«Центральная городская библиотека им. К. Маркса» - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1страница 2
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
«Центральная городская библиотека им. К. Маркса» 1 122.64kb.
«Центральная городская библиотека им. К. Маркса» 8 1292.15kb.
Волгоградское муниципальное учреждение культуры «Централизованная... 1 205.09kb.
«Центральная городская библиотека им. К. Маркса» 1 87.77kb.
«Центральная городская библиотека им. К. Маркса» 1 269.46kb.
«Центральная городская библиотека им. К. Маркса» 1 122.98kb.
«Центральная городская библиотека им. К. Маркса» 630049 г. Новосибирск... 1 214.39kb.
Виртуальный музей как востребованный формат библиотечной услуги в... 1 98.98kb.
Кингисеппская центральная городская библиотека 1 53.42kb.
Кингисеппская центральная городская библиотека 1 49.84kb.
Профилактика наркомании, алкоголизма, курения, игромании и других... 1 299.71kb.
Дополнительный осенний прием в заочную математическую школу 1 23.92kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

«Центральная городская библиотека им. К. Маркса» - страница №1/2



Муниципальное казенное учреждение культуры города Новосибирска

«Центральная городская библиотека им. К. Маркса»

630049 г. Новосибирск, Красный проспект, 163, т. 8(383) 220-96-47,



http://www.karlmarx.lib54.ru/, http://cgb-marksa.novo-sibirsk.ru/

karlmarx@lib54.ru; cgb-marksa@novo-sibirsk.ru

______________________________________________________

Информационно-библиографический отдел



Ленинград – Новосибирск:

900 дней братства

Новосибирск

2012
Жизнь в блокаде - память на века
Гимн блокадников—сибиряков

Из Ленинграда, от родного дома,

Блокады дальняя дорога нас вела,

Тащились мы в товарных эшелонах,

И вот в Сибирь судьба нас привела.

Блокадным дням вовеки не забыться,

Хоть Ленинград до боли нам родной,

Сибири все должны мы поклониться,

Она нам стала Родиной второй.

Прижились, корни здесь пустили,

Нашли семью, работу и приют.

О Ленинграде вовсе не забыли —

О нем грустим, но жить остались тут.

В душе всегда мы будем —

ленинградцы,

И не забудем страшной той зимы.

Давайте чаще, земляки встречаться,

Нам встречи эти теплые нужны.

«Был город — фронт, была блокада,

Мы жили на передовой» —

Нам, ленинградцы, это помнить надо,

Мы связаны одной судьбой.


Н.П. Вайвод — блокадница, г. Бердск

Наш город стал родным для сотен ленинградцев.

Испытав все ужасы блокады, они нашли свою вторую родину на сибирской земле. В годы войны, когда население нашего Новосибирска составляло 400 тысяч человек, он принял 128 тысяч ленинградцев.

Событиям тех лет посвящены материалы дайджеста «Ленинград – Новосибирск: 900 дней братства»
Составитель: Кротова О. П., начальник ИБО

Эвакуация населения из Ленинграда в Новосибирск во время Великой Отечественной Войны

Глава 1. Предпосылки эвакуации населения из Ленинграда

22 июня 1941 г., на рассвете воскресного дня, войска гитлеровской Германии, вероломно нарушив договор о ненападении, внезапно вторглись в пределы нашей Родины. Согласно плану «Барбаросса», вторжение фашистских войск в пределы Советского Союза должно было происходить на всем фронте от Баренцева до Черного моря с нанесением основных ударов по трем стратегическим направлениям – ленинградскому, московскому, киевскому. Для этого были созданы три группы армий – «Север», «Центр» и «Юг», немецкая группа армий «Север» 10 июля начала наступление на Ленинград.

