Ушаков симон (пимен) федорович (1626-1686) - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Симон Ушаков Митрополит Филипп 1 26.6kb.
Царев изограф Симон Ушаков 1 70.87kb.
Дмитрий Николаевич Сенявин (1763–1831) 7 1377.88kb.
В историю Российского государства вписано немало замечательных имен... 1 37.03kb.
Ушаков Дмитрий Николаевич (1873-1942) 1 22.47kb.
Из жизни Ушакова 1 16.38kb.
Перо очинить надо, Федор Федорович 1 314.39kb.
Адмирал Федор Ушаков – святой Санаксарского монастыря 1 21.42kb.
Приложение №1 Ученый-языковед Дмитрий Николаевич Ушаков 1 16.88kb.
Михаил Федорович 1 205.27kb.
Юрий Федорович Зарубин Юрий Федорович родился 12 ноября 1956 года 1 17.69kb.
413 Огненное восхождение святого пророка Илии. Россия. XVI в. 1 135.4kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Ушаков симон (пимен) федорович (1626-1686) - страница №1/5

УШАКОВ СИМОН (ПИМЕН) ФЕДОРОВИЧ (1626-1686)

Ушаков Симон (Пимен) Федорович, в крещении Пимен, поскольку именно под эти именем вписан в синодик Знаменского монастыря в Москве. Годом рождения мастера традиционно принято считать либо 1625 (после сентября), либо 1626 (до сентября), основываясь на надписи на иконе, некогда находившейся в церкви Троицы в Никитниках и позднее пропавшей, которую упоминает Тромонин (Тромонин 1845:88): “Лета 7166 году написал государев иконник Симон Федоров сын Ушаков 32 лета возраста своего”. Если эти сведения не мистификация, то, учитывая имя, данное Ушакову при крещении, и тот факт, что в XVII в. память всех святых, носивших это имя, отмечалась только 27 августа, можно уточнить год рождения мастера как 1626.

По рождению он был “дворянин московский”, т. е. принадлежал к дворянам, служившим “по московскому списку”. Мнение о том, что дворянским званием Ушаков был пожалован за иконописные труды, в настоящее время опровергнуто (Лаврентьев 1994).

По данным записей в синодиках и вкладных надписей на иконах известно, что мать художника звали Марией, жену — Февронией. У них было двое достигших зрелого возраста детей - сын Петр и дочь Евфимия. Из тех же данных следует, что Ушаков имел обширные родственные связи в среде духовенства.

Как следует из документов, Ушаков поступил на службу при дворе в качестве художника 4 мая 1648 г. Прошение об определении его на это место Ушаков подал, вероятно, около апреля (оно помечено к “выписке” 13-м числом этого месяца). Жалования Ушакову первоначально назначили 10 руб. деньгами и по 15 четв. ржи и овса в год (Успенский, 1910). В названном прошении Ушаков указал, что он работает беспрестанно у царского дела. Следовательно, еще до апреля 1648 г. он какое-то время работал, очевидно, в качестве кормового иконописца.

Ушаков был назначен знаменщиком Серебряной палаты, где и работал до 1664 г. О его деятельности в этом качестве имеются сведения в расходной книге царициной Мастерской палаты за 1648–1649 г. 11 декабря он получил 11 алт. “А знаменил он, на покрове, под шитье, Спасов Нерукотворенный образ, да на покрове ж, Никола Чудотворца образ. Апреля 27 дано ему 29 алтын за 29 дней. А знаменил под шитье покров Алексея митрополита, да на куколи Деисус, да поверх Деисуса Херувимы, да пелену Рождества Пречистыя Богородицы с действы, по камке под шитье ж, да цветил с тое пелены красками лист, да воздух по камке знаменил. Мая 22 ему же 3 алтына. А знаменил покровцы и воздух и Спасов образ на патриаршеский сан, под шитье”. 8 июня опять за 3 [алт.] “знаменил на амфор по бумаге образцы да Рождества Пречистыя Богородицы действо по бумаге и цветил краски”. 11 августа за 7 алт. “знаменил он под шитье по камке образ преподобного Савы Чудотворца Сторожевскаго, с чудесы” (Успенский, 1910).

