Александр Николаевич Филимон Яков Брюс Александр Филимон Яков Брюс - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Гамира гадельшина, Вячеслав загитов. Республика Татарстан, 05. 1 10.95kb.
Сказки о Новом годе, Рождестве и зиме проза 5 6 класс Рождественское... 1 11.36kb.
Английская революция (XVII век) 1 59.17kb.
Тема научно-исследовательской работы 1 125.71kb.
Тема научно-исследовательской работы 1 124.86kb.
1084 Немецкий король Генрих IV захватил Рим 21 1265.4kb.
Чернихов, яков георгиевич 1 20.65kb.
Студенников яков степанович 1 78.21kb.
Донин яков григорьевич 1 19.93kb.
Перельман яков исидорович 1 36.67kb.
Физико – технические свойства шерсти яков Б. М. Куссун 1, Д. 1 48.33kb.
Алексей Васильевич Шишов 100 великих военачальников 52 10407.51kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Александр Николаевич Филимон Яков Брюс Александр Филимон Яков Брюс - страница №1/33

Александр Николаевич Филимон

Яков Брюс

Александр Филимон

Яков Брюс
Светлой памяти Всеволода Владимировича Синдеева, Анны Федоровны Ерофеевой, Владимира Ивановича Зотова посвящается


ВСТУПЛЕНИЕ
Его жизнь мало известна широкому кругу читателей. К сожалению, он надолго оказался вычеркнутым из российской истории. Хотя нельзя сказать, что о Брюсе ничего не было известно совсем.

В первых изданиях о Петре Великом, вышедших в России в 1770–1780 е годы, Брюс постоянно присутствует в качестве одного из сподвижников царя преобразователя. Это касается и книги историка М. М. Щербатова «Журнал или поденная записка, Блаженныя и вечнодостойныя памяти государя императора Петра Великаго с 1698 года, даже до заключения Нейштатскаго мира», и «Разсказов Нартова о Петре Великом».

В рассказах Нартова есть интересная история, особо характеризующая Якова Брюса как ученого скептика: «Генералъ Фельдцейгмейстеръ графъ Брюсъ мужъ былъ ученый, упражнялся въ высокихъ наукахъ и чрезъестественному не верилъ. Его величество, любопытствуя о разныхъ въ природе вещахъ, часто говаривалъ съ нимъ о физическихъ и метафизическихъ явленияхъ. Между прочимъ былъ разговоръ о святыхъ мощахъ, которыя онъ отвергалъ. Государь, желая доказать ему нетление чрезъ Божескую благодать, взялъ съ собою Брюса въ Москву и въ проездъ чрезъ Новгородъ зашелъ съ нимъ въ соборную Софийскую церковь, въ которой находятся разныя мощи, и показывая оныя Брюсу, спрашивалъ о причине нетления ихъ. Но какъ Брюсъ относилъ сіе къ климату, къ свойству земли, въ которой прежде погребены были, къ бальзамированию телесъ и къ воздержной жизни и сухоядению или пощению, то Петръ Великий, приступи наконецъ къ мощамъ святаго Никиты, архіепископа Новгородскаго, открылъ ихъ, поднялъ ихъ изъ раки, посадилъ, развелъ руки и, паки сложивъ ихъ, положилъ потомъ спросилъ: „Что скажешь теперь, Яковъ Даниловичъ? Отъ чего сіе происходить, что сгибы костей такъ движутся, яко бы у живого, и не разрушаются, и что видь лица его, аки бы недавно скончавшагося?“ Графъ Брюсъ, увидя чудо сіе, весьма дивился и въ изумлении отвечалъ: „Не знаю сего, а ведаю то, что Богъ всемогущъ и премудръ“. На сіе государь сказалъ ему: „Сему то верю и я и вижу, что свесткия науки далеко еще отстаютъ отъ таинственнаго познания величества Творца, котораго молю, да вразумить меня по духу. Телесное, Яковъ Давиловичъ, такъ привязано къ плотскому, что трудно изъ сего выдраться“».