22 июня 1941 г. в Ленинграде, как и ряде других городов и областей страны, было введено военное положение. Все функции государственной власти в деле обороны, обеспечения порядка и безопасности передавались в этих местах военным советам или командованию войсковых соединений. С началом войны сразу же развернули большую организаторскую работу Областной и Городской комитеты партии. Ленинградцы узнали о нападении фашистской Германии на нашу страну из сообщения Советского правительства, переданного по радио в 12 часов дня 22 июня. Тревожная весть всколыхнула все население города: люди собирались у репродукторов, где в ожидании новых сообщений обсуждали случившееся, спешили к газетным киоскам.. Прервав воскресный отдых, ленинградцы устремились на предприятия и в учреждения, в районные комитеты партии и в военные комиссариаты.

В этот же день под руководством партийных организаций состоялись многотысячные митинги и собрания трудящихся Ленинграда. В выступлениях ленинградцев была выражена готовность с оружием в руках встать на защиту социалистической Родины, самоотверженным трудом помочь Красной Армии в ее борьбе с гитлеровскими захватчиками. Вечером 22 июня 1941 г. митрополит Ленинградский Алексий (Симанский) провёл службу в Никольском кафедральном соборе. 26 июля 1941 г. митрополит обратился к верующим Ленинградской епархии с посланием «Церковь зовёт к защите Родины», в котором отмечал, что среди ленинградцев активно проходит сбор средств на нужды фронта, резко осудил гитлеризм и предсказал его поражение. Обращение митрополита Алексия, молитвы в храмах и прошения о даровании победы русскому воинству нашли отклик в сердце каждого православного ленинградца.

В первые два дня войны явились с повестками и без повесток около 100 тыс. ленинградцев, просивших направить их в действующую армию. Среди них были и старые питерские рабочие, участники гражданской войны, и молодежь, и представители всех слоев городского населения.

После нескольких неудачных попыток нападений, Гитлер предпочел сменить тактику. В сентябре 1941 г. немецко-фашистские войска вплотную подошли к Ленинграду. 8 сентября оккупантами был захвачен Шлиссельбург, вокруг Ленинграда замкнулось кольцо блокады. Германское командование, не сумев захватить город штурмом, решило задушить Ленинград голодом, холодом, непрерывными артиллерийскими обстрелами и авиационными бомбардировками. Из документа немецкого генерального штаба мы видим, как хотело поступить немецкое командование с городом Ленинградом: «Сначала мы блокируем Ленинград (герметически) и разрушим город, если возможно артиллерией и авиацией… Когда террор и голод в городе сделают своё дело, откроем отдельные ворота и выпустим безоружных людей. Остатки «гарнизона крепости» останутся там на зиму. Весной мы проникнем в город… вывезем всё, что осталось живое вглубь России или возьмём в плен, сравняем Ленинград с землей и передадим район севернее Невы Финляндии…». «С сентября 1941 г. началась почти 900-дневная блокада Ленинграда(а точнее 880 дней)».

В первые месяцы войны, когда еще можно было эвакуировать жителей, руководство городской партийной организации во главе с членом Политбюро ЦК ВКП(б) А.А. Ждановым, стремясь продемонстрировать уверенность в том, что Ленинград не будет сдан врагу, выдвинуло патриотический лозунг: «Ленинградцы! Не покинем свой город!». «В результате до начала блокады из 3,1 млн. жителей Ленинграда выехали лишь около 500 тыс. чел. В осажденном городе осталось 2 млн. 544 тыс. гражданского населения, в том числе свыше 100 тыс. беженцев из Прибалтики, Карелии и Ленинградской области. Вместе с жителями пригородных районов в блокадном кольце оказалось 2 млн. 887 тыс. человек. Среди оставшихся в блокированном Ленинграде было не менее 1 млн. 200 тыс. человек несамодеятельного населения, из них около 400 тыс. детей».

Блокада оказалась намного тяжелее, чем думали оставшиеся ленинградцы. постепенно хлеб и продукты заканчивались и наступали тяжелые времена. Это обстоятельство вынудило руководство обороной города в четвертый раз снизить нормы выдачи продовольствия населению.

