Политико-административные преобразования в контексте глобальных вызовов: отечественный и зарубежный опыт, проблемы и тенденции разви - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Проблемы и перспективы традиционных переписей населения: отечественный... 1 51.74kb.
Международный, зарубежный и отечественный, в том числе региональный... 8 1661.14kb.
Отечественный и зарубежный опыт работы по привлечению молодёжи к... 1 258.06kb.
1. Основные концепции управления персоналом История развития науки... 1 18.17kb.
Зарубежный и отечественный опыт образовательных инноваций зарубежный... 1 181.25kb.
Догоняющая модернизация: отечественный и зарубежный опыт 1 139.79kb.
«современные тенденции развития мировой экономики и формы интеграции... 1 38.23kb.
Зарубежный опыт оценки дозы фликера в действующих сетях 1 34kb.
Образцов В. А., Богомолова С. Н. Криминалистическая психология 47 6098.94kb.
Г. Екатеринбург Реализация антикризисной политики муниципального... 1 126.69kb.
Зарубежный опыт Государство и бизнес в инновационной экономике: зарубежный... 1 147.85kb.
Рэймонд Чандлер Человек, который любил собак Рассказы – 00 4 691.17kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Политико-административные преобразования в контексте глобальных вызовов: отечественный - страница №3/4


Основные научные результаты, полученные лично соискателем, и их научная новизна. В результате проведенного научного исследования были получены следующие выводы, содержащие в себе новизну представ­ленного диссертационного исследования:

1. На базе данного в работе концептуального обоснова­ния понятия политико-административного выделено и опреде­лено производное от него поня­тие политико-административных преобразований, понимаемых как реальные результаты изменений в системе государственного управления, на­правленных на достижение принципиально нового качества работы как внутри самого административного аппарата, так и в сфере его взаимодейст­вия с обществом.

2. В работе описаны и проанализированы модернистская и постмо­дернистская модели политико-административных преобразований, выделены их сущностные характеристики, сделан вывод о нелинейной ди­намике развертывания политико-административных преобразований в ходе перехода от эпохи модерна к эпохе постмодерна - от освоения и внедрения политической демокра­тии и представительства к построению постдемократии, препятствующей дальнейшему развитию политической конкуренции, сужающей политическое пространство и насыщающей политический процесс элитарно-авторитарными компонентами.

3. На основании проведенного анализа международных показателей эффективности модернистской и постмодернистской моделей политико-ад­министративных преобразований сделан вы­вод о том, что наиболее актуальной мировой тенденцией является ослабление значимости чисто экономических и административных критериев эффективности и повышение важности социально - политических критериев при оценке результатов деятельности государственной власти. Сделаны выводы о степени применимости различных систем показателей эффективности в российских условиях.

4. На базе разработанной автором методики выявления взаимо­связи политико-административных преобразований и глобальных процес­сов (основанной, в свою очередь, на модернизированном методологическом подходе А. Тойнби «вызов-и-ответ») выделено и определено понятие глобальных вызовов, установлено их влияние на политическое развитие государств; проанализи­рованы основные модели глобализации, провоцирующие различные по интен­сивности и глубине взаимодействия между государствами, экономиками, культурами и оказывающие различное воздействие на современные политико-административные преобразования.

5. Выделена сформировавшаяся в начале XXI в. и оказывающая специфическое влияние на политико-администра­тив­ные преобразования группа факторов, обозначаемых автором как «новая генерация глобальных вызовов»; предложены конкретные направле­ния политико-административных преобра­зований в России, обеспечиваю­щих «возвращение» государства – прежде всего, изменение его пространственной организации, а также принципов и механизмов взаимодействия с обществом.

6. Разработана авторская периодизация политико-администра­тивных преобразований в России, учитывающая динамику интересов российской элиты и институциональный аспект данного процесса. На начальном этапе, носившем переходный характер, преобразова­ния затронули преимущественно административную сферу и свелись к созданию государственно-управленческих институтов, решающих задачи создания рыночной экономики, новой политической и государственно-управленческой системы. На современном этапе интересы страны требуют не только повышения эффективности экономики, но и сбалансированного функционирования всей политико-административной сферы. В диссертации сформулированы обязательные политиче­ские условия для достижения позитивных результатов преобразований.

7. Разработаны пер­спективные на­правления преобразований, основанных на сетевом подходе к политической практике российских регионов и связан­ных с пространственным распределением политиче­ской власти в госу­дарстве по модели «глобальных ворот». Установлены важные условия эффективности взаимодействия го­сударственной власти и населения на ос­нове внедрения информационных технологий: проведение поли­тической работы по высво­бождению инициативы граждан и приобретение государ­ственными служащими способностей и мотиваций к взаимодействию.



Теоретическая значимость результатов исследования состоит в приращении эвристических возможностей политологического изучения содержания, особенностей, сложностей и перспектив политико-административных преобразований в России и мире сквозь призму воздействия на них глобализационных вызовов новой генерации, сформировавшихся на рубеже веков и носящих отпечаток эпохи постмодерна. Решение задач, поставленных в рамках диссертационной работы, способствует более глубокому пониманию сущности современного государства, обоснованию новой государственной функции, состоящей в осуществлении политико-административных преобразований с целью обеспечения синергетического взаимодействия эффективности и демократичности государственного управления. Концепт политико-административных преобразований может обогатить понятийно-категориальный аппарат политической науки и способствовать активному развитию соответствующей исследовательской перспективы.

Практическая значимость результатов исследования заключа­ется в том, что его конкретные положения и выводы могут быть использованы в аналитической работе для определения целей и приоритетов разви­тия России, ее политико-административной системы в условиях действия глобальных вызовов нового поколения. Предложенные рекомендации могут быть полезны при разработке страте­гий и программ развития Российской Федерации, регионов России, уточнении направлений и мето­дов политической модернизации, развития экономики и социальной сферы страны.

Материалы диссертации могут быть востребованы в высших учеб­ных заведениях при подготовке специалистов, бакалавров и магистров по го­сударственному и муниципальному управлению, политологии, менедж­менту, а также при и переподготовке государственных и муни­ципальных служащих.

Апробация работы. Результаты, полученные в ходе проведенного исследования, получили апробацию в политической практике, в том числе, при разработке:

- проекта стратегии развития Вла­димирской области, предпринятой творческим коллективом Владимир­ского филиала Российской академии государственной службы при Прези­денте РФ по заказу администрации Владимирской области;

- информационно-аналитических ма­териалов к заседаниям Политического консультативного Совета при Гу­бернаторе Владимирской области, Общественной Палаты Владимирской области, областной Избирательной комиссии;

- Закона Владимирской области «Об Общественной палате Владимирской области», а также в ходе разработки основных принципов работы и направлений деятельности Общественной палаты Владимирской области;

- стратегий развития муниципальных об­разований Владимирской области в ходе реализации проекта «Стратегии развития муниципалитетов»;

- новой Стратегии развития го­рода Владимира в рамках работы проектной группы «Самоуправление», руководителем которой являлся автор исследования;

- концепции научной деятельности Лаборатории социально-политического анализа Владимирского филиала Российской академии государственной службы, плана работы лаборатории и его реализации;

- научно-исследовательского проекта «Политико-административная элита Владимирской области» (2010 г.), про­финансированного на грантовой основе Владимирским филиалом Россий­ской академии государственной службы при Президенте РФ.

