Рецепция символа святого грааля: от эпохи средневековья до наших дней - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
«По следам Индиана Джонса» 1 12.43kb.
Урок №3. Литература эпохи средневековья. Данте алигьери «божественная... 1 52.43kb.
В поисках святого грааля 7 1046.94kb.
Рецепция австрийской литературы эпохи бидермайер в творчестве томаса... 2 374.53kb.
Изучение Европейского Средневековья в России переживает эпоху открытий. 1 201.38kb.
Культура европейского средневековья 1 17.54kb.
Ренессанс и реформация 1 159.61kb.
От Ромула до наших дней (из истории искусства спора) 1 141.88kb.
Вдох глубокий, руки шире, Не спешите три-четыре! 1 47.2kb.
Рецепция творчества Германа Гессе в советской культуре 1960-х 1970-х... 4 838.67kb.
История России с древнейших времен до наших дней в вопросах и ответах. 32 5844.56kb.
Ник Горькавый 42 6086.21kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Рецепция символа святого грааля: от эпохи средневековья до наших дней - страница №1/1


НП «СИБИРСКАЯ АССОЦИАЦИЯ КОНСУЛЬТАНТОВ»

http://sibac.info


РЕЦЕПЦИЯ СИМВОЛА СВЯТОГО ГРААЛЯ: ОТ ЭПОХИ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ ДО НАШИХ ДНЕЙ

Мельникова Екатерина Григорьевна

аспирантка кафедры теории и истории культуры,

Факультет «Философии человека» РГПУ им. А. И. Герцена

г. Санкт-Петербург

E-mail: ca_mel@mail.ru
Устройство человеческой психики таково, что при изменениях социокультурных условий – кризисом нравственных ценностей, культурной идентичности, как личности, так и социума в целом, характерно обращение к культурному наследию прошлого, где, в частности, одно из значимых мест принадлежит средневековым символам. В связи с ремифологизацией сознания современного человека обращение и увеличение интереса к символам эпохи Средневековья является естественным процессом, происходящим в массовой постмодернистской культуре. Прежде всего, символы репрезентируются в художественных текстах, где их традиционная средневековая семантика трансформируется в формы, адекватные ментальностям современного социума. Одним из древнейших и важнейших символов эпохи Средневековья является Грааль. Этот таинственный образ, выходящий за границы реальности, преследует европейского человека и на протяжении, как минимум, восьми веков служит универсальным идеалом западной культуры. Рецепция этого символа, произошедшая в эпоху постмодернизма, привнесла новые коннотативные значения в трактовку семантики этого символа в текстах современной культуры. Данная работа посвящена анализу трансформации семантики образа Грааля в художественных произведениях от эпохи Средневековья до наших дней. Для упрощения понимания современных смысловых трансформаций обратимся к истории изучаемого образа.

Происхождение слова Грааль (старофранц. Graal, Grâl, лат. Gradalis) [1, с. 317] вызывает споры у лингвистов-этимологов.

По одной из версий оно образовано от латинского слова gradale, зафиксированного в IX в. и обозначавшего «блюдо» или «чашу». Латинское слово могло происходить от греческого сratalem (греч. κρατης – krater [1, с. 317]), обозначавшего плоскую чашу с двумя ручками, хотя, у римлян существовал другой похожий предмет сервировки, называвшийся garalis – сосуд для хранения рыбного соуса, изготавливавшегося из анчоусов, одного из основных ингредиентов, необходимых в кухне римлян. Гаралисы делали из стекла, у этих сосудов были ножки и ручки [7, с. 245].

Существует также французское слово gradale – сборник церковных гимнов и псалмов или graduale – церковное песнопение, то есть, словом graal могли называть книгу, использующуюся в церковной службе [1, с. 317].

Другая традиция возводит происхождение слова grail из слова cratis (ср. ирл. cryol «корзина изобилия» [1, с. 317]), обозначавшего плетеную корзину, которая с течением времени стала обозначать блюдо. В любом случае, слово вошло в европейские языки из Каталонии, язык которой близок к наречию юга Франции, к району Труа, из которого происходил автор первого романа о Граале, Кретьен де Труа.

Таким образом, одно слово, по мнению этимологов, может происходить от слов, обозначавших пищу телесную и духовную. Рыбные мотивы в связи с этим предметом сервировки тоже кажутся неслучайными – рыба была символом Христа и христианства, ибо апостолы были рыбаками как фактически, так и метафорически – улавливали души, как рыбаки рыбу.

