Владимир (Петров) – третий начальник Алтайской Духовной Миссии - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
К вопросу о связях монастырей Алтайской миссии с обителями Европейской... 1 104.83kb.
Владимир Владимирович Петров Мир лесных растений Человек и окружающая... 9 2152.57kb.
Публицистическая деятельность членов российской духовной миссии в... 3 469.14kb.
А. А. Гавриков (Иркутск) Епископ Иоанн Киренский и архиепископ Николай... 1 140.86kb.
Сидоров 1000 Петров 3000 Сидоров 5000 Петров 1500 Чижиков 1500 Петров... 1 96.64kb.
Владимир Вернер Окончание миссии Христа 1 84.83kb.
О них известно следующее 1 29.17kb.
План проведения проверок соблюдения физическими лицами земельного... 33 5721.15kb.
День молодёжи 2013 год 1 21.1kb.
Петров В. Всякий, даровитый или бездарный, должен учиться… Как воспитывали... 1 133.38kb.
Успенский Владимир Андреевич Апология математики, или о математике... 9 1079.99kb.
Н. А. Мурашова к истории библиотечного дела Западной Сибири второй... 1 144.52kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Владимир (Петров) – третий начальник Алтайской Духовной Миссии - страница №1/1

Н.В. Расова


(Горно-Алтайск)
Владимир (Петров) – третий начальник Алтайской Духовной Миссии

История Алтайской Духовной Миссии – одна из страниц истории Русской Православной Церкви. Будучи одной из сибирских миссий, созданных для «просвещения инородцев», со временем она стала первой среди учреждений подобного рода и оставалась вплоть до конца своей деятельности «правильно организованной» и «образцовой». Следует отметить, что Алтайской Миссии «повезло» на её служителей – людей образованных, самоотверженных, искренне преданных своему делу, хороших организаторов. С Миссией были связаны имена людей, чья известность и масштабы деятельности выходят далеко за её пределы. Организация Алтайской Миссии стала для Макария Глухарева главным делом всей его жизни – не просто миссионера, труд которого стал классическим примером, а ещё учёного-лингвиста, богослова и переводчика Библии. Из её рядов вышли видные деятели, иерархи Русской Православной Церкви: митрополит Московский и Коломенский, человек из окружения Николая II – Макарий (Невский), архиепископ Казанский и Свияжский Владимир (Петров), архиепископ Донской Владимир (Синьковский), епископ Приамурский и Благовещенский Иннокентий (Солодчин), епископ Бийский Иннокентий (Соколов).

24 ноября 1865г. указом Святейшего Синода начальником Алтайской Духовной Миссии был назначен архимандрит Владимир (Петров) – ректор Санкт-Петербургской духовной академии, один из организаторов Православного Миссионерского Общества. До принятия пострига Иван Стефанович Петров – казак по происхождению – жил и воспитывался в семье причётника Донской епархии. С 1843 по 1849 гг. он обучался в Воронежской духовной семинарии, а с 1849 по 1853 гг. - в Киевской академии. Ещё обучаясь в академии, - 29 марта 1853 г., - принял монашество, а затем был рукоположен в дьякона и священника. Владимир обладал выдающимися интеллектуальными и организаторскими способностями. Учитывая это, его привлекают в 1854-1855 гг. к работе по составлению историко-статистического описания Орловской епархии. В 1855 г. иеромонах Владимир получил степень магистра богословия и преподавал в духовных семинариях. За «усердную и полезную службу» имел множество церковных наград. Так, в августе 1860 г. он был награждён золотым наперсным крестом. В 1861 г., уже работая инспектором Санкт-Петербургской духовной академии, Владимир возводится в сан архимандрита и с июня 1862 г. становится её ректором.1 Как позже писал он в своей записке, «сочувствие к миссионерскому делу заронилось в сердце моё, когда я сидел ещё на академической скамье».2

В первой половине 60–х гг. Владимир занимается основанием Православного Миссионерского Общества в Петербурге. Им был написан и проект Устава. Открытие общества, состоявшееся 21 ноября 1865 г.стало заметным явлением в жизни столицы. Ему стала покровительствовать даже императрица Мария Александровна.3