Из цитаты просматривается Брюс – ученый, скептик, недоверчиво относящийся к чудесам.

А вот в известном четырехтомном издании Я. Штелина «Анекдоты о Петре Великом», вышедшем в те же 1780 е годы, о Брюсе не упоминается вовсе.

В начале XIX века в России начинают издаваться труды историков и исследователей в разных научных дисциплинах.

В 1821 году выходит первая часть исследования Д. Н. Бантыш Каменского «Деяния знаменитых полководцев и министров, служивших в царствование Государя Императора Петра Великого». Здесь впервые была представлена статья о Брюсе, правда, не столько о полководце, сколько о государственном деятеле, принимавшем активное участие в петровских преобразованиях.

В 1820 е годы Я. В. Брюс попадает в число литературных героев. В своих произведениях великий русский поэт А. С. Пушкин характеризует его по разному: в «Полтаве» (1828) Брюс – один из активных участников Полтавской битвы, а в повести «Арап Петра Великого» (1827) Яков Вилимович представлен как ученый и как человек, «которого в народе называли русским Фаустом».

В 1840 году выходит в свет новая работа Д. Н. Бантыш Каменского «Биографии российских генералиссимусов и генерал фельдмаршалов», где вновь в первом томе представлена статья о генерал фельдмаршале Я. В. Брюсе.

В 1840 году И. И. Лажечников пишет роман «Колдун на Сухаревой башне», где Яков Вилимович предстает как человек, который звезды на небе переставлять умеет, вершит судьбами людей на земле и постоянно использует тайные знания.

В 1849 году в Санкт Петербургской типографии Карла Крайя издаются сочинения драматурга Н. И. Хмельницкого (1788–1845), где во втором томе публикуется не издававшаяся при жизни автора пьеса комедия «Русский Фауст, или Брюсов кабинет». В пьесе через народные предания, фольклор и забавные ситуации, в которых участвуют главные герои, высмеиваются суеверные представления о загадочности личности графа Брюса и нелепости всех мистических рассказов о нем.

В 1854 году, побывав в усадьбе Я. В. Брюса в Глинках, известный историк И. Е. Забелин публикует статью «О судьбах Брюсовского дома», где высказывает обеспокоенность тем; что незаслуженно забыто имя одного из ближайших сподвижников Петра Великого и в запустении находится его усадьба. А еще через пять лет выходит большой труд Забелина «Летописи русской литературы и древности». В первом томе он представляет статью «Библиотека и кабинет графа Я. В. Брюса». Статья сопровождается небольшим представлением Якова Вилимовича в качестве сподвижника Петра I с обязательным добавлением народных легенд и преданий, которые «до сих пор еще ходят… и в самой Москве, а особенно в околотке его подмосковном». В статье приведена часть реестра с перечнем библиотеки из кабинета Я. В. Брюса. Полный список научного кабинета Я. В. Брюса появился только в 1889 году в пятом томе «Материалов для истории Императорской Академии наук».

В те же 1850 е годы выходит ряд статей о Петре и его сподвижниках, а затем и многотомное издание «Истории царствования Петра Великого» Н. Г. Устрялова, где приводится большое количество документов, связанных с Петром и Я. В. Брюсом. На тот период времени это была наиболее полная история Петровской эпохи, где Брюсу уделялось немаловажное место как одному из ближайших сподвижников Петра.

В 1862 году печатается труд П. П. Пекарского «Наука и литература в России при Петре Великом». Рассказывая о календарях, издававшихся в России в начале XVIII века, автор представляет Брюса, добавляя при этом, что, живя в детстве в отдаленной провинции, слышал много рассказов о нем мистического характера (Пекарский родился в 1827 году). Однако, приводя документы и письма Брюса Петру, Пекарский дает ему характеристику как человеку ученому, занимавшемуся переводческой и издательской деятельностью, непосредственно участвовавшему в петровских преобразованиях и военных событиях. Особенно впечатляют автора астрономические опыты Брюса. В том же 1862 году появляется статья преподавателя Московского университета профессора И. М. Снегирева «Сухарева башня», где он, приводя народные предания, рассказывает о черных отреченных книгах, которые были положены в Сухареву башню чернокнижником. Под этим чернокнижником понимается Я. В. Брюс. Вспоминаются легенды о том, как Брюс занимался предсказаниями в оборудованной им обсерватории на Сухаревой башне.