Будучи знаменщиком Серебряной палаты Симон Ушаков привлекался также к письму икон, фресок, знамен, чертил карты, планы, делал рисунки для знамен, монет и украшений на ружья и т. п. Самые ранние известные иконы мастера – “Богоматерь Владимирская” 1652 г. из ц. Михаила Архангела в Овчинниках в Москве и”Митрополит Филипп” 1653 г. из ц. Спасо-Преображения в Калуге (см. список сохранившихся произведений, №№ 1-2) – отличаются традиционностью своего стиля. (Успенский 1917:101).

В июне 1654 г. в составе группы иконописцев был вызван к царю Алексею Михайловичу, находящемуся в походе в Вязьме. См. Козлов Федор Федоров.

Осенью 1654 г. Ушаков украшал патриаршее места в Успенском соборе, поскольку 29 сентября получил из Патриаршего казенного приказа 6 алт. 4 деньги “на бакан виницейский, что ему купить к Спасову образу на прописку, что на патриарше месте” (МАМЮ. Кн. № 38. Л. 403 и об) (Успенский 1917:101).

В 1655 г. Ушаков вместе со Степаном Резанцем, руководителем царской иконописной мастерской, участвовал в Смоленском походе царя Алексея Михайловича. 11 июля 1656 г. Ушаков вместе с иконописцами Федором Козловым, Иваном Матвеевым и Иваном Владимировым (Большим) вновь вызывался к царю, находившемуся тогда в Полоцке. Не был отпущен из Москвы патриархом Никоном, как это следует из отписки на царскую грамоту: “А иконника Симона Федорова оставил в Москве великий государь, святейший Никон, патриарх Московский и всея Великия и Малыя и Белыя России, для своих государевых святительских дел”. В более позднем документе об этом пребывании Ушакова на работе у патриарха говорится: “Знаменщику иконописцу Симону Ушакову, как он Симон, наперед сего, был у патриарших иконописных домовых дел, давано ему, Симону, поденнаго денежнаго корму по гривне на день, да его же кормили и поили за столом, да сверх того, корму давано от патриарха подачи добрыя” (Успенский 1910).

В 1657 г. с иконописцами Оружейной палаты Степаном Резанцем и Федором Козловым Ушаков расписывал одну из комнат государя Алексея Михайловича во дворце, которую, по-видимому, предполагалось расписать еще до морового поветрия 1655 г. Царь “указал у себя великаго государя вверху — комнату написать вновь стенным письмом, а у того стенного письма великаго государя указом указал быть иконником стряпчей с ключом Федор Алексеевич Полтев Приказу Серебряныя палаты знаменщику и иконописцу Симону Ушакову, да Оружейныя палаты жалованным иконописцам Степану Резанцу, Федору Козлову, а поденный корм велено им иконописцам давать, против прежняго государева указу, по 2 алтына человеку на день, как они бывали, наперед сего, у его государевых иконописных дел и у знамен, до морового поветрия” (Успенский 1910).

В сентябре 1657 г. Ушаков был одиннадцать с половиной дней занят на работах, проводившихся силами “государевых” иконописцев Иосифа Владимирова, Федора Федорова, Леонтия Емельянова, Вонифатия Козьмина, Константина Ананьина, Харитона Семенова, Силы Савельева, Якова Григорьева и Якова Иванова, по росписи на патриаршем дворе “на воротех в церкви” и “на дорогах у внешних сторон на церкви стенное письмо”, получая “поденнаго корма” по гривне в день. (Успенский 1917). И. М. Снегирев упоминал о вставленном в стену ц. Двенадцати Апостолов образе Спаса с Патриарших ворот, выполненным Ушаковым в 1658 г., который был написан на кирпичах, не распавшихся при сломке этих ворот (Снегирев 1842–1845). Г. Филимонов не нашел в живописи признаков кисти Ушакова, отметив, однако, наличие масляной записи. Размер фрагмента 15 вер. Ѕ 12 1/2 вер. (Филимонов 1873:10). Возможно, речь идет о части стенописи, выполненной группой жалованных иконописцев в сентябре 1657 г.