В 60–е годы архимандрит знакомится с приехавшим в Санкт-Петербург барнаульским купцом 2-й гильдии А.Г. Мальковым, который, «желая способствовать миссионерскому делу на Алтае», хлопотал об открытии там мужского и женского монастырей. Владимир принял Малькова «с полным сердечным радушием», поселил его у себя, помогал составлять ему необходимые прошения, знакомил с нужными людьми. Архимандрит и предложил А.Г. Малькову «проповедовать» в столице идею Миссионерского Общества, искать будущих членов-благотворителей. Позже, 5 декабря 1865 г., Мальков представил Совету Общества отчёт о своей пятилетней деятельности, приложив к нему ведомости о собранных им суммах и расходах.4 Можно предположить, что в процессе создания Православного Миссионерского Общества, у Владимира «зрело стремление» к конкретной миссионерской работе. Появление в его окружении Малькова, «погрузившего» его в проблемы Алтайской Миссии, окончательно убедило архимандрита Владимира занять «начальствование» в ней.

24 марта 1866 г., перед Пасхой, Владимир прибыл в Улалу. Его встречали, как архиерея, звоном колоколов. Вместе с ним приехали люди, которые сыграли в дальнейшем заметную роль в истории Миссии: из Саровской пустыни прибыл иеромонах Платон, из Оптиной пустыни – иеродьякон Варсонофий, а также два студента Санкт-Петербургской духовной академии – Иван Васильевич Солодчин и Пётр Иванович Макушин,5 как показало время, личности незаурядные и с большим будущим. Такое подкрепление кадрами должно было дать «новое дыхание» и силы Миссии. Приехал вместе с ними и Афанасий Григорьевич Мальков, сыгравший в дальнейшем незавидную роль в истории Алтайской Миссии.

24 апреля 1866 г. А.Г.Малькову было присвоено звание «попечителя Алтайской Миссии и Непременного члена Совета Миссионерского Общества».6 Предприимчивый и активный человек, он использовал своё влияние в Миссии в личных торговых интересах. Суд уличит его впоследствии в махинациях по «обустройству мужского и женского монастырей». Пока же Мальков, благодаря поддержке Миссионерского Общества, активно вмешивался в дела Миссии, не «забывая» писать в Санкт-Петербург жалобы на неё.7 Вскоре жалобы и неприязнь стали взаимными.

Ситуацию с Алтайской Миссией усугубило ещё и то, что архимандрит Владимир, приняв руководство ею, в течение 20 месяцев не отчитывался перед Миссионерским Обществом за деньги, которые получил от него. Конфликт разрастался: Мальков, «подливая масло в огонь», всячески очернял Миссию, одновременно выпячивая значимость собственной персоны. Дело дошло до императора и в конце концов «палка ударила» по Православному Миссионерскому Обществу: его состав был изменён, а сама организация переведена в Москву, под непосредственное начало митрополита Иннокентия, «близко знакомого с миссионерским делом и с Сибирским краем».8 Миссия пыталась защитить свою честь: в газете «Домашняя беседа» от 29 июля 1867 г. появилась статья за подписью миссионеров, которая объясняла роль Малькова в Миссии как человека «недобросовестного и неблагонадёжного». Мальков подал в суд на миссионеров. Разбирательство дела шло на уровне Бийского окружного и Томского губернского полицейского управлений, Санкт-Петербургского мирового судьи. «Истец» требовал публичных извинений. Миссионеры не желали делать этого и приводили примеры негативной деятельности своего «попечителя». Владимир был вынужден ехать в Центральную Россию для судебных разбирательств.9 Они длились больше двух лет: с декабря 1867 по 22 февраля 1869 г. Нельзя не отметить, что и сам новый начальник Миссии давал повод к недовольству собой: к ведению отчётности он относился довольно небрежно. У него не было порядка в приходно-расходных книгах, записях о крещениях и т.д. Владимир не любил писать отчётов, писем.