В 1866 году в типографии Главного артиллерийского управления Артиллерийским комитетом начинает издаваться «Артиллерийский журнал». В трех номерах этого журнала выходит очень подробное исследование жизни и деятельности второго генерал фельдцейхмейстера в русской армии Якова Вилимовича Брюса. Автор публикации М. Д. Хмыров всесторонне подходит к представлению Брюса, рассказывая о его военных заслугах, прежде всего как создателя российской артиллерии, как активного участника петровских преобразований, ученого и дипломата, занимавшегося переводческой, издательской и организаторской деятельностью.

В конце XIX века в журнале Министерства народного просвещения появляется обширная статья исследователя Ф. Керенского «Древнерусские отреченные верования и календарь Брюса». В этой статье всесторонне рассматривается влияние, которое оказали самые различные еретические и мифологические идеи русского общества на издание, получившее название «Первобытный Брюсов календарь», вышедший в 1875 году.

В XX веке необходимо отметить «золотой век краеведения» – так называют период 1920 х годов, время, когда проводились исследования по изучению местного фольклора, были созданы краеведческие организации: Общество изучения русской усадьбы (1921) и комиссия «Старая Москва» (1922). На волне борьбы за сохранение исторического наследия в первые годы советской власти появлялись интересные публикации, связанные с Брюсом. Среди них повесть А. В. Чаянова «Невероятные приключения графа Бутурлина…», в которой Брюс предстает как некое мистическое существо, живущее в доме на Разгуляе спустя более полувека после смерти. В этой фантасмагории автор представляет Брюса предсказателем, играющим судьбами людей, колдуном, пользующимся тайными знаниями и услугами покойников с Ваганьковского кладбища.

В 1928 году впервые издаются «Легенды о графе Брюсе, собранные и записанные Е. З. Барановым». Издателем этих легенд выступила краеведческая комиссия «Старая Москва». Собиратель легенд использовал народные устные рассказы, которые были популярны в то время в Москве.

В конце 1940 х – начале 1950 х годов выходят исследования из истории развития российской астрономии. Это прежде всего работа академика В. Г. Фесенкова «Очерк истории астрономии в России в XVII–XVIII столетиях» и фундаментальный труд В. Л. Ченакала «Очерки по истории русской астрономии. Наблюдательная астрономия в России XVII и начала XVIII в.». Ведущее место в этих исследованиях отводится Я. В. Брюсу как создателю первых астрономических обсерваторий в России в начале XVIII века, изготовителю приборов и инструментов для астрономических наблюдений, исследователю, который выступает в качестве наставника Петра Великого в наблюдательной астрономии. При этом подчеркивается, что, несмотря на издание входящих в моду в то время астрологических календарей, «обвинения Брюса в астрологии ни на чем не основаны. Брюс был совершенно свободен от астрологических предрассудков и не относился серьезно к календарным предсказаниям». Однако «астрологический» след в биографии Я. В. Брюса оказался очень жизнестойким. Так, в 1989 году А. Вронский назвал Я. В. Брюса основателем всей астрологической школы в России, основываясь на ставшем легендарным «Брюсовом календаре».

Вторая половина XX века обозначилась большей частью исследованиями наследия ученого, особенно его библиотеки, работа по изучению которой продолжается и по сей день.

Основной акцент на исследовании библиотеки сделал Л. М. Хлебников в статье «Русский Фауст», опубликованной в журнале «Вопросы истории» в 1965 году. Но, пожалуй, наиболее фундаментально библиотека Я. В. Брюса была исследована С. П. Лупповым в работе «Книга в России в первой четверти XVIII века» (1973). При этом исследователь большое внимание уделил первым петровским школам, в создании которых Брюс принимал активное участие.

