Биография краснера Наума Яковлевича - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Книга пророка Наума Глава 1 1 Пророчество о Ниневии; книга видений... 1 36.37kb.
С. В. Гиппиус тренинг развития креативности. Гимнастика чувств 20 4806.4kb.
Биография Ильи Репина 2 Биография Васнецова 4 Врубель Михаил Александрович... 1 295.4kb.
Биография (Гала Биография) geo (гео) Maxim (Максим) men’s health... 1 46.71kb.
Внимание! Династические деревья не выверялись и являются в некотрой... 4 602.2kb.
Рассказ о великом чуде умершего епископа 8 1193.59kb.
Биография. Атмосферное давление и первый барометр. Точка Торричелли. 1 61.8kb.
14 декабря на Руси отмечают как День Наума-Грамотника 1 38.09kb.
Биография майк Барнс капитан бифхарт: биография 22 6002.83kb.
Творческая мастерская по концепту 1 122.46kb.
2011 Тюмень 2010 ббк 92 К17 6 448.28kb.
С г кара-Мурза Краткий курс манипуляции сознанием 30 4299.01kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Биография краснера Наума Яковлевича - страница №2/3


- Может, вовсе начинать не следовало?
          - Следовало! Но не так. Провели приватизацию по варианту, который носил популистский характер - все всем. Основная масса работающих становилась собственниками, а ответственности никакой.
- А как надо было?
          - Был вариант приватизации, в соответствии с которым мог возникнуть настоящий собственник. При этом варианте инициативная группа, закладывая своё имущество и тем самым рискуя, а, следовательно, более ответственно подходя к делу, получила большее количество акций.
- Так ведь это же порождало более резкое расслоение общества?

          - Расслоение всё равно произошло. Приватизация должна создать собственника. У нас этого не случилось. А рынок без настоящего собственника существовать не может.


- Какой же из этого выход?
          - Россия - колоссальная страна. С огромными ресурсами. С разными уровнями жизни и деятельности. У нас не может быть одной общероссийской модели. Эти модели нельзя вообще вводить прямолинейно.
- Искать варианты путем проб и ошибок?
          - А вы обратили внимание- каждое новое российское правительство выдвигает новые идеи? Причем наука из этого процесса исключена. Дело не в количестве проб - дело в их качестве. Экономическая политика должна быть гибкой: в одном регионе следует применять одни методы, в другом - другие.

          И, безусловно, надо менять налоговый кодекс - на одних фискальных мерах экономику не поднимешь. Надо развивать производство. Класс чиновников имеет тенденцию разрастаться. А раз он разрастается - его надо кормить. Очень дорогое у нас правительство.




- Все были плохи?

          - Ну, возможно, Гайдар был лучше других. Но ему не доставало гибкости, умения командовать. Умения вести с законодателями организационную работу. Умения доступно доводить до народа цели преобразований.


- А что мог Кириенко сделать за несколько месяцев работы?

          - Парадоксально, но я готов похвалить Кириенко за то, что он сделал.


- То есть?
          - Он был первым, кто поставил Россию перед фактом банкротства. Это был по настоящему мужской поступок. Сейчас ситуация ясна. Прогнозов хороших дать не могу. По крайней мере, при нынешнем правительстве. Думаю, оно еще два - три раза сменится. Поможет только полное поражение коммунистической идеологии.




- Получается как в известной песенке из кинофильма "Айболит - 66": "Это очень хорошо, что пока нам плохо".

          - К сожалению, это так.


- Но ведь в таком случае не исключена возможность социального взрыва?

          - Хочется верить, что его не будет.


