Археология, история, нумизматика, этнография восточной европы - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Конкурс проводится по следующим областям знаний гуманитарных наук... 1 23.31kb.
Информация о шестой сессии Совместной целевой группы 1 38.63kb.
«Древние народы на территории Восточной Европы» 3 464.89kb.
Сущность истории как науки. Предмет её изучения 1 175.38kb.
Казахстан в средневековье 2 395.85kb.
«Власть». 2011.№1. С. 4 Постсоциалистические страны европы: проблемы... 1 114.48kb.
Программа «Историко-культурное наследие Южной Сибири: археология... 3 453.6kb.
Программа «Ранние государства Восточной Европы» 1 33.62kb.
В. И. Ворошилов Топонимы Российского Черноморья История и этнография... 16 2731.52kb.
Стипендия в €2,000 для девушек из стран Центральной и Восточной Европы 1 46.65kb.
Монография русские земли и политика католических миссий и рыцарских... 16 3182.99kb.
Славянск-на-Кубани, ул 1 32.12kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Археология, история, нумизматика, этнография восточной европы - страница №1/6





Санкт-Петербургский государственный университет Исторический факультет

Институт истории материальной культуры РАН Российский этнографический музей

АРХЕОЛОГИЯ, ИСТОРИЯ,

НУМИЗМАТИКА, ЭТНОГРАФИЯ

ВОСТОЧНОЙ ЕВРОПЫ

Сборник статей памяти проф. И. В. Дубова

Под редакцией проф. А. Н. Кирпичникова, доц. В. Н.
ИЗДАТЕЛЬСТВО С.-ПЕТЕРБУРГСКОГО УНИВЕРСИТЕТА

2004
Т. С. Нунан

Торговля Волжской Булгарии с саманидской Средней Азией в X в.*

Издавна известно, что в период эпохи викингов активная торговля связывала исламский мир с Европейской Россией и Балтикой. Так как эта коммерция очень часто упоминается, многие мнения о ней имеют тенденцию стать всеобщими и нари­совать статичную картину, основанную исключительно на письменных исламских источниках.1 Цель данного исследования — изучить детально один из важнейших компонентов этой огромной трансконтинентальной коммерции, используя все до­ступные источники, и показать ее динамичный характер. Волжско-Булгарская тор­говля с саманидской Средней Азией в X в. выбрана не случайно, поскольку она от­мечает зенит исламской коммерции с Северной Европой. Исламская торговля IX в. хотя и имела существенное значение, но составляла только частицу той, которая имела место в X в., и переживала острый упадок в XI столетии. Другими словами, цель данной работы — исследовать ключевой элемент в торговле Северной Европы с исламским миром в период ее расцвета в эпоху викингов.

Важнейшим аналитическим прорывом в XX в. в анализе находок дирхамов из Северной Европы был аргумент Ричарда Фасмера, что клады дирхамов из Европей­ской России относятся к ряду хронологических периодов, каждый из которых имеет свои собственные отличительные черты.2 Эта фундаментальная проницательность была в дальнейшем развита и расширена академиком Яниным.3 После изучения в течение свыше двадцати лет кладов дирхамов периода викингов из Северной Ев­ропы мне стало ясно, что дальнейшее продвижение в изучении этих кладов —это исследование того, что они могут нам сказать об относительном объеме и значимо­сти исламской торговли с Европейской Россией в течение разных хронологических периодов. Пришло время оставить позади беспомощные обобщения типа «большая торговля существовала между исламским миром и Россией во время эпохи викин­гов» и попытаться точно определить, что конкретно может означать термин «боль­шая» в каждый из периодов. В этом отношении взгляды оптимистов и пессимистов расходятся. Оптимисты, к которым я отношу и себя, верят, что можно попытаться определить торговлю в количественном отношении в разные периоды. Пессимисты же заявляют, что это сделать невозможно из-за общеизвестной скудости письменных

* Статья написана известным американским нумизматом, профессором университета в Мин­несоте Томасом Нунаном (1938—2001 гг.). Публикуется по тексту, представленному в Archivum Eurasiae Medii Aevi, 11 (2000-2001). Wiesbaden, P. 140-217.— Географические термины даны в ав­торской редакции. Перевод статьи старшего научного сотрудника Российского этнографического музея Г. А. Плужниковой. Оттиск статьи любезно прислан ученицей проф. Нунана X. Шерман. Эта статья является последней работой ученого. Она не дописана. Тем не менее по охвату материала и выводам она заслуживает внимания. Решение опубликовать это произведение в настоящем мемо­риальном сборнике не случайно. Тема о торговле и функционировании Великого Волжского пути очень интересовала И. В. Дубова, он посвятил этой теме специальную монографию. Обсуждение вопросов, связанных с историей Волжского пути, теперь особенно актуализировалось. В Казани регулярно проводятся международные конференции по данной тематике. В этих обстоятельствах изложение развернутого мнения серьезного специалиста представляется полезным и своевремен­ным.

