Право денежного обращения как подотрасль финансового права - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Рабочая программа дисциплины финансовое право 1 132.37kb.
Задания муниципального этапа всероссийской олимпиады школьников по... 1 143.57kb.
Программа «Философия права» Раздел I. Общие проблемы философии права. 1 34.34kb.
1. Гражданское право как отрасль частного права. Принципы гражданского... 3 430.08kb.
Лекция на тему №8: Правовые основы денежного обращения в РФ. 1 279.64kb.
Программа спецкурса «жилищное право» 1 64.34kb.
Лекции раскрываются современные представления о сущности и функциях... 1 96.26kb.
Задания I тура по экономике 1 уровень 1 44.59kb.
История развития государственного финансового контроля в России от... 3 638.78kb.
Экзаменационные вопросы по курсу "земельное право" 1 45.45kb.
Правоведение право в системе общественных отношений 1 64.56kb.
Вопрос: Почему информацию считают объектом собственности? 3 624.17kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Право денежного обращения как подотрасль финансового права - страница №1/1

А. СИТНИК,

аспирант кафедры финансового права и бухгалтерского учета

Московской государственной юридической академии им. О.Е. Кутафина
ПРАВО ДЕНЕЖНОГО ОБРАЩЕНИЯ

КАК ПОДОТРАСЛЬ ФИНАНСОВОГО ПРАВА
В науке финансового права нормы, регулирующие общественные отношения, связанные с денежным обращением и валютным регулированием, традиционно рассматриваются в качестве двух самостоятельных институтов, входящих в Особенную часть финансового права. Подобной позиции, например, придерживается О.Н. Горбунова, выделяющая институт «деньги и денежное обращение» и институт «валютного регулирования»1. М.И. Карасева также говорит о двух самостоятельных институтах: финансово-правовом институте «денежного обращения и расчетов» и финансово-правовом институте «валютного контроля»2. Сходную позицию занимает и Ю.А. Крохина, выделяющая институты «организации денежного обращения и расчетов» и «валютного регулирования и валютного контроля3. Между тем подобная точка зрения не единственная.

Так, Е.М. Ашмарина в своей статье «Структура финансового права РФ на современном этапе» выделяет право денежного обращения и валютное право в качестве подотраслей финансового права4. Развивая данные положения, указанный автор приходит к выводу, что «необходимо выделить денежное обращение в институт Общей части финансового права»5. Это же, по ее мнению, относится и к валютному регулированию.

В то же время А.И. Худяков считает, что институт «денежное обращение и расчеты» не относится к предмету финансового права, а является гражданско-правовым, поскольку регулирует денежную ветвь товарно-денежных отношений. По мнению данного автора, финансово-правовым является институт «правовые основы денежной системы», который входит в состав общей части, поскольку «этот институт имеет выход на все денежные отношения, в то время как финансовые отношения являются лишь частью их»6. В этот же институт он включает институт «валютного регулирования».

Аналогичную позицию занимает Д.А. Лисицын, который полагает, что «включение в состав финансового права таких институтов, как, например, «Правовое регулирование организации страхового дела», «Правовые основы банковского кредитования», «Правовые основы денежного обращения и расчетов», является неправомер­ным, поскольку данные институты в настоящее время выражают частные финансы либо вообще выражают денежные отношения, не являющиеся финансовыми»7.

Иной позиции в данном вопросе придерживается К.С. Бельский, утверждающий, что финансово-правовые нормы, регулирующие денежное обращение, образуют правовой институт эмиссионного права. Эмиссионное право, по его мнению, представляет собой «совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения в области эмиссионной деятельности Центрального банка РФ и кредитных учреждений (банков), направленная на организацию в стране наличного и безналичного денежного обращения»8. Как полагает данный автор, «эмиссионное право образует правовой институт, который входит в состав финансового права… через банковское (публичное) право»9. В то же время С.В. Запольский, рассматривая систему финансового права, отмечает стремительное формирование эмиссионного права в качестве отдельной подотрасли, в которую включается валютный контроль10.