После 12 июля 1658 г. Симон Ушаков с 11-ю другими иконописцами расписывал по указу патриарха ц. Воскресения Христова в Панех, получая при этом корму 3 руб. за 7 дней (Забелин 1884-1886. Ч. I.:385).

Вне своих служебных обязанностей в 1657-1659 гг. Симон Ушаков написал несколько икон по заказу купцов Никитниковых для церкви Грузинской Богоматери (Троицы в Никитниках), в приходе которой он проживал: “Спас Великий Архиерей”, “Спас Нерукотворный”, а также написанная совместно с Яковом Казанцем и Гаврилой Кондратьевым икона “Благовещение, с клеймами Акафиста” (см. список сохранившихся произведений, №№ 3-4, 6). В них явственно отразился произошедший к этому времени в его творчестве стилистический поворот к “живоподобному” письму, ставшему вскоре основным стилем иконописной мастерской Оружейной палаты.

Симон Ушаков – адресат “Послания некоего изуграфа...”, составленного иконописцем Иосифом Владимировым, где “живоподобный” стиль получил свое теоретическое обоснование. Послание не имеет точной даты. По мнению А.А.Салтыкова оно написано в 1656-1657 гг. (Салтыков А.А.Эстетические взгляды Иосифа Владимирова // ТОДРЛ. В. 28. М.-Л., 1974:271-288), по мнению Е.С.Овчинниковой – в 1660-1666 гг. (Офчинникова Е.С. Иосиф Владимиров. Трактат об искусстве // Древнерусскре искусство. XVII век. М., 1964:18-61), Сам Симон Ушаков выразил собственные взгляды на задачи иконописного творчества в сочинении “Слово к люботщательному иконного писания”, созданном приблизительно в то же время, что и “Послание Иосифа Владимирова”, т.е. не позднее 1660-х гг., на которые пришлось становление и утверждение “живоподобного” письма в придворной иконописной мастерской.

В 1659 г. Симон Ушаков выполнил список с древней иконы Успенского собора “Спас царя Мануила”, которая находилась в Благовещенском соборе г. Киржача (Кондаков 1905). На иконе был представлен сидящий на троне Христос, к ногам которого припадают Сергий и Никон Радонежские. На окладе внизу имелась серебряная пластинка с надписью: “Лета 7167 (1659) июня писал образ Государев иконописец Симон Федоров сын Ушаков” (Токмаков 1884).

В том же 1659 г. году Симон Ушаков бил челом царю Алексею Михайловичу, что “взят он в государеву Золотую и Серебряную палату в знаменщики, для государевых золотых и серебряных дел, знаменить на сосудах и на дробницах, и служит он государю безпрестанно, а окладу ему идет — денежнаго жалованья 20 р., а хлебнаго, ржи и овса, 32 четверти, а его, по государеву указу, и к иным делам государевым, к иконописным и для чертежных дел, и государыни царицы в Мастерскую палату емлют знаменить пелены и утвари”, почему и просит он увеличения содержания. Ушакову прибавили 5 руб. к денежному окладу, 20 четв. к хлебному и по 2 деньги к 6 деньгам на день кормового содержания.

В мае и июне 1660 г. Симон Ушаков принимал участие в работах по украшению Архангельского собора стенным письмом. В списке жалованных мастеров, составленном по поводу производства этих работ имя Ушакова стоит и на втором месте (Степан Резанец, Симон Ушаков и Федор Козлов), и все росписи, составленные для выдачи кормовых денег иконописцам, были скреплены им. [Г. Филимонов замечает, что имени Ушакова не встречается в нарядах на работы в Архангельском соборе в 1652 и 1658 гг., объясняя это тем, что мастер был занят в других местах. См.: Филимонов 1873:23. — Ред.]