256

источников. Например, в исследовании мировой торговли между 1250 и 1350 гг. по­сле Рождества Христова утверждалось, что «из-за малочисленности документаль­ных источников невозможно исследовать количественные аспекты торговли... ». С этим я совершенно не согласен. Я убежден, что многие из тех вопросов, которые, как считается, невозможно исследовать, можно проанализировать, используя такие источники, как археология, нумизматика, этнология и др. В этом исследовании я по­пытаюсь продемонстрировать, что возможно исследовать детально количественные размеры торговли Северной России со Средней Азией в течение X в.., используя кла­ды исламских серебряных монет. Другими словами, нет необходимости в обильных письменных источниках, чтобы определить значимость и величину средневековой торговли.



Так как волжские булгары играли такую ключевую роль в этой торговле, скажу несколько слов об их ранней истории. После вторжения гуннов в северные понтий-ские степи в 375 г. многие другие тюрко-монгольские племена мигрировали в тече­ние VI и VII вв. в направлении запада .и стали активными на территории между Волгой и Дунаем. Среди этих народов были кутригуры и оногуры, которые позд­нее стали ядром первого Булгарского государства. С середины VI в. и примерно до 630-х годов булгарские племена в северных понтийских степях находились под господством аваров. Однако около 636 г. булгары освободились от власти аваров и образовали государство при хане Куврате/Кубрате с центром в нижней области До-на-Азова, которое обычно упоминается как Магна Булгария.5 Между 650 и 670 гг. Великое Булгарское государство пало в результате экспансии хазар в нижние Дон-ско-Азовские степи. Часть булгар во главе с Аспарухом бежала на запад, пересекла Дунай и осела на Балканах, где они стали правителями средневекового Болгарско­го государства. Другие булгары остались в Донско-Азовском регионе, где позднее стали известны как черные булгары. Эти булгары могут быть связаны с булгарским вариантом культуры Салтово — название, которое дано археологической культуре, которая была открыта на территории Хазарского каганата.6 А другая группа бул­гар мигрировала на север к Волге и осела там в ее центральных районах, основав средневековое государство, известное как Волжская Булгария.7 Часто говорят или подразумевают, что булгары из Донско-Азовской области мигрировали на среднюю Волгу одной волной вскоре после того, как хазары установили контроль над Донско-Азовской степью. Однако последние исследования позволяют предположить, что было две волны булгарской миграции на среднюю Волгу, относящиеся к 750-850 гг. и 925 г.8 В любом случае, это было именно Волжско-булгарское государство, которое в течение X в. стало главным посредником в коммерции между Россией и Средней Азией —коммерцией, которая, как мы увидим, была бесспорно самой интенсивной в западной Евразии в это время.

Во второй половине IX и в X в. саманидским эмирам удалось объединить многие независимые и квазинезависимые княжества и города Трансоксианы и Хорасана в более или менее единое государство. Благодаря хорошо развитой ирригационной си­стеме, плодородным речным долинам, богатым минеральным источникам, достаточ­но эффективным действиям администрации, которая содействовала развитию зем­леделия и коммерции, а также стратегическому положению, которое способствовало торговле с Ближним Востоком на западе, тюркскими землями на севере, Китаем на востоке и Индией на юге, саманидские земли процветали в течение большей части X в. Один из исламских географов X в. так описывал государство Саманидов: «Ни на одной восточной земле нет такого государства, границы которого были бы так

257

хорошо защищены, чье население бы было таким многочисленным, чьи материаль­ные владения были бы такими обширными, чьи внешние отношения так бы хорошо регулировались, чьи ресурсы бы были такими изобильными, где пищевые продукты так бы легко добывались и где официальное жалованье бы так регулярно выпла­чивалось. Все это, несмотря на мягкость взимания там налога, необременительные подати и небольшие запасы, они сохраняют и поддерживают».9 Даже если сделать поправку на очевидное преувеличение в этом описании, у нас остается картина про­цветающего, хорошо управляемого государства — государства, которое, возможно, хотело иметь продукты Северной России, такие, как меха и рабов, и могло позво­лить себе оплатить это.10



