Влияние типа преступления на оценку степени ответственности и вины преступника и жертвы - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Понятие личности преступника 1 29.77kb.
Конспект по теме Личность преступника Учебные вопросы: Преступник... 1 134.39kb.
Задача при создании Системы управления безопасностью состоит в очень... 1 14.8kb.
Вопросы к зачету по спецкурсу «Экологические преступления» 1 14.22kb.
Тема 1 проблема вины и ответственности в романе 1 121.02kb.
Программа вступительных экзаменационных испытаний в интернатуру/ординатуру... 1 189.52kb.
Петр Купершмит “Детектив умер, да здравствует детектив!!!” Размышления... 1 111.23kb.
Нэнси Хьюстон Печать ангела 17 1887.51kb.
Способы защиты Выплата неустойки 1 80.73kb.
Темы рефератов Заведомо ложный донос и его соотношение с клеветой 1 41.75kb.
Понятие объекта преступления и его значение для определения степени... 10 1036.11kb.
Собность понимать ментальные состояния как когнитивная предпосылка... 1 130.92kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Влияние типа преступления на оценку степени ответственности и вины преступника и - страница №1/1

Влияние типа преступления на оценку степени ответственности и вины преступника и жертвы


Атрибуция ответственности - область исследований, возникшая в американской социальной психологии в середине 60-х годов и включающая в себя изучение факторов, которые влияют на приписывание ответственности и вины за происшедшее участникам какого-либо события или его обстоятельствам. Исследования атрибуции ответственности были начаты позже, чем исследования каузальной атрибуции, и на начальных этапах изучения атрибутивных процессов психологи отождествляли понятия «причинности» и «ответственности» (X. Хекхаузен, 1985). Хотя позже атрибуция ответственности и стала отдельной областью исследования, до сих пор не совсем ясно различие между понятиями «причинности», «ответственности» и «виновности».

В частности, предполагается, что на оценку того, в какой мере деятель или жертва является причиной происшествия, оказывает влияние оценка того, может ли деятель контролировать свои действия, предвидеть их последствия, а также действует ли он намеренно. Эти признаки заимствованы из теории каузальной атрибуции Джонса и Дэвиса. С другой стороны, оценка ответственности деятеля или жертвы определяется не только всеми перечисленными признаками, но и тем, была ли у них свобода выбора своих действий: ответственными признаются люди, которые могли выбрать, что именно им сделать. И, наконец, оценка виновности деятеля или жертвы зависит от оценки их ответственности за происходящее и наличия обстоятельств, оправдывающих их действия: виновными признаются те, кому приписывается ответственность за происшедшее и у кого не существует обстоятельств, оправдывающих содеянное (в случае негативных исходов) (О.А. Гулевич, О.В. Соловьева, Е.К Голынчик, в печати). Однако вопрос о том, такова ли действительная структура этих понятий в обыденном сознании, требует специального исследования.

Атрибуция ответственности имеет отношение к широкому классу ситуаций, последствия которых могут быть как негативны, так и позитивны, и в которых деятель может действовать по отношению как к другому человеку, так и к предмету. Причем приписывание ответственности может производится как сторонним наблюдателем, так и деятелем или человеком, по отношению к которому действует последний (потерпевшей стороной).

Однако наиболее часто изучается, каким образом сторонний наблюдатель приписывает ответственность и вину за событие, повлекшее негативные последствия и совершенное, в конечном итоге, по отношению к человеку: считает ли он ответственным за происшедшее деятеля, его жертву или сопутствующие обстоятельства. Одной из разновидностей ситуаций такого типа является преступление, которое и является наиболее частым типом ситуации, использующейся в экспериментах по изучению атрибуции ответственности.

Основное направление подобных исследований основано на выявлении факторов, которые влияют на то, какая степень ответственности и вины будет приписываться сторонним наблюдателем преступнику и его жертве. В ходе исследований, проводящихся до сих пор, были выделены следующие типы таких факторов: особенности происшедшего, характеристики наблюдателя (респондента), жертвы и преступника (О.А. Гулевич, И.К. Безменова, 1998).


  • К факторам ситуации относятся размер нанесенного ущерба (J.P.Lipton, R.T.Garza, 1977), свобода выбора деятелем оцениваемого поведения (D.Dolinski, W.Gromski, A.Szmajke, 1988), вероятность совершения описываемого преступления (T.R.Tyler, V.Devinitz, 1981), особенности конкретного правонарушения или преступления (C.Brems, P.Wagner, 1994; G.J.Connors, S.S.Ranish, S.A.Maisto, 1982).