Помимо вышеперечисленного, результаты, полученные в рамках на­стоящего диссертационного исследования, легли в основу выступлений на научных конгрессах, конференциях, дискуссиях и семинарах. Главные теоретические положения были представлены и обсуждались на Третьем, Четвертом и Пятом Всероссийских конгрессах политологов (октябрь 2003 г., октябрь 2006 г., ноябрь 2009 г., г. Москва); на Третьем Социологическом Конгрессе (ноябрь 2008 г., г. Москва), на более чем 20-ти международных на­учных конференциях, в том числе: Международной научной конферен­ции «Трансформация политической системы России: проблемы и перспек­тивы» (22-23 ноября 2007 г., Москва, РАПН); Международной научной конференции «Политика XXI века: преемственность и инновации в России и в мире» (23-24 мая 2008 г., Санкт-Петербург, Балтийский государствен­ный технический университет «Военмех» им. Д.Ф.Устинова); Россий­ско-немецком симпозиуме «Демократия и элиты: демократия ver­sus элитократия» (13 ноября 2008 г., Москва, РАГС).

Основные положения диссертационного исследования представля­лись и обсуждались на более чем 20-ти общероссийских и межрегиональных конференциях и семинарах, а также на методологических семинарах ка­федры политологии и политического управления Российской академии го­сударственной службы при Президенте РФ, научно-методологических семинарах кафедры управления Владимирского филиала Российской ака­демии государственной службы при Президенте РФ, научных меро­приятиях Владимирского регионального отделения Российской ассоциа­ции политической науки.



Структура диссертации обусловлена целями и задачами исследова­ния и состоит из введения, пяти глав, разделенных на параграфы, заключе­ния и библиографического списка.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается научная актуальность выбранной темы, характеризуется степень ее разработанности, определяются объект, предмет и гипотеза, ставятся цель и задачи исследования, рассматриваются его научная новизна и практическая значимость, указываются теоретико-методологическая основа и формулируются положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Политико-административные преобразования в сфере государственного управления: концептуальные основы исследования» уточнено поня­тие политико-административного как категории политической науки, при­менен методологический подход к рассмотрению государственного управ­ления через призму понятия «политико-административное». Просле­жена эволюция основных направлений исследования политико-админист­ратив­ных преобразований в мировой и российской политической мысли.

В первом параграфе первой главы «Понятие политико-админи­стративного как выражение сущности современного государственного управления» автор, опираясь на работы российских и зарубежных исследо­вателей (М. Вебер, М. Крозье, Ф. Риггс, Г. Петерс, О.В. Гаман-Голутвина, В.С. Комаровский, Е.Г. Морозова, Л.В. Сморгунов, О.Ф. Шабров) обос­новывает понятие политико-административного как такого понимания госу­дарственного управления, которое отражает ведущую роль взаимодействия госу­дарства и общества. С этой точки зрения диссертантом рассмотрена дина­мика развития политико-административной сущности государственного управления в исторической ретроспективе. В традиционных обществах поли­тика рассматривалась как специфическое искусство, основанное на дея­тельности государства, направленной на достижение и поддержание порядка в обществе. Однако проблемы взаимодействия государства и общества на данном этапе еще не были центральным звеном государственного управле­ния. Закономерные процессы внутренней дифференциации со­циума, повы­шение уровня сложности его организации, появление новых социаль­ных групп, расширение и стабилизация территории, управляемой государством, привели к серьезным трансформациям социального порядка, связанным с за­рождением индустриального общества. Сущностью данного этапа стало по­степенное включение в политическую деятельность больших групп людей, расшире­ние сферы политических отношений, дифференциация политиче­ской и госу­дарственной деятельности. В результате широкое вовлечение в политику масс сочеталось с развитием государственного управ­ления как про­фессиональной деятельно­сти, требующей специаль­но­го знания и специальной подготовки. Субъектом государственного управ­ления в данной парадигме выступает государство, объ­ектом – общество, общественные отношения. На следующем этапе раз­вития политико-админист­ративной сущности государственного управления, связанным с эпохой пе­рехода от индустри­ального общества к постиндустри­альному, происходит дальнейшая диффе­ренциация и разделение госу­дарственного управ­ления и общества, а также внутренняя диф­ференциация го­сударственного управления. В результате современная сис­тема государст­венного управ­ле­ния демонстрирует тенден­цию трансформа­ции публичной государственной политики в частную, вплоть до стремления администра­тивной власти осво­бодиться от поли­тиче­ского контроля. На дан­ном этапе разви­тия центральным зве­ном государственного управления, обеспечивающим его эффективность, становится организация взаимодейст­вия государствен­ного управления и об­щества.

Основываясь на работах отечественных исследователей (Л.В. Сморгунова и др.), автор при рассмотрении современных характеристик политико-административной сущности государственного управления выделяет три основные модели. Дихотомическая модель формировалась в эпоху, начинающуюся в конце XIX века, когда в качестве идеала отношений между политикой и управлением сначала выступает их полное разделение, а впоследствии боле сложное нормативное и ценност­ное регулирование их взаимодейст­вия (Вильсон, Вебер). В результате кри­тики дихотоми­ческой модели появляется функционалистская модель, со­гласно которой го­сударственное управление есть процесс приня­тия реше­ний, а по­литика обес­печивает их легитимность. В свете этой кон­цепции по­литикой и легитима­цией власти зани­маются в основном правящая экономи­ческая и политиче­ская элиты, а организованные структуры управ­ления осу­ществляют ис­пол­нение их решений. Подчеркивая все возрастающее влияние групп интересов на политику и управление, данная модель ставит перед де­мокра­тическим обществом до­вольно сложные задачи по ограничению воз­действий этих групп на форми­рование правительственного курса по осуще­ствлению эффективного поли­тического и социаль­ного контроля за деятель­ностью правительства. В дис­сертации рассмотрены контуры третьей иде­ально-типической модели, при ко­торой главным фактором эффективности государствен­ного управления становится эффективное гармоничное взаи­модействие между государст­венным управлением и обществом, гражда­нами. Главным результатом реализации политико-административной сущ­ности госу­дарственного управления в этой модели признается синер­гетиче­ский эффект, полученный при взаимодействии и усиливающий совме­стные возможности взаимодействующих сторон.

Таким образом, в параграфе обосновывается понятие «политико-ад­министративное» как особый взгляд на государственное управление, сфо­ку­сированный на ведущей роли взаимодействия государства и общества. В ре­зультате рассмотрения государственного управления с точки зрения пред­ложенного политико-административного подхода, автор приходит к выводу о том, что политико-административная сущность государственного управле­ния является важнейшей чертой современного состояния государства. При этом, противоречия, свойственные взаимоотношениям государственного управления как иерархизированного властного управления, и общества, носят объективный характер. А усложнение современных обществ приводит к тому, что эффективность государственного управления напрямую зави­сит от эффективности взаимодействия между государством и обществом.

Во втором параграфе первой главы «Политико-административ­ные преобразования в предметном поле политической науки» автором выделено и обосновано понятие «политико-административные преобразо­вания», исследованы основные проблемы политологического осмысления феномена политико-административных преобразований.

