Валерий Ильич Окулов Фанткритика это просто Валерий Окулов фанткритика это просто - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Валерий Окулов ds: bibliographomania или 4 728.89kb.
Новый лайнер аэрофлота «М. Ростропович» отправился в первый рейс 1 11.79kb.
Валерий Окулов о журнальной фантастике первой половины XX века 4 784.45kb.
Для информации Аэрофлот и Air Baltic подписали соглашение код-шеринг 1 9.66kb.
Лекции, прочитанные в Ижевске и Казани в июне 2012 года 10 1213.04kb.
Презентация это не просто слегка «навороченное» 1 54.42kb.
Тест №3 9 класс Термин «Олимпиада» означает 1 65.62kb.
Конференция с Богом 4 688.23kb.
Валерий Сюткин: «Мы с Хавтаном, как Леннон и Маккартни» Валерий Сюткин... 1 44.12kb.
Гимны в Ведах. Гимны в Ведах – это не просто набор слов с каким-то... 1 266.79kb.
Валерий Вячеславович Черных Валерий Вячеславович родился 26 октября... 1 18.74kb.
Бобылева Валерия Александровна 1 43.11kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Валерий Ильич Окулов Фанткритика это просто Валерий Окулов фанткритика это просто - страница №1/19

Валерий Ильич Окулов

Фанткритика - это просто

Валерий Окулов

ФАНТКРИТИКА - ЭТО ПРОСТО
Рецензент - это не обвинитель, а защитник произведения, но такой, который не имеет права врать...

Станислав Лем
Маленькое оправдательное вступление
Интернет полон отзывами пользователей о прочитанных книгах... Каждый желающий теперь может высказать всё, что он думает о книге и её авторе. И они «высказывают», ведь критика - это очень просто. Лучше бы помолчали! Квалифицированная и профессиональная критика - это очень непросто. Крайняя точка зрения принадлежит небезызвестной Маше Звездецкой, которая вообще среди номинантов премии «Роскон» в разделе «Критика и литературоведение» критиков «в упор не видит». Не разделяя этого мнения, автор этой книги, тем не менее, на гордое звание «фанткритик» даже и не думал претендовать. Просто не мог он не писать о прочитанных книгах (хороших и не очень), об авторах (любимых и незнакомых)... Написанное за последние годы вошло в эту книжку.
Печатается в авторской редакции.

О КНИГАХ
Марина Козлова. БЕДНЫЙ МАЛЕНЬКИЙ МИР

АСТ, Астрель, 2010


Хорошую книгу найти нелегко! Особенно при нынешнем книжном изобилии и полностью размытом определении «хорошая книга». Бизнесмен, снайпер, «белые мотыльки» - могущественная тайная организация «проектировщиков», полторы тысячи лет направляющая ход мировой истории... По издательской аннотации к роману можно подумать, что это очередной криптоисторический детектив. Вот только рисунок на переплёте никак не стыкуется с «детективной» рекламой аннотации...

Первая часть книги - интродукция, знакомство с парой героев, жизненные зарисовки. Тридцатилетняя преподавательница логики Иванна, в раннем детстве оставшаяся без родителей, воспитанница «экспериментальной специализированной гуманитарной школы-интерната для одарённых детей» - будущая баронесса Эккерт - начинает работу в МЧС Украины. Литератор Алексей волею обстоятельств знакомится с олигархом Владимировым... Роман как роман, ничего особенного. Эпизоды детства и отрочества Иванны выписаны замечательно, и «философические» сентенции нередки («самоопределение невозможно без рефлексий»), но сразу книга не захватывает. Надо «вчитаться», почувствовать ритм - начинаешь догадываться, что странноватая книга может обернуться очень странной! Предчувствие ничто по сравнению с «элегантными тезисами Витгенштейна», но оправдывается оно на все сто процентов!