  • К характеристикам наблюдателя (респондента)- пол (A.C.Acock, N.K.Ireland, 1983; L.G.Calhoun et.al., 1978; J.A.Howard, 1984; M.J.Jenkins, F.H.Dambrot, 1987; B.Krahe, 1991; B.Thornton, A.Robbins, J.A.Johnson, 1981; B.Thornton, R.M.Ryckman, 1983), локус контроля (R.Sosis, 1974; P.Stebbins, G.L.Stone, 1977), вера в справедливый мир (R.B.Cialdini, D.T.Kenrick, J.H.Hoering, 1976; M.J.Lerner, 1980; M.J.Lerner , S.C.Lerner, 1981; M.J.Lerner, D.T.Miller, 1978), поддержка аттитюдов к изнасилованию и роли женщины (A.C.Acock, N.K.Ireland, 1983; C.Brems, P.Wagner, 1994; J.V.P.Check, N.M.Malamuth, 1983; B.Krahe, 1991; R.L.Shotland, L.Goldstein, 1983), авторитаризм (N.T.Feather, R.J.Boeckmann, I.R.McKee, 2001) и идентификация наблюдателя с жертвой или преступником (A.M.Stillwell, R.F.Baumeister, 1997).

  • К характеристикам жертвы - ее респектабельность (Ch.S.Alexander, 1980; S.Feldman - Summers, K.Linder, 1976; B.Krahe, 1991; J.Luginbuhl, C.Mullin, 1981), физическая привлекательность (P.Ferguson, D.Duthie, R.G.Graf, 1987; C.Seligman, N.Paschal, G.Takata, 1974; B.Thornton, R.M.Ryckman, 1983; T.Tieger, 1981) и поведение во время совершения преступления (J.E.Krulewitz, 1981; J.E.Krulewitz, J.E.Nash, 1979).

  • К характеристикам преступника - социальный статус (S.R.Deitz, L.E.Byrnes, 1981; H.S.Field, 1979) и физическая привлекательность (S.R.Deitz, L.E.Byrnes, 1981; M.B.Jacobson, 1981; A.D.Yarmey, 1985).

Несмотря на многообразие выделенных факторов, при попытке составить целостную картину того, каким образом происходит приписывание ответственности за совершение преступления и вины в нем, возникает достаточно большое количество вопросов. Они вызваны тем, что действенность разных факторов была выявлена на материале разных преступлений, что затрудняет их объединение в целостную схему.

Например, одна из таких трудностей связана с влиянием вероятности совершения преступления на оценку ответственности за него приписываемой жертве. С одной стороны, результаты исследования, проведенного на примере кражи в общежитии, показывают, что чем меньше вероятность совершения данного преступления, тем большая ответственность за его совершение приписывается жертве (T.R.Tyler, Devinitz, 1981). С другой стороны, трудно предположить, чтобы свидетели взрыва в метро - относительно редко встречающегося события, в результате которого погибли люди, приписывали бы высокую ответственность за происходящее жертвам.

Очевидно, эти противоречия возникают из-за неучета влияния, которое оказывает на приписывание ответственности тип совершенного преступления. В данном случае меня интересуют два параметра, по которым преступления могут быть классифицированы.

Первый параметр - это «катастрофичность преступления». В соответствии с ним преступления можно разделить на две группы. К первой группе относятся преступления, направленные против какого-либо человека персонально, например, заказное убийство или кража. Во вторую группу входят те преступления, которые направлены против людей вообще: преступнику все равно, кто именно станет жертвой такого преступления (террористический акт). Преступления, относящиеся ко второму типу, подобны катастрофе, и поэтому вероятно, что ответственность, которая приписывается жертвам таких преступлений, гораздо ниже, чем ответственность, приписываемая жертвам преступлений первого типа. Большинство исследований, посвященных изучению атрибуции ответственности, было проведено на материале преступлений первого типа, что затрудняет широкие обобщения их результатов.