В параграфе проанализировано становление зонтичного понятия «политико-административное управление» в российской политической науке (В.С. Комаровский, Е.Г. Морозова , О.Ф. Шабров, Л.В. Сморгунов и др.). Отмечено что понятие «политико-административное» и связанные с ним понятия направ­лены на преодоление ограниченности функционалист­ского прочтения проблематики го­сударственного управления. Автором обосновано и оп­ределено понятие «политико-админист­ративные преобразования», произ­ведена дифференциация данного понятия от близких понятий. Автор от­мечает, что понятия «политико-администра­тивные изменения», «поли­тико-администра­тивное управление», «политико-административные ре­формы», уже осво­енные политической наукой, рассматривая государст­венное управление с точки зрения функционального подхода, в недоста­точной мере уделяют внимание результатам выполнения политико-адми­нистративной функции. Понятие «политико-административные преобразо­вания» позволяет отра­зить сложность и противоречивость взаимоотноше­ний и взаимовлияния государственного управления и общества, а также и сами результаты этих взаимоотношений. В результате нам удается совмес­тить в исследователь­ском фокусе процесс и результаты изменений в госу­дарственном управле­нии и в обществе, направленные на совершенствова­ние принципов и меха­низмов осуществления функции политико-админи­стративного управления.

Автором рассмотрены основные направления развития политологи­ческого осмысления феномена политико-администра­тивных преобразова­ний, начиная с обозначенной В.Вильсоном дихотомии поли­тики/управления. Ко второй половине XX века методологические споры ока­зались сосредоточены вокруг возможности применения рыночных мето­дов в государственном управлении. Результатом этих споров стали теории и прак­тики освоения принципов и методов успешного бизнес-менеджмента в сис­теме государственного управления, что выразилось в создании целого ряда направлений, объединенных понятием New Public Management (Гуд, Гэблер, Осборн и др.).

Анализ различных моделей и концепций организации и реализации политико-административных преобразований позволяет сделать вывод что, несмотря на разнообразную таксономию выработанных подхо­дов и направлений, в центре всех теорий и практик лежит проблема взаи­модей­ствия государственного управления и общества и степени вовлечен­ности граждан в государственное управление. Отсюда стрем­ление строить новые подходы на современных методах такого вовлечения и обеспечения коммуникации. В части подходов указанную цель предпола­гается реализовать при помощи широкого внедрения новых информаци­онно-коммуникационных технологий и вовлечения граждан в использова­ние этих возможностей (концепции «Электронного правительства», E-Go­verment, Digital Government). В рамках понятия «Governance» происходит объединение механизмов, про­цессов и институтов, через которые граждане и группы выражают свои ин­тересы и реализуют свои законные права. В результате государственное управление становится менее жестким, дета­лизированным и регламенти­рованным; оно базируется, скорее, на горизон­тальных, чем на вертикаль­ных связях между государственными органами, ассоциациями граждан­ского общества и бизнесом. Схожим образом пони­мается государственное управление и в понятиях «качественное управле­ние» (Good Governance), «демократическое управление» (Democratic Go­vernance). Концепции Con­nected Government и теории социальных сетей делают упор на создание ус­тойчивых неформальных и полуформальных общественных структур, уча­ствующих в определении целей и реализации государственного управле­ния.

Таким образом, в параграфе обосновано выделение понятия «поли­тико-административные преобразования», отражающего процесс и резуль­таты изменений в государственном управлении, направленные на совер­шенствование принципов и механизмов взаимодействия государства и общества. Выделение политико-административных преобра­зований как предмета политологического исследования позволяет допол­нить функциональный подход возможностями исследовательских страте­гий, направленных на изучение и понимание процессов и результатов про­водимых в государственном управлении изменений. Кроме того, сделан вывод о том, что в современной политической науке происходит смещение внимания от различных вариаций концепций Public Administra­tion к концепциям более широкого привлечения общественных структур и граждан к государственному управлению.

Во второй главе «Модели политико-административных преобразований в эпоху модерна и постмодерна и проблема их эффективности» ис­следуются характеристики политико-административных преобразований в различных странах мира в период перехода от эпохи модерна к постмо­дерну, проводится анализ подходов и практик определения эффектив­ности политико-административных преобразований.

В первом параграфе второй главы «Модернистская и постмо­дернистская модели политико-административных преобразований» раскрываются основные характеристики политико-администра­тивных пре­образований эпох модерна и постмодерна, проводится диф­ференциация и оценка этих характеристик, выраженная в виде сформулированных мо­дернистской и постмо­дернистской моделей политико-административных преобразований.

В работе отмечается, что политологический взгляд на модерн (Э. Тоффлер, С.  Хантингтон, У. Мор, М. Леви, Ш. Айзенштадт и др.) пред­ставляет движение к модерну как серию процессов, начавшихся и разви­вавшихся в уникальной исторической ситуации Европы и приведших к экономическому и социально-политическому лидерству этих стран. На ос­нове анализа проведения политико-административных преоб­разований в эпоху модерна автором сформулированы основные характеристики мо­дернистской модели политико-административных преобразований, среди которых: рационализация общественной жизни, обеспечение технического и социального прогресса, эмансипация. Развитие данной модели политико-административных пре­образований происходило от освоения и внедрения политической демокра­тии и представительства (ранний модерн) к прояв­лениям элитизма вплоть до авторитаризма (модерн), «имитационной» демократии и нивелирова­ния политического (поздний модерн и постмо­дерн). Указанная нелинейная динамика развертывания политического легла в основу контуров постмодернистской модели политико-админист­ративных преоб­разований.

Автором рассмотрен период пере­хода от эпохи модерна к постмо­дерну как ключевой этап формирования идейного содержания и практики современных политико-административных преобразо­ваний. Сделан вывод, что постмодернистская модель политико-административных преобразова­ний обусловлена целым рядом причин, общих для различных государств и носящих глобальный характер: финансово-эко­номические причины (внешний долг, дефицит бюджета, инфляция, эконо­мические кризисы и т.д.); неэффективность государственного управления (недостаточный кон­троль за деятельностью государственных органов, проблемы кадрового обеспечения, оптимизации структуры государственных органов); давление со стороны об­щества, осознающего неэффективность существующей сис­темы управле­ния и взаимодействия государства и граждан.

Автором выделены и проанализированы технологии проведения по­литико-административных преобразований в рамках постмодернистской модели, которые можно сгруппировать в несколько кластеров: меры, на­правленные на децентрали­зацию государственного управления (делегиро­вание полномочий, сокра­щение госаппарата и т.д.); внедрение технологий управления, характерных для сферы бизнеса («от государственного адми­нистрирования к государст­венному менеджменту»); нивелирование роли идеологического фактора в государственном управлении (деидеологиза­ция, технологизация и т.д.). Особо отмечается, что начиная с 1980-х годов в ответ на широкое распространение постмодерни­стских ценностей (по­требление, индивидуализм, мозаичность политического поля и др.) проис­ходит актив­ное развитие и внедрение технологий взаимодействия государ­ства и общества, что становится ведущим трендом в по­литико-ад­министративных преобразованиях и приводит к поискам новых форм со­циального взаимодействия. Эта тенденция сегодня характерна не только для развивающихся стран, но и для европейских и северо-амери­канских государств (внедрение принципов «партисипативной демократии» в странах Латинской Америки, технологии вовлечения граж­дан в управле­ние в городах Франции, Швеции, Германии, Канады и т.д.).

В заключение параграфа автор делает выводы о том, что ключевым этапом формирования идейного содержания и практики современных по­литико-административных преобразований является период перехода от эпохи модерна к постмодерну. Модернистская модель политико-админи­стративных преобразова­ний, заложив основу широкого вовлечения граж­дан в политическую жизнь, оставила нерешенной проблему автономизации го­сударственного управления и профессионализации деятельности государ­ственных чиновников. Выделение слоя управленцев и закрепление этой тенденции в политико-административных преобразованиях эпохи мо­дерна привело к усилению разрыва между обществом и государственным управ­лением, к формированию целого ряда авторитарных режимов. Именно поэтому в рамках постмодернистской модели политико-админист­ративных преобразо­ваний реализуются попытки активного развития и вне­дрения новых технологий взаимо­действия государства и общества.