Наконец, в 1989 году вышла книга под редакцией Е. А. Савельевой «Библиотека Я. В. Брюса», в которой приводится перечень книг, принадлежавших Брюсу и хранящихся в настоящее время в Библиотеке Российской академии наук в Санкт Петербурге.

Только в конце 1960 х – начале 1970 х годов начались исследования жизни и деятельности Я. В. Брюса. Эту работу возглавили краевед А. Ф. Ерофеева (1916–2008), архивист В. В. Синдеев (1933–2006), художник и переводчик В. И. Зотов (1924–2006), которым удалось с помощью большого количества помощников – историков и москвоведов, практически «открыть» Брюса для широкого круга любителей отечественной истории, составить его биографию. Усилиями этих людей фактически и был создан Дом музей Я. В. Брюса, проработавший в Глинках 15 лет, с 1991 по 2006 год. Автор этой книги был директором этого музея.

Нельзя не отметить огромную роль, которую сыграли в определении роли Я. В. Брюса в становлении российской артиллерии исследования, проведенные сотрудниками Военно исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи в Санкт Петербурге. Прежде всего это заместитель директора музея С. В. Ефимов и руководитель архива Л. К. Маковская. Их труд воплотился в жизнь изданием личных писем Я. В. Брюса. К настоящему времени изданы четыре тома писем за 1704–1708 годы. Работа эта продолжается, и, уверен, дальнейшие издания писем Брюса не заставят себя долго ждать.

Письма Брюса – это документы бурной эпохи преобразований и расширения научных значений в обществе, где роль Якова Вилимовича как ученого вырисовывается достаточно выпукло и значимо. Однако за последние годы на головы читателей, радиослушателей и телезрителей обрушился целый вал информации о Брюсе – колдуне и чернокнижнике, маге и чародее, астрологе и масоне.

В 1997 м в журнале «Наука и религия» в статье «Тайная миссия Якова Брюса» К. А. Диланян причислила Якова Вилимовича к ордену тамплиеров, а Л. А. Мацих в своих выступлениях на радио и телевидении в 2009–2011 годах с уверенностью утверждал, что Брюс был первым русским масоном.

Кем же был Я. В. Брюс на самом деле? Почему существует разная и диаметрально противоположная информация о нем? Отчего в учебниках по отечественной истории ему не нашлось места? Почему Я. В. Брюс оказался практически вычеркнутым из российской истории?

Постараемся ответить на эти вопросы и воссоздать, опираясь на документы и исследования историков, биографию этого необыкновенного человека, государственного и военного деятеля, дипломата и ученого, который через несколько десятилетий после смерти превратился в глазах россиян в колдуна и чернокнижника. А поскольку герой наш действительно уникален, необычен будет и рассказ о нем, где факты биографии перемежаются мифами и легендами.
Глава 1

КОРНИ И КРОНА
Истоки
Происхождение рода, представителем которого был Яков Вилимович Брюс, всегда интересовало российских историков. Однако невозможность проведения исследований в архивах Западной Европы ограничивала расширение фундаментальной работы в этом направлении. Только в наше время такая возможность появилась благодаря одному из российских потомков рода Ирине Алексеевне Блайс (Blyth) (урожденной Либерман).

Ее многолетние изыскания раскрывают древность и знатность этого рода. Собранный из архивов Шотландии и других европейских стран объемный материал в скором времени будет опубликован полностью. Здесь же очень коротко представим результаты исследований, касающихся происхождения рода Брюс и их истории до приезда в Россию отца героя книги Вильяма Брюса в 1647 году.