В июле и августе 1660 г. Ушаков руководил работами, которые в документах Оружейной палаты обозначены так: “чистили и починивали вольныя [наружныя] стены над алтарями соборной (Успенской) церкви” или: “починивали в Успенском соборе стенное письмо” (с восточной стороны и над северными входными дверьми, что от патриаршего двора). В одной из справок Оружейной палаты о работах Ушакова читаем: “В прошлом 168 (1660) году, по указу великого государя и по наряду из Оружейной палаты, починивали соборную церковь Пречистыя Богородицы Успенского собора стенным письмом, и в время у починочного дела стенного письма в начале был и над мастерами в досмотре знаменщик и иконник Симон Ушаков. Да в том же году он же, Симон, починивал в Успенском же соборе чудотворныя иконы образ Пречистыя Богородицы письма Петра митрополита”.

В течение тех же летних месяцев (июля и августа) 1660 г. Ушаков был во главе и иконописцев, писавших царские двери для церкви преп.-муч. Евдокии, что у великого государя в Верху, во дворце.

В сентябре 1660 г. Симон Федорович Ушаков руководил иконописными работами в церкви “Пресвятыя Богородицы Покрова, что у Троицы на Рву”, где кормовые иконописцы “Спасов образ местной да северную дверь вновь писали и починивали пять икон местных да царские двери” (Оп. 32. Стлб. 169 г. № 1313).

Осенью того же года Ушаков реставрировал в Благовещенском соборе икону Богоматери Млекопитательницы, в росписи 1660 г. называемую Барловскою с Предвечным Младенцем у сосца.

В том же 1660 г. году Ушаковым были также выполнены следующие работы: сочинены рисунки травных украшений для деревянной скамьи, написаны драгунские знамена и сочинены для них рисунки на бумаге, реставрирована и покрыта олифою икона Нерукотворенного образа в бархатном киоте, со створами, которая находилась в придворной церкви преп.-муч. Евдокии, написаны киотные створы с изображениями Афанасия Афонского и архангела Гавриила, написана икона Знамения Божией Матери на кипарисовой доске для царевны Ирины Михайловны.

В феврале 1661 г. Ушаков вместе с оружейного дела мастерами Григорием Вяткиным и Василием Титовым был командирован из Оружейного приказа в Казенный к боярину Илие Даниловичу Милославскому “для заводу монетнаго дела” (возможно, Ушаков изготовлял рисунки для монет).

В марте 1661 г. Ушаков выполнил чернилами на бумаге чертеж течения реки Дона — от Воронежа до Азова, причем рисунок брал с изображения на столовой доске (стол этот находился в комнатах государя), изготовил также раскрашенную карту Швеции и рисунки четырех евангелистов. Эти рисунки и карта были сделаны для Приказа тайных дел. Тогда же Ушаков при участии иконописца Федора Елизарьева реставрировал икону Нерукотворенного образа у великого государя на сенях (очевидно, храмовый образ Верхоспасского собора).

Весной 1661 г. Ушаковым было написаны иконы святых покровителей членов царской семьи: св. Алексей митрополит, Ангел-Хранитель, мученица Агафья на кипарисной доске и св. муч. Феодор Стратилат. Последняя икона, согласно заявлению Ушакова, написана была им в меру возраста новорожденного царевича Федора Алексеевича. [См. список сохранившихся произведений]. Образ в начале XX века находился в Архангельском соборе над гробом царя Феодора Алексеевича с западной стороны на северном среднем столбе вверху, среди небольших икон; размер 10 1/2 Ѕ 3 вер. В середине XIX века (до 1873 г.) он был искажен неискусными реставраторами На иконе были золоченый оклад и гривна, украшенные драгоценными камнями.

В начале ноября 1661 г. Ушаков “серебрил на пяти знаменах кресты” (Оп. 34. № 835. Запись под 8 ноября 170 г.).

В отдельной росписи указаны также и другие работы Симона ушакова, выполненные им с июня 1661 г. по февраль 1662 г.: “починивал … минеи месячные государю вверх… образ Воскресения Христова государыне царевне Ирине Михайловне, знаменил и на мушкеты печати орлы в клеймах…и расцвечивал очищал комнату у государя вверху пред праздником Рождества Христова, олифил образ Успения Пресвятыя Богородицы, знаменил по серебру на ложи звери и птицы и травы, знаменил на многих листах немецкие и руские персоны и расцвечивал по бумаге, государю вверх, знаменил и под рог змия на поддоне” (Оп. 32. Стлб. № 1308 169 г.).