Во втором параграфе второй главы «Эффективность политико-административных моделей модерна и постмодерна: российские и ми­ровые практики» проанализированы выработанные в последние десяти­летия между­народные критерии оценки эффективности государственной власти и по­литико-административных преобразований, а также произве­дена оценка степени их применимости в российских условиях.

В диссертации отмечается, что в эпоху модерна и, особенно, позднего модерна, был выработан богатый арсенал методик и технологий, претен­дующих на роль универсальной методики оценки эффективности политико-административных преобразований. В основе этих методик лежали количест­венные показатели экономической состоятельности проводимых преобразо­ваний. Это, прежде всего: разработки Инсти­тута Всемирного бан­ка, показа­тели, полученные в результате Всемирного обследования предприятий (WBES); показатели, полученные в результате обследования предприятий в странах с пере­ходной экономикой (The Business Environment and Enterprise Perfor­mance Sur­vey, BEEPS). Позднее к ним прибавились показатель государст­венного управ­ления (Governance Research Indicator Country Snapshot, GRICS); Индекс воспри­ятия коррупции организации «Transparency Inter­national»; Барометр мировой кор­рупции организации «Transparency Inter­na­tional»; Индекс экономической свободы организации «Heritage Foundation»; индекс непрозрачности, разработанный компа­нией «Pricewater-House-Coopers».

Рассмотрение указанных показателей и анализ их внедрения и реали­зации позволили сделать выводы о том, что в эпоху постмодерна про­исхо­дит определенное замедление международной конвергенции идей и универ­сализации практик в области политико-администра­тивных преобразований. Часть государств, прежде всего, страны с бурно раз­вивающимися эконо­ми­ками, отказываются некритично и безоговорочно принимать предлагаемые, а нередко и навязываемые им рекомендации, стандарты и методики, которые были разработаны и реализованы без участия представителей этих стран. Недостатки применяемых методик оценки эффективности политико-адми­нистративных преобразований приводят к необходимости существенного изменения методологии и содержания данных критериев в сторону усиле­ния политико-управленческих составляющих оценки. В активно разрабаты­ваемых в на­стоящее время показателях эффективности «второго поколения» предпри­нимаются попытки уйти от чисто экономических или администра­тивных крите­риев эффективности и приблизиться к политическому понима­нию функций государственной власти. В диссертации отмечается, что дис­куссии по содержанию критериев (показателей) второго поколения, по их структуре и применению еще про­должаются, поэтому до сих пор не сфор­мирован набор исходных ориенти­ров, в сравнении с которыми можно изме­рять эффективность государствен­ного управления. С точки зрения оценки политико-административных преобразований, важным представляется то, что в показателях второго поколения среди главных критериев предлагается учитывать сопоставление целей государственного управ­ления с целями, ко­торые объективно детерминированы об­щественными запросами; объек­тивные результаты управления с общественными пот­ребностями и инте­ресами; общественные издержи, связанные с государственным управ­ле­нием, с объ­ективными результатами, полученными вследс­твие управления.

Анализ показателей «второго поколения» и заявленных направлений политико-административных преобразований в России показывает боль­шую степень совпадения целей, поставленных в целом ряде развитых эко­номических стран в сфере государственного управления, с задачами ре­формирования системы управления в России. Однако автором отмечаются и про­явившиеся в ходе разработки и внедрения новых критериев оценки не­дос­татки, многократно усиленные в период экономического кризиса.

В диссертации дана оценка степени применимости различных пока­зателей эффективности политико-административных преобразований в российских условиях. Сделан вывод о том, что в России существует опре­деленная специфика, требующая учета целого ряда факторов при проведе­нии политико-административных преобразований, что обусловливает ос­торожное применение выработанных и принятых международным сообще­ством критериев оценки эффективности государственного управления - как традиционных, так и показателей «второго поколения». Такая позиция не означает изоляционистского понимания роли и места России в междуна­родных процессах, однако работа по интеграции России в мировое сооб­щество должна идти с четким пониманием степени готовности России к такого рода процессам, с учетом специфики и особенностей российского государства.

В третьей главе «Глобализация как феномен постмодерна и его воздействие на развитие политико-административных преобразова­ний в России» на основании анализа основных направлений глобальных процессов, рассматриваемых в рамках постмодернистских изменений в мире, произведена оценка влияния проявлений глобализации на политико-административные преобразования в России.

В первом параграфе третьей главы «Вызовы глобализации и по­ли­тико-административные изменения в национальных государствах» автором раскрываются основные характеристики глобальных процессов на основе глобальных вызовов, определяются тенденции развития современ­ных политико-административных преобразований, испытывающих влия­ние глобализации.

Автором предложен методологический подход для рассмотрения влия­ния глобальных процессов на политико-административные преобра­зова­ния, основанный на модернизированной концепции английского исто­рика А.Тойнби. На основе принципа «вызов-и-ответ» (challenge-and-re­sponse) автором предложено понятие «глобальный вызов» как явление со­времен­ного мира, затрагивающее интересы и судьбы всех стран и народов, при­водящее к значительным потерям, а в случаях их обострения - к гло­баль­ным проблемам, связанным с антропогенной и социально-политиче­ской деятельностью человека. Определены основные общие характери­стики глобальных вызовов: глобальные масштабы проявления, выходящие за рамки одного государства; острота проявления и комплексный харак­тер; общечеловеческая социальная сущность, делающая их понятными и акту­альными для всех стран и народов; особенность предопределять в тех или иных аспектах ход дальнейшей истории человечества; возможность их предотвращения, устранения и ликвидации последствий усилиями всего мирового сообщества.

В работе отмечается, что влияние глобализационных вызовов второй половины XX века на развитие и ход политико-административных преоб­разований выразилось в том, что большое количество стран мира вынуж­дены были проводить изменения, направленные на повышение эффектив­ности государства, взаимодействия государства и общества. Возникает идея эффективности государственного управления, перерастающая нацио­нальные границы. В работе выделяются основные характеристики гло­бальных изменений, влияющих на политико-административные преобра­зования в различных странах мира в условиях постмодерна: растущая про­ницаемость межгосударственных границ и деформация традиционного по­нятия государства и его ядра - суверенитета. Указанные свойства серьезно отражаются на двух завоеваниях эпохи модерна – идее и конкретном во­площении демократии, как практики участия граждан государства в управ­лении, и пространственном, территориальном распределении власти в го­сударстве. В результате рождаются ответы, реализуемые в ходе политико-административных преобразований, такие как: регионализа­ция, авто­номизация, традиционализм, партикуляризм, глокализация, фрагментация мира, фрагмеграция.