С 13 ноября рабочие получали 300 г, а остальное население – 150 г хлеба. Через неделю, чтобы не прекратить выдачу хлеба совсем вынуждены принять решение о сокращении и без того голодных норм. С 20 ноября ленинградцы стали получать самую низкую норму хлеба за все время блокады – 250 г по рабочей карточке и 125 г по служащей, детской и иждивенческой Мизерный кусочек суррогатного хлеба стал с этого времени основным средством поддержания жизни. Из этого кусочка хлеба ленинградцы делали несколько сухариков, которые распределяли на весь день. Один-два таких сухарика да кружка горячей воды – вот из чего в основном состояли в дни голодной зимы завтрак, обед и ужин населения осажденного города.

Другие продукты, которые полагались по карточкам, население получало нерегулярно и не полностью, а иногда и вовсе не получало из-за их отсутствия в городе. Рабочим оборонных предприятий выдавалось дополнительно в месяц несколько сот граммов соевого кефира, белковых дрожжей, казеинового клея, фруктового сиропа, морской капусты и желудевого кофе.

В городе началась напряженная работа по изысканию пищевых заменителей. После соответствующей переработки в пищу пошел технический жир, соевое молоко полностью заменило натуральное, из белковых дрожжей стали приготовлять котлеты, паштеты. изучали возможность получения пищевого масла из различных лакокрасочных продуктов и отходов. Пищевые жиры научились извлекать из технических сортов мыла. Были приготовлены специальные эмульсии, которые позволили хлебозаводам сберегать ежемесячно до 100 т растительного масла. В институте было также организовано производство рыбьего жира. В хлеб начали добавлять целлюлозу и много других примесей, отчего Хлеб получался сырой, глинистый, с горьким привкусом. Но это все же был хлеб.

Люди научились делать пышки из горчицы, суп из дрожжей, котлеты из хрена, кисель из столярного клея. Также в пищу пошли слизистая оболочка желудков свиней, щитовидные железы крупного рогатого скота, заготовленные для получения медицинских препаратов. Мясная промышленность, используя технический альбумин, соленое кишечное сырье, соевый шрот, жмыхи, белковые дрожжи, глицерин, эссенцию и другие заменители, выпустила в годы блокады более 11 тыс. тонн колбас, паштетов, студня и желе.

Воспоминаний сотрудницы Эрмитажа З.А. Берникович также дают нам информацию о том голодном времени: «Конечно, все приходилось есть: и ремни я ела, и клей я ела, и олифу: жарила на ней хлеб. Потом нам сказали, что из горчицы очень вкусные блины. За горчицей какая была очередь! … Очень многие умерли. Все-таки это горчица; говорят, съела кишки… Весной уже был огород. Я была очень счастлива, что мой огород никто не трогал. Я ела, знаете, какую траву? Лебеду и мать-и-мачеху. Как принесу полный мешок, у меня была такая большая бутыль, я туда натрамбую, насолю и с солью ем».

Ленинградцы научились ловить на рыболовный крючок бездомных кошек, а также собак и птиц. Накинув на добычу холщовый мешок, несли ее в соседний госпиталь. Сердобольные медсестры прямо через мешковину делали животному усыпляющий укол, после чего ее можно было освежевать. Каждую тушку ели дней десять, а из обглоданных костей варили студень. В пригородах под огнем противника ленинградцы добывали из-под снега не выкопанную картошку и овощи. На территории Бадаевских складов население собирало промерзлую землю, пропитанную в результате пожара сахаром. Голод научил получать из деталей текстильных машин, изготовленных из кожи («гонок»), 22 «блокадных» блюда.

Чтобы притупить голодные мучения и хоть немного поддержать свои силы, люди ели касторку, вазелин, глицерин, столярный клей. Чтобы сократить расходы электроэнергии, в декабре пришлось остановить городской транспорт. Теперь ленинградцы на работу и с работы добирались пешком. Единственными транспортными средствами были ручные тележки и санки. На них и перевозилось продовольствие со складов в магазины и столь ценный хлеб, причем как таковых нападений на «груз жизни » зарегистрировано не было.

