10. «Полон двор птиц» Клинтон – Олбрайт – мо робертсон Сенатор по финансам - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Комитет по финансам 1 55.79kb.
Клинтон: США не допустят воссоздания СССР 1 103.59kb.
Скрывают это закрываются, относя духовные вопросы к вопросам табу 1 36.59kb.
Сценарий праздника по биологии "День птиц" Праздник " 7 1042.78kb.
Сценарий праздника по экологии "День птиц" 7 класс Праздник " 1 231.24kb.
Праздник "День птиц" Цель 1 77.13kb.
Конкурсная программа «В мире птиц» 1 76.78kb.
4-5 октября Всемирные дни наблюдений птиц 1 апреля День птиц 1 100.89kb.
Универсальные аспираторы Master 45 (Мастер 45) и Senator 30 (Сенатор 30) 1 48.42kb.
Исследовательский проект 1 159.71kb.
Управление образования администрации Яковлевского района 1 71.45kb.
Явлинский высказывается за создание российско-европейской системы про 1 16.46kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

10. «Полон двор птиц» Клинтон – Олбрайт – мо робертсон Сенатор по финансам - страница №1/1

10. «ПОЛОН ДВОР ПТИЦ»
Клинтон – Олбрайт – МО - Робертсон - Сенатор по финансам
Как-то в штаб многонациональной бригады влетел американский сержант с выпученными глазами и изрек: “The yard is full of birds!” («Двор полон птиц!»). Не сразу я понял, что за птицы померещились сержанту, пока кто-то из штабных не пояснил, что сержант имел в виду толпу американских полковников, неожиданно прибывших в бригаду (знак отличия полковника – орел в петлице, отсюда и «птицы»). Такой внезапный наплыв старших офицеров мог означать только одно – через несколько часов в штаб бригады пожалует некое высокопоставленное лицо. Дальнейшие события подтвердили эту догадку, поскольку «полон двор птиц» повторялся всякий раз, когда Бондстил посещали президент США Билл Клинтон, госсекретарь США Мадлен Олбрайт, министр обороны США Вильям Коэн, генсек НАТО Робертсон и другие высокопоставленные чиновники.

Помимо разнообразных «птиц», на дворе штаба накануне визитов высоких чиновников появлялось множество спортивного вида парней в изысканных костюмах, темных очках, с наушником в одном ухе и автоматами в руках – личная охрана высоких чинуш, которая игнорировала правила Бондстила, незыблемые для всех остальных – автоматы у них были всегда с пристегнутыми магазинами. Помимо этих охранников, появлялись также неприметные лица в штатском с очень специфическими, «рентгеновскими» взглядами, которые бывают только у сотрудников бригад наружного наблюдения. Короче, визиты эти обставлялись со всеми нужными и даже излишними мерами предосторожности, чтобы гарантировать сохранность тел высоких чинуш и оправдать факт существования многочисленной армии сотрудников спецслужб.

Вот что запомнилось в ходе таких визитов.

***


«Блин Клинтон», как называл его мой сержант Власов, появился в качестве гостя на территории лагеря Бондстил 23 ноября 1999 года и вел себя достаточно скромно, может быть, потому, что выглядел довольно помятым, как после тяжелой вечеринки. Визит ознаменовался массовкой с фотографированием президента в кругу солдат.

В ходе визита состоялось официальное открытие второй (т.н. «нижней») стационарной столовой на территории лагеря. После этого на входе в столовую осталась памятная бронзовая табличка с текстом о том, что столовая эта открылась не сама по себе, и даже не в результате круглосуточных работ инженерного батальона, а в результате визита в Косово самого президента США Клинтона.

Больше ничем выдающимся сей визит отмечен не был.

***


Госсекретарь США Мадлен Олбрайт посетила Косово 29 июля 1999 года. Ни столовых, ни прачечных, ни бань на территории Бондстила она не открывала. Настроение ее было испорчено посещением накануне сербского монастыря, где ее почему-то – это Мадлен так удивилась – встретили холодно. Чтобы поднять себе настроение, дама созвала многочисленный митинг, в котором приняли участие около тысячи солдат и офицеров США, и обратилась к ним со страстной речью. Мне удалось протиснуться в первый ряд, я стоял в 2-3 метрах от Госсекретаря и имел возможность убедиться, что риторикой она владеет неплохо. Да и все фразы этой госпожи были безукоризненно сверены с официальной позицией Вашингтона.

- Вы – величайшая и мощнейшая армия на планете! - вещала эта леди. – Повсюду в мире, где на заморские земли ступает солдатский ботинок армии США, наступает мир, справедливость и демократия! – заклинала она, и ее слова тонули в восторженном реве раскормленных «миссионеров» от демократии. – Мы победили в войне, и теперь должны победить в мире!

Интересно, какие образы возникали в их сознании в эти минуты? Пепел и пар после ядерной бомбардировки Хиросимы и Нагасаки? Или выжженные напалмом деревни Вьетнама? Или они это в школе не проходили, и тогда более близкое – руины Ирака в результате первой войны в этом регионе под кодовым названием «Буря в пустыне»? Или уж совсем свежее – растерзанный Белград, атакованные с воздуха иностранные посольства на его территории и расчленение неугодной Вашингтону Сербии?

Глубоко сомневаюсь в том, что у американских солдат, внимавших сладким их уху заклинаниям госсекретаря, под черепной коробкой рождались столь глубокие размышления, тем более обремененные сложными для их восприятия географическими конфигурациями. Просто им нравилось, что прибывшая из далекой Америки женщина-чиновник хвалит их, подбадривает и дает индульгенцию на будущее – вершить судьбы других народов и кроить мир по своему разумению. Потому и ревела восторженно солдатская толпа на каждый боевой клич очередной «железной» леди.