Анализ научной литературы и основных мировых тенденций позво­ляет выделить три базовые модели глобализации, которые одновременно явля­ются и моделями развития политико-административных преобразова­ний государств в условиях глобализации. Согласно первой модели, глоба­лиза­ция есть своего рода равномерно распределенная по планете сеть эко­номи­ческих и политических взаимосвязей, обеспечивающих всем участни­кам мирового процесса «равные возможности» и (в идеале) устойчивое разви­тие. В рамках этой модели развитию государств, в целом, ничего не угро­жает - при условии, что государство грамотно будет встраиваться в уже ус­тановленный порядок. Вторая модель, видящая в глобализации но­вый ме­ханизм господства «золотого миллиарда» над большинством насе­ления планеты, в теоретическом плане тесно связана с концепцией мир-эконо­мики И. Валлерстайна. Эта концепция основана на признании того факта, что исторически существует группа стран, которые становятся главными бенефициариями глобальных процессов. Именно эти государ­ства задают нормы и стандарты глобализации, а остальные страны вынуж­дены под­страиваться под них. При этом государству ничего не угрожает только то­гда, когда оно принимает правила игры и встраивается в иерар­хию госу­дарств, то есть признает верховенство тех, кто устанавливает пра­вила. В рамках третьей модели, основанной на активно развивающейся в послед­ние десятилетия теории социальных сетей, глобализация рассматри­ва­ется как многоуровневая система, верхний уровень которой составляет сеть так называемых «ворот в глобальный мир» – компактных территорий мегапо­лисов, соединяющих в себе функции транспортных узлов, финансо­вых центров, а также центров образования, науки и политического влия­ния. В этой модели судьба государства сильно зависит от внешних факто­ров, то есть от территориального положения, степени удаленности от зна­чимых социально-экономических центров, уровня развития госу­дарств в при­граничной зоне и так далее.

В целом, в параграфе делается вывод, что процессы глобализации, при­водящие к усилению интенсивности и глубины взаимодействия различ­ных государств, экономик, культур, оказывают одно из определяющих влияний на современные политико-административные преобразования. Под воздей­ствием преобразований и успехов этих преобразований в развитых странах мира большое количество государств в конце XX – начале XXI ве­ков на­чали проводить изменения, направленные на повышение эффектив­ности государства. Идеи и концепции эффективности государственного управле­ния становятся межнациональными и наднациональными, приводя к фор­мированию международных критериев эффективности, что рождает запрос и требования к политико-административным преобразованиям со­ответст­вовать этим критериям, в первую очередь, обеспечивая эффектив­ное взаи­модействие государства и общества .

Во втором параграфе третьей главы «Новая генерация глобаль­ных вызовов и процессы политико-административной адаптации к ним Рос­сии» рассматриваются новые тенденции, происходящие на глобальном уровне, и производится оценка их влияния на политико-административные преобразования в России, направленные на адаптацию государственного управления к потребностям социума и требованиям конкурентной между­народной среды.

На основе анализа основных проявлений глобализации в XXI веке сде­лан вывод о том, что трансформация автономных национальных госу­дарств в глобальную взаимозависимую систему приводит к возникновению фено­мена глобальной политики, под которой сегодня понимается протя­женность политических отношений в пространстве и во времени и распро­странение политической власти и политической активности за пределы на­ционального государства вплоть до планетарного масштаба. Политическая глобализация, таким образом, образует многоуровневую систему полити­ческих акторов, в которой политическая власть и политические действия распространяются независимо от географического расположения. Автором сделан вывод о том, что современные характеристики политической гло­бализации прояв­ляются не только в традиционных «классических» геопо­литических инте­ресах государств, но и во множестве разнообразных эко­номических, соци­альных, экологических и социокультурных проблем, в поисках эффектив­ного решения которых многочисленные политические акторы выходят на межгосударственный, межнациональный и наднацио­нальный уровни.

На основе проведенного автором анализа новейших тенден­ций глобализации в параграфе сформулирована группа явлений, объеди­ненных в кластер «новая генерация глобальных вызовов», которые про­явились в начале XXI века и оказывают влияние на политико-админи­стра­тивные преобразования в России и в мире: появление новых движу­щих сил развития историко-политического процесса в виде конкуренции различных социально-экономических и политических моделей; «размыва­ние» нацио­нального государства и «возвращение» его в новом обличии; проявление незападного лика глобализации; зарождение «бесполярного беспорядка» с большим количеством вступающих в глобальную игру но­вых акторов.

На основании применения методики «вызов-и-ответ» автором произ­ве­дена оценка влияния новых вызовов глобализации на политико-админи­ст­ративные преобразования в России, а также сформулированы возможные российские ответы на обозначенные вызовы в рамках политико-админист­ративных преобразований. По мнению автора, российскими отве­тами на обозначенные вызовы в рамках политико-административных пре­образова­ний могли бы стать следующие направления:

- организация пространственного распространения политической вла­сти, как ответ, с одной стороны, на дихотомию глобализация – локализа­ция, а с другой стороны, на вызовы, связанные с изменениями ро­лей госу­дарства в современном мире и новыми реалиями глобализации и мирового устройства.

- адекватный ответ на усложнение организации политического про­странства и быстрой смены внешних политических условий требует серь­езных изменений структуры политического взаимодействия между госу­дарством и обществом, организации широкого вовлечения граждан в про­цессы государственного управления и, прежде всего, в качестве поставщи­ков информации о происходящем в системе, своеобразных индикаторов, оценщиков, и, во-вторых, некоей креативной массы, рождающей подходы к решению проблем и сами технологические решения. При организации такого взаи­модействия с гражданами государственной власти необходимо создавать особое политическое пространство, в котором бы преодолева­лись известные проблемы, доставшиеся России от модернистской модели политико-административных преобразований: объективное отсутствие технической, и даже физической возможности учесть все мнения граждан; отсутствие эф­фективных инструментов позитивной селекции как самих по­литических идей, так и носителей этих идей; дихотомия между профессио­нализацией управленческой деятельности и необходимостью привлечения граждан к процессам выработки, принятия и реализации управленческих решений.

В четвертой главе «Политико-административные преобразования в России на рубеже XX-XXI веков: институциональный аспект»автором рассмотрены основные характеристики и про­блемы современных политико-административных преобразований в Рос­сии с точки зрения институционального подхода.

В первом параграфе четвертой главы «Условия и этапы формирования в РФ политико-административных институтов переходного периода» рассматриваются исходные предпосылки и обстоятельства проведения по­литико-административных преобразований в России в 90-е годы XX и их результаты.

Автором предложен подход, в соответствии с которым, происходившие в стране в 1990-е гг. политико-административные преобразования были тесно свя­заны с общим состоянием и характеристиками российского политического про­цесса, формальной сутью которого было формирование демократической поли­тической системы. Политико-административные преобразования в этот пе­риод осуществлялись с разной степенью интенсивности в рамках третьей волны демократизации, со свойственными этому процессу ориентацией на создание политических партий, развитием политической кон­куренции, вы­боров, становлением необходимых политических институтов. Однако эта ориентация часто ограничивалась формальным и поверхностным следова­нием образцам.

Автор описывает особую институциональную ситуацию, в которой совместились условия и факторы, связанные с разру­шением Советского Союза (де­коммунизация и десоветизация управления, формирование ос­нов право­вого государс­тва), приватизацией и формированием рыночных отношений (изменение структуры и состава функций го­сударственного управления, определение пределов его интервенции в экономическую об­ласть), станов­лением федеративных отношений (два уровня системы госу­дарст­венного управления), а также факторы, отражающие динамику поли­тического про­цесса в России, развития экономической ситуации, ускорен­ного стремления России к современности, факторы глобализации.

Автором разработана и обоснована периодизация процесса станов­ления и развер­тывания российского варианта политико-административных преобразова­ний, отражающая различные попытки политической элиты сформировать условия, необходимые для режимной или институциональ­ной стабилиза­ции, гарантирующей невозможность возвращения к прежней системе управления и повышение эффективности существующей системы.