Д.В. Винницкий указывает на то, что эмиссионное право (правовые основы денежного обращения) наравне с бюджетным и налоговым правом выступает основным компонентом финансового права11. По мнению автора, систему эмиссионного права образуют: 1) институт, закрепляющий основы денежной системы; 2) институт, регулирующий организацию наличного денежного обращения; 3) институт, регулирующий организацию безналичного денежного обращения; 4) институт, закрепляющий основные инструменты и методы денежно-кредитной политики12. Кроме того, Д.В. Винницкий не выделяет валютное право в качестве самостоятельного института финансового права, поскольку, по его мнению, «валютные отношения не направлены на формирование, распределение и использование публичных фондов денежных средств»13 – отношения, материальным объектом которых является валюта, возникают в рамках налогового, бюджетного и эмиссионного права и в рамках иных институтов финансового права.

С точки зрения И.А. Журавлевой и С.А. Крысина, в рамках финансового права необходимо выделять подотрасл14, объединяющую правовые нормы, регулирующие денежное обращение в Российской Федерации. Эта мысль была подхвачена и довольно последовательно развита в диссертационном исследовании В.П. Васильца15. По мнению данного автора, право денежного обращения, выступая подотраслью финансового права, включает в себя институты наличного денежного обращения, безналичного денежного обращения и институт валютного обращения.

Таким образом, как мы видим, вопрос о месте норм, регулирующих порядок денежного обращения, в системе отрасли финансового права, в науке не получил однозначного решения. Между тем, проанализировав существующие точки зрения, мы пришли к следующим выводам.

Во-первых, на наш взгляд, финансово-правовое регулирование обращения национальной и иностранной валюты должно осуществляться в рамках единого правового образования внутри отрасли финансового права.

По сути, институты денежного обращения и валютного регулирования имеют одинаковый объект правового регулирования – деньги, которые в первом случае выступают в форме национальной валюты, а во втором – иностранной.

Кроме того, зачастую отнесение тех и иных норм к одному из двух институтов оказывается весьма затруднительным. Так, например, нормы, регулирующие порядок установления валютных курсов, следует признать относящимися к обоим институтам, поскольку они устанавливают курс российского рубля к иностранной валюте, а следовательно, затрагивают вопросы денежного обращения национальной валюты и вопросы валютного регулирования.

Здесь же отметим, что основной целью валютного регулирования является защита денежной системы страны. Такая защитная функция проявляется в установлении правил направленных на снижение оттока денег за рубеж, защите национальной валюты путем ограничения сферы обращения иностранной валюты и т.д. Таким образом, валютное регулирование выступает одним из направлений регулирования денежного обращения.

Во-вторых, мы считаем, что в указанное правовое образование должны входить нормы, регулирующие расчетные отношения, поскольку именно расчеты опосредуют движение денежных средств. Между тем стоит отметить, что не все расчетные отношения входят в предмет финансового права, а лишь те, которые строятся на основе метода власти и подчинения. Расчетные отношения, основанные на равенстве сторон, входят в предмет гражданского права и не включаются нами в состав указанного правового образования.

В-третьих, по нашему мнению, финансово-правовые нормы, регулирующие отношения в сфере денежного обращения, входят в Особенную часть финансового права.

Как было правильно отмечено Е.Р. Денисовым, «функционирование финансовой системы в материальном смысле обеспечивается движением наличных денег и безналичными расчетами»16. Основываясь на этом, данный автор заключает, что денежное обращение необходимо рассматривать в качестве института Общей части финансового права.

Соглашаясь с выводом о фундаментальном значении денежного обращения для функционирования всей денежной системы, мы, в свою очередь, не можем согласиться с тем, что денежное обращение следует относить к институтам Общей части. Как известно, в Общую часть включаются нормы общие для всей отрасли права. Такие нормы отражают однородность предмета правового регулирования и имеют важное системообразующее значение. В науке финансового права к Общей части традиционно относят положения, закрепляющие основные понятия и принципы, правовые формы и методы осуществления финансовой деятельности, статус субъектов финансового права, формы, виды и методы финансового контроля, а также некоторые иные положения.

Как отмечается в теории права, общие (общезакрепительные) нормы относятся к специализированным нормам и не являются самостоятельной нормативной основой для возникновения правоотношения17. Между тем финансово-правовые нормы, регулирующие отношения в сфере денежного обращения, могут служить основанием для возникновения правоотношений, например расчетных или валютных.