Во второй части первой книги начинается и «экшн»: убийство олигарха, «белые мотыльки» и прочие тайны... Реальность очень отличается от действительности; что ведь оказывается: в информационные потоки «кто-то зашивает определённые смыслы», и этот кто-то «высасывает из нас жизнь»... Встать боком к генеральным тенденциям, чтобы они тебя обтекали, получается совсем у немногих. «Простые смертные ребята создают и реализуют сценарии, в которых не только люди, но и страны выступают как материал, требующий переструктурирования. Нет никакой эволюции, а всё суть проект»! Это они организовали исламский терроризм; решили, что «науке пришёл окончательный кирдык», а славянский мир должен исчезнуть... «Проектирование имморально» - какие бы красивые штуки «мотыльки» ни создавали, руки у них всегда в крови...

Параллельно в книге нередки ссылки на Крапивина, Лема, Стругацких, Дм. Быкова. Множество действующих лиц, что несколько напрягает - не совсем понятно, при чём тут они... А ссылки на «весёлую работу по методологии интеллектуальных интервенций»! А «Танец на ковре», после которого мордовские сельчанки могут провидеть будущее! Эта история могла стать замечательной повестью, но и в романе без неё обойтись сложно. А заметки по психологии миллионеров: «они начинают желать изменить мир. Идеалисты...»

Книга вторая начинается эпизодом из жизни всемирно известного сербского музыканта Давора Тодоровича. При чём тут он? Да ведь он тоже из манипуляторов, он также «амаргор»! Вроде бы не очень связанные нити романа начинают сплетаться в оригинальное полотно. Полудюжина сюжетных линий, постоянно балансирующих на грани динамического равновесия, сходится в «точке сборки». И целое больше простой суммы его частей. «Инфернальный лабиринт обстоятельств, смыслов, умыслов и замыслов» приводит в Черниговский институт микробиологии и вирусологии, в котором когда-то отец Иванны - гениальный генетик - придумал и создал биологический модуль-генератор, меняющий структуру ДНК... Вот эти «часы судьбы» отщепенцы Второй вертикали «программистов» и применяют в сценарии уничтожения трёх государств, желая «схлопнуть» славянский мир...

Эпизоды жизни героев перемешаны круто - читать непросто, текст очень «плотный». Логика действий не всегда понятна, герои часто выбирают не лучший вариант - так разве в жизни не так? Но если дочитал до половины книги, дальше с текстом уже «живёшь»! Не просто одна из десятков нынешних «конспирологических» книжек, тут гораздо серьёзнее. «Истинная криптоистория - лишь творческий метод для создания увлекательного и умного произведения, которое пробуждает живость мысли» - совсем неплохо написал обозреватель журнала «Мир фантастики» Борис Невский несколько лет назад.

«Бесконечно разное предполагает имманентно принцип несводимости». И полифонический (как музыка Давора) текст Козловой в полной мере можно оценить, если сможешь «схватить и удерживать» сложно организованный контекст. Вряд ли я понял все смыслы, которые пытался вложить в книгу автор, сложновата она иногда, но всегда - изящна! Но это чувство приходит при чтении неторопливом и вдумчивом, сопереживая героям, совсем не «белым и пушистым».

Окончание - полная фантасмагория! В изолированном от мира Чернигове Иванна с Давором (создателем собственного «метаязыка»), вдохновлённые бахтинской идеей карнавала, организуют музыкальное шоу, распространившееся затем на весь мир. Исполняя только что сочинённую симфонию «Славянский мир» эти «люди силы» (амаргоры) как гаммельнский дудочник «уводят» всех, «вынимают» город с трёхсоттысячным населением из нашего пространства-времени, так что даже «спутники не видят города Чернигова»... «Объяснить это невозможно. В том, что случилось, замешано очень сильное чувство. И совсем не обязательно любовь». (А знаете, об очень непростой этой штуке-любви есть в книге замечательные страницы...)

