. Пару гранат бросим, и ствол обрушим. Сверху бревна и землей закидаем.

П а в л о в. А если живые останутся?

С о л о в ь ё в. Не выползут, не боись…

О с т а н и н. Не по-людски выйдет…

С о л о в ь ё в. А ты не думай. Ты объявления написал? Читай…

О с т а н и н. 18 июля утром банда неизвестных вооруженных людей напала на Напольную школу, где помещались великие князья. Во время перестрелки один бандит убит и, видимо, есть раненые. Князьям с прислугой удалось бежать в неизвестном направлении. Когда прибыл отряд красноармейцев, бандиты бежали по направлению к лесу. Задержать не удалось. Розыски продолжаются.

П а в л о в. Нормально вроде… Убедительно…

С о л о в ь ё в. Для убедительности нужно Копысова застрелить, и лицо ему прикладами разбить, чтобы не узнал никто…

О с т а н и н. Копысова? Ты для этого его держишь тут?

С о л о в ь ё в. Хоть на что-то сгодится…

В а р в а р а. Вот, хлеб тебе, матушка, передали, и полотенце с вышивкой. «Матушка Великая княгиня Елизавета Фёдоровна, не откажись принять, по старому русскому обычаю, хлеб-соль от верных слуг Царя и Отечес­тва, крестьян Нейво-Алапаевской волости Верхо­турского уезда».

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Не забывают нас, Варенька…

П а в л о в. Надо чтобы из наших кто-то раненый был, для убедительности. Может, малого этого оставить в карауле с чекистами, и стрельнуть в него под шумок?

О с т а н и н. Ты, Семён, совсем сдурел? За что пацана так?

П а в л о в. Не до смерти же. В руку стрельнут, кровь пустят и как взаправду будет.

С о л о в ь ё в. Ты только так сделай, чтобы не понял он, чего и как…

П а в л о в. Всё как надо сделаем, не боись…

С о л о в ь ё в. Может, их переодеть, перед тем как везти?

П а в л о в. Думаешь, найдут их? Пока белые до нас докатятся, их уже черви съедят. Да и кто узнает, что их искать на Нижне-Селимском руднике?

С о л о в ь ё в. Петр, подбери им одежду подходящую, только в школу не тащи. Нужно ещё придумать, чего сказать им, куда везем их…

П а в л о в. Скажем, что белые наступают, что опасно оставаться тут. На завод увозим, чтобы подальше от места боёв были…

О с т а н и н. А что, если откажутся ехать?

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Скоро уже, Варенька. Вот и дождётся меня Сергей, и Алису и Ники увижу… Так Господу угодно, чего противиться воле Его… Всех увижу скоро…

П а в л о в. Силой свезём на рудник…

О с т а н и н. Там шестеро мужчин. Почти все военные, физически крепкие. Ты думаешь, они поедут по своей воле?

С о л о в ь ё в. Чего предлагаешь?

Молчание.

П а в л о в. Не люблю я так, если да кабы… На месте решим, чего гадать.

С о л о в ь ё в. А ведь могут… Скажи охране, чтобы каждый час обыски делала, не дайте спать им. Чтоб вымотались они… Ничего, сдюжим, справимся…

В а р в а р а. А я сразу поняла, как из вагона вышли… Сразу. Туман такой и тихо было, помните, матушка? В честь разбойника город назван…

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Да, я помню, туман жуткий был. Я была здесь четыре года назад. И в школе этой была… И совсем не страшно было, всё совсем другое было тогда…

В а р в а р а. Зачем они так сделали? Чего им не хватало, матушка?

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Народ – дитя, он не повинен в происходящем. Он введён в заблуждение врагами России, Варенька. Хотелось бы понести его страдания, научить его терпению, помочь ему. Вот что я чувствую…

П а в л о в. Пару раз прикладами получат, будут сговорчивыми…

О с т а н и н. Как вы боитесь их…

С о л о в ь ё в. Чего? Чего сказал?

О с т а н и н. Боитесь их, поэтому ненавидите, да?

П а в л о в. А ты нет? Может, ты за то, чтобы отпустить их?

С о л о в ь ё в. Ты, Останин, сам-то понял, чего сказал?

О с т а н и н. Ну, чего медлишь, Ефим? Арестуешь меня? Давай… Ты уже придумал, как будешь детям рассказывать, что ты великих князей Романовых под Алапаевском шлёпнул? Ты начинай уже речи готовить, Ефим. (Достал из кобуры пистолет, положил на стол.) На, забери. Я не участвую в этом…

П а в л о в. Ты же на заседании сам голосовал за их уничтожение, ты чего?

С о л о в ь ё в. Правильно, что ты нам сейчас это сказал, что дело не испортишь…

П а в л о в. Ты чего, Ефим? Надо собирать совет и решать, чего делать теперь с ним.

С о л о в ь ё в. Сначала дело, а решим потом…

О с т а н и н. Чего не сказал «порешим», а?