- Сегодня многие говорят о необходимости возврата к прежнему. Испугавшись будущего, тянут в прошлое.
          - Этих людей легко понять - не платят денег, не дают работать. Но надо идти вперед. Я был абсолютно убежденным коммунистом. И не жалею о прожитых годах. Но сейчас понимаю, что мог бы реализовать себя гораздо полезнее.
- Вы относите себя к обманутому поколению?
          - Тут все сложнее. Я с трудом сдавал свои коммунистические позиции. Хотя довольно рано понял, что такое Сталин.
- Когда же?
          - Во время войны. Встречался на фронте с генералами и офицерами, сидевшими в тридцать седьмом - тридцать восьмом. Помню страхи своего отца. Он работал в винницкой типографии. Клише тогда изготавливали в цинкографии. Чуть забьется грязью оттиск - четыре точки превращаются в крестик. А если крестик появляется на фотографии члена правительства? Отец приходил с работы изможденный - просматривали весь тираж номера. Однажды секретарь обкома сказал отцу: "Яков Наумович, с тобой все ясно!" Отец всю ночь ждал ареста. Не пришли - в эту ночь арестовали секретаря обкома. Нет, Сталина я не оплакивал.
- И молчали?
          - Не молчал! Недавно встретил одного из своих студентов семидесятых годов. Он мне говорит: "Наум Яковлевич, а ведь вы нам о ценообразовании говорили то, что только недавно начали у нас признавать". Но, разумеется, истинное понимание нравственных ценностей стало у меня появляться только во второй половине жизни.
- Себя в этой связи не жалеете?
          - Я все-таки находился не в самых худших условиях. Полковник в тридцать два года. Кандидат наук. Доцент. Заведующий кафедрой. И если не считать того, что иной раз хотел что-то сказать, а не мог, то у меня была нормальная жизнь. Что мне было дано, то было дано. В пределах предлагаемых обстоятельств я жил нормально. Другое дело - предлагаемые обстоятельства не те были. Хочется думать - у детей жизнь сложится иначе.
- А вы своими детьми довольны?

          - В общем, да. Ленка - нейрохирург в Петербурге. Ирина пошла по моим стопам - доцент на экономическом. Читает мои курсы. Илья работает заместителем начальника управления регистрации собственности. Внуки растут.


- А вы хороший дед?

          - Боюсь, не очень. Гулять, играть - этого мало. Надо душой заниматься. А это очень трудно. И времени почти нет, чтобы заняться внуками.


- Много работаете за письменным столом?

          - Увы, хожу по докторам. Лежу в больницах.

Беседовал Л.Кройчик.
Газета "Воронежский курьер" в рубрике "Тет-а-тет".
17 октября 1998 года, N 118 (1264).

______________________________________________________________________________________________________



Памяти хорошего человека

В минувшее воскресенье университет попрощался с Наумом Яковлевичем Краснером.

В ноябре я брал у Наума Яковлевича интервью для газеты. Он много курил и много кашлял.

- Зачем Вы курите? - спросил я.

- Врачи мне уже разрешили курить, - грустно заметил Наум Яковлевич.

- Что значит "уже"? - не понял я.

- Дело в том, что у меня рак легкого, спокойно сказал Краснер, притушив очередную сигарету.

Этот диалог в опубликованный текст не попал.

- Зачем хвастаться недугом, - сказал тогда Наум Яковлевич, - К тому же врачи, возможно, ошибаются.
Врачи, к сожалению, не ошиблись. Да и сам Краснер не сомневался в правильности их диагноза. Но кокетничать смертельной болезнью?..

Я знал Наума Яковлевича более сорока лет. Он был несуетлив и негромок. Но когда своим хрипловатым голосом он что-то начинал говорить, окружающие смолкали и вслушивались в слова этого человека с иронично-лукавыми мудрыми глазами.

К словам Краснера прислушивались экономисты, математики, политики. Недаром был Наум Яковлевич приглашен в советники к главе администрации области Александру Ковалеву. Да и не одному губернатору был Краснер советником и советчиком - всем нам.

Шаталинские конференции в Воронеже. Работа в институте экономики. Лекции на факультете прикладной математики и механики университета. Разработка математических моделей организации производства.

Негромкий Краснер успевал сделать многое.

Полковник в тридцать два года.

Студент-заочник в тридцать пять.

Заведующий кафедрой - в сорок.



Доброе сердце. Мудрая улыбка. Хороший человек.

Газета "Воронежский курьер".
11 марта 1999 года. N 26 (1319).

______________________________________________________________________________________________________


Архив кафеды

Науму Яковлевичу Краснеру 21 февраля 1999 года исполнилось 75 лет.
Кафеда ММИО поздравляет своего юбиляра!

Дорогой Наум Яковлевич!

Чётко осознавая, что во всяком юбилее, как в качественном алкогольном продукте, обязательно содержится немного горечи, и чем круче юбилей, тем её больше, всё же торжественно заявляем:

Наши юбилеи (а значит и Ваши вместе с нашими) - самые юбилеистые юбилеи в мире!