Так куда же город-то делся? А непонятно... Совсем не про это книга. Иванна и Давор, похоже, оказались за пять веков до нашего времени, что после всего прочтённого не так и удивительно. Это тот случай, когда интересно, про что написано, но важнее - как! Да, это и детектив, и геополитический триллер, но прежде всего - интеллектуальная драма, героям которой постоянно приходится решать непростые задачи - с помощью ума и логики, воли и творческих усилий. Эта книга совсем не о тайном сообществе, убийствах и поисках преступников. Её чтение вызовет у пытливого читателя собственные эмоции и мысли; они будут разными, но точно будут! Стоит только поймать ритм слов и предложений, прочувствовать «магию текста».
Виктор Пелевин. АНАНАСНАЯ ВОДА ДЛЯ ПРЕКРАСНОЙ ДАМЫ

Эксмо, 2011


Что бы ни говорили, что бы ни писали недруги-завистники, первое десятилетие нынешнего века российской литературы, как и последнее века двадцатого, прошло под знаком «П». За эти годы на «арену» нашей словесности вышло немало хороших авторов и несколько замечательных писателей, но о ком ещё так много писали, а когда-то и рьяно спорили? Чьи книги по-прежнему ждут читатели, чьи книги не могут пройти незамеченными даже у ярых критиков творчества Пелевина? Начав обычно с того, что писатель «пошёл по пути самопародии» и читать его - только разочаровываться, критики не спешат поставить на этом точку, а начинают доказывать своё утверждение. Да так рьяно, что вскоре понимаешь - писать тот хуже не стал и его новую книгу надо обязательно прочесть!

Пелевин и ЭКСМО строят маркетинговую политику так, что не дают возможности забыть о себе. Только отшумели споры по поводу «Т», как вышел сборник новых повестей и рассказов (только один публиковался ранее). Основного внимания заслуживает часть первая - «Боги и механизмы» - о тайной жизни и неизвестных публике подвигах скромных героев наших спецслужб... Всевозможные «органы» Пелевин явно не любит, но пишет о них постоянно... Что делать, если «полковники» так много значат в сегодняшнем российском обществе. Автор и людей-человеков не очень жалует, но не о сусликах же писать!

История Сёмы Левитана из Одессы в повести «Операция „Burning Bush“» выписана «душевно», так что сопереживание «маленькому человеку» будет несомненным у большинства читателей пелевинской прозы. Повзрослев до «лысого еврейского лузера», Сёма - обладатель дара «говорить голосом загробного мира» да ещё и английский знающий - совсем неслучайно через много лет встречается с дружком детства, ставшим за это время генералом ФСБ. Пройдя тренинг в «камере сенсорной депривации», Семён становится «психонавтом» и начинает «работать Богом»! Устанавливает контакт с президентом Бушем, воплощая в жизнь догмат америкосов о богоизбранности Америки - так начинается операция «Палёный Буш». «Божеские» откровения и рекомендации заставляют Буша принимать часто нелепые решения, а что делать - «другого Бога у меня для вас нет...»

По ходу повествования Пелевин даёт краткие зарисовки современной жизни, психологии евреев, замечательно описывает все эти «мистические трипы» (они же путешествия сознания в эзотерических мирах). Сёма действительно «познаёт Бога» - единственную душу в мире... Окончание повествования, как всегда у Пелевина, невесело: оказывается, америкосы управляют подобным методом российскими правителями с пятидесятых годов - причем, от имени совсем не Бога...

Скромный герой «Зенитных кодексов Аль-Эфесби» - Савелий Скотенков, дитя эпохи первоначального накопления капитала, автор «Криптодискурса», выявивший основное противоречие XXI века, противоречие между углеводородными деспотиями и трубопроводными демократиями. Ну куда ему деваться при нашей-то бюрократии, способной освоить даже древнемарсианский культ? При современной экономической реальности, дающей неограниченные возможности расставания с деньгами? Только на курсы Высшей школы ФСБ!..