Второй параметр для классификации преступлений - это количество людей, пострадавших в результате его совершения. По нему преступления могут быть разделены на те, которые часто влекут за собой большое или небольшое количество жертв. В случае преступления, влекущего за собой большое количество жертв, ответственность за происшедшее, которую наблюдатель собирается приписать жертвам, «делится» на всех жертв, и поэтому каждой жертве «достается» меньшая степень ответственности. С другой стороны, при приписывании ответственности за преступление, в результате которого пострадал только один человек, вся ответственность, которую наблюдатель собирался приписать жертвам, ложится на эту единственную жертву. Исследования атрибуции ответственности наиболее часто проводились на материале преступлений с небольшим количеством жертв, и влияние количества жертв на приписывание ответственности и вины каждой из них часто не учитывается.

Тип преступления может влиять не только на оценку ответственности и виновности преступника и жертвы самих по себе, но и изменение этой оценки в зависимости от размера ущерба, наносимого преступлением. Влияние размера ущерба на оценку ответственности преступника было показано еще в эксперименте Уолстер, где больший размер ущерба приводил к оценке преступника как более ответственного. Однако вероятно, что выраженность этой тенденции также зависит от типа преступления.

Таким образом, описываемое исследование посвящено, с одной стороны, выяснению различий в понимании «причинности», «ответственности» и «виновности», существующих в обыденном сознании и, с другой стороны, изучению влияния типа преступления («катастрофичность», количество жертв) и размера ущерба на оценку ответственности и вины, приписываемой преступнику и жертве преступления.

Объект, цели и гипотезы исследования


Объектом данного исследования стали 215 студентов Российского государственного гуманитарного университета и Московского государственного университета обоего пола. Средний возраст респондентов - 20,8 лет.

В данном исследовании преследовались две цели. Первая цель состояла в выяснении различия между понятиями «причинности», «ответственности» и «виновности» в обыденном сознании. Вторая цель заключалась в определении влияния, которое оказывает тип преступления и размер нанесенного им ущерба на оценку ответственности и виновности преступника и жертвы.

Относительно различий между понятиями «причинности», «ответственности» и «виновности» были сформулированы следующие гипотезы:

Гипотеза 1а: респонденты будут определять особенности деятеля как причину происшедшего в том случае, если деятель будет в состоянии предсказывать и контролировать свои действия, я также будет действовать намеренно.

Гипотеза 1б: респонденты будут оценивать деятеля как ответственного за происшедшее в том случае, если он является причиной преступления и был свободен в принятии решения.

Гипотеза 1в: респонденты будут оценивать деятеля как виновного в происшедшем в том случае, если он будет ответственным за происшедшее, а обстоятельства, оправдывающие его действия, отсутствуют.

Относительно влияния типа преступления на оценку ответственности и виновности жертвы и преступника были сформулированы следующие гипотезы:



Гипотеза 2а: респонденты будут оценивать степень ответственности и виновности жертвы редко встречающегося преступления выше в том случае, если преступление было направлено против конкретного человека, чем когда оно было направлено против людей вообще.

Гипотеза 2б: респонденты будут оценивать степень ответственности и виновности жертвы редко встречающегося преступления выше в том случае, если она была единственной жертвой преступления, чем тогда, когда жертв преступления было много.

Гипотеза 2в: респонденты будут оценивать степень ответственности и виновности преступника, совершившего редко встречающееся преступление, выше в том случае, если преступление было направлено против людей вообще, чем когда преступление было направлено против конкретного человека.

Гипотеза 2г: респонденты будут оценивать степень ответственности и виновности преступника, совершившего редко встречающееся преступление, выше в том случае, если преступление повлекло за собой много жертв, чем если жертвой преступления стал только один человек.

Две из поставленных гипотез касаются влияния размера ущерба на приписывание ответственности и виновности преступнику и жертве.



Гипотеза За: респонденты будут оценивать степень ответственности и виновности преступника, совершившего редко встречающееся преступление, выше в том случае, если преступление повлекло за собой смерть жертв, чем в том случае, когда жертвы остались живы. Эта гипотеза была поставлена на основе данных исследования Уолстер, согласно которым увеличения размера нанесенного ущерба связано с приписыванием преступнику большей ответственности.

Гипотеза 3б: респонденты будут оценивать степень ответственности и виновности жертвы редко встречающегося преступления выше в том случае, если преступление повлекло за содой смерть жертвы, чем в том случае, когда жертва осталась жива. В основу этой гипотезы легла гипотеза веры в справедливый мир Лернера, согласно которой люди верят, что все в мире справедливо, и если человек понес серьезный ущерб, то он заслужил его, то есть ответственен за него.