На первом этапе (1991-1993 гг.) происходит дифференциация правя­щей элиты, вызванная структурным кризисом, выражавшимся в разрыве между уровнем требований, предъявляемых к системе, и недостатком ре­сурсов для их удовлетворения. Однако отсутствие ценностной основы не позволило сблизить позиций конкурирующих элит и сформировать кон­венциональную модель. В результате данный этап завершился обостре­нием противоборства вокруг взаимосвязанных про­блем распределения власти и определения модели политической системы. Во время второго этапа (1994 – 2000 гг.) продолжается дальнейшее форми­рование новой ин­ституциональной структуры управления. Однако тенденции конфронта­ции, сложившиеся на предшествующих этапах, сохранили свою актуаль­ность. Закрытый для включения в политику новых социальных групп ре­жим дестабилизировал функционирование по­литической системы и сфор­мировал механизмы саморазрушения. Осозна­ние неэффективности сло­жившейся модели выразилось в нескольких попытках развертывания ад­министративной ре­формы, в силу указанных причин не доведенных до стадии конкрет­ной реализации.

Автор делает выводы о том, что попытки поли­тической элиты сфор­мировать условия, необходимые для создания, а затем и реформирования системы государственного управления, в основном, были направлены на режимную или институциональную стабилизацию. Главным содержанием политико-административных преобра­зований были попытки проведения институциональ­ных изменений внутри самой исполнительной власти. По­литико-административные преобразования, частично включаемые в раз­личные варианты административных реформ, по мето­дам осуществления и по своему содержанию оказывались почти ли­шены политической со­ставляющей. Несмотря на до­вольно богатое меню планов политико-адми­нистративных преобразований, целые направления реформирования оста­вались очень слабо затронуты, а сами эти планы были ограничены только изменениями внутри админи­стративной системы.

Во втором параграфе четвертой главы «Институционализация поли­тико-административных преобразований в России на современном этапе» ис­следуются основные характеристики и проблемы институционализации поли­тико-административных преобразований в России в начале XXI века.

В работе отмечается, что множество попыток сформулировать пози­тивные цели политико-административных преобразований в конце XX века наталкивались на стойкое сопротивление институционализированной политиче­ской элиты, видящей свои интересы в сфере «приватизации» государственных функций и получения выгод от этого владения. В результате на первом этапе (2001 – 2007 гг.) руководству страны удалось запустить процессы режим­ной консолидации, что привело к ситуации «навязанного консенсуса» элит с присущим этому явлению моноцентризмом. Приоритетными задачами данного этапа политико-административных преобразований становятся обеспечение территориальной целостности, единства правового простран­ства и системного качества исполнительной власти. В отличие от 1990-х годов, когда режим опирался на «негласное соглашение» с крупным бизне­сом и рядом глав регионов, новый режим ограничил давление олигархиче­ских и региональных элит на систему. Следующий этап (конец 2007 г. – на­стоящее время) начинается с официальных признаний неудачи в проведе­нии адми­нистративной реформы с заявленными целями. Однако начав­шийся в конце 2008 г. мировой экономический кризис, в силу открыто­сти эко­номики и финансовой сферы России повлиявший на все процессы внутри страны, не позволил политическим элитам поставить вопрос о пу­тях и на­правлениях дальнейших политико-административных преобразо­ваний, ог­раничив поле деятельности в этой сфере только реактивными действиями, направленными на решение возникающих острых проблем, имеющих ши­рокий общественный резонанс.

Диссертантом выделен комплекс идей и практик, формировавшийся начиная с конца 1999 г. вокруг назначен­ного председателем Правительства В.В. Путина и определяющий направлен­ность политико-административных преобразований: сохранение в целом сложившейся к концу 90-х гг. прошлого века структуры распределения всенародной собственности; соз­дание технологически и политически бо­лее эффективной модели распре­деления доходов от продажи природных ресурсов при концентрации большой части этих доходов в руках доверен­ных лиц; обеспечение и за­щита опережающего роста прибыли крупных предпринимателей, монопо­листов, государственных корпораций и холдин­гов; безусловное обеспече­ние минимальных социальных стандартов жизни большинства населения с тенденцией их повышения; минимизация актив­ного организованного и не­подконтрольного власти вмешательства граждан и населения в целом в борьбу за свои интересы как на уровне предприятий, места жительства, так и на политическом уровне. Выполнение этих задач сформировало специ­фическую ситуацию усиления автономии государства, достижению неза­висимости от частных интересов, интересов корпораций, отдельных эко­номических групп, региональных политико-экономических кланов, а также к развитию сервисной роли государства для граждан при одновре­менном усилении регулирующего воздействия на экономическую и соци­альную сферу.

Автором выделяется комплекс идей и представлений, свойственных российской политической элите: ориентация на элитарное строение по­ли­тического пространства и социума в целом; футуральность, то есть ориен­тация на «светлое будущее» в противовес не­совершенному настоящему; градуированность, медленная постепенность в развитии, особенно касаю­щемся социальных вопросов; опора на количественные показатели в ущерб качественным при оценке развития основных сфер жизни госу­дар­ства и положения граждан; стремление к ограничению политиче­ской  кон­ку­ренции.

На основе разработанной периодизации и исследования содержания проводимых в России политико-административных преобразований в дис­сертационном исследовании сформулирован авторский подход к основным направлениям политико-административных преобразований, включающих в себя: изменения в организации и функционировании исполнительной вла­сти, направленные на оптимизацию, рационализацию и повышение эф­фек­тивности системы государственного управления в целом; регулирование политической жизни государства; организацию пар­тийного пространства; регулирование создания и функционирования поли­тических организаций и общественных движений; регулирование системы пространственной орга­низации политиче­ской власти, включающее проблемы распределения пол­номочий между Центром и ре­гионами и организацию взаимодействия Центра, регионов и местного са­моуправления; организацию взаимодейст­вия органов власти и общества; обеспече­ние открытости государственного управления и диалога с обществом.

Автором сделан вывод, что традиционная матрица рассмотрения го­сударственной власти с точки зрения деятельности трех ветвей власти в данном случае может быть дополнена более общим взглядом, рассматри­вающим, прежде всего, политико-административную сущность государст­венной власти, ответственную за организацию взаимодействия между го­сударством и обществом. При этом происходит смещение акцентов от од­нонаправлен­ного функционального подхода в сторону ин­теракции, взаи­модействия, то есть процесс государственного управления рассматрива­ется как результат ком­плексного взаимодействия, многоэтапных итераций и интеракций между государством и обществом. В наиболее полном виде данный подход пред­ставлен в социальной науке се­тевыми теориями, ак­тивно разрабатывае­мыми начиная с 80-х гг. про­шлого века.

В пятой главе «Тенденции и перспективы дальнейшего развития политико-административных преобразований в России» рассматрива­ются характеристики и основные направления политико-административ­ных преобразований в России как политических процессов.

В первом параграфе пятой главы «Политико-административные аспекты раз­вития сетевой модели регионального взаимодействия в современной России» на основе теории социальных сетей исследуется региональная структура российского государства и тенденции ее развития под воздейст­вием глобализационных процессов.

В диссертации обосновывается методологический выбор в пользу активно разрабатываемой в последние десятилетия теории социальных или политических сетей. Данная методология позволяет учитывать и рассмат­ривать факторы внутрироссийского развития, а также может служить ос­новой для включения в число значимых факторов глобальных процессов, оказывающих в последние годы серьезное влияние не только на экономику России, но и на организацию политической власти в стране. Актуальной моделью для такого рассмотрения может быть модель «ворот» в глобаль­ный мир и располагающейся вокруг «ворот» периферии (О. Андерссон, Д. Андерссон, В.М. Сергеев).