Чтобы прояснить ситуацию с Миссией и её «попечителем», Синод назначил 8 июля 1868 г. комиссию «для изучения всех обстоятельств». 14 января 1869 г. она представила отчёт (на 172 листах), из которого следовало, что обвинения против архимандрита и Алтайской Миссии являются заведомой клеветой «истца». Определением от 4 июня 1869 г. за №928 Синод постановил, что оснований для привлечения к ответственности архимандрита Владимира и его помощника Ландышева нет. (Ознакомившись с документом, император написал: «весьма рад».) А.Г. Малькову запрещалось именоваться «попечителем» Алтайской Миссии. У него изъяли печать и даже запретили въезд в Горный Алтай. (Бескорыстие же архимандрита Владимира было очевидным, и ему вновь доверили составить новый Устав Миссионерского Общества, который был высочайше утверждён 21 ноября 1869 г.)10

Возвращаясь к непосредственной деятельности Владимира на Алтае, следует отметить, что «Начальник Алтайской Духовной Миссии, настоятель и строитель Миссионерского Благовещенского монастыря в Алтайских горах», обустроил, несмотря на трудности, вышеназванный монастырь. Благодаря его хлопотам, были построены деревянный корпус «для братии», амбар вблизи монастыря, дом для училища и больницы, пять домов для новокрещёных в «подмонастырской деревне Казаковой».11 Формулярные списки архимандрита Владимира за разные годы включают длинные перечни новостроек – его можно назвать строителем Миссии. Только в 1872-74 гг. его «попечением» были построены церкви в Мыюте, Катанде и долине Чулышмана.12. В 1872 г. в Улале закончилось строительство дома для начальника Миссии, в котором имелась домовая церковь во имя Святителя Иннокентия. (В разных источниках она имеет обозначения: домовой и походной.13)

Самой значительной стройкой тех лет являлась новая церковь в центре Миссии – Улале. Проблема строительства нового более просторного здания возникла уже давно – старое обветшало, требовало постоянного ремонта, и его размеры были слишком малы и не соответствовали статусу «храма». Однако Алтайская Миссия была больше озабочена храмовым строительством во вновь образующихся станах и до Улалы у неё «не доходили руки». Но после пожара, уничтожившего церковь, она была вынуждена заняться этим вопросом. Основные расходы на возведение храма взяло на себя Православное Миссионерское общество и Преосвященнейший Иннокентий, митрополит Московский. Отсутствие квалифицированных специалистов и состоятельных строителей-подрядчиков, а также жёсткая экономия средств вынудили начальника Миссии самому взяться за стройку. Подрядчиком стал плотник Архип Борзенков, уже имевший опыт строительства небольшой церкви в с. Мыюта. Место для храма было выбрано в центре селения, неподалеку от впадения р. Улалы в р. Майму. При его выборе возникла опасность, что реки могут изменить русло и повредить будущему зданию. Владимир с несколькими рабочими начал «копать канавку», к ним присоединились другие жители – вскоре было расчищено новое русло для реки и построена плотина.14

Владимир отдавал много сил и времени возведению главного храма Миссии. Его помощник В. Ландышев писал, что архимандрит на этой стройке находился каждый день – с раннего утра и до позднего вечера. Рабочие удивлялись, когда он ест и спит. «Разбудит их на рассвете, - вспоминал В. Ландышев, - придут они на работу, а там уже всё размечено по вершкам; пообедав наскоро, заберётся в уголок постройки отдохнуть на минуту, после обеда приходят подрядчик с рабочими и удивляются: работа снова размечена».15 Вечером Владимир приглашал к себе подрядчика для обсуждения планов на будущий день и заодно обучал этого неграмотного человека читать и писать. Строители – плотники и печники, - считали, что хотя они и знали своё ремесло «мало-мальски», но отец архимандрит многому научил их.

Наконец наступил долгожданный момент: 21 сентября 1875 г. храм во имя Всемилостивого Спаса в Улале был освящён. Помимо начальника Миссии, в торжественном богослужении принимали участие 12 иереев-священников. На празднике присутствовало до 3 тысяч человек. Отчёт Миссии за 1875 г. даёт подробное описание внешнему и внутреннему убранству здания. Согласно ему, церковь была покрыта железом и её венчала колокольня высотой в 33 с половиной аршина. Самый большой колокол весом в 62 пуда (его называли здешним царь-колоколом) был отлит в Москве на средства, собранные архимандритом Владимиром.16. Снаружи здание было обито тёсом и выкрашено масляной краской; внутри также выкрашено по наклеенному на стены холсту. Престол был изготовлен из сибирского кедра и оклеен палестинским кипарисом, присланным с юга России братом Владимира – священником. Многое было принесено в дар храму. Так, двадцатипудовый колокол «дар Москвы Алтаю» появился здесь благодаря постоянному покровителю Миссии московскому протоиерею Н.Д. Лаврову; четыре больших иконы в позолоченных рамах, риза из золотого глазета и стихарь (виды священных одежд) были присланы от самой императрицы Марии Фёдоровны. Московский женский Страстной монастырь пожертвовал иконы и дорогие ткани для отделки иконостаса; многое из утвари было прислано через Совет Православного Миссионерского Общества.17 Так в Улале появилась «благолепная» церковь во имя Всемилостивого Спаса, которая стала гордостью Миссии и носила статус главной.