Последние две альтернативные гипотезы определяют то, как взаимодействуют между собой размер ущерба и тип преступления.



Гипотеза 4а: степень ответственности и виновности, приписываемый жертве преступления, будет сильнее расти при увеличении размера ущерба в случае преступления, совершенного против конкретного человека, чем в случае преступления, совершенного против людей вообще. Эта гипотеза основана на предположении о том, что респонденты понимают случайность выбора жертв в случае преступления, совершенного против людей вообще, и незаслуженность ими происходящего. И, с другой стороны, они рассматривают жертву преступления, совершенного против конкретного человека как заслуживающую то, что с ней происходит.

Гипотеза 4б: степень ответственности и виновности, приписываемую жертве преступления, будет сильнее расти при увеличении размера ущерба в случае преступления, совершенного против людей вообще, чем в случае преступления, совершенного против конкретного человека. Эта гипотеза является обратной гипотезе 4а и основана на предположении о том, что если человек чувствует, что может попасть в такую же ситуацию, в которой оказалась жертва, он отрицает свое личностное подобие с жертвой и приписывает ей большую ответственность и виновность, как бы говоря, «со мной бы это не произошло» (К.G.Shaver, 1970).

Методика исследования


В данном исследовании для проверки поставленных гипотез были использованы два типа проективных ситуаций.

Первый тип проективных ситуаций был создан для выяснения различий между понятиями «причинности», «ответственности» и «виновности», существующих в обыденном сознании.

«Представьте, что Вы видели, как машина, ехавшая слишком быстро, нарушая тем самым правила дорожного движения, сбила пешехода, который переходил дорогу в неположенном месте. Какие из следующих условий должны присутствовать обязательно, то есть необходимы для того, чтобы Вы могли сказать, что:

  • какие-то особенности пешехода явились причиной наезда;

  • что пешеход несет ответственность за наезд;

  • что пешеход виновен в наезде.

После каждого вопроса были приведены пять вариантов ответа, из которых респондент должен был выбрать столько, сколько считает нужным:

  1. Пешеход имел возможность выбрать между переходом дороги в определенном правилами или неположенном месте;

  2. Пешеход в состоянии предсказать негативные последствия перехода дороги в неположенном месте;

  3. В данном случае не существовало обстоятельств, которые бы оправдывали переход пешеходом дороги в неположенном месте;

  4. Пешеход способен контролировать свои действия, то есть определять, в каком именно месте ему стоит перейти дорогу;

  5. Пешеход намеренно выбрал для перехода неположенное место».

Альтернатива А отражает свободу выбора действий, Б - возможность предвидеть последствия, В - наличие оправдывающих обстоятельств, Г - способность человека контролировать свои действия, Д -намеренность действий.

Аналогичное описание было создано для определения причинности, ответственности и виновности водителя автомобиля в аналогичной ситуации.

Каждый респондент отвечал на вопросы относительно либо водителя, либо пешехода. Всего в данной части исследования участвовали 176 респондентов.

Для проверки гипотез 2-4 были созданы проективные ситуации другого типа:



«В декабре 1998 года на станции в Южноморске произошел взрыв: сработало оставленное кем-то в чемодане взрывное устройство. Взрыв был такой силы, что здание станции оказалось частично разрушенным. Во время взрыва в здании находились 11 человек, покупавших билеты, и кассир. Все они погибли. Работники МВД и ФСБ, расследовавшие это дело, пришли к выводу, что это был террористический акт.

Основная проблема при предупреждении подобных преступлений связана с вопросом о том, насколько велика вероятность того, что могло бы не быть самого преступления, или что оно могло бы обойтись без жертв.

Оцените, пожалуйста, произошедшее по нескольким параметрам, используя 10-балльную шкалу и обводя на ней соответствующее Вашему ответу значение. При этом балл «I» будет означать, что данный признак выражен минимально, а «10» будет говорить о максимальной выраженности данного признака. При определении степени ответственности и вины используйте Ваши собственные определения этих понятий».

Ситуации изменялись по трем параметрам, каждый из которых мог принимать два значения:



  1. Тип преступления: заказное убийство (преступление, совершенное против конкретного человека) или террористический акт (преступление, совершенное против людей вообще);

  2. Количество жертв: одна (мало) или одиннадцати (много);

  3. Размер ущерба: жертвы погибли (серьезный ущерб) или жертвы остались в живых, но получили ранения (несерьезный ущерб).