Воспользовавшись, как всегда, поводом собраться, мы, Ваши ученики, друзья и коллеги, берем на себя следующие повышенные обязательства:


  • Сложить в уголке все торжественные и скучные слова в Ваш адрес и в этом поздравлении к ним не обращаться. Не будем портить праздник этикетом.

  • Стать историческими оптимистами и твердо сказать: "Завтра будет лучше, чем послезавтра!".

  • Ввести в программу кафедры новые спецкурсы:

    1. "Женская логика" - ведь "Математическую логику" изучают один семестр, а на женскую мало целой жизни;

    2. "Хаос в динамике" - особенно важный курс в нашей стране, где давно поняли, что неразбериха это скрытый (от кого надо) порядок;

    3. "Медицинская история" - ведь в больном обществе любая история есть история болезни.

  • Определиться, наконец, с кафедральным углом зрения и перестать его расширять, ведь чем он больше, тем тупее.

  • Сохранять и приумножать мужское поголовье кафедры под четким приглядом женского.

  • Опасаться избитых истин, хотя бьют только за неизбитые.

  • Встретить юбилей Н.Я. Краснера в полном составе и под девизом "Чем больше нас, тем меньше их".

  • Перейти в XXI-м веке к формированию групп специализации исключительно из детей и внуков сотрудников кафедры.

  • В области методической работ: то, что нужно делать сегодня - делать послезавтра, обеспечивая тем самым себе два свободных дня. Выяснилось - это наиболее оптимально.




  • Всем встать и сказать громко и ясно то, что мы говорим уже 30 лет, обращаясь к Науму Яковлевичу:



"Мы Вас Любим!"


______________________________________________________________________________________________________



"... ниточка памяти будет тянуться в будущее."

Уважаемые коллеги! Говорить о Науме Яковлевиче мне легко и тяжело. Исходя из одного и того же обстоятельства - я слишком долго его знал, очень долго. Больше 40 лет. На уровне многих здесь присутствующих, а может быть и больше. Поэтому я не готовил длинного, связного и плавного с переходами выступления. Мне просто хотелось поделиться некоторыми моментами его биографии и рассказать что-то личное, то, что связывало меня и многих из нас непосредственно с ним.

Сначала некоторые строки биографии. Может быть, не все присутствующие знают о Науме Яковлевиче такие факты. Родился он 21 февраля 1924 года на Украине, в Виннице. Семья: отец, Яков Наумович - руководитель типографии. Мать, Ревека Самойловна - бухгалтер. Обычная рядовая семья. Школа, правда, попалась хорошая, школу он помнил всегда. Дружил со многими, выжившими после войны выпускниками школы, регулярно возвращался и очень любил Винницу.

Я специально поинтересовался, а как для семьи прошел 37-й год. В общем, как и для всей страны, как-то прошел. Арестовали по разнарядке трёх Краснеров. Но потом, решили, что это какая-то ошибка и оставили одного, к счастью, не отца. Двоих Краснеров освободили. Разнарядка по Краснерам была выполнена одним человеком.

Потом настал 41-й год. Молодому Науму Яковлевичу 17 лет, он кончил школу, кончил очень хорошо, успел даже отправить документы на химфак МГУ. Почему-то на химфак. Выпускной вечер должен был состояться 22 июня 1941 года. Украина была быстро занята фашистами. Успели эвакуироваться всей семьей. Отец ушел на фронт в морскую пехоту, а сын с матерью - под Куйбышев. Как выпускник школы, он уже считался достаточно образованным человеком и работал учителем. Я спросил, учителем чего? Учителем всего, по всем предметам, какие удавалось только вести. Сразу в армию попасть не мог. 17-летних еще не брали. Но впрочем, быстро взяли, сначала в училище. Затем очень короткий срок обучения, чуть больше трех месяцев, и молодой лейтенант, оканчивающий артиллерийское училище, попадает на фронт сразу в очень оригинальное место, под Сталинград.

Командовал взводом противотанковых ружей, оборонялся против танков, потом оценили образованного Краснера, молодого храброго офицера, и взяли в штаб дивизии заместителем начальника оперативного отдела. Война продолжалась, началось движение на запад, он успел вернуться на Украину, от Сталинграда назад на Украину. Брал Запорожье. Запорожскую операцию он вспоминал всегда, и, насколько хватало сил, вместе с товарищами по фронту они собирались и возвращались туда. Собирались все вместе в Запорожье, те, кто брали Запорожье.