Исследование 15 россий­ских регионов, расположенных в коридоре между двумя мегаполисами России, Москвой и Санкт-Петербургом, пока­зало, что для эффективного взаимодействия в зоне «ворот», прежде всего, необходимы единые, эффек­тивные и понятные для всех правила игры, обеспечиваемые государствен­ной властью. При этом формальная инсти­туционализация демократиче­ских институтов нередко приводит к созна­тельному географическому дис­танцированию политических институтов от мест сгущения экономических социальных сетей, что создает противоре­чивые соотношения пространст­венной локализации политического, эко­номического и интеллектуального центров.

Результаты исследования показывают, что политико-экономическую включенность конкретного региона в процессы внутрироссийской инте­грации и глобализации определяло соотношение силы региональных поли­тических и экономических элит, с одной стороны, и крупного московского капитала – с другой.

На основе изложенных подходов автором разработаны основные сценарии развития России и ее регионов через перспективы их вовлечения в глобальный мир. Консервативный сценарий предполагает сохранение основных тенденций экономического развития России при минимальном политическом воздействии, что приве­дет к усилению единственных «ворот» в глобальный мир, замедление раз­вития инфраструктуры и новых отраслей экономики во всех периферий­ных регионах. Негативный сценарий отличается курсом федерального центра на проведение агрессивной экономической политики, нацеленной на межрегиональное выравнивание в масштабах страны. Умеренно пози­тивный сценарий, связанный с осуществлением агрессивной научно-обра­зовательной и промышленной политики, характеризуется поощрением разви­тия экспорта продукции высокотехнологичной трансформационной эко­номики. Наиболее вероятным и плодотворным представляется проме­жу­точный сценарий, в рамках которого поддержка наиболее социально про­блемных регионов сочетается с ускоренным развитием «ворот».

Автор делает вывод, что в конце XX века российские регионы столк­нулись с высокой степенью неопределенности политической, эконо­миче­ской и институциональной среды, реакцией на которую стали разно­на­правленные и практически нескоординированные из центра процессы рас­пада старых, создания новых и частичного восстановления утраченных экономических, политических, социальных сетей. При этом траектории развития регионов отличались между собой во многом из-за позиций и кондиций региональных политических элит. Сложившиеся в этот период социальные сети, благодаря которым основным политическим и экономи­ческим региональным акторам удавалось с разной долей успешности справляться с высокой степенью неопределенности внешней среды, обла­дают определенной ценностью для регионов и могут ока­зывать серьезное сопротивление более или менее централизованным по­пыткам проведения скоординированной политики целенаправленного раз­вития регионов как сателлитного окружения «ворот в глобальный мир». При этом возрастает значение в целом внеэкономического, но тесно свя­занного с экономиче­ским развитием, политико-административного воздей­ствия на развитие ре­гионов в целях организации единого продвижения и координации включе­ния России в глобальную экономику для получения основных преиму­ществ и нивелирования негативных последствий такого включения.

Во втором параграфе пятой главы «Актуальные информацион­ные технологии и тенденции взаимодействия государства и граждан в России» рассматриваются возможности политико-административных пре­образований в качестве ответа на современные вызовы в сфере организа­ции эффективного взаимодействия государственной власти и граждан в России с использованием новых информационно-коммуникационных тех­нологий.

В параграфе отмечается, что в современной России на правовом уровне одним из важнейших эле­ментов в политико-функциональном меню современных органов государ­ственной власти является организация и со­держательное наполнение взаи­модействия органов государственного управления с общественностью, в основном представленной в публичном пространстве сетевыми структу­рами. Данная проблема в рамках политиче­ской науки операционализируется автором как проблема взаимодействия иерархических и сетевых структур, в результате чего предпринимается рассмотрение взаимодействия основных акторов поли­тического процесса, в том числе и органов государственного управления, как сетевого процесса.

В диссертации представлены результаты конкретного исследования фактической и содержательной пред­ставленности органов власти в сети Интернет. На основании положений современ­ных концепций социальных сетей, концепций пост-нового государственного управ­ления (post-NPM), концепций «Электронного правительства» вплоть до но­вейших разработок Connected Governance в проведенном исследовании автор рассматривает интернет-портал органа власти как своеобразное окно внутрь иерархии, за­глянув в которое со специаль­ной оптикой можно гораздо точнее увидеть и понять происходящие там процессы. В качестве такой специальной оп­тики автором разработан пере­чень параметров: целеполагание, явное и ла­тентное; структура и органи­зация данных; проблематика контента; ориен­тация на решение проблем граждан; юзабилити, интерфейс, отталкиваю­щийся от логики потребителя; организация участия граждан в работе сете­вой структуры органа власти; стимулирование создания и работы сетевых сообществ.

Автором диссертации приводится интерпретация результатов прове­денного исследования, выделяются типовые интернет-стратегии органов власти, среди которых можно выделить такие, как отсутствие в сети; ин­формационное мерцание в сети; рассеянное информирование простран­ства; несистематическое взаимодействие; сотрудничество. Отмечается, что большинство сайтов органов власти говорят о слабом осознании и исполь­зовании политических эффектов реализуемых интернет-стратегий. Обоб­щенно наиболее распространенную стратегию можно характеризовать как мерцающее информирование пространства с минимальным взаимодейст­вием с посетителями интернет-сайтов. Автор выделяет три основных не­гативных механизма, присущие взаимодействию иерархии с окружающим пространством, позволяющие навязывать иерархические отношения и, в целом, отталкивать граждан от активности: установление барьеров на вхо­ждение информации из сети непосредственно; стирание истории взаимо­действия; особые формы ведения диалога, применение недиалогических приемов. При помощи указанных механизмов иерархия довольно устой­чиво обходит все создаваемые для нее препятствия и сохраняет присущие ей отрицательные характеристики в виде бюрократически организованных процессов, неэффективности принимаемых решений и склонности к кор­рупционному поведению.

В качестве главного вывода в заключение параграфа обосновывается суждение о том, что в целом, использование интернет-технологий орга­нами власти, несмотря на наращиваемое присутствие в Сети, пока в боль­шей степени проявляет старые политико-коммуникационные проблемы, чем открывает новые возможности в обеспечении эффек­тивной коммуникации между властью и обществом. Таким образом, про­блема взаимодействия государства и общества не решается простым при­менением новейших тех­нологических средств, а требует серьезной поли­тической работы, направ­ленной на освобождение инициативы граждан и на приобретение государ­ственными органами способностей с этой инициа­тивой работать. Включе­ние в орбиту внимания государства, кроме при­вычных административно-иерархических, также и сетевых структур орга­низации власти и общества является актуальной задачей, которая одновре­менно отвечает вызовам глобального мира и преодолевает ограниченность политических характе­ристик государств эпохи модерна. Новые способы коммуникации с граж­данами позволяют государственным органам точнее диагностировать си­туацию и находить оперативные способы разрешения проблем в случаях, когда управленческая иерархия не демонстрирует эф­фективности.


Всего автором опубликовано 75 научных работ общим объёмом

более 200 п. л., среди них по теме диссертации:

1. Евстифеев Р.В. (в составе авторского коллектива). Россия и современный мир. М., Национальный институт «Высшая школа управления», 2007. 330 с. (24 п.л.), (1 п.л. – авторский текст).

2. Евстифеев Р.В. Россия на пути к эффективному государству: траектория политического развития в контексте новой генерации глобальных вызовов. Владимир, Владимирский филиал РАГС, «Собор», 2008. – 216 с. (14 п.л.).