В различных версиях средневековых легенд о Граале существуют два основных сюжета, дошедших до нас из евангелий, в том числе и апокрифичных (Евангелие от Никодима, Евангелие от Петра), и средневековых романов о короле Артуре и рыцарях Круглого стола.

В Евангелии от Никодима говориться о том, что Грааль – это чаша, первоначально служившая Христу и апостолам во время Тайной вечери, то есть он был потиром первой литургии. После распятия Христа в эту чашу Иосиф Аримафейский собрал его кровь как последний священный дар Учителя [5, с. 138]. Всё это ставит Грааль в ряд евхаристических символов, поэтому легенды о нём часто переплетаются с рассказами о чудесных видениях, удостоверявших «реальность» пресуществления хлеба и вина в тело и кровь Христа.

Образ Грааля как золотого сосуда, украшенного «разными каменьями, самыми богатыми и драгоценными, какие только можно было найти под водой и на земле» [6, с. 10] встречается в цикле легенд о короле Артуре и рыцарях Круглого стола во французском стихотворном романе конца XII в. Кретьена де Труа «Персеваль, или Повесть о Граале» (1181-1191 гг.).

У Роберта де Борона в его произведении «Роман о Граале» (1190-1191 гг.) – это волшебный сосуд, в котором для жаждущих и алчущих не иссякает ни питье, ни яства, служивший при Тайной вечери. Этот святой сосуд был утаен и сохранен учеником Иисуса Иосифом Аримафейским, а в страшный день распятия в эту чашу Грааля Иосиф собрал кровь спасителя. Таким образом, морфология образа Грааля в романе Робера де Борона в целом совпадает с трактовкой предыдущих авторов, но у него появляется и коннотативное значение – Грааль наделяется способностью насыщать своих хранителей различными напитками и яствами. Эта черта, играющая важную роль в легендах, сближает Грааль с мифологическими символами изобилия (рог козы Амалфеи в греческой мифологии, котёл в мифах и ритуалах кельтов и др.), но также с христианской мистикой причащения как «хлеба ангелов» и манны небесной.

Другой сюжет наиболее полно передал в своем романе «Парцифаль» (1200-1210 гг.) немецкий поэт и миннезингер Вольфрам фон Эшенбах. В его произведении Грааль – это уже не чаша евхаристии, а драгоценный камень (изумруд), выбитый архангелом Михаилом из короны Люцифера, когда он был низвергнут в безну. Из этого камня и была сделана чаша, из которой пил Христос на Тайной Вечере [13, с. 194]:

«И перед залом потрясенным

Возник на бархате зеленом

Светлейших радостей исток,

Он же и корень, он и росток,

Райский дар, преизбыток земного блаженства,

Воплощенье совершенства,

Вожделеннейший камень Грааль…».

Таким образом, Грааль становится духовным символом, приносящим насыщение не только физическое, но и моральное.

Следовательно, в сохранившихся до наших дней произведениях средневековой литературы образ Грааля имеет две морфологические трактовки: чаши и камня, каждая из которых несет определенное символическое значение в текстах культуры эпохи Средневековья.

Прежде всего, морфологически Грааль выражается в форме чаши, воплощая в себе идею собирания. Это символ устремления к духовной и физической пище, психического здоровья и бессмертия. В христианстве чаша стала символом жертвенного сердца Христова, дарующего Божье милосердие, искупающее грехи. В средневековых легендах о поисках Грааля чаша символизирует совершенную природу, открывающуюся лишь чистым духом и искренним сердцем, дарующую духовное просветление и знание [12, с. 299].

Если смотреть сверху, чаша представляет собой круг с точкой в центре – открытое око Бога, символ Вселенной, проекция образа мира в планет. Точка в центре подобна вершине, которая поддерживает и собирает все, именно с вершины можно увидеть единство жизни во всех ее проявлениях. Это так же астрологический символ Солнца и алхимический символ золота [12, с. 103].

К.Г. Юнг рассматривает чашу как символ стремления человека найти собственный центр и, по существу, как женский символ, который принимает и отдает [12, с. 299].