Жестокий голод усугублялся наступившими сильными холодами, почти полным отсутствием топлива и электроэнергии. В декабре 1941г. топлива не хватало даже для обеспечения работы важнейших оборонных предприятий, электростанций, госпиталей Помещения освещались с помощью коптилок и лучины, а обогревались печками-времянками, от которых были закопчены не только стены и потолки, но и лица людей.

В январе 1942 г. в большинстве домов вышли из строя водопровод и канализация. Теперь у водоразборных колонок и прорубей стояли длинные очереди за водой. Не работали почти все бани и прачечные, в магазинах не было ни обуви, ни одежды, ни хозяйственных товаров. единственной связью с внешним миром был громкоговоритель. Трудящиеся Ленинграда в темных, холодных цехах обмороженными, потрескавшимися от холода руками изготовляли оборонную продукцию.

В городе появилась незначительная преступность. Большую роль в борьбе с уголовными элементами и преступностью играла ленинградская милиция. Выполняя свой благородный долг по охране безопасности граждан Ленинграда, милиционеры часто умирали на своем посту от голода. За период блокады от истощения и обстрелов погибло свыше тысячи милиционеров.

«Тут было разное: и мародерство, и спекуляция, кто-то наживался на голоде, воровали продукты, выменивали на золото, на драгоценности, картины, меха, были и такие, что пьянствовали, кутили («Однова живем!»),— всякое было в многомиллионном городе. Однако в дневниках [блокадников] эти случаи приводятся редко, о них писали меньше и вспоминают о них неохотно, хотя и соглашаются, что, если избегать этих фактов, картина получится неполной… В блокадные дни на здоровых и сытых лицом смотрели подозрительно, недружелюбно, заранее причисляя к жуликам».

Учиться в жестоких условиях зимы стало подвигом. Учителя и ученики сами добывали топливо, возили на санках воду, следили за чистотой в школе. В школах стало необычайно тихо, дети перестали бегать и шуметь на переменах, их бледные и изможденные лица говорили о тяжких страданиях. Урок продолжался 20-25 минут: больше не выдерживали ни учителя, ни школьники. Записей не вели, так как в не отапливаемых классах мерзли не только худые детские ручонки, но и замерзали чернила.

Некоторые дети лежали дома в постелях истощённые с широко открытыми глазами, едва передвигались. Ужас от перенесённого застыл в глазах, кожа лица, рук и тела была непроницаема от грязи, вши ползали по исхудавшим тельцам, многие дети не видели по 15-20 дней горячей пищи даже кипятка. В Ленинграде день ото дня стало увеличиваться число детей, оставшихся без родителей. Имевшиеся в городе детские дома не могли вместить всех детей-сирот, и, начиная с января 1942 г. до весны, в городе один за другим открывались новые детские дома. За пять месяцев 1942 г. в Ленинграде было открыто 85 детских домов, приютивших 30тыс. детей.

Непрекращающиеся налеты немецкой авиации, артиллерийский обстрел города, отсутствие света, воды, транспорта, канализации в городе и, наконец, ужасающий голод. резко увеличило смертность среди населения блокированного Ленинграда. Главной причиной смертности была так называемая алиментарная дистрофия, т. е. голодное истощение. Первые больные истощением появились в больницах в начале ноября 1941 г., а уже к концу месяца от голода погибло свыше 11 тыс. человек. В декабре 1941 г. умерло почти 53 тыс. мирных жителей, что превысило годовую смертность в Ленинграде за 1940 г. Если до войны количество умерших колебалось от 30 до 50 человек в день, то во время войны цифра эта быстро увеличилась до нескольких сот в день. В январе 1942 г., по неполным данным, в Ленинграде умирало ежедневно 3,5-4 тыс. человек.