В-четвертых, проанализировав указанные выше точки зрения на место права денежного обращения в системе финансового права, мы склонны согласиться с мнением, высказанным И.А. Журавлевой, С.А. Крысиным и В.П. Васильцом, о необходимости выделения особой подотрасли финансового права – права денежного обращения.

Для решения вопроса о выделении того или иного правового образования в качестве подотрасли в теории права применяются те же критерии, что и для выделения отраслей, а именно:


  1. предмет правового регулирования;

  2. метод правового регулирования;

  3. система права18.

Следует отметить, что в финансово-правовой науке предпринимались попытки определить предмет права денежного обращения. Так, например, В.П. Василец считает, что предметом права денежного обращения являются общественные отношения, возникающие по поводу процесса (порядка) движения денежных средств19. Между тем мы не согласны с подобным определением, поскольку оно представляется неоправданно широким. Такое определение, по сути, включает в себя все отношения, связанные с процессом движения денег. Однако финансовое право охватывает лишь часть названных отношений, которые должны отвечать определенным требованиям:

- такие отношения должны быть непосредственно связаны с предметом финансового права, т.е. должны складываться в процессе финансовой деятельности государства;

- финансовая деятельность государства охватывает лишь те отношения, которые связаны с организацией процесса движения денежных средств. Обусловлено это тем, что огромная часть денежного оборота происходит в сфере частных финансов. Государство не может предписывать субъектам гражданского оборота, на что тратить свои деньги, но оно может определить правила осуществления расчетов;

- процесс организации денежного обращения представляет собой постоянно осуществляемую, т.е. плановую, деятельность государства;

- организация денежного обращения заключается в установлении правил, определяющих порядок движения денежных средств, выраженных в национальной или иностранной валюте, существующих как в наличной, так и в безналичной форме;

- одним из участников отношений всегда является государство, выступающее в лице финансовых органов, наделенных властными полномочиями по отношению к другим участникам.

Таким образом, можно сказать, что предметом права денежного обращения являются общественные отношения, складывающиеся в ходе финансовой деятельности государства, направленной на планомерную организацию процесса движения денежных средств в наличной и безналичной форме, выраженных в национальной или иностранной валюте.

Поскольку право денежного обращения является подотраслью финансового права, его метод не может быть отличным от метода финансового права. Таким образом, можно сказать, что методом права денежного обращения выступает метод властных предписаний. В праве денежного обращения властные предписания носят преимущественно организационный характер. Кроме того, метод права денежного обращения характеризуется императивностью, определяющей неравенство сторон указанных отношений.

Система права денежного обращения представляет собой научно обоснованную группировку финансово-правовых норм, регулирующих порядок движения денежных средств. Основываясь на анализе нормы, входящих в предмет правового регулирования права денежного обращения, мы пришли к выводу о необходимости выделения Общей и Особенной частей права денежного обращения. Такое деление объясняется наличием объективно существующей группы норм, общей для иных отношений, регулируемых правом денежного обращения.

На наш взгляд, в Общую часть права денежного обращения входят нормы, определяющие:



  1. основные понятия – «деньги», «валюта», «денежная система», «денежно-кредитная» и «валютная политика» и т.д.;

  2. принципы построения денежной системы;

  3. правовые формы и методы регулирования отношений, связанных с обращением национальной и иностранной валюты;

  4. правила определения валютных курсов;

  5. нормы, определяющие правовой статус субъектов права денежного обращения (в частности, полномочия Центрального банка РФ по эмиссии денежных средств, правовой статус органов и агентов валютного контроля);

  6. виды и формы государственного контроля над оборотом денежных средств;

  7. ответственность за нарушение законодательства РФ о порядке обращения денежных средств.

Особенная часть права денежного обращения состоит из двух институтов – института денежного обращения в собственном смысле этого слова и института валютного регулирования.

В свою очередь, первый из названных институтов делится на два субинститута (подынститута): налично-денежного обращения и безналичного денежного обращения. Выделение названных правовых образований в качестве субинститутов, а не институтов20 обусловлено тем, что подотрасль права денежного обращения фактически возникает путем объединения финансово-правовых институтов «денежного обращения» и «валютного регулирования». Поскольку нормы, регулирующие порядок налично-денежного и безналичного денежного обращения, входят в состав института «денежного обращения», мы не видим смысла в том, чтобы выделять их в качестве самостоятельных институтов права денежного обращения.