Не менее интересна и разнообразна символика камня. Он является естественным символом определенности, устойчивости, незыблемости, неизменности, крепости [12, с. 682]. Культ камня был распространен у всех семитских народов: Моисей получает каменные скрижали, образ жертвенника как камня символически связывает Ветхий Завет с Новым [12, с. 685]. Также во многих местах Библии под камнем подразумевается Христос. В этих случаях указывается, что речь идет о духовной скале, твердости и несокрушимости духа [9, с. 191]. Эзотерический смысл символа камня раскрывается Христом в притче о доме, построенном на камне, не боящемся ненастья. Кроме того, надежность и неразрушимость каменного основания раскрывается в библейском образе Святого Петра как основателя Церкви [12, с. 685, 688].

Символика образа Грааля у Вольфрама фон Эшенбаха коррелирует с жемчужиной, которая крепиться на лбу индуистского бога Шивы и трактуется как «орган вечности» [2, с. 134]. Более того, изумруд, которым является этот камень, выбитый из короны Люцифера, символизирует бессмертие, надежду, юность, верность. Считается, что камень помогает только человеку с чистой совестью, а злому и лживому приносит несчастье [12, с. 702].

Таким образом, традиционная трактовка образа Грааля в средневековых художественных произведениях морфологически и семантически сводиться к образам чаши или камня. Семантика обоих символов, выражающая святость, жертвенность и в то же время твердость и неизменность в движении к цели, достижение которой дарует бессмертие, является сакральной для христианства. В культуре Средневековья поиск Грааля есть поиск собственного «Я», Центра опоры, обретение которого знаменует возвращение в первоначальное состояние, к изначальной вечности [2, с. 134-135].

Образ Грааля в современной литературе трансформируется под влиянием различных квазиисторических теорий и массовой культуры.

Одна из самых популярных теорий, касающаяся интерпретации образа Грааля, была изложена в книге английских исследователей М. Бейджента, Р. Ли и Г Линкольна «Святая Кровь и Святой Грааль», которая вдохновила американского писателя Д. Брауна на создание своего конспирологического шедевра массовой литературы «Код да Винчи».

В книге выдвигается гипотеза о том, что Грааль – это женщина, которая была супругой Иисуса Христа и матерью его отпрыска Мария Магдалина. Утверждается, что эта женщина стала родоначальницей королевской династии (фр. San Greal – «Святой Грааль» по другой разбивке Sang Real – «королевская кровь» [4, с. 303]) Меровингов, которые впоследствии вынуждены были скрывать свое благородное происхождение и вести жизнь под защитой тайного общества, известного под названием Приорат Сиона. Следовательно, символическое изображение Грааля как сосуда или чаши – это лишь метафора, использующаяся для сокрытия истинного значения: «Символ этот призван подчеркивать женское начало, женственность, плодородие. <…> Грааль есть не что иное, как древний символ женственности, он символизирует священное женское начало и богиню» [4, с. 288].

Таким образом, современная неканоническаяч семантика образа Грааля, воплотившаяся в произведении Д. Брауна «Код да Винчи», сохранила морфологическое воплощение в образе чаши или цветка розы, но утратила традиционное значение сосуда, в который была собрана кровь распятого Христа. Грааль в постмодернистской трактовке приобрел антропоцентричную направленность, утратил символическое значение святости в открытом, общепризнанном плане, стал предметом таинственным и загадочным. Цветок розы также является древним символом женственности, красоты, совершенства, плодородия, молчания и тайны, тем самым дублируя современные коннотационные значения чаши. Грааль-женщина-роза сохранила сакральность только для ограниченного количества людей, и те, кто был приобщен к тайне истинной природы чаши, также могли совершить паломничество, чтобы «помолиться отверженной, утраченному священному женскому началу» [4, с. 311]. Такое путешествие становится символическим поиском истины, которая, как и в традиционной трактовке, открывается «только достойным» [4, с. 510].

Еще более неоднозначную трактовку образа Грааля предложил в своем романе «Баудолино» итальянский медиевист и семиотик У. Эко. Морфологически образ Грааля является традиционным: «Это самая наиценная реликвия крещеного мира, чаша, в которой Иисус освятил вино Тайной Вечери и куда Иосиф Аримафейский сцедил кровь из ребра Христа распятого» [11, с. 151-152]. По рассказам, которые слышал один из героев романа, Братина «наделена исключительными качествами»: «владея ею, рыцарь приобщается к семени избранничества» [11, с. 152]. Такими качествами наделяется лишь мифический Грааль в фантазиях героев романа, в реальности чаша утрачивает сакральное значение, не является тайной, открытой только для избранных, а становиться простой деревянной плошкой, которую один из героев выдает за истинную чашу. Фальсифицированная реликвия лишена каких-либо сверхъестественных способностей, но по-прежнему наделяет ее обладателя властью и престижем в глазах людей незнающих о том, что она не настоящая.