Обстановка в IX в.: Хазарская фаза. В середине VII в. разразилась столетняя война между Омейядским халифатом и Хазарским каганатом. Так как Кавказ был основным театром военных действий, последствия этой борьбы должны были быть драматичными для истории Европейской России. Если бы хазары проиграли в этом конфликте, Европейская Россия стала бы открытой для исламской экспансии, и ее будущее было бы совершенно другим. С другой стороны, если бы хазары побе­дили в этой конфронтации, они бы стали доминирующей силой в южных частях Европейской России и могли бы оказать огромное влияние на ее развитие. В конце концов столетняя омейядо-хазарская война зашла в тупик. Ни та, ни другая сторона не могла нанести решительное поражение. Тогда, с крушением Омейядского хали­фата в середине VIII в., политическая ситуация драматически изменилась. Новый Аббасидский халифат столкнулся с такими большими проблемами во многих обла­стях, что был не в состоянии продолжать войну с хазарами. В 760-х годах он искал компромисс, который, в сущности, привел к разделению Кавказа между двумя вла­стями. Несмотря на то что дорога к миру была тернистой и прерывалась местными конфликтами, в конце концов победил мир.11

Торговля между исламским миром и Европейской Россией была невозможна во время омейядо-хазарских войн. Однако, как только мир установился, торговля меж­ду этими областями начала развиваться. К 770-м годам клады исламских сереб­ряных монет или дирхамов стали появляться на Кавказе, а к 780-м годам клады дирхамов были уже в Ладоге в Северо-Западной России и на острове Готланд в Швеции.12 Другими словами, к концу последней четверти VIII в. викинги или русы с Балтики уже установили торговые связи с исламским миром через Хазарию.13 Начиная с их базы в Старой Ладоге на Волхове, они постепенно создавали новые базы внутри страны: это Рюриково городище около того места, где позднее появил­ся Новгород, Сарское и Тимерево вдоль верхнего течения Волги, и к концу IX в. — Гнездово на верхнем Днепре около Смоленска.1 Небольшое число русов поселилось в этих базах и, работая с местным финским, балтийским и восточнославянским на­селением, они создали инфраструктуру для развития коммерции Руси с исламским миром.15 На этих базах русы-купцы доставали еду и запасы, производили любой ремонт и, возможно, самое важное, добывали меха и рабов, которых они отправля­ли на юг для торговли со своими исламскими партнерами. Принимая во внимание то, что число русов было небольшим, вероятно, у них существовали кооперативные соглашения с местной элитой. Другими словами, русы не только торговали ради своей прибыли, но также действовали как агенты от лица финских, балтийских и восточнославянских родовых вождей и сельских старейшин.16

Точные маршруты, по которым в IX в. русские торговцы ездили в исламский мир, — это тема некоторой дискуссии. Самые ранние письменные источники, в ко-

258


торых упоминаются эти маршруты — свидетельства Ибн Хордадбеха, которые да­тируются серединой IX в. или несколько позднее.17 Сходная, но не повторяющаяся информация обнаружена в двух других исламских источниках. Емельян Прицак попытался с большим успехом реконструировать оригинальный арабский текст, ко­торый послужил основой для этих сообщений. Парафразируя версию Прицака, ока­зывается, русы-купцы приходили из Северной России, привозя с собой мех бобров и чернобурых лис, а также мечи. Они путешествовали на лодках к Черному морю, где платили десятину византийскому правителю Херсона в Крыму. Оттуда шли морем в центр Хазарии в Таматарху на восточной стороне Керченского пролива (где они продавали все свои товары) и затем возвращались назад на север.. Если они хоте­ли, то могли идти Доном, заплатив десятину хазарскому правителю, волоком шли к Волге и затем плыли вниз по Волге до хазарской столицы Итиль. Затем русы пересе­кали Каспий и плыли к порту Абаскун в провинции Джурджан, где могли продать свои товары. Иногда русы переправляли товары на верблюдах из Джурджана в Багдад. Притворяясь христианами, они имели возможность заплатить значительно меньшую пошлину за свои товары.18