Немало узнав про БПЛА-дроны и программу F.D.O.M. с нейронной связью, Скотенков в зелёной чалме (как Саул Аль-Эфесби) появляется в Афгане и, не очень напрягаясь, уничтожает сразу девять супердронов! Интересно читать даже про производственно-технические детали, уж не говоря о том, что словами Пелевин играет мастерски. Пусть его максимы: «Верховная власть - просто самая сильная волчья стая» или «Высшее искусство лжи не в том, чтобы врать всё время» - никакие не «открытия», но ведь всё это ещё надо точно и кратко сформулировать!

Конечно, заканчивается история невесело... Уничтожив 471 «Freedom Liberator», Аль-Эфесби делает своё дело и... уходит... Оказавшись в деревеньке Улемы, философствует: «Весь двадцатый век мы, русские дураки, были генератором, вырабатывающим счастье западного мира»... А разве не так?

Вторая, меньшая часть сборника - «Механизмы и боги» - лишь «объёмная» поддержка первой. Вполне понимая, что истина недостижима, Пелевин всё равно любит писать о её поисках в «эпоху первоначального накопления, вступившей в фазу нестабильного загнивания». Заклиная собственную тень в «Созерцателе тени», этот скромный «герой» постигает нечто: «Само его тело было мыслью, мир был тенью, бог был светом...» Принесло ли знание хоть капельку счастья? Вопрос риторический...

Короткий рассказ «Тхаги» - для тех, кто мечтает стать адептом чистого зла. И в нём немало примечательных строк, например - о «либеральном дискурсе» в России как последовательности шумовых и визуальных эффектов. Мораль рассказа простовата, зато явственна - не рой другим яму... О рассказе «Отель хороших воплощений» можно бы и не писать, если б не возникающий вопрос - а что это за «ананасная вода»? Читатель встретит упоминание о ней - на самой последней странице крайнего рассказа...

Вездесущий Дмитрий Быков уже успел написать: «Мне очень нравится „Ананасная вода...“ - это точный диагноз всей литературной деятельности Пелевина последних лет». Как не согласиться, ведь и мне очень нравится социальная фантастика писателя, его сатира на философской подкладке, «жёсткая, весело-циничная» проза.
Альфред Дёблин. ГОРЫ МОРЯ И ГИГАНТЫ

Издательство Ивана Лимбаха, 2011


Странная книга... Вступление Фолькера Клотца я прочёл - по давней привычке - уже после чтения романа, и полностью согласился с тем, что там написано в самом начале: «Роман этот - чудовище... Он труден для восприятия»! Но с другой стороны: «Трудно представить, чтобы роман этот оставил равнодушным... Он заманивает и отталкивает, захватывает и изнуряет, окрыляет и внушает отвращение...»

В германоязычном мире роман классика немецкой литературы, увидевший свет более восьмидесяти пяти лет назад, широко известен, что подчёркивают предисловие, послесловие и обширные комментарии. Но и в России у него есть своя невесёлая история... Сразу после первопубликации его рецензируют в журнале «Современный Запад», ленинградское издательство «Сеятель» Е. В. Высоцкого анонсирует перевод, который выходит лишь в 1936 году в отделении Госиздата (переводчик А. А. Унтилов), но... весь тираж уничтожают, так как «под прикрытием научной фантастики в романе протаскивались враждебные идейки»!

С первых страниц романа заметна непривычность письма: «огнится в огне: языкастый-горячий-голубой-белый-красный», или вот: «трава песок солнечные лучи облака». Непривычный синтаксис, запятые не разделяют однородные члены предложения, образуя особую ритмическую структуру. Среди многостраничных неторопливых описаний уже в начале книги встречаются антиципации-предвосхищения: рождаемость в Европе резко сократилась, плодовитые цветные алчно устремляются в центры цивилизации, правительства уступают власть корпорациям, «все западные народы подпали под власть империи Лондон-Неойорк», женщины стали самым активным общественным элементом...