В конце 1662 г. Ушаков подал челобитную о выдаче жалования, где указал ряд выполненных им работ в 1660–1662 гг.: “Царю государю и великому князю Алексею Михайловичу всея Великия и Малыя и Белыя Росии самодержцу бьет челом холоп твой иконописец и знаменщик Симка Ушаков. По твоему, великаго государя, указу, починивал в великой соборной церкви стенное письмо и над мастерами присматривал, да починивал образ Богородицын Петра митрополита писмо, да починивал образ же Богородицын у сосцу Ея Превечнаго Младенца, да знаменил — писал стенным письмом на Троицком Богоявленском монастыре и обонными сторонами церковь Федора Стратилата и над мастерами присматривал, а мастерам было корму по десять алтын на день, а з дворцов корм даван же, да им же и в приказ денег дано, а мне, холопу твоему, по два алтына на день, а в приказ ничего не дано [Работы в Троицком Богоявленском монастыре были исполнены в 1662 г., здесь Ушаков “знаменил в церкве стенное писмо и около всей соборной церкви во шти местех обонные стороны и над мастеровыми людми в досмотре у того дела был” (Успенский, 1910) – Ред.].. Да я же, холоп, писал образ Живоначальныя Троицы да преподобныя матери нашея Феодосии девицы на мере государыни царевны Феодосии Алексеевны, да писал местной образ деисус и Марии Египетцкия и у твоего государева комнатнаго окна у золоченья был, и за такия розныя дела порознь моим товарищам твое государево жалованье было сукна и камки давано и платье давано, а мне, холопу твоему, ничего не дано и платья не делавано. Милосердный государь царь и великий князь Алексей Михайлович всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец, пожалуй меня, холопа своего, для святых икон за мое службишко — вели, государь, своего государева жалованнья мне холопу твоему — платье зделать или что тебе великому государю обо мне Бог известит. Царь государь, смилуйся — пожалуй” (Оп. 32. № 1361 171 г.).

3 декабря 1662 г. Симон Ушаков был пожалован новым платьем: “по государеву указу, околничей и оружейничей Богдан Матвеевич Хитрово приказал иконописцу и знаменщику Симону Ушакову за ево Симонову многую работу иконнова писма и за иные розные дела государева жалованья зделать ему Симону платья на казенном дворе против Степана Резанца однорядку вишневую кармазинова сукна с пуговицы серебряными с позолочеными, ферези дорогилны, кафтан камчатой, шапка гарлатная с лисицею, шуба под добрым сукном, штаны суконные, и о том платье послать память на казенной двор”. Дело оканчивается следующей припиской: “По сему великого государя и по выписке память в казенной приказ послана. Взял сам Симон” (Там же).

В 1663 г. с 10 июля по 1 сентября Симон Ушаков руководил реставрацией иконы из иконостаса главного храма в Благовещенском соборе согласно царскому указу: “в соборной церкви Благовещения местныя иконы и деисус сполна починить и изолифить заново” (Стлб. 170 г. № 449. Здесь 170 г. указан, вероятно, по ошибке лица, писавшего роспись. Стлб. 170 г. № 436. Стлб. 170 г. № 540). В августе и сентябре того же года Ушаков руководил работами в Успенском соборе, где кормовые иконописцы писали “Спасов образ и архангелов и святителей” на наружней стене собора “с полуденной страны” “над дверьми стенное письмо” и “около дверей по дугам травы” (Стлб. 171 г. № 189, 541 и 542; Стлб. 172 г. № 21). С 9 по 13 сентября под руководством Ушакова, иконописцы “красили станки… к пищалям их карабинам розными цветы” (Стлб. 172 г. № 13).