Несколько раз мы с госпожой Олбрайт в ходе ее пламенной речи встретились взглядами. Сначала я заметил в ее глазах недоумение – почему это один из ее слушателей не восторгается и не вопит счастливо, как все остальные вокруг? В другой раз ее взгляд задержался на моем нарукавном шевроне с изображением российского триколора, и тут ее посетило некое беспокойство, словно ее прилюдно «застукали» за каким-то неприличным деянием. Она зашептала что-то на ухо стоявшему рядом американскому генералу, и он с виноватой гримасой коротко ответил ей нечто.

Далее госпожа Олбрайт избегала визуального контакта с российским офицером, да и тон ее речи, как мне показалось, стал более приличным.

Зато после окончания митинга ко мне раз пять подходили какие-то люди – и в форме, и в штатском – и все выспрашивали, кто пригласил меня на этот митинг и почему я оказался в первой шеренге слушателей. Объясняться с ними на эту тему мне не хотелось, в этой ситуации было проще всего прикинуться, что я, извините, не понимаю вашего американского языка...

***


Честное слово, у меня нет намерения нарочито изображать в карикатурном виде высокопоставленных чинуш, посещавших Бондстил. Но порой они сами выставляли себя в таком виде.

Генсекретарь НАТО Джордж Робертсон посетил американский лагерь 30 мая 2000 года. С первой и до последней минуты своего короткого визита этот человек вызывал к себе какую-то жалость. Он боязливо спустился по стремянке с борта вертолета на землю Косово, совершенно неадекватно выглядел в своем длинном черном пальто и лакированных полуботинках, разъезжавшихся в разные стороны на сыром красноземе чуждой ему земли. Затравленно озирался по сторонам, когда телохранители вели его к штабу, и категорически отказался от встречи с офицерами бригады, ограничившись приватной беседой с командиром американской бригады и его заместителями.

Я был свидетелем этой встречи и беседы, которая практически не имела содержательной части и свелась к общим риторическим восклицаниям со стороны генсека и не совсем уместным цитированиям общеизвестных формулировок из текста резолюции СБ ООН 1244. Даже американские офицеры были обескуражены этим визитом и не понимали его смысла. Откушав пару чашек кофейка, сэр Робертсон, скользя по грязи на обратном пути к своему вертолету и отчаянно напоминая некоторое из домашних животных на льду, с облегчением поднялся на борт винтокрылой машины и улетел восвояси.

Зато этот визит позволил потом генсеку НАТО утверждать в СМИ: я сам побывал в Косово, лично изучил обстановку и могу утверждать, что... А далее он может утверждать, что захочет. Вернее, что захочет Вашингтон.

***

И еще раз утверждаю, что стараюсь не искажать действительность и не рисовать карикатурные образы высокопоставленных зарубежных чиновников, с которыми довелось встречаться в Косово.



Вот, например, визит в Бондстил 1марта 2000 года Джона Ворнера, председателя

военного комитета Сената США (Warner, Chairman, Senate Armed Services Committee). Шишка, извините на слове, не меньше Робертсона, а вот язык не повернется сказать про него что-то негативное. Человек он бывалый, служивый, вышел с воинской службы в звании адмирала флота. Вдумчивый, несуетливый, адекватный, он неоднократно прерывал доклад командира бригады об обстановке в зоне ответственности очень конкретными и злободневными вопросами широкого спектра – от материально-технического обеспечения американских подразделений в Косово до проблем взаимоотношений с сербским и албанским населением края.

Программа поездки сенатора в Косово предусматривала его визит в Слатину для встречи с командующим российским воинским контингентом генералом В.Евтуховичем. Поездка эта планировалась на вертолете, но в день прибытия Ворнера разыгралась непогода, ветер набирал бешеную скорость, и поднять вертолет в воздух в тот день было нереальным. Отставной адмирал был весьма расстроен тем, что срывается его беседа с российским генералом, и тут кто-то подсказал ему, что в американском штабе есть представитель российского воинского контингента. Так состоялась наша встреча.

Нас различала не только возрастная шкала, но и еще больше – шкала социальная. Однако сенатор ни разу и ни в чем не позволил себе даже малейшего намека на эту разницу. Он вел беседу спокойно и по деловому, старался вникнуть во все тонкости, не перебивал и не навязывал свои суждения. Несмотря на мой весьма скромный английский, он отказался от услуг переводчика, чтобы непосредственно, из первых уст воспринимать мнение российского представителя.

Наша беседа с глазу на глаз длилась около часа, в течение которого командир бригады и некоторые офицеры американского штаба беспокойно заглядывали в приоткрытую дверь, но Ворнер категоричным жестом требовал оставить нас в покое.

Наконец, завершая беседу, отставной адмирал задал вопрос, который, наверное, волновал его больше всего:

- Полковник, вы на протяжении почти года наблюдаете взаимодействие американских и российских подразделений в Косово. Есть ли у вас свои мысли и соображения относительно того, где еще, помимо Косово, и в какой форме возможно военное – именно военное, а не военно-техническое – сотрудничество и взаимодействие между нашими двумя армиями?

Вопрос, надо сказать, не в бровь, а в глаз – тема это довольно активно обсуждалась в то время, да и сейчас остается весьма актуальной. Волновала она и мое руководство, и меня лично, поэтому я счел возможным ответить сенатору:

- Конечно, сэр, у меня есть мысли на эту тему, и я непременно доложу их своему руководству.

К чести адмирала, он не стал «колоть» меня, только крепко пожал руку и пожелал удачи в службе.



Такие люди, как сенатор Ворнер, не позволяют мне вслед за юмористом М. Задорновым, повторять, что все американцы - ... Ну, вы сами понимаете.










Слава богу, что мы не платим налогов с наших долгов.
ещё >>