Научная сторона «изобретений» Дёблина слабовата, но вот ведь - он упоминает летающие вокруг Земли «аппараты связи»! Население сосредоточено в «градшафтах» (городах-государствах), защищённых «убийственным вихреобразным излучением». XXIII и XXIV столетия становятся периодом преобразования Африки - создаётся Сахарское море. Уже в первой книге проявляется специфика романа - попытки совмещения «сухого отчёта» о грандиозных событиях с конкретными историями жизни людей разных столетий. И сразу надо отметить, что масштабные картины впечатляют, а вот «событийные эпизоды» - нет...

Книга вторая носит название «Уральская война». Вот из-за неё советская цензура и уничтожила перевод, её не устроили ни теория «раскачивания истории» от триумфов к крушениям, ни упоминания об «азиатской угрозе», ни описания войны на линии Ярославль Владимир Воронеж Харьков, в которых Советский Союз даже не упоминался! По Дёблину: в XXV веке почти повсеместно внедряется искусственный синтез продуктов питания - на «фабриках Меки», XXVII столетие становится «роковым для Западного Круга народов», ведь мир так и не был заключён - «война просто сдохла»...

Книгу третью можно не читать. Разве для того только, чтобы узнать о «военном неврозе» - ведь консул Берлина Марке и узурпатор Мардук отравлены «ядом войны»... История Мардука-Ионатана-Элины расписана тщательно, только вот зачем? Автор объяснял так: хотел придать книге «личностное начало». С одной стороны - он тщательно работал над планом, даже графически изобразил строение своей эпопеи, с другой - «конкретное возникало неожиданно». Потому книга четвёртая «Оборотни» - об учёных, отстранённых от власти, желающих вернуть систему синтетического питания - она только для автора на своём месте... Хотя и без неё не обойтись, именно тут появляются аппараты дальнего боя - «тучегоны, туманогенераторы, испепелители»...

После мятежей в Америке правители, почувствовав угрозу, решили вспомнить давнюю успокаивающую колонизаторскую практику освоения заморских территорий - нужно освоить Гренландию, «новый континент, который поднимут из льда»! В книге шестой об этом и повествуется. Сначала предполагалось расширить русло Гольфстрима, чтоб изменить климат во всём Северном полушарии. Роман вновь читать стало интересно! Одно только описание солнечной деятельности чего стоит: «Словно вихри, вышвыриваются они огненным морем, вонзаются в вибрирующий эфир: факелы из раскалённого водорода». Возникает идея взрыва вулканов Исландии и переноса их «огня» в Гренландию! Не останавливаясь перед жертвами - человеческая жизнь в мире, изображённом автором, не стоит ничего... С помощью «турмалиновых полотнищ», впитывающих «в себя яркое пламя вулканов, превращающих его жар в поток электрической энергии, которая позже, в Гренландии, снова будет выдыхать жар», так и происходит. Конечно, в электроэнергетике Дёблин не силён («из большого кабеля пустили ток»), но он ведь писал не футурологическую книгу, не прогностическую!

Книга седьмая - «Размораживание Гренландии» - поражает масштабом изображённых работ. Чтобы рациональнее использовать турмалиновые полотнища применяют «маслянистые облака», по которым даже ходить можно! Описания грандиозных природных и рукотворных процессов у Дёблина впечатляют! Но после «решения гренландской проблемы» творится странное, появляются некие чудища-ящеры. Благодаря неисследованным излучениям турмалина руины мелового периода обретают новую жизнь, «гренландские твари» (как месть Земли) обрушиваются на Европу, «чудовища опустошают регионы»! Учёный Делвил изобретает новое оружие: используя турмалиновое излучение, строит растительно-животные башни, увенчиваемые человеческой особью... Затем выросшие до гигантских размеров «башенные люди», вросшие в почву, образуют оборонительную линию защиты от ящеров. Но тут вступает в дело старое правило знати: «У кого возникают безумные идеи, тот должен получать от них удовольствие»! Высокомерная элита с детской непосредственностью также начинает наращивать плоть, превращаться во что угодно - становясь «гигантами», наслаждаться всемогуществом.