П а в л о в. Ты чего испугался, Петро?

О с т а н и н. Их судить надо сперва всем народом… Царя, и остальных Романовых… Народ суда ждёт… А потом уже, как решит он, так и будет…

С о л о в ь ё в. Народ? Народ им поклоны бьёт, пожрать носит. Ты чего думаешь, все в один миг сознательные стали? Народ отродясь воли не видал… Думаешь, зачем на Урал Колчак прет? Нас разбить? Нет, мы ему не нать… Ему царь нужен… Романовы ему нужны… Они, как знамя для них… Вот мы и должны знамя это уничтожить, схоронить его, чтобы не нашли… И не найдёт… Сегодня царя спрятали, завтра мы здесь уберёмся…

П а в л о в. Вставай, Петро, пойдём… Копысова сменишь…

Молчание.

О с т а н и н. Я с вами пойду…

В а р в а р а. Я как представила, что уеду отсюда, от вас, так пусто мне сделалось. Словно я умерла там, перед комиссаром этим.

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. У меня было так, пока в тюрьме не побывала у Каляева. Я простила ему… И сейчас прощу… И ты прости…

П а в л о в. Ты чего буровишь, Останин?

С о л о в ь ё в. Подожди, Семён… С нами, говоришь, пойдешь? Хорошо, Петр, пойдём… Это ты правильно решил… Забери револьвер, пригодится… (Пауза.) Всё, надо поспать, утро скоро…

Павлов и Останин встают, уходят. Соловьёв достает из карманов куртки тряпицы. Разложил на столе, развязал. Рассматривает украшения, считает деньги, улыбается.

Сцена четвёртая

Маленькая комната, перегорожена решеткой. На полу лежит Копысов, мычит в пустоту.

К о п ы с о в. Прибери меня… Чего медлишь? Видишь, мне паскудно как… Бьёт всего, то ли от перепою, то ли со страху… Господи, прости меня грешного, прибери меня… Мочи нет терпеть… Внутри всё сгорело совсем… Пусто-пусто стало… Как сынку забрал, так и пусто… Чего мне жить? Никчёмный я вышел… Не сгодился я тебе, да?

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. О пречудный отче Серафиме, великий Саровский чудотворче, всем прибегающим к тебе скоропослушный помощниче! Во дни земнаго жития твоего никтоже от тебе тощ и неутешен отыде, но всем в сладость бысть видение лика твоего и благоуветливый глас словес твоих. К сим же и дар исцелений, дар прозрения, дар немощных душ врачевания обилен в тебе явися.

К о п ы с о в. Молчишь всё время… Не сгодился, значит… Прости, Господи, что умом был не трезв и много чего говорил греховного. Не со зла, не в себе был, Господи… Молю тебя, об избавлении. Сил нету, Господи… Не оставь меня… Если не забираешь, сил дай, чтобы стерпеть всё, что ты мне отпустил на пути моем…

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Егда же призва тя Бог от земных трудов к небесному упокоению, николиже любы твоя преста от нас, и невозможно есть исчислити чудеса твоя, умножившаяся, яко звезды небесныя: се бо по всем концем земли нашея людем Божиим являешися и даруеши им исцеления. Тем же и мы вопием ти: о претихий и кроткий угодниче Божий, дерзновенный к Нему молитвенниче, николиже призывающия тя отреваяй!

К о п ы с о в. Господи, не остави меня, грешного. Дай сил мне перетерпеть всё…

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Вознеси о нас благомощную твою молитву ко Господу сил, да дарует нам вся благопотребная в жизни сей и вся к душевному спасению полезная, да оградит нас от падений греховных и истинному покаянию да научит нас, во еже беспреткновенно внити нам в вечное Небесное Царство, идеже ты ныне в незаходимей сияеши славе, и тамо воспевати со всеми святыми Живоначальную Троицу во веки веков. Аминь.

И о а н н. Господи, не лиши мене небесных Твоих благ. Господи, избави мя вечных мук. Господи, умом ли или помышлением, словом или делом согреших, прости мя. Господи, избави мя всякаго неведеия и забвения, и малодушия, и окамененнаго нечувствия.

С е р г е й М и х а й л о в и ч. Господи, избави мя от всякаго искушения. Господи, просвети моёсердце, еже помрачи лукавое похотение. Господи, аз яко человек согреших, Ты же яко Бог щедр, помилуй мя, видя немощь души моея.

К о н с т а н т и н. Господи, посли благодать Твою в помощь мне, да прославлю имя Твое святое. Господи Иисусе Христе, напиши мя раба Твоего в книзе животней и даруй ми конец благий.

И г о р ь. Господи, Боже мой, аще и ничтоже благо сотворих пред Тобою, но даждь ми по благодати Твоей положити начало благое.

П а л е й. Господи, окропи в сердце моем росу благодати Твоея.

Р е м е з. Господи небесе и земли, помяни мя грешнаго раба Твоего, студнаго и нечистаго, во Царствии Твоем. Аминь.