Последняя часть сообщения Ибн Хордадбеха косвенно подтверждается двумя другими источниками того же периода. Аль-Якуби, который в конце IX в. утвер­ждал, что товары из Хазарии импортировались в Багдад.19 Аль-Джахиз, писавший в 860-х годах, сообщает больше деталей. Он отмечает, что рабы обоих полов, коль­чуги, шлемы — все это импортировалось в Ирак из хазарской земли.20 Ни один из этих источников не говорит о русах как о купцах, которые привозили эти товары в Багдад, так же как у них не упоминаются меха или рабы. Однако, возможно, что русы-купцы, путешествуя из Хазарии в Багдад, пользовались маршрутами, проло­женными мусульманскими купцами. Огромным достижением русов было создание маршрута из Северо-Западной Руси в Хазарию.

Логично было бы допустить, что маршрут русов-купцов из Северной России к Черному морю проходил прямым путем через Днепр. Однако концентрация кладов дирхамов IX в. вдоль системы Оки и верхнего левобережья притоков Днепра, так же как и по бассейнам Дона и Донца, говорит о том, что русы проходили по маршрутам, которые шли на юг с Верхней Волги и затем разными волоками достигали системы Дона-Донца. Затем они следовали вниз по течению в Азовское море или волоком из Дона до Волги, а потом плыли вниз по течению к Каспию.21 Нумизматические сви-

I детельства не подтверждают идею о том, что русы-купцы использовали маршрут по Днепру, чтобы добраться до Черного моря.22 Кроме того, наше реконструированное мнение может читаться как предположение, что, возможно, было две группы русов-торговцев, действовавших на юге. Первая группа плыла к Черному морю, возможно по Днепру, заходила в Херсон и затем шла в Таматарху, где русы продавали свои

I меха и мечи и возвращались домой. Вторая группа пользовалась несколькими пе-

I реправами, чтобы пройти от верхней Волги через систему Оки к Дону-Донцу. У членов этой второй группы также был другой вариант — пересечь Волгу и затем

I плыть вниз к Каспию. Здесь не место для решения этих вопросов. Достаточно ска-

I зать, что и письменные, и археологические свидетельства согласуются кардинально в одном: в конце VIII и в течение IX в. маршруты, которые использовались русами-

I купцами в их коммерции с исламским миром, проходили через Хазарский каганат, и особенно нижнюю Волгу и Каспий, и эти маршруты вели на Ближний Восток,

I к Багдаду в частности. Кроме того, нумизматические свидетельства указывают на то, что маршруты, описанные Ибн Хордадбехом, уже действовали в самом нача-

259

ле IX в.23 Короче говоря, торговля русов с исламским миром до X в. включала маршруты, которые пересекали Хазарию на их пути из Северо-Западной Руси на Ближний Восток. Поэтому русо-исламская коммерция этого периода может быть названа хазарской фазой.



Переходный период: конец IX — начало X в, В конце IX — начале X в. в русо-исламской коммерции имели место фундаментальные изменения. Новый маршрут вытеснил традиционные пути через Хазарию как главную дорогу, по которой дир­хамы импортировались в европейскую Россию. Эта революция в торговых маршру­тах, связывающих исламский мир с Европейской Россией, не упоминается в наших письменных источниках, но она ясно иллюстрируется нумизматическими свидетель­ствами. Таблица 1 показывает процент аббасидских дирхамов в различных кладах, обнаруженных в Европейской России и Балтике между 875 и 899 гг. Во избежа­ние искажений, имитации и неопределенные дирхамы были исключены из наших рассуждений. Процент аббасидских дирхамов подходящий, хотя и несовершенный индикатор для определения процента дирхамов, которые привозились с Ближнего Востока по каспийско-кавказским маршрутам через Хазарию. Фактически процент дирхамов, ввозимых через Хазарию, был равен почти 100%, так как имеющиеся в нашем распоряжении свидетельства указывают на то, что все дирхамы, которые ввозились в Северную Европу в это время, поступали с Ближнего Востока через Хазарию. Так или иначе, датируемые последней четвертью IX в. клады дирхамов из Европейской России и Балтии в подавляющем количестве состояли из аббасид­ских дирхамов и наибольшее их число чеканилось на монетных дворах Ближнего Востока.

Таблица 1. Процент аббасидских дирхамов в североевропейских кладах

периода 875—899 гг.

Место находок, дата

Всего дирхамов

Процент аббасидских дирхамов

Рантрум, около 875 г.

13

92,3

Погребное, 875/76 г.

216

91,2

Бобыли, 875/76 г.