Вокруг храма образовалась громадная очередь ящиков и гробов, наполненных кусками человеческого мяса, изуродованными трупами мирных жителей Ленинграда, погибших в результате варварских налетов немецкой авиации. От голода во время блокады погибло по официальным советским данным около 642 тысячи, по другим источникам - до 850 тысяч. Горе приходило в каждую семью. На глазах у матерей и отцов умирали их сыновья и дочери, дети оставались без родителей, многие семьи вымирали полностью. По заваленным сугробами улицам, под гул артиллерийских обстрелов и завывание сирен тянулись многочисленные похоронные процессии. Умершего завертывали в простыни, клали на детские саночки и везли на кладбище. Такое позабыть нельзя. Смертность приобрела настолько массовый характер, что мертвых не успевали хоронить. В домах и на улицах лежали тысячи не захороненных трупов. На улице стояли 30-градусные морозы. Скованная морозом земля не поддавалась лопате. Подходы к кладбищам были завалены трупами, завернутыми в простыни. Мертвых стали хоронить в братских могилах.

За первый год блокады на ленинградских кладбищах было отрыто 662 братские могилы общей протяженностью 20 тыс. Кладбище многократно подвергалось жесточайшим налётам немецкой авиации. И вот, когда люди, нашедшие вечный покой, — гробы, их тела, кости, черепа — всё это выброшено взрывами бомб на землю, в беспорядке разбросаны памятники, кресты, и люди, только что пережившие потерю близких, должны снова страдать, видя громадные воронки, где, может быть, только что похоронили они своих близких, родных и знакомых, снова страдать, что им нет покоя».

Весной 1942 года при таянии снега на улицах и площадях нашли около 13 тысяч трупов, так называемых подснежников. За время блокады немцы обрушили на Ленинград 100 тысяч бомб 150 тысяч снарядов.

Положение города было в опасности. Ленинград надо было спасать и единственным выходом было проложить трассу по уже замёрзшему Ладожскому озеру. Приказ войскам Ленинградского фронта № 00172, называвшийся «Об организации автотракторной дороги через Ладожское озеро», был подписан командующим войсками Ленинградского фронта генерал-лейтенантом М. С. Хозиным, членом Военного совета фронта А. А. Ждановым и за начальника штаба фронта генерал-майором А. В. Гвоздковым. Этим приказом на начальника тыла фронта генерала Ф. Н. Лагунова и комиссара тыла бригадного комиссара Н. И. Жмакина возлагалось: организация автотракторной дороги через Ладожское озеро с грузооборотом в оба конца 4000 т в сутки, с поручением строительства дороги начальнику Автодорожного отдела Управления тыла фронта военному инженеру 1-го ранга В. Г. Монахову.

Организация интенсивных и бесперебойных перевозок по этой дороге была главной задачей управления дороги. Ввиду того что в начале действия дороги лед был слабым, работы по сооружению трассы продолжались до 15 декабря 1941 г. В начале первого периода лед местами был толщиной всего 14 см, к концу же этого периода он уже достигал 60 см.в открытии «Дороги Жизни» через Ладогу косвенно участвовала церковь. Многовековые записи наблюдений за Ладожским озером Валаамских монахов позволили в 1942 г. гидрографу Е. Чурову сделать прогноз поведения ладожского льда. 22 ноября 1941 г., когда укрепился лед, через Ладожское озеро была проложена 30-километровая автомобильная дорога. «На дороге жизни трудились 19 тысяч человек . Обязательным являлась установка на трассе километровых столбов, указателей поворотов и ограничения скоростей, обозначения границ взводных и ротных участков, щитов с надписью «Проезд закрыт» на наезженных, но опасных или закрытых участках и объездах».

«История Ладожской дороги – это поэма о мужестве, настойчивости и стойкости советских людей. Дорога жила полнокровной фронтовой жизнью. Это и был фронт. И эти люди были одним из стойких отрядов защитников Ленинграда. Они знали, что на них возложена почетнейшая задача снабжения героического города, снабжения бойцов фронта, и работали с величайшей самоотверженностью».