Ранняя генеалогия рода Брюс прослеживается в архивных документах вплоть до IX века нашей эры, мифологическая же часть, отраженная в исландских сагах, уходит в глубокие VI и VII века. Согласно сагам и основательным поискам известного исландского историка Снорри Стурлусона (1179–1241), также выходца из рода Брюс, его основателем был Оркнейский Ярл (граф) Бруси1 (ум. 1031), один из сыновей Оркнейского Ярла Сигурда Стойкого.

Предки Бруси были выходцами из Кневланда – страны, описанной Тацитом и лежащей между Лапландией и Швецией.

Вожди одного из кневландских племен осваивали в VI веке территорию Скандинавии и балтийские острова, а в VII–VIII веках участвовали в открытии и заселении неосвоенной территории современной Норвегии.

Пращур Бруси, граф Рогнвальд Могущественный, советник и родич первого короля Норвегии Харальда Прекрасноволосого (872 – ок. 933), в начале X века получил от него в подарок Оркнейские острова, расположенные между материковой Шотландией и архипелагом Шетландских островов. С тех пор в течение двух веков представители рода жили на этих островах.

Сыновьями Рогнвальда были Ролф (Ролло) и Эйнар Торф. Первый, именуемый в христианстве Робертом, в 912 году завоевал Нормандию и стал основателем династии нормандских герцогов – предков Нормандской династии английских королей. Второй – сын рабыни из Курземе (современной Латвии) – стал пращуром рода Брюс. Это близкое родство и содействовало перемещению в XI веке представителей рода во Французскую Нормандию, ко двору нормандских герцогов.

Наиболее выдающимся из Оркнейских Ярлов называют сына Бруси Рогнвальда Брусисона (1012–1046), который совершил первый в истории рода «бросок в Россию», сопровождая в 1028 году норвежского короля Олава (Олафа) Святого, искавшего защиты от врагов у киевского князя Ярослава Мудрого. Рогнвальд остался в России, женился на сводной сестре Ярослава Мудрого Ольге (Ологии) и, возглавив варяжское войско Ярослава Мудрого, одержал «9 побед над печенегами» в 1030–1036 годах, надолго отогнав их от границ Киевской Руси. Был назначен губернатором крепости Альде(гор)бург (Старая Ладога). Спас от гибели и раненого доставил в Россию будущего короля Норвегии Харальда Сурового.

По линии матери Рогнвальд Брусисон являлся племянником жены Ярослава Мудрого – Ирины и пользовался особым доверием его семьи.

Когда норвежским послам нужно было вывезти в Скандинавию сына Олафа Святого, Магнуса, оставленного отцом на Руси, Ярослав поручил это Рогнвальду. Оркнейский Ярл встретил послов в Ладоге, посадил их на русские телеги и сопроводил гостей ко двору Ярослава. Затем он доставил в Ладогу Магнуса, а оттуда пошел вместе с послами и сыном Олафа на корабле в Норвегию. Киевский двор помог Магнусу Доброму (1035–1047), так же как ранее обоим Олафам, а затем и Харальду Суровому, занять норвежский престол. В 1046 году Рогнвальд Брусисон был убит своим дядей, Торфином, претендовавшим на его владения.

Сыновья Рогнвальда Волдемар и Бруси (в крещении Роберт де Бруси) после гибели отца уже не вернулись на Оркнеи. Первый остался на родине матери, в России, став в дальнейшем основателем русских родов князей Щербатовых и князей Моложских. (Среди немногих генеалогических документов из архива Я. В. Брюса есть хранящаяся в Библиотеке Академии наук развернутая Генеалогическая таблица князей Моложских, нарисованная его рукой.)

Роберт де Бруси был назначен советником своего родственника Роберта, герцога Нормандии, потомка Ролло. Он был женат на Эмме, дочери Алана, графа соседней с Нормандией французской провинции Бретань. Выстроил крепость, носящую его имя, в окрестностях Шербурга и Валогны.

Его сын, также Роберт де Бруси, и внук Адам де Бруси начали новую, британскую историю рода. Адам (Адельм), стал первым, кто освоил новую, британскую, а затем и шотландскую землю как свою новую родину.