Героиня книги девятой «Венаска» - «стройная женщина с золотисто-коричневой кожей», обладающая даром очаровывать людей и чудищ - ведь она тоже «из рода ящеров и гигантов». Всех она уговорила добровольно «уйти»... Даже Делвил, на чьей спине разместился Дартмурский лес, всего-навсего лесом и стал... Всё-таки странные характеры рисует Дёблин, и гомосексуальные отношения - это ещё самое понятное из «странного»... Люди «теперь предпочитали жить в деревнях-государствах», оставшиеся в живых считают: «Мы настоящие гиганты. Те, кто прошёл через Уральскую войну и гренландскую экспедицию»! Символично...

«Заметки» автора и комментарии проясняют некоторые нюансы создания романа. Писатель, задумывая «что-нибудь эпическое», о космических путешествиях писать совсем не хотел, потому и создал «теллурическую авантюру», главной темой которой должен был стать конфликт природы и техники. Уникальна книга с точки зрения стилистики: «Я не мог противостоять импульсам чисто языкового свойства» - писал Дёблин позже. Книга «колоссального формата», рисующая с разной степенью деталировки семь столетий «истории будущего», действительно «обладает внутренней связностью», но обеспечивается та не сюжетом, а темой: Человек и Природа.

Перед чтением этой «экстравагантной книги» - как назвал её Гюнтер Грасс - желательно определить адекватный способ её прочтения. Трезвый прогноз? Экстатическое пророчество? Дурацкая игра?.. Немецкие литературоведы рекомендуют следующие: ненаивная гипер-сказка и научная фантастика. Но не развлекательная фантастика, а «проза высокого напряжения»! Тогда сам процесс чтения «одного из самых диковинных романов XX века» может стать увлекательной «авантюрой», прозрения Дёблина отнюдь не устарели и сегодня.
Эрнст Юнгер. НА МРАМОРНЫХ УТЁСАХ

Ad Marginem, 2009


Не зная ничего о жизни автора и истории создания романа, книжку эту можно прочесть как «фэнтези» или «историческую фантастику» отстранённо-романтического плана. В Рутовом ските на мраморных утёсах, разделяющих карликовые государства Кампанья и Большая Лагуна, живут два брата-натуралиста - собирают гербарии, читают и рисуют. Не только интеллектуальную жизнь ведут, «среди виноградных лоз и вин» не прочь и поразвлечься в долине... Результат - мальчуган Эрио, сын рассказчика, с младых лет умеющий (а всё бабушка!) «разговаривать» с гадами-змеями. Когда-то братья участвовали в военном походе Пурпурных всадников, и лишь затем стали заниматься растениеводством. «Растения тоже хотят что-то сказать нам, но нужно ясное сознание, чтобы понять их язык». Ботанико-пейзанская утопия разворачивается на фоне странноватой географии: рядом с Польшей и Британией - Боданальпа и Альта Плана. Имена тоже нерядовые - Лампуза, Фортунио, Эгор, князь фон Сунмир; наряду с «машинами» (авто) упоминаются и «пергаменты»...

С первых страниц ясно, что это повесть давних лет, сейчас так не пишут. Любители неторопливого чтения могут насладиться описаниями природных явлений, жизни растений, животных, крестьян. «Знакома щемящая грусть, которая охватывает нас при воспоминании о временах счастья...» К сожалению, перевод довольно часто заставляет читателя «нырять» на возможно/плавном течении мысли автора. Примеры: «Когда свободный дух учреждает себе резиденции господства, автохтоны всегда присоединяются к нему»; «сеть таинственностей, которая обтягивала границы твёрдого порядка»; «он заключил нас в своё сердце»...