Каждый рейс проходил с огромным напряжением, требовал от водителей необычайной выдержки, предельной собранности, стойкости и мужества. Т.К ладожскую трассу все время бомбили, машины гибли, горели, уходили под лед, опускались в воду… Фашисты воевали не только с армиями, они воевали и с «Дорогой жизни»…

Населения из блокадного Ленинграда с открытием дороги жизни решили эвакуировать, чтобы облегчить продовольственное положение города, так как доставлявшееся продовольствие могло распределяться среди меньшего числа людей. Поток эвакуируемых ленинградцев непрерывно нарастал. Если в январе 1942 г. через Ладогу было перевезено немногим более 11 тыс. человек, то в феврале – уже около 117,5 тыс., а в марте – около 222 тыс. человек.

Итак, предпосылками эвакуации стали: непрерывные артиллерийские обстрелы, авиационные бомбардировки, голод, холод, отсутствие электроэнергии и топлива, выход из строя канализации и водопровода, массовая смертность.

2. Работа эвакопунктов.

Многочисленные эшелоны с обессилившими людьми в глазах которых до сих пор отражался ужас от пережитого, хлынули в направлении Сибирских земель. Большие массы народа отправляли в эвакопункты новосибирской области, а наиболее важным был эвакопункт самого города Новосибирска. В Новосибирск за первые годы войны прибыло более 128 тысяч ленинградцев.

В Новосибирском архиве мной были обнаружены интереснейшие документы о работе эвакопунктов. ОТЧЁТ О РАБОТЕ БАРАБИНСКОГО ЭВАКОПУНКТА С 1 АВГУСТА ПО 15ое ОКТЯБРЯ 1942 ГОДА даёт возможность судить о следующих фактах работы эвакопунктов.

Своего помещения большинство эвакопунктов не имели. Эшелоны №206, №232, №230, выгруженные в город Барабинск для Барабинского и Здвинского района, были временно размещены в клубе и школе. Из этого можно сделать вывод, что после некоторого пребывания ленинградцев размещали в более приспособленные для жизни помещения, но для начального принятия людей использовали и такие помещения, которые совершенно не подходили для жизни.

Длительность пребывания эвакуируемых зависела от подачи транспорта для дальнейшего перемещения в другие районы. Некоторые эшелоны находились на эвакопунктах несколько недель по причине несвоевременном предоставлении транспорта. Например, эшелон №206 находился на Барабинском эвакопункте с 23 августа до 31 августа, эшелон №232 с 29 августа до 6 сентября и эшелон230 с 27 августа до 6 сентября.

С одного эвакопункта население направлялось в другие подобные пункты. Из барабинского эвакопункта население размещалось внутри области, направлялось в другие районы:

1.Каргатский район – 1200, 2. Куйбышевский район – 820, 3. Барабинский район – 1070, 4. Удинский район – 550, 5.Коченевский район – 1800, 6. Михайловский район – 500, 7. Здвинский район – 1000, 8. Доволенский район – 350, 9. Чулымский район – 1200 тысяч человек.

Только через станцию Барабинск прошёл 101 эшелон (в количестве от 200 человек и более). Из числа прошедших поездов 7 из них, содержащих в себе 10737 тысяч человек, прошли без остановки. 17 поездов, содержащие 5346 человек, были задержаны до 2-х часов, 37 поездов с экипажем в размере 38438 тысяч человек простояли от 2-х до 5-ти часов, 36 поездов с 39028 людьми простояли от 5-ти до 10-ти часов, 3 поезда, содержащие 5127 человек, от 10-ти до 13-ти часов. Эшелонов, которые бы простояли свыше суток, 2, 3 и более дней нет. Единственное 4 сентября был случай задержки эшелона на 17 часов 5 минут, содержащий в себе 562 человека, в виду скопления на станции 3-х эвакоэшелонов.

Питание на эвакопункте производилось организованным порядком. Продуты выдавались так: хлеб на вагон, горячие обеды на семью. Получается, что эшелоны снабжались горячим обедом и хлебом. Ленинградцы, кроме того, получали сухой паек, состоящий из хлеба, масла и сахара. Для детей приготовлялись специальные обеды. В итоге для взрослых отпущено 114020 обедов, для детей 28828 обеда, всего 142848тысяч обедов. Увеличение количества обедов происходит за счёт разгруженных на станции эшелонах.