346

92,8

Хитровка, 876/77г.

465

95,7

Чехов, 882/83 г.

676

96,1

Полтава, 882/83 г.

61

96,7

Вертби, 875-890 гг.

859

97,3

Вишендорф, 870-892 гг.

152

89,5

Новая Лазаревка, 893 г.

75

97,3

Дройцен, 893/94 г.

308

89,6

Таблицы 2 и 3 иллюстрируют изменения, которые происходили начиная с 900 г. И здесь неопределимые дирхамы и их имитации были исключены из наших подсче­тов. Из таблицы 2 видно, что саманидские дирхамы появились впервые в Европей­ской России в самом начале X в.

В первом десятилетии X в. процентное соотношение этих новых саманидских дирхамов сильно варьировалось, колеблясь от 76,4% в Боровиково к всего лишь 10,5% в Киеве. В Киеве и Эрмитаже большое число старых аббасидских дирхамов, поступивших в Европейскую Россию в течение IX в., смешано с небольшим коли­чеством новых саманидских дирхамов. Однако к 910-м годам ситуация изменилась. Старые аббасидские дирхамы почти полностью исчезают из обращения, и клады этого десятилетия теперь преимущественно состоят из новых саманидских дирха-



260

Таблица 2. Процент аббасидских и саманидских дирхамов в кладах из Европейской России между 900 и 920 гг.



Место находки, дата

Всего дирхамов

Процент аббасидских дирхамов

Процент саманидских дирхамов

Около Боровиково, 905/06 г.

89

19,1

76,4

Киев, 906/07 г.

2930

84,5

10,5

Эрмитаж, 909 г.

153

81,7

17,0

Ленциховщина, 911/12 г.

436

5,5

92,9

Струпово, 911/12

79

0,0

100,0

Казанская губ., 913/14 г.

365



97,3

Пальцево, 913/14 г.

261

2,7

95,4

Богданово, 919/20 г.

390

0,2

99,2

Таблица 3. Процент аббасидских и саманидских дирхамов в кладах из Балтии 900-920 гг.

Место находки, дата

Всего дирхамов

Процент аббасидских дирхамов

Процент саманидских дирхамов

Клуковичи, 901/02 г.

981

14,7

82,2

Лилла Хамерс, 903/04 г.

281

73,0

19,6

Лилла Веллер, 907/08 г.

55

40,0

52,7

Викен, 907/08 г.

152

9,2

87,5

За Рандлевом, 910/11 г.

181

65,7

27,1

Стора Велинге, 910/11 г.

2685

86,7

7,6

Окес, 911/12 г.

88

29,5

62,5

Боте, 912/13 г.

100

27,0

69,0

Навессала I, 913/14 г.

160

3,8

85,0

Навессала II, 913/14 г.

96

2,1

97,9

Опаленье, 917/18 г.

160

61,3

33,1

Каннунгс, 917/18 г.

70

8,6

90,0

мов, отчеканенных на монетных дворах Средней Азии. Другими словами, начиная примерно с 900 г. большая часть торговли с исламским миром перешла от саманид-ской Средней Азии к Волжской Булгарии.

Таблица 3 охватывает тот же период на землях Балтии. И снова мы видим, что саманидские дирхамы впервые появляются здесь в начале X в. Сравнительное про­центное соотношение старых аббасидских и новых саманидских дирхамов варьирует так же, как в случае с Европейской Россией. Однако старые аббасидские дирхамы оставались в денежном обращении здесь несколько дольше, пока они не исчезли из монетного запаса. Это можно объяснить тем, что несколько больше времени по­требовалось на то, чтобы новые саманидские дирхамы попали из Средней Азии в более удаленные земли Балтии и стали доминирующими там. Так или иначе, про­цент новых саманидских дирхамов рос неуклонно вверх в течение 910-х годов и к концу десятилетия стойко составлял свыше 90%, т. е. временное отставание от Евро­пейской России исчезло. К 910-м годам новые саманидские дирхамы доминировали во всей Северной Европе. Таким образом, нумизматические данные не оставляют сомнения в том, что где-то около 900 г. в торговле Руси с исламским миром про­изошла драматичная трансформация. В то время как старые маршруты на Ближ­ний Восток продолжали функционировать, большая часть этой торговли теперь


следующая страница >>



Теперь уже с полной достоверностью доказано, что курение — одна из главных причин статистики. Флетчер Кнебель
ещё >>