До 1 сентября 1663 г. Ушаков также “починивал с мощми образ Пресвятыя Богородицы” (Оп. 32. Стлб. № 1362 171 г.) и вместе со Степаном Резанцем, Федором Козловым, Иваном Леонтьевым и Федором Зубовым написал “знаме… чертеж, что в Семеновском… государева смотру… да образ Пресвятые Богородицы на медной цке на Дон” (Стлб. 172 г. № 536). До 1 декабря 1663 г. Ушаков написал “Богородицын образ для опыту новой вохры, на хоруговь писал по тавте по обе стороны два Нерукотворенных Спасовых образов на убрус со аггелы” (Стлб. по Оп. 32. 172 г. № 1386) (Успенский 1910).

В начале 1660-х гг, еще до поступления в Оружейную палату, Симон Ушаков активно писал иконы по заказу частных лиц, как светских, так и духовных, в частности митрополита Рязанского и Муромского Иллариона и игумена московского Сретенского монастыря Дионисия (см. список сохранившихся произведений, №№ 8-10). Для князей Черкасских в ц. Воскресения в их нижегородской вотчине с. Павлове им после 1662 г. были написаны иконы “Богоматерь Казанская”, “Сошествие во ад”, “Спас Вседержитель”, “Богоматерь Смоленская”, “Иоанн Златоуст, Василий Великий, Григорий Богослов и Николай Чудотворец”, а также шесть икон на Царские двери (Макарий 1857:302-306).

С 1660 г. Симон Ушаков писал иконы во Флорищеву пустынь в Гороховецком уезде, настоятелем которой был его родственник иеромонах Илларион, с 1681 г. митрополит Суздальский (род. 13 ноября 1631 г., ум. 14 декабря 1707 г.; до принятия монашества был женат на сестре знаменитого в истории старообрядчества епископа коломенского Павла). Илларион отличался своим благочестием и обратил на себя осебенное внимание царя Феодора Алексеевича, который пожелал видеть его в первый раз, вероятно, в январе 1677 г., когда последний был в Москве “некиих монастырских потреб ради”. В “житии” Иллариона сообщается, что когда царь, узнав о прибывании Иллариона в Москве, приказал найти и пригласить его к себе, — то “посланнии… обретоша преподобнаго… в дому царскаго иконописца Симона Ушакова, понеже тамо, приехав к Москве, пребывал, зане в родстве той иконописец преподобному бяше”.

Останавливались у Ушакова и те из братии Флорищевой пустыни, которых Илларион посылал в Москву по разным делам. В житии Иллариона, между прочим, сообщается о следующем случае. Однажды трое флорищевских старцев, будучи в доме Ушакова, ночью “отправляли заповеданное им монастырское правило, возсылая к Богу свои прилежныя молитвы со слезами, и вдруг от богодуховных уст их начало исходить огненное пламя до самых небес, между тем как в храмине не было зажжено ни одной свечи. И увидели тот огонь, до небес восходящий, сторожа, стоящие у Спасских ворот города Кремля, очень смутились и пристально стали смотреть в ту сторону, полагая, что это пожар. Потом пришли в удивление от необычайнаго пламени и между собою говорили: если бы что загорелось, то теперь было бы больше полымя и появился бы сильный дым; а этот пламень без дыма, и каков был сначала, таков и теперь. И посоветовавшись, пошли они на тот пламень, чтоб разведать истину, и дошли до дома, где пребывали в молитве ученики Иллариона. Симон Ушаков ввел их в храмину к молящимся старцам, но там не было никакого огня, ни света; а когда стражи от них вышли, огонь опять начал от той храмины восходить до небес. И познали тогда пришедшие и хозяин дома, что пламень тот не иное что, как молитвы, которыя восходят к Богу от уст тех благочестивых старцев” (Успенский 1910. Со ссылкой на: Буслаев 1861). Осебенно интересно сказание жития Иллариона о ночном видении последнего, касающемся вопроса о выборе храмовой иконы для новой монастырской церкви.