Субинститут налично-денежного обращения включает в себя нормы, регулирующие общественные отношения, складывающиеся в ходе эмиссии наличных денежных знаков (банкнот и монет), их обращения и изъятия из обращения.

Субинститут безналичного денежного обращения образуют финансово-правовые нормы, регулирующие порядок выпуска в обращение безналичных денежных средств, а также правила осуществления безналичных расчетов и их формы.

Институт валютного регулирования включает в себя нормы, определяющие валютный режим, порядок проведения валютных операций и валютный контроль.

Таким образом, можем сделать вывод: право денежного обращения, выступая в качестве подотрасли финансового права, представляет собой совокупность правовых норм, регулирующих общественные отношения, складывающиеся в ходе финансовой деятельности государства, направленной на планомерную организацию процесса движения денежных средств в наличной и безналичной форме, выраженных в национальной или иностранной валюте.

В ходе деятельности, направленной на организацию денежного обращения, государство посредством своих компетентных органов вступает в урегулированные нормами права денежного обращения общественные отношения с иными субъектами права, т.е. в правоотношения в сфере права денежного обращения21.

Правоотношения в сфере права денежного обращения обладают следующими особенностями:



  1. они возникают в процессе финансовой деятельности государства;

  2. обязательной стороной таких отношений является государство;

  3. они возникают по поводу денег;

  4. права и обязанности участников отношений, регулируемых правом денежного обращения, опосредуются не договором, а нормативным правовым актом, предусматривающим основания возникновения, изменения и прекращения указанных отношений;

  5. наличие властных полномочий у органа, выступающего участником правоотношений в сфере права денежного обращения от имени государства.

Правоотношение в сфере права денежного обращения, как и любое другое правоотношение, имеет трехзвенную структуру: субъект, объект и содержание указанного правоотношения.

Субъектом правоотношения в сфере права денежного обращения признается реальный участник конкретного отношения, наделенный правами и обязанностями.

Как уже было отмечено, одна из особенностей правоотношений в сфере права денежного обращения состоит в том, что одной из сторон в них всегда выступает государство. В такие правоотношения государство вступает посредством своих уполномоченных органов. В качестве другой стороны могут быть иные государственные органы, субъекты Российской Федерации, муниципальные образования, их органы, физические и юридические лица, иностранные государства и международные организации.

Объект правоотношений – это то, на что направлена деятельность субъектов, то, по поводу чего такие правоотношения складываются. Объектом правоотношений в сфере права денежного обращения выступают деньги, которые могут существовать в наличной или безналичной форме, в форме иностранной или национальной валюты.

Содержание правоотношений в сфере права денежного обращения составляют субъективные права и юридические обязанности его участников. Права и обязанности участников указанных правоотношений взаимосвязаны и взаимообусловлены. Это означает, что праву одной стороны корреспондирует обязанность другой стороны, и наоборот. Таким образом, это значит, что права и интересы одной из сторон правоотношений в сфере права денежного обращения могут быть реализованы через деяния другой стороны.

Как уже было отмечено, правоотношения в сфере права денежного обращения характеризуются неравенством сторон. Это обусловлено наличием властных полномочий у органа, выступающего в качестве участника правоотношений от имени государства. Такие органы имеют право выдавать предписания, обязательные для иных участников правоотношений.

Права и обязанности сторон закрепляются в законах и иных нормативных правовых актах, а их соблюдение гарантируется силой государственного принуждения.

Возникновение, изменение и прекращение правоотношений в сфере права денежного обращения связано с наличием юридических фактов. Под юридическими фактами понимаются конкретные обстоятельства, с которыми нормы связывают возникновение, изменение или прекращение правоотношений. Особенность юридических фактов в сфере права денежного обращения заключается в том, что они должны содержаться в нормативных правовых актах.

Правоотношения в сфере права денежного отношения могут быть классифицированы по различным основаниям. Так, в зависимости от выполняемых функций они делятся на регулятивные и охранительные. Регулятивные правоотношения, возникающие на основании регулятивных норм права, направлены на обеспечение реализации правомерного поведения их участников. В сфере права денежного обращения регулятивные правоотношения составляют абсолютное большинство. Примерами таких правоотношений могут служить отношения по установлению прав и обязанностей субъектов, в частности прав и обязанностей Центрального банка по организации наличного денежного обращения в стране, прав и обязанностей органов и агентов валютного контроля.