Медицинского пункта при эвакопункте не существует. Обслуживание эвакуированных граждан производится медицинским пунктом, находящимся при станции Барабинской. Эшелоны №206, 230, 232 и детский сад (из города Ленинграда) проходили санитарную обработку. Из этого можно сделать вывод, что как таковой медицинской помощи не оказывалось.

Была оказана денежная помощь в сумме 115 рублей 8 семьям, на основании спущенных кредитов облисполкома.

Отчёт о работе Барабинского эвакопункта позволяет получить общее представление о работе эвакопунктов в годы войны. Из всего вышеперечисленного следует вывод, что эвакопункты Новосибирской области слабо организованны, были проблемы: допускались задержки эшелонов и перебои с питанием, отсутствовала медицинская помощь.

C 16/IV-42 по 1/ VIII-42 г. на вокзале станции Новосибирск были 3 дежурных и 1 помощник – инспектор Новосибирского Горисполком, которые принимали и обслуживали эвакуированных проезжающих через Новосибирск. Решением №1785 от 3/VIII- 42 г. Новосибирским облисполкомом организован эвакопункт с 1/VIII-42 г. со штатом 11 человек, впоследствии штат был установлен в 15 человек. Эвакопункт до 31 августа 1942 года помещался на вокзале, а 31/VIII-42 г. по распоряжению начальника вокзала столы эвакопункта были вынесены в помещения пригородных касс, фактически эвакопункт был выселен в неприспособленное помещение. Эвакуированных приходилось принимать на улице вне зависимости от погоды. Эвакуированные мёрзли на улице под дождём, а работники эвакопункта, работая по суткам в таком помещении, простыли и лежали больные по две недели. «Люди работали самоотверженно по 18-20 часов в сутки без отдыха, а зачастую, когда бывало большое скопление людей, работали без отдыха по 2-3 суток».

Затем в начале ноября было освобождено помещение для эвакопункта более приспособленное. Из-за отсутствия транспорта топливо доставлялось нерегулярно и часто по 2-3 не отапливалось. Зимой отопительная система разморозилась и пришлось ставить времянки, которые дают мало тепла. Эвакопункт не имеет мебели и других подобных предметов.

За первый год войны из Ленинграда в Новосибирск было эвакуировано около 128 тысяч человек. За 1942 год в пределы Новосибирской области было эвакуировано 55217 тысяч человек из них детей 20323. За 1943 год- 56621 тысяч человек из них 20940 детей. Кроме того, десятки тысяч человек были направлены проходом через Новосибирск в Кемеровскую область, на юг, запад и восток.

Размещались эвакуированные по возможности в наиболее приспособленные помещения, где и жили некоторое время. Затем после трудоустройства работников селили ближе к месту работы. В освободившихся квартирах селили новоприбывших. Приведем в пример выписку из ДОКУМЕНТА ОБ ОБЕСПЕЧЕНИИ КВАРТИРАМИ РАБОТНИКОВ ЭВАКУИРОВАННЫХ ИЗ ГОРОДА ЛЕНИНГРАДА:

«Ввиду отсутствия жилплощади для размещения работников, прибывших из Ленинграда и в целях приближения работников комбината № 179 к производству, поручить директору комбината № 197 т. Клавсуть принять срочные меры к переселению работников комбината из 12- квартирного дома по Красному проспекту, принадлежащего Горкомхозу, в посёлок комбината № 179 на левом берегу Оби.

Поручить председателю Новосибирского горисполкома т. Климович в освободившемся 12-тиквартирном доме по Красному проспекту разместить эвакуированных работников из города Ленинграда.