Таким образом, было создано восемь экспериментальных групп, члены каждой из которых отвечали на вопросы относительно только одного описания. В оценке данных ситуаций принимали участие все 215 респондентов.

Результаты исследования


Обработка результатов первой методики проводилась путем подсчета частоты упоминания респондентами каждой из альтернатив по каждому из параметров (причинности, ответственности, виновности). Результаты оценки проективных ситуаций были обработаны в рамках модели АNOVA с помощью статистического пакета SPSS 8.0.

Полученные результаты полностью подтвердили гипотезу 2а и частично гипотезы 1 а, 1б и 2г.

В частности, в качестве условий, которые необходимы для того, чтобы особенности деятеля можно было считать причиной происшедшего, респонденты наиболее часто называли свободу выбора (60 %), возможность предсказать последствия (62 %), возможность контроля деятеля за своими действиями (49 %) - для пешехода и возможность предсказать последствия (70 %), а также возможность контроля деятеля за своими действиями (56 %) - для водителя. Среди условий, необходимых для приписывания ответственности, также наиболее часто упоминались свобода выбора (49 %), возможность предсказать последствия (67 %) и возможность для деятеля контролировать свои действия (49 %) - для пешехода, а также возможность предсказать последствия (70 %) и возможность контроля деятеля за своими действиями (50 %) - для водителя. И, наконец, для приписывания виновности респонденты считали основным условием намеренность действий (56 %) для пешехода и возможность предсказать последствия своих действий (52 %) для водителя.

Кроме того, результаты показали, что «катастрофичность» преступления влияет на оценку ответственности (F=9,294; L = 0,05) и виновности (F=13,975; L= 0,001) жертвы в происшедшем (гипотеза 2а), а количество жертв - на оценку ответственности (F=3,858; L = 0,05) преступника (гипотеза 2г). В частности, согласно результатам исследования, жертве приписывается меньшая ответственность и виновность за совершение преступлений - «катастроф», чем за совершение преступлений, направленных против конкретного человека.

Кроме того, преступник оценивается как более ответственный за совершение того преступления, в результате которого погибли много людей, чем того, которое привело только к одной жертве. Гипотезы относительно влияния размера ущерба на оценку ответственности и виновности жертвы и преступника не подтвердилась. Аналогично не подтвердились гипотезы, касающиеся совместного влияния типа преступления и размера ущерба на оценку ответственности и виновности преступника и жертвы.

Обсуждение результатов


Результаты исследования показали, что для определения степени, в которой деятель является причиной происходящего, оказываются важными такие параметры как возможность для деятеля предсказать последствия своих действий и способность совершить эти действия, в нашем случае - контролировать их. Кроме того, для оценки «причинности» жертвы происшедшего еще важен такой параметр как свобода выбора своих действий, тогда как для оценки «причинности» преступника этот параметр не является важным. Те же самые факторы являются важными для оценки ответственности преступника и жертвы. Очевидно, либо различие между восприятием причинности и ответственности производится респондентами на основании каких-то неучтенных в исследовании факторов, либо содержание этих понятий различается очень слабо.

Еще более интересно, что оценка намеренности действий не является необходимым условием для приписывания деятелю как причинности, так и ответственности за происходящее И, наконец, результаты исследования показали, что для оценки виновности деятеля в происшедшем необходимыми для большинства респондентов оказалось меньшее количество факторов, чем для оценки его «причинности» и виновности деятеля, что означает, что оценка виновности деятеля (как преступника, так и жертвы) не обязательно базируется на оценке его ответственности или «причинности».

Результаты, касающиеся различения понятий причинности, ответственности и виновности, полученные в данном исследовании, демонстрируют, что, во-первых, оценка ответственности и виновности преступника основывается на иных параметрах, чем оценка ответственности и виновности жертвы, и, во-вторых, существуют дополнительные, неучтенные в данном исследовании, параметры, которые являются необходимыми для оценки «причинности» и ответственности деятеля (как преступника, так и жертвы). Влияние типа преступления на оценку ответственности и виновности.

Согласно результатам данного исследования, «катастрофичность» преступления оказывает влияние на размер ответственности и виновности, приписываемой жертве, но не преступнику. Возможно это связано с одинаковой оценкой намерений преступника как в случае заказного убийства, так и в случае терроризма. При этом степень, в которой конкретная жертва спровоцировала совершение преступления, не принимается во внимание.