         [......]

Есть у меня очень личное воспоминание 59-го года. Будучи на военных сборах в лагере под Курском, я, студент - "солдат", получаю приказ срочно прибыть к полковнику военной кафедры Краснеру. Прихожу, представляюсь по всей форме, а он, оказывается, услышал, что я взял с собой только что вышедший сборник Поля Элюара (было тогда такое чудо начинающейся оттепели 1959 года) и ему захотелось его почитать. Просил дать ему хоть на одну ночь. Вот такая была встреча в военном лагере 1959 года. И почти тогда же, по хрущевскому указу о сокращении части вооружённых сил, в совершенно необыкновенных обстоятельствах (формально, возможно, будучи единственным таким человеком в Советской Армии), молодой полковник, один из немногих офицеров, кто в 35 лет стал полковником, уходит, не получив никакой военной пенсии, без всего, просто устраивается ассистентом в ВГУ на механико-математический факультет.

И, безусловно, надо сказать о том, что к тому времени сложился совершенно необычный, совершенно особенный факультет, когда, выгнанные с Украины внешними обстоятельствами 50-51-х годов, в ВГУ прибыли два молодых тогда еще профессора: Марк Александрович Красносельский и Селим Григорьевич Крейн. Они составили славу ВГУ, воронежской математической школы, отголосками которой сейчас является математическая школа ВГУ, и всей науки в целом, без всякого сомнения.


Мне приходилось бывать за границей, я знаю там такие места, куда хотели бы приехать российские академики, но их туда не брали, а к М. А. Красносельскому регулярно приезжали гонцы из нескольких стран, зазывая его на любых его условиях приехать в их страну. Потому что эти люди, хотя и формально математики, были центрами кристаллизации, центрами образования, центрами, которые притягивали и формировали научные школы. Вокруг них разрастались эти школы, их любили, за ними шли. И вот М. А. Красносельский Науму Яковлевичу посоветовал, - "Бросайте вы свою армию, приходите на кафедру и занимайтесь новыми задачами". Для этого пришлось формально, так как военно-педагогического института не хватало, закончить к 1962 году заочно мат. фак. московского, а потом и воронежского университета. Вот тогда-то мы с ним и встретились второй раз. Молодой ассистент, бывший полковник Краснер пришел к ассистенту Руссману для зачета по теории вероятностей. Мне пришлось ему ставить оценку по теории вероятностей. Так мы с ним встретились следующий раз.

Работали мы потом с ним на одной кафедре, на кафедре Селима Григорьевича Крейна. В недрах этой кафедры к моменту образования факультета ПММ ВГУ образовалась новая кафедра математических методов исследования операций. Наум Яковлевич назвал её именно так, отстаивал это название, и так она называется до сих пор. Сотрудники этой кафедры сидят здесь сейчас в зале. Создателем, организатором, первые десять лет бессменным заведующим этой кафедры, а потом может быть формально и не заведующим, но все равно центром жизни этой кафедры он был последующие 30 лет.

А с 1968-69-го года начались контакты Наума Яковлевича и сотрудников кафедры с ЦЭМИ. Ездили мы порознь и вместе, ездили в старый корпус на Ленинском проспекте. До сих пор помню узенькие коридоры, продавленные диванчики в конце коридоров и надписи по этим кабинетам. Почему-то у академика Федоренко все замы были просто кандидаты экономических наук. Вот табличка: с одной стороны С.С. Шаталин, с другой - А.А. Модин. Кто был тогда, тот помнит этот коридор, эти таблички.

         [......]

Результатом этих контактов стала Шаталинская школа. Никого не удивило, что эта школа впервые собралась в Воронеже. К этому времени и Наум Яковлевич, и Станислав Сергеевич дружили, были хорошо связаны друг с другом. Образовался тот самый кружок, который сейчас сидит здесь в зале. И в 1978 году под Воронежем собралась первая школа, а 21-я идет сейчас. 20 лет они были вместе с Наумом Яковлевичем. 21-й год все равно вместе с ним, но без его формального материального присутствия. То, что он с нами, по-моему, ощущают все.