Согласно житию Иллариона, Симон Ушаков написал для Успенского собра Флорищева монастыря четыре иконы: “Успение” (см. список сохранившихся произведений, № 12), “Спас на престоле”, “Богоматерь Кипрская (Киккская)” (см. список сохранившихся произведений, № 33) и “Богоматерь Владимирская”, имевшая дополнительные изображения на полях: на верхнем — Коронование Богоматери, Зосима и Савватий Соловецкие, на нижнем — Положение пояса Богоматери, Ефрем и Софроний патриарх, на боковых — апостолы Петр и Павел. Еще одна “Богоматерь Владимирская”, имеющая автограф Ушакова, находилась в алтаре храма, 7, 33).

В декабре 1663 г. Ушаков был переведен из Серебряной палаты в Оружейную: “Лета 7172-го, декабря в 15 де, по государеву цареву и великого князя Алексея Михайловича всеа Великая и Малыя и Белыя Росии самодержца указу, околничему и оружейничему Богдану Матвеевичу Хитрово да столнику Афанасию Ивановичу Нестерову да дьяку Лариону Иванову. В Приказе серебряных дел был у государева дела знаменщик Симон Федоров, и в нынешнем во 172-м году сентября с 1-го числа знаменщику Симону в Приказе серебряных дел быть не велено, а по указу великого государя велено ево Симона ис Приказу серебряных дел отослать в Оружейную палату для иконного писма, а великого государя жалованья денежной и хлебной оклад было ему денег дватцать пять рублев, хлеба — ржи и овса пятдесят две чети, корму по осми денег на день” (Оп. 32. Стлб. 172 г. № 1389).

В начале весны 1664 г. Ушаков просил о прибавке жалования, отметив, что несмотря на переход в Оружейную он продолжает работать знаменщиком для серебряников: “Царю государю и великому князю Алексею Михайловичу всея Великая и Малыя и Белыя Росии самодержцу бьем челом холоп твой иконописец Симанко Ушаков. По твоему государеву указу, переведен я, холоп твой, из Серебряные полаты в Оружейную полату и с окладом, а в Серебряной полате корму мне было по осми денег на день да в Оружейной полате по два алтына на день, итого корму мне, холопу твоему, по гривне на день против городовых иконописцев и кормовых, да пожалованы дворцовым кормом для святых икон и для рождения благовернаго царевича и великого князя Федора Алексеевича. А и прежде сего, государь, твое государево жалованье было мне, холопу твоему, в Смоленску на службе корму по гривне-ж на день, да по твоему-ж государеву указу, как был я, холоп твой, у патриарших дел, и тамо давано корму по гривне ж на день сверху съястного корму, а ныне, государь, у меня корму убавливают — что было в Серебряной полате — по осми денег на день не дают в Оружейной палате, как переведен стал, а дела золотое и серебреное дают. А и в Оружейной полате иконописцу Апостолу греку корм идет на день по гривне-ж, а я, холоп твой, ожидал впредь еще твоей великого государя милости для святых икон, как и прочим чинам, как послужать, а иных чинов оклады выше и число их многое. Милосердный государь царь и великии князь Алексей Михайлович всеа Великия и Малыя и Белыя Росии самодержец, пожалуй меняп холопа своегоп для святых икон — не вели, государь, у меня выслуженого денежного корму убавить, что было в Серебряной и в Оружейной полате по гривне на день, и тот давать корм в Оружейной полате, чтоб мне холопу твоему з домишком не разоритца. Царь государь, смилуйся — пожалуй” (Оп. 32. Стлб. 172 г. № 1388). Вследствии этой челобитной, 1 апреля 1664 г., околничий и оружейничий Богдан Матвеевич Хитрово “приказал иконописцу Симону Ушакову для ево иконнаго мастерства и для того, что он у его государских дел бывает безпрестанно, учинить ево великого государева жалованья поденного корму по гривне на день для того, как он был в Серебряной полате и в то время всякие верховые дела делывал и из Оружейные полаты и ему давано по гривне ж на день, а и преж сего как он бывал у ево государских дел, и ему по гривне ж на день давано” (Там же).


следующая страница >>



Иногда людям кажется, что они ненавидят лесть, в то время как им ненавистна лишь та или иная ее форма. Франсуа Ларошфуко
ещё >>