Таким образом, важным становится изучение влияния мотивации преступника и провоцирующих действий жертвы на оценку их ответственности и виновности Кроме того, количество жертв влияет на оценку ответственности преступника, но не жертвы за происшедшее: чем больше жертв, тем более ответственным оценивается преступник. Однако эта закономерность не касается оценки виновности, из чего следует, что она не всегда является производной от оценки степени ответственности и наличия оправдывающих действия преступника обстоятельств. Кроме того, это результат показывает, что «катастрофичность» преступления является более важным фактором для оценки ответственности и виновности жертвы, чем количество жертв.

Вместе с тем в данном эксперименте не подтвердились результаты, полученные в свое время Уолстер, говорящие о том, что размер ущерба (в данном случае осталась жертва в живых или умерла) влияет на оценку ответственности преступника. Возможно, что для того чтобы этот фактор оказывал влияние, необходимо сравнение преступлений, повлекших нанесение жертве серьезного физического ущерба и не причинивших ей никакого физического вреда. Кроме того, количество жертв также может быть интерпретировано как размер ущерба, и в этом случае мы можем сказать, что больший размер ущерба действительно привел к приписыванию преступнику большей ответственности.



Вопреки ожиданиям, в данном исследовании размер ущерба не взаимодействовал с «катастрофичностью» преступления, те. это качество преступления не влияло на выраженность тенденции приписывать большую или меньшую ответственность и виновность преступнику и жертве в зависимости от размера ушерба. Возможно, что «катастрофичность» преступления влияет на выраженность других тенденций, например, такой как приписывание жертве большей ответственности в случае редко встречающихся преступлений.

Литература


  1. Гулевич ОА., Безменова И.К. Атрибуция: общее представление, направления исследований, ошибки. - М., 1998.

  2. Гулевич О.А., Соловьева О.В., Голынчик Е. Психология и право. В печати.

  3. Хекхаузен Х. Мотивация и деятельность. М., 1985, т.2. С. 60 - 111.

  4. Acock A.C., Ireland N.K. Attribution of blame in rape cases: the impact of norm violation, gender and sex-role attitude // Sex roles, 1983, vol.9, p.179-193.

  5. Alexander Ch.S. The responsible victim: nurses`s perception of victims of rape // Journal of health and social behavior, 1980, vol.21, p.22-33.

  6. Brems C., Wagner P. Blame of victim and perpetrator in rape versus theft // The journal of social psychology, 1994, vol.134, p.363-374.

  7. Calhoun L.G., Selby J.W., Cann A., Keller G.T. The effects of victim physical attractiveness and sex of respondent on social rreactions to victims of rape // British journal of social and clinical psychology, 1978, vol.17, p.191-192.

  8. Check J.V.P., Malamuth N.M. Sex-role stereotyping and reactions to depictions of stranger versus acquaintance rape // Journal of personaliti and social psychology, 1983, vol.45, p.344-356.

  9. Cialdini R.B., Kenrick D.T., Hoering J.H. Victim derogation in the Lerner paradigm: just world or just justification? // Journal of personality and social psychology, 1976, vol.33, p.719-724.

  10. Connors G.J., Ranish S.S., Maisto S.A Alcohol and victim compensation as determinants of responsibility attribution in traffic accidents // Journal of Studies on Alcohol. 1982. Vol. 43. P.1251-1256.

  11. Deitz S.R., Byrnes L.E. Attribution of responsibility for sexual assault: the influence of observer empathy and defendant occupation and attractiveness // The journal of psychology, 1981, vol.108, p.17-29.

  12. Dolinski D., Gromski W., Szmajke A. Perpetrators' freedom of choice as a determinant of responsibility attribution // Journal of Social Psychology. 1988. Vol. 128. P.441-449.

  13. Feather N.T., Boeckmann R.J., McKee I.R. Reactions to an offense in relation to authoritarianism, knowledge about risk and freedom of action // European Journal of Social Psychology. 2001. Vol.31. P.109-126.

  14. Feldman-Summers S., Lindner K. Perceptions of victims and defendants in criminal assault cases // Criminal justice and behavior, 1976, vol.3, p.135-149.

  15. Ferguson P., Duthie D., Graf R.G. Attribution of responsibility to rapist and victim: the influence of victim`s attractiveness and rape-related information // Journal of interpersonal violence, 1987, vol.2, p.243-250.