Большое внимание начальник Миссии уделял развитию школьного дела, православного образования. За 18 лет служения Владимира в Миссии были открыты 10 миссионерских школ, а в 1867 г. в Улале основано Центральное миссионерское училище по подготовке учителей, переводчиков и церковнослужителей.18 Вначале училище помещалось в доме толмача М.В. Чевалкова, а затем переведено в специально построенное для него здание. По воспоминаниям (датированным 1891 годом) одного из первых воспитанников училища С.С. Ильтеева, в первый год здесь обучались 8 человек «инородцев» из четырёх отделений Миссии. Позже их ряды пополнились.19


Первыми учителями в училище были студенты Санкт-Петербургской духовной академии И.В. Солодчин и П.И. Макушин, которые, как уже упоминалось выше, приехали в Миссию вместе с архимандритом. И.В. Солодчин на долгие годы связал свою судьбу с Алтайской Миссией. До 1874 г. он преподавал в училище, затем заведовал Катандинским миссионерским станом, после чего был переведён в Томскую духовную семинарию. В марте 1889 г. И. Солодчина возвели в сан игумена, и уже с именем Иннокентий (это имя он получил при постриге в монахи) в 1890 г., он вернулся на Алтай помощником начальника Миссии и наместником Благовещенского монастыря.20 Затем его деятельность продолжилась за пределами Алтая, а в 1899 г. он становится епископом Приамурским и Благовещенским. П.И. Макушин оставит Миссию в связи с избранием его смотрителем Томского духовного училища, а затем он станет известным в Сибири издателем и книготорговцем.21

Со временем функции Центрального училища Улалы стали более многообразными. Так, младшие классы, в которые принимали и девочек, представляли собой обычную миссионерскую школу; появился особый класс иконописания и переплётная мастерская.22 Обучением иконописи и рисования в училище занимался приехавший в Миссию в 1877 г. брат архимандрита Владимира – иеромонах Антоний. Мальчики под его руководством писали копии с икон, пользуясь масляными красками. Искусствовед В.И. Эдоков справедливо полагал, что именно в этом классе у юных алтайцев зарождался интерес к искусству.23

В 1878 г. состав учащихся в училище был следующим: мальчиков – 65, девочек – 23; в том числе из духовного звания - 4, мещанского - 7, крестьянского - 13, «инородцев» - 64 (мальчиков-50, девочек-14). В этом же году произошла реорганизация учебного заведения, которое подразделилось на начальные мужскую и женскую школы и собственно училище.24


При Владимире произошло важное событие организационного плана, изменившее структуру деятельности Миссии. В марте 1880 г. архимандрит был рукоположен в епископа Бийского, викария Томской епархии, и вскоре центр Миссии был перенесён в Бийск.25 Это объяснялось необходимостью географически приблизить Миссию к инородцам Кузнецкой черни и Киргизской степи. И хотя Улала оставалась пока центральным миссионерским пунктом в регионе, тем не менее, она уже утрачивала своё прежнее значение, хотя здесь оставался помощник начальника Миссии.

Таким образом, период, когда Алтайскую Духовную Миссию возглавлял архимандрит Владимир (с 1865 по 1883 гг.), можно назвать временем динамичного, поступательного развития. Этот замечательный человек предпочёл столичную карьеру проблемам «инородческой» Миссии на далёких окраинах России. Уже своим прибытием в неё Владимир вдохнул новую жизнь. С приездом архимандрита Владимира увеличилось число крещений (к примеру, за 1866 г. было окрещено 552 человек, а всего за годы руководства Миссией – 6679 человек), активизировалось строительство, активно развивалась система учебных заведений. Никого не оставили равнодушными его службы и проповеди.