Мне хочется несколько слов сказать о его научной деятельности, о его педагогической деятельности, о нем, как о человеке, хотя все, что я говорю, это о нем, как о человеке. У него было несколько периодов в научной жизни, научных интересов. Каждый был периодом большой страсти. Он очень увлекался тем делом, которым занимался. Сразу организовывал коллектив людей, который вокруг этого трудился, сразу организовывалась прикладная деятельность, сразу это переходило в некоторые выводы и результаты.

Первый цикл его работ был связан с задачами о смесях. Впервые задачи линейного программирования, связанные со смесями, текстильными задачами на смеси, доведенные до совершенно реальных конкретных прикладных результатов - это заслуга Наума Яковлевича Краснера. Следующей его страстью, страстью особой, до конца жизни были задачи целочисленного линейного программирования. Сидящие здесь домашние подтвердят, что пока видели глаза, рука держала карандаш или ручку, он занимался этими задачами. Им был разработан оригинальный метод решения задач целочисленного линейного программирования. А само занятие задачами целочисленного линейного программирования было как хобби. Во время скучных заседаний, в любую свободную минуту он вычерчивал таблички и выписывал соответствующие задачи и решал их. Думаю, что таких бумаг сохранилось очень много до сих пор.

Очень любопытный, широко опубликованный цикл работ, был посвящен задачам многоуровневой итерационной модели согласования интересов. Там были очень любопытные результаты. О них постоянно докладывалось на наших школах-семинарах. Последней задачей, одной из последних, в которой я принимал участие, была задача оценки финансовой устойчивости предприятия. Мне хотелось просто сказать вам, насколько это были большие задачи. Программный комплекс готовился для всей страны в целом. Для групп регионов можно было проводить мониторинг финансовой устойчивости. Работающий комплекс "Монфинус" - мониторинг финансовой устойчивости, так это расшифровывалось, который делался в свое время для комитета по управлению имуществом России, был рассчитан на несколько десятков тысяч предприятий, более чем на 60 показателей оценки финансовой деятельности. Те, кто работал с прикладными задачами, могут себе представить весь этот объем, всю эту работу. Он очень много работал с задачами теории расписаний, в том числе и применительно к теории расписаний в ВУЗе. Тяжелая задача, все знают, как это трудно делать.

Еще после него остались его учебные курсы. Как он их отрабатывал, как он подготавливал комплекс задач по каждой такой своей разработке! Каждый студент, который слушал его лекции, получал доклад по комплексу соответствующих моделей. Каждый должен был заниматься расчетными примерами. Еще он подготовил аналогичный курс по исследованию операций. Я скромно сидел в сторонке на кафедре и смотрел, как он пропускал группу студентов, когда им приходилось сдавать задачи предварительно до самого экзамена, отчитываясь по курсу "Исследование операций". Они сдавали без преувеличения целый пакет собственных работ, где решались конкретные задачи, написанные индивидуально для каждого. Я думаю, что мы на кафедре восстановим эти курсы.

И ещё одно. Меня занимал вопрос: вот перед вами два портрета ушедших от нас людей, без сомнения, основателей этой школы: С.С. Шаталина и Н.Я. Краснера. А что их связывало? Знаменитого московского академика, неудачливого консультанта неудачливого первого и последнего президента СССР, очень талантливого, сильного ученого, оставившего очень глубокий след и, в принципе, рядового заведующего кафедрой провинциального университета России. Почему они были близки, почему они любили друг друга, могли сотрудничать так вместе? Потому что они были людьми одного типа, людьми, за которыми хотелось и, даже после ухода их из жизни, хочется идти. Вот, по-моему, главное, что их объединяло, вот почему они так сошлись вместе, так ладно работали и почему те, кто становились им другом, оставались им навсегда. То, что мы сидим вместе, это самая лучшая, самая хорошая, самая верная память об этих замечательных ушедших людях. И до тех пор, пока мы, несмотря ни на что, несмотря ни на какие обстоятельства занимаемся с вами профессиональным делом, это и есть самая лучшая память об этих людях. Будут разные семинары, будут разные школы, все, что имело начало, чаще всего имеет и конец, но остались друзья, остались ученики, будут ученики учеников и эта ниточка памяти будет тянуться в будущее. Вот это и есть самое главное во всей нашей деятельности.