  16. Field H.S. Rape trials and jurors decisions: a psychological analysis of the effects of victim, defendant and case characteristics // Law and human behavior, 1979, vol.3, p.261-284.

  17. Howard J.A. The "normal" victim: the effects of gender stereotypes on reactions to victims // Social psychology quarterly, 1984, vol.47, p.270-281.

  18. Howard J.A. The "normal" victim: the effects of gender stereotypes on reactions to victims // Social psychology quarterly, 1984, vol.47, p.270-281.

  19. Jacobson M.B. Effects of victim`s and defendant`s physical attractiveness on subjects` judgements in rape case // Sex roles, 1981, vol.7, p.247-255.

  20. Jenkins M.J., Dambrot F.H. The attribution of date rape: observe`s attitudes, sexual experience and the dating situation // Journal of applied social psychology, 1987, vol.17, p.875-895.

  21. Krahe B. Social psychological issues in the study of rape // European review of social psychology, 1991, vol.2, chapter 10.

  22. Krulewitz J.E. Sex differences in evaluations of female and male victims` responses to assault // Journal of applied social psychology, 1981, vol.11, p.460-474.

  23. Krulewitz J.E., Nash J.E. Effects of rape victim resistance, assault outcome and sex of observer on attributions about rape // Journal of personality, 1979, vol.47, p.557-574.

  24. Lerner M.J. The belief in ajust world: a fundamental delusion. N-Y, 1980.

  25. Lerner M.J., Lerner S.C. The justice motive in social behavior. N-Y, 1981.

  26. Lerner M.J., Miller D.T. Just world research and the attribution process: looking back and ahead // Psychological bulletin, 1978, vol.85, p.1030-1051.

  27. Lipton J.P., Garza R.T. Responsibility attribution among mexican-american, black and anglo-american adolescents and adults // Journal of cross - cultural psychology, 1977, vol.8, p.259-272.

  28. Luginbuhl J., Mullin C. Rape and responsibility: how and how much is the victim blamed? // Sex roles, 1981, vol.7, p.547-559.

  29. Luginbuhl J., Mullin C. Rape and responsibility: how and how much is the victim blamed? // Sex roles, 1981, vol.7, p.547-559.

  30. Seligman C., Paschal N., Takata G. Effects of physical attractiveness on attribution of responsibility // Canadian journal of behavioral science, 1974, vol.6, p.290-296.

  31. Shaver K.G. Defensive attribution: effects of severity and relevance on the responsibility for an accident // Journal of personality and social psychology. 1970. Vol.14. P.101-113.

  32. Shotland R.L., Goldstein L. Just because she doesn`t want to doesn`t mean it`s rape: an experimentally based causal model of the perception of rape in a dating situation // Social psychology quarterly, 1983, vol.46, p.220-232.

  33. Sosis R. Internal-external control and the perception of responsibility of another for an accident // Journal of Personality and Social Psychology. 1974. Vol. 30. P.393-399.

  34. Stebbins P., Stone G.L Internal-external control and the attribution of responsibility under questionnaire and interview conditions // Journal of Counseling Psychology. 1977. Vol. 24. P.165-168.

  35. Stillwell A.M., Baumeister R.F. The construction of victim and perpetrator memories: accuracy and distortion in role-based accounts // Personality and social psychology bulletin, 1997, vol.23, p.1157-1172.

  36. Thornton B., Robbins A., Johnson J.A. Social perception of the rape victim`s culpability: the influence of respondents` personal-environmental causal attribution tendencies // Human relations, 1981, vol.35, p.225-237.

  37. Thornton B., Ryckman R.M. The influence of a rape victim`s physical attractiveness on observers` attributions or responsibility // Human relations, 1983, vol.36, p.549-562.

  38. Tieger T. Self-rated likelihood of raping and the social perception of rape // Journal of research in personality, 1981, vol.15, p.147-158.

  39. Tyler T.R., Devinitz V. Selfserving bias in the attribution of responsibility: cognitive versus motivational explanations // Journal of experimental social psychology, 1981, vol.17, p.408-416.

  40. Yarmey A.D. Older and younger adults` attributions of responsibility toward rape victims and rapists // Canadian journal of behavioural science, 1985, vol.17, p.327-328.





Правду всегда трудно сказать, ложь всегда легко слушать. Сюзанна Броан
ещё >>