В 1066 году Адам со своим отцом и братом Вильямом был в войске Вильяма Завоевателя, состоящем из двухсот рыцарей. После покорения Англии и утверждения новой, Нормандской королевской династии семейству Брюс достались обширные наделы земли в округе Йорка, в Суссексе, Эссексе и др.

Вражда с местными, английскими лордами заставила Адама и его потомков искать поддержки у шотландского королевского двора, представители которого, включая шотландских королей, выбирали в жены в основном нормандских принцесс. Так Брюсы оказались с ними в родстве, войдя в число шотландских лордов, земельных магнатов, владеющих землей не только в Англии, но и в Шотландии, включая большое имение и земли Эннандейл, у юго западной границы страны.

В XIII веке в Шотландии представители рода стали претендовать на королевский престол, ибо король Шотландии Александр II (1214–1249), не имея в начале своего правления наследника, объявил Роберта Брюса (1210–1295) Соискателем – наследником короны, в связи с тем что Брюс был родственником графа Хантингдона, брата короля Вильяма I Льва Шотландского (1143–1214). Однако рождение у короля сына Александра III (1249–1286) не позволило Соискателю взойти на престол.

Претензии семейства Брюс на корону возобновились после внезапной гибели Александра III и смерти в 1290 году его наследницы, юной принцессы Маргарет.

Из одиннадцати претендентов, имевших по родству преимущественное право на престол, королем Шотландии стал Джон Балиоль (1249–1314), который отказался от вассального подчинения английскому королю Эдварду I, что привело Шотландию к войне с Англией.

Позиция сына Соискателя, Роберта Брюса, при шотландском дворе упрочилась после его женитьбы на Марджори, графине Кэррик, последней представительнице древнего кельтского рода, весьма почитаемого в Шотландии. Но в условиях наступившего противоборства двух стран и одновременного владения землей в Англии и Шотландии Брюсу необходимо было выбирать, кому принести присягу и оказывать военную поддержку – королю победителю Эдварду I или слабому королю сопернику Джону Балиолю. Он выбрал Англию и лишился, таким образом, своих шотландских владений. В отместку за помощь англичанам король Джон Балиоль передал владения Эннандайл в руки своего родича и наследника Джона Комина.

В 1296 году шотландское войско Балиоля было разгромлено, сам он бежал во Францию и отказался от борьбы. Шотландия перешла в вассальное подчинение английскому королю. Была уничтожена королевская печать, увезены в Лондон национальные архивы, Камень Судьбы из Скона доставлен в Вестминстерский собор, шотландские бароны обязывались воевать в английской армии.

Однако на борьбу с англичанами поднялся весь шотландский народ во главе с Вильямом Уоллесом (ок. 1270–1305). Партизанская война Уоллеса, ставшего по воле народа протектором Шотландии, продолжалась около восьми лет, пока из за предательства одного из нормандских баронов, Ментейта, он не был захвачен англичанами и жестоко казнен.

Роберт Брюс (1274–1329), будущий король Шотландии, сначала выступил, как и его отец, на стороне англичан, поскольку Уоллес, не претендуя на корону, действовал под стягом Балиоля – соперника Брюса. Отсюда и полное равнодушие и даже последующее долгое недоверие к кандидатуре Роберта при его самопровозглашении королем в 1306 году.

Дальнейшие события приняли иной оборот.

Отказавшись от своих английских владений – земель, замков и крепостей и даже разорвав связи со своим отцом, губернатором крепости Карлайл в Англии, Брюс решительно перешел на сторону восставших шотландцев. Он начал противостоять англичанам с малым отрядом сопротивления. Потребовались долгие годы испытаний, скитаний по стране в качестве непризнанного «короля без королевства», потери друзей и родных, партизанской войны, противостояния соперникам, чтобы он, англо нормандский лорд Роберт Брюс, заслужил Доверие и стал новым лидером шотландцев, возглавил шотландскую армию, сумевшую в народном сопротивлении и в большой битве европейского масштаба дать отпор первоклассной английской армии, доказав Европе и своей стране, что он «Good King Robert» (избранный народом король).