Регулятивные отношения, в свою очередь, могут быть подразделены на абсолютные и относительные. В абсолютных регулятивных отношениях определен лишь управомоченный субъект, который вправе требовать от остальных участников, круг которых не определен, соблюдения своих прав и исполнения возлагаемых на них обязанностей. Таким образом, остальные участники таких правоотношений считаются обязанными перед управомоченным субъектом. К абсолютным правоотношениям в сфере права денежного обращения можно отнести, например, правоотношения по эмиссии денежных средств, которая в соответствии с п. 1. ст. 75 Конституции РФ осуществляется исключительно Центральным банком Российской Федерации.

В относительных регулятивных правоотношениях определены все участники, и управомоченные, и обязанные. В качестве примера можно привести правоотношения, возникающие в связи с репатриацией резидентами иностранной валюты и валюты Российской Федерации.

Охранительные правоотношения возникают вследствие неправомерного поведения участников. Они направлены на защиту установленного правопорядка в сфере отношений, регулируемых правом денежного обращения, и в рамках таких правоотношений происходит реализация мер правовой ответственности. Сюда можно, в частности, отнести правоотношения, связанные с применением мер ответственности за совершение валютных правонарушений.

Кроме того, в зависимости от характера правовых норм правоотношения в сфере права денежного обращения могут быть подразделены на материальные и процессуальные. Материальные правоотношения основаны на материальных нормах, которые регулируют общественные отношения непосредственно. Процессуальные правоотношения в сфере права денежного обращения соответственно возникают на основании процессуальных норм, которые устанавливают процессуальные формы, необходимые для реализации материальных норм. Таким образом, процессуальные правоотношения производны от материальных и без них существовать не могут. Процессуальные правоотношения в сфере права денежного обращения, в частности, закрепляют порядок открытия и закрытия корреспондентских счетов в Банке России, порядок оплаты расчетных документов.

Классификация правоотношений в сфере права денежного обращения может быть проведена также по объекту. Например, мы можем выделить правоотношения, возникающие по поводу наличных или безналичных денежных средств, по поводу денежных средств в национальной или иностранной валюте.

Здесь же мы считаем необходимым решить вопрос о месте права денежного обращения в системе учебного курса финансового права. Как известно, учебный предмет представляет собой дидактически обоснованную систему знаний, умений и навыков, отобранных из соответствующей отрасли науки для изучения в учебном заведении22. Таким образом, система учебного курса должна основываться на системе науки, которая, в свою очередь, является проекцией системы отрасли права. Между тем не все положения, существующие в науке, рассматриваются в учебной литературе. Так, учебный курс не включает в себя или содержит лишь упоминание о спорных, еще не доказанных, устаревших и ошибочных теориях. Как отмечает профессор К.С. Бельский, размещение материала в системе учебного курса должно происходить таким образом, «чтобы каждая предыдущая часть (блок знаний) служила основой для изучения и понимания последующей»23. В связи с этим система учебного курса должна строиться так, чтобы оптимальным образом донести необходимые знания до познающего субъекта.

Решение вопроса о месте того или иного образования в системе учебного курса обусловлено объективными (например, отнесением того или иного положения к Общей или Особенной части отрасли права) и субъективными причинами. К субъективным причинам мы можем отнести доминирующие в науке воззрения на значение норм того или иного института для всей отрасли права. На наш взгляд, именно субъективные причины во многом обусловливают то место, которое в настоящее время занимает право денежного обращения в системе науки и учебного курса финансового права.

Проведенный исторический анализ научной и учебной литературы позволил прийти к выводу, что в науке финансового права долгое время существовала недооценка денег. Так, дореволюционные учебники по финансовому праву не содержали единой главы, посвященной деньгам или денежному обращению. Обусловлено это тем, что в те времена лишь полноценные, т.е. золотые и серебряные, деньги признавались таковыми в полном смысле этого слова. Право чеканки золотой монеты признавалось важнейшим и исключительным правом государства. Такое исключительное право ранее составляло денежную регалию. В связи с этим вопрос об обращении полноценных денег рассматривался представителями дореволюционной школы финансового права в главах, посвященных регалиям24.