3. Евстифеев Р.В. Политико-административное управление: теоретические рамки политической науки и российские реалии. Владимир, Владимирский филиал РАГС, «Собор», 2009. – 184 с. (12 п.л.)

4. Евстифеев Р.В. Мелодии электоральных пространств. Политический процесс и электоральные предпочтения избирателей (Владимирская область, 1999-2009 гг.). Владимир, Избирательная комиссия Владимирской области, 2009.- 192 с. (12 п.л.).

5. Евстифеев Р.В. Политико-административная элита Владимирской области: основные тенденции развития и исследовательские стратегии. Владимир, Владимирский филиал РАСГ, «Собор», 2011. (10 п.л.)

6. Евстифеев Р.В. После глобализации? Политико-административные преобразования в России в XXI веке. Владимир, Владимирский филиал РАГС, «Транзит Х», 2011. – 240 с. (16 п.л.).

7. Евстифеев Р.В. (в составе авторского коллектива). «Хора» московских «ворот» и сценарии ее развития// ПОЛИС, 2007, №2. (2 п.л.), (0,5 п.л. – авторский текст)

8. Евстифеев Р. В. Российский путь к эффективному государству // Журнал ПОЛИТЭКС, 2008, № 4. (0,5 п.л.).

9. Евстифеев Р.В. Одиночество в Сети: политические эффекты интернет-стратегий органов власти субъектов Российской Федерации // ПОЛИТЭКС, 2009, №3. (1 п.л.).

10. Евстифеев Р.В. Политико-коммуникационные эффекты интернет-стратегий органов власти регионов России // Вестник Пермского университета. Серия Политология. № 3(7), 2009. (1 п.л.).

11. Евстифеев Р.В. Государство и общество в XXI веке: метафоры глобализации и глобализация метафор // «Социум и власть», №1, 2010. (1 п.л.).

12. Евстифеев Р.В. На пути к акме: психологические и акмеологические особенности становления и развития молодых политических лидеров // Акмеология, 2009г., № 3, с.78-79. (0,2 п.л.).

13. Евстифеев Р.В. Политико-административные преобразования в России в начале XXI века: институциональные рамки и тенденции развития //ПОЛИТЭКС, 2011, (1 п.л.).

14. Евстифеев Р.В. Владимирская область. Очерк истории развития политической ситуации (1988 –1996) // Регионы России. Хроника и руководители. Т.5. Рязанская, Владимирская и Тульская области. - Sapporo, Slavic research center, Hokkaido University, 1998. С.128-168 (8 п.л.)

15. Евстифеев Р.В. Новая генерация глобальных вызовов и судьбы суверенных государств в ХХІ веке // Белорусская политология: Многообразие в единстве IV. Республика Беларусь в глобализирующемся мире. Тезисы докладов IV Международной научно-практической конференции (13-14 мая 2010 года). Часть 1, Гродно, Республика Беларусь, 2010. С.97-100. (0,5 п.л.).

16. Евстифеев Р.В. Политическая наука и гражданское образование в России// Общественные функции политической науки в постсоветской России. Материалы научно-практического семинара 10 апреля 2005 года. Хабаровск, 2005. (0,3 п.л.)

17. Евстифеев Р.В. Государственное управление как предмет политической науки: размышления у парадного подъезда //Государственное управление в XXI веке: традиции и инновации. Материалы 5-й международной конференции факультета государственного управления МГУ им. М.В. Ломоносова (31 мая – 2 июня 2007 г.). М., 2007. С.358-360. (0,5 п.л.)

18. Евстифеев Р.В. Моделирование электорального пространства российских регионов на основе показателей корреляционной близости политических альтернатив // Моделирование в социально-политической сфере. Альманах. 2007 г., №1. С.72-79 (0,8 п.л.)

19. Евстифеев Р.В. Российский путь к эффективному государству: политическая траектория России в контексте новой генерации глобальных вызовов в начале XXI века//Политика XXI века: преемственность и инновации в России и в мире. Материалы международной научной конференции. Часть 2. Санкт-Петербург, 23-24 мая 2008 г. СПб, 2008. С.272-280. (0,5 п.л.)

20. Евстифеев Р.В. Мелодии электоральных пространств: российская партитура и региональные импровизации (эскиз исследования) // Политическая социология / редкол.: В.Л. Римский (отв. ред.) и др. -М.: Российская ассоциация политической науки (РАПН); Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2008. С.39-50. (1 п.л.).

21. Евстифеев Р.В. Политико-административные преобразования в России в контексте новой генерации глобальных вызовов в начале XXI века.//Демократия и управление. Информационный бюллетень исследовательского комитета РАПН по сравнительной политологии. №1 (5) 2008. С.46-47 (0,3 п.л.)

22. Евстифеев Р.В. «Ворота в глобальный мир» и перспективы политического развития регионов России //Территориально-политическое устройство российского государства: от прошлого к будущему : материалы Всероссийской научной конференции, Москва, 3 апреля 2008 года / отв. ред. А.С. Фалина; РАГС при Президенте РФ, Кафедра политологии и политического управления. - М. : Изд-во РАГС, 2008. С.250-256 (0,5 п.л.)

23. Евстифеев Р.В. Социальное государство versus государство социального благополучия? Политические аспекты социального мира // Россия: путь к социальному государству / Материалы Всероссийской научной конференции (Москва, 6 июня 2008 г.). — М.: Научный эксперт, 2008. С.209-215. (1 п.л.)

24. Евстифеев Р.В. Новая генерация глобальных вызовов и политическая траектория России в начале XXI года // Российская политическая наука XXI века: неполитический потенциал политического. Материалы Международной научной конференции. Москва, 23-24 апреля 2009 г. Часть 2. М., 2009. С165-180. (1 п.л.)

25. Евстифеев Р.В. «Бесполярный беспорядок»: новая реальность глобализации и перспективы политико-административного режима в России // Политика развития и политико-административные отношения: сб. науч.ст. Краснодар: Кубанский гос. Ун-т, 2009. С. 123-132. (1 п.л.)

26. Евстифеев Р.В. Национальное стратегическое проектирование как инструмент политико-административных преобразований: история, концепции и российские реалии // Ученые записки РАГС. Выпуск 1 (IX). Издательство РАГС, М., 2009. - С. 15-36. (1,3 п.л.)

27. Евстифеев Р.В. Политико-административные преобразования в России: институциональные рамки и тенденции развития // Политические институты в современном мире. Материалы Всероссийской конференции с международным участием 10-11 декабря 2010 года. Санкт-Петербург, 2010, С. 112-113. (1 п.л.)

28. Евстифеев Р.В. Где может родиться демократия // «60 параллель», 2011, № 1 (40). С. 14-23. (1 п.л.)

Диссертация на соискание ученой степени

доктора политических наук

ЕВСТИФЕЕВ Роман Владимирович

Тема диссертационного исследования:

«Политико-административные преобразования в России в контексте глобальных вызовов: отечественный и зарубежный опыт, проблемы и тенденции развития»

Научный консультант

        доктор политических наук, профессор


МОРОЗОВА Елена Георгиевна

        Изготовление оригинал-макета


Евстифеев Роман Владимирович

Подписано в печать ______________ Тираж 100 экз.

Усл. п.л. 2

Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Российская академия народного хозяйства и государственной службы при Президенте Российской Федерации»


Отпечатано ОПМТ РАГС. Заказ №

119606, Москва, пр-т Вернадского, 84




<< предыдущая страница   следующая страница >>



Миротворец кормит крокодила в надежде на то, что крокодил съест его последним. Уинстон Черчилль
ещё >>