В а р в а р а. Господи, в покаянии приими мя. Господи, не остави мене. Господи, не введи мене в напасть. Господи, даждь ми мысль благу.

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Господи, даждь ми слезы и память смертную, и умиление. Господи, даждь ми помысл исповедания грехов моих. Господи, даждь ми смирение, целомудрие и послушание.

К о п ы с о в. Дай мне сыночку увидеть, Господи. Сделай так… Пусто мне, Господи…

П а л е й. Господи, только твоей помощью мне хватило сил снести это унижение. Благодарю тебя, Господи! Я не отказался от отца своего, в обмен на свободу свою! Господи, даждь ми терпение, великодушие и кротость.

С е р г е й М и х а й л о в и ч. Господи, всели в мя корень благих, страх Твой в сердце моё. Неужели те, кто бескорыстно создал революцию, кто, следовательно, таил в душе блаженные и светлые идеалы, надеясь на возможность осуществления этих идеалов, неужели эти русские люди не чувствуют, сколько страшен и ужасен переживаемый Россией кризис? Творимое вырвалось из рук творителей. Всей России грозит позор и проклятие… Помилуй, Господи…

И о а н н. Спи в колыбели нарядной, весь в кружевах и шелку, спи, мой сынок, ненаглядный, в тёплом своем уголку!… В тихом безмолвии ночи с образа, в грусти святой, Божией Матери очи кротко следят за тобой. Сколько участья во взоре этих печальных очей! Словно им ведомо горе будущей жизни твоей.

И г о р ь. Господи, благодарю тебя, что дал мне сил не убежать, не поддаться искушению, не взять паспорт тогда в Екатеринбурге. Благодарю тебя, Господи…

Р е м е з. Господи, сподоби мя любити Тя от всея души моея и помышления и творити во всем волю Твою.

К о н с т а н т и н. Господи, покрый мя от человек некоторых, и бесов, и страстей, и от всякия иныя неподобныя вещи.

П а л е й. Господи, неужели наши потомки увидят в событиях этих одну лишь удручающую картину? Одну лишь кучку людей, вырывающих друг у друга право на катание на моторах, и то время как страна голодает, а армия целуется с врагом.

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Господи, веси, яко твориши, якоже Ты волиши, да будет воля Твоя и во мне грешнем, яко благословен еси во веки. Аминь.

Сцена пятая

Коридор. На полу лежит, сваленная в кучу, одежда. Павлов подходит к Василию, забирает у него винтовку, разряжает её.

П а в л о в. Всё, выходи на улицу, кончилось твоё дежурство…

В а с и л и й. А чего ночью? Вроде, с утра сменить должны?

П а в л о в. Иди, парень, не спрашивай меня.

В а с и л и й. Белые наступают? Я так и думал, что придут они…

П а в л о в. Заткнись, сука! Пошёл вон!

В а с и л и й. А винтовку потом отдадите?

П а в л о в. Пошел вон, говорю.

Комната Елизаветы Фёдоровны. Варвара собирает вещи, Елизавета Фёдоровна сидит на кровати, напротив на табурете сидит Соловьёв.

С о л о в ь ё в. Яковлева, оставь нас…

Варвара смотрит на Елизавету Фёдоровну, выходит.

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Это хорошо, что вы захотели поговорить, я ждала вас.

С о л о в ь ё в. Белогвардейцы рядом с городом. Нужно ехать. Мы отвезем вас в безопасное место. Подводы уже у школы. Лучше, если вы сами скажете об этом остальным…

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Вам только это от меня нужно? Скажите мне, вы много страдали?

С о л о в ь ё в. Я не на исповеди, а вы не поп… Вы скажете остальным?

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Милосердный Бог сохраняет, умудряет и умиротворяет сердечно предавшегося Его Святой Воле всякого человека и теми же словами поддерживает и укрепляет его сердце – не преступать Воли Божией, внушая ему таинственно: ты находишься всегда со Мной, пребываешь в Моём разуме и памяти, безропотно повинуешься Моей Воле. Я прощаю вас…

В коридоре. Варвара плачет, рядом стоит Павлов.

П а в л о в. Что, пожалела уже, что осталась? Я говорил тебе… Всё, поздно теперь. Не ной, нам паника не нужна нынче. Слышишь, нет?

С о л о в ь ё в. На что надеетесь? Нет его… Хотя бы сейчас, признайте уже…

Е л и з а в е т а Ф ё д о р о в н а. Я всегда с тобою, с любовью смотрю на тебя и сохраню тебя, чтобы ты не лишился Моей Благодати, милости и даров благодатных. Всё Моё – твое: Моё небо, Ангелы, а ещё больше Единородный Сын Мой, твой есмь и Сам Я, есмь твой и буду твой, как обещался Я верному Аврааму.

<< предыдущая страница   следующая страница >>



Театр — это такая кафедра, с которой можно много сказать миру добра. Николай Гоголь
ещё >>