Иное воззрение было на природу бумажных денег. Такие деньги признавались не чем иным, как государственным долгом, а следовательно, рассматривались в главах о государственном кредите25. Нужно сказать, что в тот период отношение к бумажным деньгам было в целом негативным, поскольку считалось, что они вытесняют из обращения более совершенные металлические деньги.

С приходом к власти советского правительства отношение к деньгам резко изменилось: на них стали смотреть как на инструмент, взятый на прокат у буржуазной экономики. Первые годы существования советской власти бумажные деньги носили наименование «расчетный знак РСФСР», чем лишний раз подчеркивался временный характер денег и пренебрежительное отношение к ним советской власти.

По словам И.В. Сталина, «когда вместо двух основных производительных секторов, государственного и колхозного, появится один всеобъемлющий производственный сектор с правом распоряжения всей потребительской продукции страны, товарное обращение с его «денежным хозяйством» исчезнет, как ненужный элемент народного хозяйства»26.

В доктрине советского финансового права утвердилось положение, согласно которому советская валюта позиционировалась как «самая устойчивая валюта в мире»27. Как отмечал М.Л. Коган, «советскую систему отличает устойчивость рубля, в основе которого лежит золотой запас и громадное количество товаров, находящихся в руках государства и реализуемых по твердым ценам»28. В то время как покупательная способность рубля неизменно росла, а его устойчивость укреплялась, валюты капиталистических стран все более обесценивались.

Такой подход привел к тому, что главам, посвященным денежному обращению, в советских учебниках и учебных пособиях отводилось последнее место29. Между тем нельзя не признать и заслуг советской школы финансового права в разработке вопросов права денежного обращения, поскольку именно в те годы была проведена основная работа по систематизация положений финансового права30, в том числе положений, касающихся денежного обращения.

К сожалению, и в настоящее время в науке финансового права продолжает сохраняться недооценка права денежного обращения. Так, по данным профессора Е.Ю. Грачевой, на территории Российской Федерации и стран СНГ с 1992 по январь 2008 гг. было защищено семь диссертационных исследований, посвященных финансово-правовому регулированию денежной системы31, из них лишь три – российскими учеными по финансово-правовой специализации. Стоит отметить, что среди данных работ нет ни одной докторской диссертации. Кроме того, за тот же период было защищено девять диссертационных работ, затрагивающих финансово-правовую проблематику расчетных отношений32, которые, на наш взгляд, также входят в подотрасль права денежного обращения. Лишь четыре из них – на территории Российской Федерации по финансово-правовой специализации, но ни одной докторской. Несколько лучше обстоит дело в разработке финансово-правовой проблематики валютного регулирования и валютного контроля. В этой сфере было защищено пятнадцать диссертационных исследований, из которых тринадцать – по финансово-правовой специализации33. Кроме того, по данной проблематике была защищена одна докторская диссертация34.

Между тем такое количество диссертационных исследований, защищенных по финансово-правовой проблематике права денежного обращения, представляется недостаточным. Для сравнения скажем, что в сфере налогового права за тот же период было защищено более двухсот сорока диссертационных исследований, из которых четырнадцать являются докторскими. Таким образом, мы приходим к выводу о недооценке права денежного обращения в финансовом праве.

Здесь же необходимо отметить, что в настоящее время продолжает сохраняться традиция, перешедшая из советского финансового права, по которой главы, посвященные денежной системе и валютному регулированию, занимают в учебниках и учебных пособиях последние места35. Насколько известно, лишь в одном учебнике глава, посвященная денежной системе, была рассмотрена в Общей части36. Между тем, как говорилось, мы не согласны с тем, что право денежного обращения как подотрасль финансового права относится к его Общей части.

На наш взгляд, рассматривать главы, посвященные денежному обращению, в конце учебника методологически неверно. Как уже отмечалось, в учебном курсе материал должен быть расположен в логической последовательности, чтобы каждая предыдущая часть служила основой для изучения последующей. Однако, по нашему мнению, то место, которое в настоящее время занимают главы о денежном обращении, не обеспечивает реализацию этого требования.