«Героическая легенда короля Роберта I Брюса», дошедшая до наших дней, появилась лишь на завершающем этапе его борьбы, после битвы при Баннокборне в июне 1314 года. Страна признала Брюса своим лидером и королем шотландцев. Он показал не только свой военный и организаторский талант, но и полное понимание интересов нации, свою способность управлять страной, вновь ставшей свободной и независимой.

После смерти Роберта I Брюса, а затем в 1371 году и его сына, короля Давида II, мужское потомство рода Брюс продолжилось лишь в ветви рода Брюс оф Клакманнан, основателем которой был брат короля Роберта I Томас, казненный Эдвардом I в 1307 году. Его сын Томас (ок. 1305–1358) владел земельным наделом в округе Клакманнан по праву члена королевской семьи.

В 1359 году король Давид II, нуждаясь в военной и особенно финансовой поддержке со стороны своих баронов (чтобы выплатить громадную сумму выкупа Англии за свое освобождение), отдал свой замок, крепость и королевские земли округа Клакманнан своему юному племяннику, Роберту Брюсу (ок. 1353–1403), присвоив ему титул барона оф Клакманнан. Опекуном юного барона он назначил его дядю по матери, Джона Эрскина, выделив ему землю в Аллоа, находящемся по соседству с Клакманнан.

Семь поколений предков российских Брюсов были выходцами из семейства Брюс оф Клакманнан. Женами представителей рода становились, как правило, дочери соседних лайрдов (владельцев земель) или близких к королевскому двору – Стюартов, Моррей, Ливингстонов.

От Брюса оф Клакманнан произошли другие, побочные линии – Брюс оф Айрт, Эрлсхолл, Киннайрдо и др. Многие из них пресеклись с отсутствием мужских потомков. Чтобы не лишиться титулов или наследства, дальние родственники с иной фамилией меняли свою фамилию на почетную «Брюс», или родные передавали свое право наследования в другую семью, отдаленную, не имеющую званий и собственности, как поступил, например, в начале XVIII века граф Элгин и Эйлсбери, не желавший возвращать свой титул и владения короне, передав их своему племяннику, сменившему ради наследства фамилию.

Линия Клакманнан прервалась в 1772 году со смертью последнего шотландского Брюса оф Клакманнан – Генри Брюса (1700–1772), служившего с 1720 по 1724 год в России под покровительством Я. В. Брюса. Род был разорен, имение и земли Клакманнан проданы. Эта линия, Брюс оф Клакманнан, не оставила заметного следа в истории. Хроники фиксировали, как в семействе Клакманнан за столетия, прошедшие с XIV века, былые «королевские корни» заметно теряли силу. В последующих поколениях жизнь и дела их представителей, за немногими исключениями, остались лишь на страницах архивов, но не на страницах истории.

Однако представителей этого семейства чтили, как чтят национальные реликвии в память о поворотном моменте национальной истории. По традиции, в семье мужских потомков рода хранились шотландские национальные реликвии: двуручный меч короля Роберта I и его шлем с поля битвы при Баннокборне.

Я. В. Брюс, с его талантом исследователя, знал историю предков, в частности описание героической борьбы Вильяма Уоллеса. В его библиотеке была книга Джона Блейера, рассказывающая о борьбе шотландцев в конце XIII – начале XIV века (Blair, John. The life and Acts of the most famous and valiant Champion, Sir William Wallace. Pr. by J. Bryson at Edinburgh. 1640).

Яков Вилимович изучал историю Британии и ее правителей, о чем свидетельствует еще одна книга из его библиотеки английского историка Ричарда Бейкера (Baker, Richard. A chronickle of the Kings of England from the time of the Romans Government into the Deathof King James. L. 1665).

Для Брюса исторические документы шотландских предков представляли богатый материал, который он использовал в своей деятельности на благо России.