Устоявшаяся жизнь, в которой «всё бесценное даётся только случайно» и «любая теория в естествознании вносит свой вклад в генезис», даёт трещину, когда к власти начинает рваться Старший лесничий, принадлежащий к тайному ордену «мавританцев». Интересная подробность для «фэнов», оглашённая повествователем: «Мы часто видели его на конвентах и иногда ночью бражничали с ним»! Облако страха предшествует «Страшному» лесничему: «Он отмерял страх малыми дозами, которые постепенно увеличивал и целью которых был паралич сопротивления». После открытого бунта в Кампанье начинаются беспорядки в Лагуне, затем - «надев личину порядка, целиком воцарился ужас».

Не любил Лесничий ни городов, ни крестьянских усадеб, ни келий поэтов - «глубоко заложена ненависть к прекрасному, пылающая в подлых сердцах».

После его жестоких расправ остаются отсечённые мёртвые головы, кисти человеческих рук, сладковатый запах разложения - над подвалами жестокости высятся «гордые замки тирании». Можно и запутаться в сплетении неясных интриг «мавританцев» и Бракмора, в противостоянии людей и «лемуров, отринувших человеческие права и человеческие установления»... Тут и «зеркало Нигромонтана», фокусирующее солнечные лучи до испепеляющего огня, и битва двух собачьих свор (напоминающая «Дикую охоту»), произошедшая после призыва народного вождя Беловара к борьбе. «Мы охотно вспоминаем о своих величественных днях, но нам не следует обходить молчанием и те, когда власть над нами захватывало низкое» - размышляет повествователь.

Предпочитая на словах «пасть со свободными, чем подниматься к триумфу с холопами», братья - тем не менее - когда «лесной сброд» стал близок к окончательной победе, погибать не собирались. Своей природной магией Эрио вызывает ланцетных гадюк, которые шутя справляются с лесной собачьей шайкой. В глубокой печали покидают братья родной дом... «Не построить дома, в фундаменте которого не была бы заложена гибель... Мы видели мрачные картины и всё-таки в нас жила новая уверенность»...
Почему издательство, выпускающее априори книги, которые могут «скандализировать» читателя, издало эту вполне респектабельную по нынешним временам повесть? Ситуация станет гораздо яснее, если узнаешь, кто таков этот Юнгер! В издательской аннотации можно прочесть: «Эрнст Юнгер - романтический герой ушедшего столетия, путешественник, учёный, философ, солдат. Участвовал в двух мировых войнах, 14 раз ранен, кавалер высших орденов почти всех государств Европы, друг Пикассо, Хайдеггера, Кокто, Борхеса... Этот яростный и беспощадно красивый текст высокого модерна стал манифестом стиля и борьбы для всей читающей Европы...» Восторгам «торговцев» и переводчика (смотри послесловие) в пику достаточно привести высказывание лишь одного из многих критиков: «Проза Юнгера ужасна - школьное сочинение талантливого члена „Гитлерюгенда“»! Вот вам и зачатки небольшого скандальчика!

Проживший очень долгую жизнь писатель и философ Эрнст Юнгер (1895-1998) характер проявлял с юношеских лет. Потомственным аптекарем стать не пожелал, рванув с первого курса университета в составе Иностранного Легиона в Африку. Во время Первой мировой командовал ударной ротой на Западном фронте, был не только храбр, но и везуч (как-никак 14 ранений), награждён высшими германскими орденами. Прославился как «певец войны», опубликовав в 1920 году свой дневник «В стальных грозах»: не скрывая её ужасов, считал войну замечательной возможностью «глубочайшего жизненного переживания»! Оставив вермахт в 1923 году, изучал естественные науки в Лейпциге и Неаполе, по образованию (незаконченному) зоолог, собравший замечательную коллекцию в 30 000 жуков!

Претендуя на высокую эстетическую культуру, не вступил ни в одну из реакционно-реваншистских писательских групп, в 1933-м отказался вступить в фашистскую Прусскую Академию искусств. Это при том, что книги его «проникнуты милитаристской идеологией»; в советской критике середины прошлого века не было ему характеристики, кроме «апостол фашизма и реваншизма»! И основания для этого были, во время Второй мировой Юнгер вновь (в 45-50 лет) в армии - командовал штурмовиками, затем работал в штабе Роммеля в Париже. После войны (ну конечно) опубликовал дневники военных лет «Излучения» (1949), и никакого «покаяния» там обнаружить не удастся!