Эвакуированные обеспечивались питанием один раз в сутки, обедом из двух блюд, хлебом по 400 гр. в сутки. Для детей имеется детская столовая. Ленинградцы получают сухой паек раз в сутки по нормам, утверждённым НКТ СССР. Получается, каждый эвакуированный получал горячую пищу около 3 раз в среднем. Дополнительной продажи продуктов для эвакуированных организовано не было. Часто в пунктах питания составлялось однообразное меню: суп манный, каша манная, суп лапша, лапша отварная и т.д. Проблемы питания проявлялись в отсутствии овощей, в результате чего пища приготавливалась без них; очень редко имелись молочные продукты, совершенно ничтожное количество. Проблемы возникали с выдачей пищи: помещений для выдачи сухого пайка не было до 20 ноября 1942 года, а для выдачи горячей пищи не было намного дольше, в результате эвакуированным приходилось простаивать часами на улице в ожидании получения пищи, несмотря ни на какую погоду (дождь, снег, вьюга, мороз и т.д.).

Медико–санитарное обслуживание производилось для эвакуированных не только в городе, но и в самих поездах, во время остановок на станциях. Некоторые ленинградцы в результате обсервации снимались с поездов и направлялись в лечащие учреждения. Достаточно много разных болезней присутствовало среди эвакуированных. Приведём в пример выписку из таблицы ДОКЛАДНОЙ ЗАПИСКИ О РАБОТЕ НОВОСИБИРСКОГО ЭВАКОПУНКТА С 1/V1-42 г. по 15/III-1943 ГОДА:

Снято с эшелонов и вагонов людей стом. больных 438 человека, с ТВЦ пневмонией 2 человека, с малярией 10 человек, с гемокалитом 46 человек, лихорадящих 105 человек, находящихся в тифовом состоянии 55 человек.

Некоторые вагоны ставили на карантин, но по истечении нескольких суток после проведения обследований с больных, снятых с этих вагонов, снимали карантин.

Считалось, что всем ленинградцам, живущим в сельской местности и городах, неустроенным на работу по мотивам состояния здоровья, отпускать на каждого человека в день: хлеба не менее 600 гр., молока ½ литра, овощей и картофеля до 1кг. Детям, имеющим ослабленное здоровье, отпускать дополнительное молоко и жиры.

Ленинградцам, кроме всего прочего, оказывалась и другая помощь». Приведём в пример выписку из ДОКЛАДНОЙ ЗАПИСКИ О РАБОТЕ НОВОСИБИРСКОГО ЭВАКОПУНКТА С 1/V1-42 г. по 15/III-1943 ГОДА:

«За отчетный период оказана денежная помощь на питание 1463 семьям в сумме 11088-45 рублей и материальная помощь 279 семьям на сумму 17475-85 рублей. Кроме этого 49 семей получили в эвакопункте ордера на приобретение обуви, одежды и др. вещей.

Из вещей выданы следующие: телогреек 10 шт., валенок 17 пар, валенок детских 15 пар, шапок 17 шт., юбок 6 шт., ботинок детских 25 пар, свитеров детских 45 штук и т.д.

Кроме перечисленного, люди получали от местного населения другие различные подарки: продукты питания, предметы обиходы и другие вещи, в которых нуждались эвакуированные ленинградцы.

Из всего выше перечисленного можно сделать следующие выводы:

Большие массы народа отправляли в эвакопункты Новосибирской области, а наиболее важным был эвакопункт самого города Новосибирска.

Прием и размещение эвакуированного населения вначале были организованы недостаточно четко, питание и медицинское обслуживание работали с перебоями, однако постепенно все налаживалось.

Большинство эвакопунктов работали в приспособленных помещениях.

Работники эвакопункта работали самоотверженно по 18-20 часов в сутки без отдыха, а зачастую работали без отдыха по 2-3 суток.

Питание на эвакопункте производилось организованным порядком: ленинградцы, кроме обеда получали сухой паек, состоящий из хлеба, масла и сахара.

Эвакуированные ленинградцы получали от местного населения различные подарки: продукты питания, предметы обиходы и другие вещи в которых нуждались.



следующая страница >>



Художник пишет не то, что видит, а то, что будут видеть другие. Поль Валери
ещё >>