Дьякон Василий Ландышев, служивший одно время келейником епископа, отмечал его преданность делам Миссии, Алтаю. Он вспоминал, как весна 1881 г. застала Владимира в Томске, который стремился к Пасхе непременно попасть домой. Переправа через реку, встретившаяся на пути, казалась невозможной, но Владимир, поразив всех смелостью, решился её преодолеть. Проехав сложный и опасный путь по весенней распутице, он успел в нужный срок к своей пастве.26

В 1883 г. Владимира, епископа Бийского, повышают в должности и назначают главой Томской епархии. В 1886 г. его переводят в Ставропольскую епархию, где он служит до 1889 г. С 1889 г. он уже в Нижнем Новгороде. Владимир закончил свой жизненный путь в сане архиепископа Казанского, в каковом он пребывал с 1892 г. Он умер в 2 сентября 1894 г.27



________________________________________________

1. Государственный архив Томской области (ГАТО). Ф. 184. Оп. 1. Д. 3. Л. 1об.-3.

2. Ястребов И. Миссионер, Высокопреосвященнейший Владимир, архиепископ Казанский и Свияжский. Казань, 1898. С. 83.

3. Там же. С. 80-81, 89-90.

4. Там же. С. 92-93.

5. Постников Василий, протоиерей. Мои воспоминания о первых днях служения в Алтайской Духовной Миссии бывшего начальника ея, о.Архимандрита Владимира, впоследствии архиепископа Казанского. // Томские епархиальные ведомости. 1898. №10. С. 2-3.

6. ГАТО. Ф. 170. Оп. 2. Д. 53. Л. 1-1об.

7. Макарова-Мирская А.И. Апостолы Алтая. Харьков, 1909. С. 160-165.; Солодчин И. Алтайская миссия. // Воскресные прибавления к «Московским ведомостям». 1868. № 28. С. 1-3.

8. Отчёт Миссионерского Общества за 1867г. СПб., 1869. С. 1-98; Там же. Прилож.1. С. 1.; Там же. Прилож.3. С. 2.; Там же. Прилож.6. С. 9-20.

9. ГАТО. Ф. 170. Оп. 5. Д. 100. Л. 1-1об., 3-3об., 5.

10. Ястребов И. Указ.соч. С. 138-142.

11. ГАТО. Ф. 184.Оп. 1. Д. 7а. Л. 6об.-7.

12. Там же. Л. 6об.-7.

13. Центральное хранение архивных фондов Алтайского края (ЦХАФАК). Ф. 164.Оп. 1. Д. 62. Л. 88.

14. Отчёт об Алтайской Духовной Миссии за 1875 г. Томск, 1876. - С. 15-16.

15. Ландышев В. Воспоминания о бывшем начальнике Алтайской Миссии архимандрите Владимире. // Православный благовестник. 1900. №22. С. 254-255.

16. ГАТО. Ф. 184. Оп. 1. Д. 11. Л. 12.

17. Отчёт…за 1875 г.…С. 15-17.

18. Алтайская Духовная Миссия в 1870г. // Сборник сведений о православных миссиях и деятельности православного миссионерского общества. М., 1872. С. 278-280.

19. ЦХАФАК. Ф.164. Оп. 2 Д. 46. Л. 2–5об.

20. ГАТО. Ф. 184. Оп. 1. Д. 15. Л. 1-5.

21. Там же. Д. 4. Л. 12-13; Харлампович К. Н.И.Ильминский и Алтайская миссия. // Томские епархиальные ведомости. 1906. №5. С. 33.

22. ГАТО. Ф. 184. Оп. 1. Д.ё11. Л. 6об.

23. Эдоков В.И. Возвращение мастера. Горно-Алтайск, 1994. С. 8.

24. Владимир, архимандрит. Сведения об Алтайской Духовной Миссии за 1878 г. Томск, 1879. С. 15.

25. Миссионерство в Сибири. Извлечение из всеподданнейшего отчёта обер-прокурора Святейшего Синода за 1880г. // Томские епархиальные ведомости. 1882. №17. С. 492.

26. Ландышев В. Памяти архиепископа Владимира. // Православный благовестник. 1900. №20. С. 161-165.

27.Воспоминания о Высокопреосвященнейшем Владимире, Архиепископе Казанском. // Томские епархиальные ведомости. 1898. №9. С. 1-6.






В каждом творце конституции прячется утопист. Фрэнк Маньюэл
ещё >>