В 1938 году Юнгер задумал книгу «Королева змей», в итоге превратившуюся в роман-притчу «На мраморных утёсах» (1939) - символично-аллегоричный. В то время автор отрицал какие бы то ни было аналогии Лагуны/Кампаньи с Третьим Рейхом, но они так и напрашиваются... Но вот по Юнгеру ботаники-отшельники призваны были олицетворять лишь непоколебимую силу абстрактного человеческого духа! Вдвойне странно - ведь они просто покидают страну, разорённую ордами Старшего лесничего. Слава богу, произведение (отчасти даже вопреки автору) неоднозначно, его можно рассматривать и как «завуалированную критику диктатуры», и как «аристократическую оппозицию фашизму»; или просто «эльфийское фэнтези» писателя-середняка, пытавшегося оставаться человеком даже в гитлеровской Германии.

Евгений Воропаев в «Послесловии переводчика» не скромничает: «Перед нами роман-провидение и концепция жизни в глубокой гармонии с природой и культурой, жизни, открытой тайне мироздания, трудолюбивой, а главное, лишённой низкого страха... По мысли автора, человеку, чтобы приблизиться к свободе, нужно освободиться от страха...» Юнгер не раз разъяснял свою позицию во многих дневниковых записях; делал он это потому, что в романе чётко выраженной позиции автора обнаружить не удастся. Отсюда и издательский парадокс, ведь «текст бросал вызов», но тиражи хозяйственным способом допечатывала армия (немецко-фашистская)!

По Воропаеву: «Хотя Юнгер выказал несомненное чутьё подводных течений истории, „Мраморные утёсы“ останутся в первую очередь языковым шедевром высшего уровня, а их автор - неподражаемым стилистом». Тогда получается, что Воропаев не справился с непосильной задачей перевода «самого поэтического произведения Эрнста Юнгера»... С переводами романов на русский немецкому мыслителю не везёт... И повезти вряд ли сможет, его беллетристика недовразумительна и схематична; интересны романы лишь просвечивающимся в них символическим планом, мощью масштабных проблем, рассматриваемых с высот «позднебуржуазного нигилизма».

До этого было лишь две попытки перевода романа «Гелиополь» (1949) - странноватой смеси античных реалий с приметами века XX/XXI-го... Единственная рецензия носила символическое название «Гитлер в Городе Солнца»! «Гелиополь» (он же «Гелиополис») возник в русле послевоенных антиутопий, показывающих, что за комфорт человеку придётся платить потерей души и сердца, а будущее сулит всё меньше шансов на благополучное разрешение конфликта между властью и человечностью, порядком и личной свободой. Похоже разработана тема в романах «Стеклянные пчёлы» (1957) и «Оймесвиль» (1977). Где и как установить границы порядка и насилия, свободы и произвола - от решения этого вопроса зависит по Юнгеру модель будущего мироустройства. И уж в этом-то философ прав на все сто!

В послевоенные годы футурология, мифология, история земных цивилизаций становятся ведущими темами эссеистики Юнгера. Малым «Евангелием» его становится книга «У порога времени» (1959), рассматривающая социально-политическую историю как звено в общем гео-биологическом развитии планеты. А уж в семидесятые Юнгер пользовался большим влиянием не только в ФРГ, но во всей Европе: он получил премии Шиллера и Большого Золотого Орла, парижский журнал «Магазин литерер» посвятил ему в 1979 году специальный номер, назвав одним из лучших писателей немецкого языка.

Не обращая внимания на назойливый «пиар» и попытки скандализации, рекомендую просто почитать Юнгера; ведь в его беллетристике что-то есть с точки зрения философии, с точки зрения литературы что-то есть и в его философии.
следующая страница >>



Держи язык за зубами — наготове. Станислав Ежи Лец
ещё >>