Как известно, одной из особенностей финансовых отношений является их имущественный характер, из чего следует вывод, что объектом финансовых правоотношений всегда выступают деньги. Таким образом, деньги являются объектом всех финансовых правоотношений, как-то: бюджетных, налоговых, банковских, страховых. Следовательно, чтобы лучше понять сущность финансовых правоотношений, изучающий должен ознакомится с понятием денег. Кроме того, чтобы осознать суть распределительных (перераспределительных) отношений, необходимо понимать, каким образом осуществляется движение денег.

Таким образом, мы предлагаем рассматривать право денежного обращения в первой главе особенной части учебников и учебных пособий по финансовому праву.



Подводя итог, отметим, что все сказанное позволяет с уверенностью утверждать, что в рамках финансового права возможно выделение самостоятельной подотрасли – права денежного обращения. Надеемся, что данная точка зрения получит свое дальнейшее распространение в науке финансового права. Со своей же стороны отметим, что право денежного обращения должно стать цементирующей основой всей отрасли финансового права, обеспечивающей неразрывную связь ее подотраслей и институтов друг с другом. Роль права денежного обращения в системе финансового права подобна роли сосудов в организме человека: так же как сосуды способствуют перемещению крови, нормы права денежного обращения создают основу перемещения денежных средств между различными централизованными и децентрализованными фондами.



1 См.: Финансовое право: Учебник. Изд. 3-е., перераб. и доп. / Отв. ред. О.Н. Горбунова. М.: Юристъ, 2006. С. 34.

2 См.: Финансовое право: Учебник / Отв. ред. М.В. Карасева. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Юристъ, 2009. С. 62, 63.

3 См.: Крохина Ю.А. Финансовое право России: Учебник. 3-е изд., перераб. и доп. М.: Норма, 2008. С. 87.

4 См.: Ашмарина Е.М. Структура финансового права РФ на современном этапе // Государство и право. 2004. № 9. С. 86–89.

5 См.: Финансовое право: Учебник / Отв. ред. Е.М. Ашмарина, С.О. Шохин. М.: Издательство «Элит», 2009. С. 62.

6 Худяков А.И. Финансовое право Республики Казахстан. Общая часть. Алматы.: Баспа, 2001. С. 99; Худяков А.И. Дискуссионные вопросы предмета финансового права // Финансовое право. 2009. № 3. С. 4.

7 Лисицын Д.А. Финансовая деятельность государства: содержание, методы осуществления: Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Челябинск, 2004. С. 6.

8 Бельский К.С. Эмиссионное право как институт финансового права // Государство и право. 2006. № 5. С. 55.

9 Там же.

10 Запольский С.В. О модернизации доктрины российского финансового права // Финансовое право. 2008. № 4. С. 17.

11 См.: Винницкий Д.В. Основные проблемы теории российского налогового права: Дисс. … докт. юрид. наук. Екатеринбург, 2003. С. 336.

12 Там же. С. 337.

13 Там же. С. 367.

14 См. подробнее: Журавлева И.А., Крысин С.А. Расчетные правоотношения в системе финансового права // Право и жизнь. 2001. № 37. С. 33–48.

15 См.: Василец В.П. Денежное обращение в России как объект правового регулирования: Дисс. … канд. юрид. наук. М., 2002. С. 99–117.

16 См.: Финансовое право: Учебник / Отв. ред. Е.М. Ашмарина, С.О. Шохин. М.: Издательство «Элит», 2009. С. 581.

17 См.: Алексеев С.С. Общая теория права: В 2 т. Т. 2. М.: Юрид. лит., 1982. С. 70, 71.

18 При этом предмет и метод правового регулирования являются основными критериями для выделения тех или иных правовых образований в качестве подотраслей.

19 См.: Василец В.П. Указ. соч. С. 111.

20 Там же. С. 107, 108.

21 Отметим здесь, что мы сознательно не называем такие правоотношения «денежными» или правоотношениями «в сфере денежного обращения», поскольку такие понятия охватывают не только финансовые, но и иные виды денежных отношений, ведь, как известно, всякие финансовые отношения являются денежными, но не всякие денежные отношения являются финансовыми.

22 См.: Большая советская энциклопедия: в 30 т. Т. 20. 3-е изд. / Гл. ред. А.М. Прохоров. М.: Советская энциклопедия, 1975. С. 510.

23 Финансовое право: Учебник. Изд. 3-е., перераб. и доп. / Отв. ред. О.Н. Горбунова. М.: Юристъ, 2006. С. 66.