И.Б. Руссман

из стенограммы выступления на открытии


21-й школы-семинара памяти Н.Я. Краснера.
[г. Старый Оскол, июль 1999г.]
______________________________________________________________________________________________________
На четвертом курсе университета я познакомился с Н.Я. Краснером, было это в 1959 году. И сразу понял, что встреча эта изменит многое в моей жизни. Представьте - в лагерях под Курском студент - "солдат" и полковник военной кафедры горячо обсуждают только что вышедший сборник стихов Элюара. Он очень помог мне и на экзамене по военному делу, убедив комиссию, что моё дремучее невежество в типах каких-то "подкалиберных" зарядов не так уж и катастрофично.

Самое смешное было потом: я уже несколько лет работал на кафедре преподавателем и "студент-заочник" Н.Я. Краснер сдавал мне теорию вероятностей.

Запомнилась эпопея с организацией кафедры в 1969 году. Красносельского уже не было в ВГУ, но С.Г. Крейн оказывал неизменную поддержку и кафедру открыли "под доцента" - это было сложно и тогда. Как же мы дружно и весело работали! Казалось, что все удастся сделать, есть только отдельные враги и мелкие трудности.

Только издалека видно, как точно и целенаправленно Наум Яковлевич подбирал людей и направления работ, как ему удавалось находить нужные связи с настоящими учеными. Уже с начала 70-х появились контакты с ЦЭМИ. Это был особый институт в те годы: академик Федоренко директор и много замов - все кандидаты наук. Как видят и находят друг друга хорошие люди - можно много рассказывать о дружбе Наума Яковлевича с С.С. Шаталиным, С.В. Жаком, В.Н. Лившицем, о наших школах-конференциях, которые их старожилы все еще называют воронежскими.



В конце концов, человек - это его след на земле, в сердцах, в делах. Пока помним - он жив.

Исаак Борисович Руссман

25 марта 1999г.

______________________________________________________________________________________________________

Наум Яковлевич Краснер. Наверное то, что значит для меня лично, да и для многих этот Человек достаточно тяжело сформулировать и выразить в слове. Мне посчастливилось жить и работать рядом с этим мудрейшим человеком, это огромный подарок судьбы и я думаю, что безо всякого преувеличения можно сказать, что всем проснувшимся во мне силам, стремлениям, представлениям о мире и жизни, появившейся профессии я во многом обязан Науму Краснеру. Признаюсь, что людей столь сильно на меня повлиявших вряд ли можно пересчитать по пальцам одной руки и тем страшнее, что они по одному уходят, уходят люди воспитавшие себя в самые тяжелые годы жизни Нашей страны, достойно пронесшие себя через войну, через политические режимы и банальные жизненные неурядицы. А остаемся в этой жизни мы, и бог знает, как нас еще будут судить. Я хотел бы рассказать, как этот человек оказался в моей жизни, мне хотелось бы рассказать о наших беседах, спорах и обсуждениях, о том, как он мог вести Дело и сплотить коллектив, но все равно что-то было бы недосказано и недонесено. Поэтому я скажу только несколько слов для Наума Яковлевича - я люблю Вас и буду учиться у Вас всю свою жизнь. До встречи Наум.



Алексей Пастухов
26 апреля 1999 г.

______________________________________________________________________________________________________

"Рецепт вкусного чая очень прост: не надо жалеть заварки". Шла застольная беседа, чая было вдоволь, и истомленные жаждой гости внимали Науму Яковлевичу, хвалившему чай, хозяйку и со вкусом рассказывавшему воронежские новости. Я подумал, что если понимать рецепт не буквально, то следовать ему не так - то просто. Науму Яковлевичу это удавалось: он не жалел ни добрых слов, ни внимания, ни сил, чтобы помочь, ни энергии на доброе дело. Как бы невзначай создавал вокруг себя особую, комфортную инфраструктуру человеческих отношений. И всегда был окружен любившими его друзьями и помощниками.

Легкая походка, мягкая улыбка, лучистые глаза. Таким остался он в моей памяти.

Виктор Меерович Полтерович
Академик РАН. Заведующий лабораторией математической экономики ЦЭМИ РАН.

1 июня 1999 г.

______________________________________________________________________________________________________



<< предыдущая страница   следующая страница >>



Рождество — это когда отец пробует убедить своих детей в том, что он Санта-Клаус, а свою жену — что он не Санта-Клаус. Американская мудрость
ещё >>