Яков Брюс и его старший брат Роман были достаточно хорошо осведомлены о шотландских родственных связях. Однако не «наследственное» баронское или «королевское происхождение» способно было формировать их как личности, а другие, реальные и сильные факторы, такие как суровый опыт жизни деда и прадеда, мужество и стойкость отца и матери, с честью выдержавших испытания на прочность в чужой стране и передавших детям большой жизненный потенциал.

Шотландские архивы дают представление о трех поколениях предшественников российских братьев Брюс: отце – Вильяме, деде – Роберте и прадеде – Джеймсе, ставших участниками бурных событий, связанных с Реформацией.

Большую роль в их судьбах сыграл полковник сэр Хенри Брюс (ок. 1578 – после 1648).

Прадед Джеймс Брюс (род. 1583) упоминается в дипломе на графское достоинство Я. В. Брюса, выданном в 1721 году. Джеймс Брюс оказался младшим, четвертым незаконнорожденным сыном седьмого барона Клакманнан. Сэр Хенри Брюс был его сводным братом. Вместе они участвовали в кровопролитной и долгой освободительной войне Нидерландов против испанского владычества.

Дед Якова Вилимовича, Роберт Брюс (ок. 1602–1651), – участник войны в Нидерландах и Тридцатилетней войны (1618–1648), неудачной «Экспедиции в Кадии», где он воевал прапорщиком в полку родного дяди, сэра Хенри Брюса, а затем в войне с Францией. Роберт Брюс умер в Кингхорне (округ Файф), оставив небольшую сумму денег своей дочери Маргарите, сестре Вильяма Брюса и своему младшему сыну Александру.

О Вильяме Брюсе, отце Якова Вилимовича, сведений сохранилось немного. Он родился в начале 1620 х годов, не получил образования. В ранней молодости, с 1638 года, участвовал в военном движении Конвента, а затем в роялистской армии Монтроза. Владел участком земли вместе со своим отцом Робертом на севере страны, под Фрезербургом. Затем арендовал участок земли в Файфе, где жили его близкие, в том числе его ближайший родственник, дед Питера Хенри Брюса (1692–1758), «любимого племянника» Якова Вилимовича, который по его приглашению прибыл в Россию в 1711 году и 13 лет служил под его покровительством, а затем стал автором известных «Мемуаров…», рассказывающих о его службе в России, Пруссии, Великобритании, путешествиях по Германии, России, Татарии, Турции и Вест Индии2.

Заслуги упомянутого выше полковника сэра Хенри Брюса, последние годы бывшего важной фигурой в секретной службе короля Чарлза I, сделали его хорошо известным в Гааге (Нидерланды), где базировался двор голландского штатгальтера Вильяма Оранского.

По протекции сэра Хенри, находящегося в Гааге в то время, когда там формировался отряд наемных офицеров на русскую службу, и попал Вильям, судя по документам, в последний момент перед отправкой отряда в Россию.

Этому предшествовала эпопея участия Вильяма в походах и битвах роялистской армии великого шотландского патриота Джеймса Монтроза.

В сентябре 1645 года после серии блестящих побед над армией Аргайла армия Монтроза потерпела сокрушительный разгром под Филипхохом. Гражданская война в Шотландии была исключительной по жестокости с обеих сторон – пленных убивали на месте, не щадя даже работавших в лагере женщин. За этим поражением последовало и поражение роялистов под Насеби (Нейсби), на территории Англии. Король предпочел сдаться шотландцам, чем солдатам Кромвеля. Однако все попытки шотландцев заключить соглашение с королем о признании пресвитерианства на всей территории Британии, о запрещении епископата и ослаблении абсолютной монархии ни к чему не привели. И короля передали в руки Круглоголовых – тем был подписан его смертный приговор.

Впереди была жестокая военная оккупация Шотландии войсками Кромвеля, ненавистная шотландцам англиканская церковь и религиозный абсолютизм столь же ненавистных епископов.
следующая страница >>



Психоанализ есть психология без души. Николай Бердяев
ещё >>