24 См.: Берендтс Э.Н. Русское финансовое право. СПб.: Типо-лит. С.-Петербургской Одиночной тюрьмы, 1914. С. 228–236; Львов Д.М. Курс финансового права. Казань: Типография Императорского Университета, 1887. С. 174–191; Тарасов И.Т. Очерк науки финансового права // В кн. «Финансы и налоги: очерки теории и политики». М.: Статут (в серии «Золотые страницы финансового права России»), 2004. С. 250–252; Янжул И.И. Основные начала финансовой науки: Учение о государственных доходах. М.: Статут, 2002. С. 214–226; Яроцкий В.Г. Финансовое право: Лекции, читанные в Военно-Юридической Академии. СПб.: Типо-лит. А.М. Станкевича, 1898. С. 137–142.

25 См.: Львов Д.М. Указ. соч. С. 427–436; Тарасов И.Т. Указ. соч. С. 348; Исаев А.А. Государственный кредит // В кн. «Финансы и налоги: очерки теории и политики». М.: Статут (в серии «Золотые страницы финансового права России»), 2004. С. 398–402, 447–450; Яроцкий В.Г. Указ. соч. С. 323.

26 Сталин И.В. Экономические проблемы социализма в СССР. М.: Госполитиздат, 1952. С. 17.

27 Гурвич М.А. Советское финансовое право: Учебное пособие. М.: Госюриздат, 1952. С. 307.

28 Советское финансовое право: Учебник / Под ред. Л.К. Вороновой и Н.И. Химичевой. М.: Юрид. лит., 1987. С. 430.

29 См., например: Финансовое право: Учебник / Общ. ред. М.А. Гурвич. М.: Юрид. изд-во НКЮ СССР, 1940. С. 198–203; Финансовое право: Учебник / Под ред. Н.Н. Ровинского. М.: Юрид. изд-во МЮ СССР, 1946. С. 302–308; Гурвич М.А. Советское финансовое право: Учебное пособие. М.: Госюриздат, 1952. С. 306–310; Ровинский Е. Советское финансовое право: Учебное пособие. М., 1958. С. 178–187; Советское финансовое право: Учебник / Отв. ред. Г.С. Гуревич. М.: Юрид. лит., 1985. С. 256–267; Советское финансовое право: Учебник / Под ред. Л.К. Вороновой и Н.И. Химичевой. М.: Юрид. лит., 1987. С. 430–443.

30 См. об этом: Ялбулганов А.А. Наука советского финансового права: формирование понятия, предмета и системы финансового права // В сб.: «Материалы международной научно-практической конференции «Государство и право: вызовы XXI века (Кутафинские чтения), тезисы докладов по кафедре финансового права и бухгалтерского учета». М.: Издательство «Элит», 2009. С. 29–40.

31 См.: Грачёва Е.Ю., Щёкин Д.М. Комментарий к диссертационным исследованиям по финансовому праву. М.: Статут, 2009. С. 769–781.

32 Там же. С. 872–886.

33 Там же. С. 887–911.

34 См.: Артёмов Н.М. Валютное регулирование в Российской Федерации: Дисс. … докт. юрид. наук. М., 2002.

35 См., например: Финансовое право: Учебник. 3-е., перераб. и доп. / Отв. ред. О.Н. Горбунова. М.: Юристъ, 2006. С. 499–568; Финансовое право: Учебник / Отв. ред. Н.И. Химичева. 4-е изд., перераб. и доп. М.: Норма, 2009. С. 699–739; Финансовое право: Учебник / Отв. ред. Е.М. Ашмарина, С.О. Шохин. М.: Издательство «Элит», 2009. С. 580–629, 660–702; Финансовое право: Учебник. 3-е изд., перераб. и доп. / Отв. ред. М.В. Карасева. М.: Юристъ, 2009. С. 570–602; Финансовое право: Учебник. 2-е изд., перераб. и доп. / Отв. ред. Е.Ю. Грачева, Г.П. Толстопятенко. М.: Проспект, 2010. С. 328–360, 384–399.

36 См.: Худяков А.И. Финансовое право Республики Казахстан. Общая часть. Алматы: ТОО «Баспа», 2001. С. 142–190.





СССР — это Верхняя Вольта, начиненная баллистическими ракетами. Хельмут Шмидт
ещё >>