В данном произведении Грааль символизирует недостижимую вечную мечту человечества о священном предмете, обладание которым даровало бы покой, уверенность, власть и бессмертие. Такого предмета не существует, он создается человеческими руками или умом, а в него начинают верить как в божественный дар. Кроме того, именно в погоне за мечтой о Граале многие люди теряли покой, искали его «днями и ночами, год за годом и век за веком» [11, с. 563].



Таким образом, в художественной литературе существует множество трактовок образов Грааля, их смыслы переплетаются в попытке передать великое и глубокое понятие, которое невозможно определить одним словом. Трансформации морфологии и семантики образа Грааля в мировой художественной литературе свидетельствуют о широте и масштабности этого образа, созданного человеческим воображением. Чаша и камень, женщина и роза – образы и символы Грааля не принадлежат одной культуре, времени и месту. Грааль всегда означает самое главное, без чего жизнь человека теряет смысл – это указание пути духовного поиска самого себя, центра, без которого не ясна цель движения, не с чем оценивать пройденное. Поиски современным человеком своей идентичности, индивидуальности повлекли за собой обращение к прошлому и возрождению интереса к Граалю, образ которого трансформируется в соответствии с современными социокультурными условиями. Сегодня человечеству необходимо найти путь своего дальнейшего развития. Каждый из нас ищет свою мечту и добивается ее, не догадываясь, что это и есть его личный Грааль, который ждет своих искателей и верных хранителей.
Список литературы:

  1. Аверинцев С. С. Грааль // Мифы народов мира: В 2 т. Т. 1. / Гл. ред. С. А. Токарев. – М.: Советская энциклопедия, 1987. – 671 с.

  2. Андреева В., Ровнер А. Грааль, святой // Энциклопедия символов, знаков, эмблем / Авт.-сост. В. Андреева и др. – М.: ООО «Издательство Астрель»; ООО «Издательство АСТ», 2004. – 556 с.

  3. М. Бейджент, Р. Ли, Г. Линкольн Святая Кровь и Святой Грааль. – М.: Эксмо, 2007. – 446 с.

  4. Браун Д. Код да Винчи. – М.: АСТ, 2006. – 542 с.

  5. Кокс С. Взламывая код да Винчи: путеводитель по лабиринтам тайн Дэна Брауна. – М.: АСТ, 2005. – 248 с.

  6. Кривошеина А. Тайна Грааля // Человек без границ. – 2006. №8. – 12-16 с.

  7. Культурология. Большой толковый словарь. / сост. Б. И. Кононенко. – М.: АСТ, 2003 – 512 с.

  8. Майер Р. В пространстве – время здесь… История Грааля. – М.: Энигма, 1997. – 352 с.

  9. Похлебкин В. В. Словарь международной символики и эмблематики. – М.: Международные отношения, 2001. – 560 с.

  10. Романчук Л. Феномен средневековья и Святой Грааль // Порог ‒ №6 ‒ 2004. – 22-27 с.

  11. Эко У. Баудолино. – СПб.: «Симпозиум», 2007. – 576 с.

  12. Энциклопедия символов / сост. В. М. Рошаль. – М.: АСТ; СПб.: Сова, 2007. – 1007 с.

  13. Эшенбах В. фон Парцифаль. // Хрестоматия по литературе Средневековья: В 2 т. Т. 2. – СПб.: Азбука-классика, 2003. – 186-204 с.




Материалы международной заочной научно-практической конференции

«СОВРЕМЕННЫЕ ТЕНДЕНЦИИ ОБЩЕСТВЕННЫХ НАУК: ПОЛИТОЛОГИЯ, СОЦИОЛОГИЯ. ФИЛОСОФИЯ»

03 МАЯ 2011 Г.






И нашел я, что горче смерти женщина, потому что она — сеть, и сердце ее — силки, руки ее — оковы. Екклесиаст, 7, 26
ещё >>