Михайлов К. А. Трансцендентальная дедукция категорий Канта и современная проблема обоснования формальных логик - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Трансцендентальная аргументация Канта как формальная онтология1 Ключевые... 1 201.6kb.
О свойстве простой подстановки для суперинтуиционистских и модальных... 1 45.96kb.
Теория познания И. Канта Этическая концепция И. Канта в философии И. 1 234.63kb.
Взаимосвязанных категорий 1 130.16kb.
А. Ю. Михайлов (Казань) Канон в концепции церковно-государственных... 1 250.58kb.
Чистота Современная экологическая проблема – чистые руки. Экологи... 1 41.92kb.
1. Проблема смысла жизни. Теория идей Платона 1 39.29kb.
Теория познания Тема Проблема обоснования знания: эмпиризм и рационализм 1 27.72kb.
Программа по истории запубежной философии часть Немецкая классическая... 1 96.26kb.
Вестник Российского государственного университета им. И. Канта 1 48.94kb.
Михайлов. Современная зарубежная журналистика 17 2678.06kb.
Библиография Катречко С. Л. по трансцендентальной философии : = 1990... 1 76.12kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Михайлов К. А. Трансцендентальная дедукция категорий Канта и современная проблема - страница №1/1

Михайлов К.А.

Трансцендентальная дедукция категорий Канта и современная проблема обоснования формальных логик
В настоящей статье с весьма неожиданных позиций будет рассмотрено знаменитое учение Иммануила Канта о дедукции категорий. Его реконструкция будет произведена с помощью современных методов логической семантики и философии логики. Это позволит новыми глазами взглянуть на мир кантовской системы и, продемонстрировав безусловную актуальность кантовского учения в решении некоторых проблем современной логики, указать пути преодоления наблюдающегося в настоящее время разрыва между формальной логикой и теоретической философией.

Бурное развитие логики в ХХ веке привело к возникновению широкого спектра самых разнообразных логических систем, что со всей остротой поставило вопрос об обосновании этих систем. «В целом встает проблема онтологических допущений, к которым обязывает принимаемая система логики»1. Иными словами, принятие (в частности) определенных онтологических допущений относительно природы и общих свойств рассматриваемых объектов тем самым задает соответствующие (логические) закономерности, имеющие силу применительно к сфере этих предметов. «Логика не зависит… лишь от конкретного содержания познания (от «материи», по Канту, – К.М.). Однако в процессе познания мы имеем дело не только с эмпирически данными и «эмпирическими» объектами, но и с результатами абстрагирующей познавательной деятельности людей, с конструированием идеальных объектов рассмотрения (с трансцендентальной структурой рассудка, по Канту – К.М.). Логика и принимаемые способы рассуждения «реагируют» на это, а в этом плане логика зависит от содержания познания, от принимаемых предпосылок познавательной деятельности»2. «То, что логика абстрагируется от конкретного содержания, не означает, что логические формы и законы не зависят ни от какого содержания и являются чистыми формами…логическая форма определяется таким содержанием, такими сторонами объективной реальности, которые…носят наиболее общий характер»3. Итак, «центральный и наиболее сложный вопрос – исследование концептуального аппарата, лежащего в основе того или иного типа логических систем…Принятие определенного рода абстракций и идеализаций связано с допущением вполне определенных логических средств»4. Проблема обоснования логики – это проблема обоснования объективного характера логических форм и законов, проблема «оправдания» используемой логической системы. В каком смысле можно говорить об идеальном и в то же время объективном характере логических связей5? Однако считается (это признается практически всеми), что перед Кантом такие вопросы обоснования логики не стояли и стоять не могли. «Философия XVII-XVIII вв. по существу исходила из предпосылки единственности и универсальности логики. Для Канта…не возникало вопроса о статусе логических законов или правомерности тех или иных способов рассуждений…он исходил из логики как данного; система формальной логики, восходящая к Аристотелю, являлась для него замкнутой и универсальной»6. Но «именно развитие логики, отбросив идею универсальности логики, поставило вопрос о различных системах логики и соответственно о критериях принятия того или иного типа логических систем»7. «Можно считать, что логические связи настолько фундаментальны и первичны, что не нуждаются вообще в обосновании…такое понимание присуще…И. Канту»8. Собственно, одним из первых выдвинул такую интерпретацию Канта еще знаменитый Йеше, издатель кантовской «Логики»: «Кант не думал ни об обосновании самих логических принципов…ни о дедукции логических форм суждений (выделено мной – К.М.)»9. В современной логике принимается, что «логические фигуры заключений хотя и не зависят от конкретного содержания понятий…но зависят от концептуального аппарата…от «идеальных образов», допускаемых в теории»10. Молчаливо считается, что выбор и принятие концептуального аппарата, хотя и не произвольны, но зависят от субъекта познания, принимаемых им предпосылок, поставленных им в своем познании задач, которые могут варьироваться от системы к системе. Но не может ли быть так, что сам концептуальный аппарат, лежащий в основании логической системы, «единственной логической системы, которую я принимаю», априорен? Вдруг окажется, что задача познания может быть сформулирована одним-единственным образом? (Например, что высказывания о будущем не имеют познавательного смысла). Тогда и вправду окажется, что в основании логики лежат определенные теоретико-познавательные предпосылки, но данные нам априори, вне зависимости от опыта и не могущие быть изменены нами, пока мы находимся в рамках данного типа ментальной деятельности (по Канту, познания). Большинство интерпретаций Канта отвергают наличие у кантовской общей формальной логики какого-либо онтологического обоснования, а у системы логических форм суждений, как их понимал Кант, всякого философского содержания. Так, В.Н. Брюшинкин выдвигает концепцию «пустоты логических форм». Он полагает, что, согласно Канту, логическая форма может быть определена безотносительно к объектам познания и логические формы (в своей системе) могут быть оправданы вне всякой связи с объектами познания (выделение мое)11. Логические формы существуют независимо от их применения; так как они не связаны с объектами, они неизменны. Логическую форму можно полностью отделить от всякого объекта мышления, от всякого содержания мышления. Аналогична и позиция И.С. Нарского. «Кант полностью отрицал зависимость логических форм от вкладываемого в них содержания»12. «Утверждение о том, что общая (формальная) логика, рассматривая всеобщие правила мышления, полностью отвлекается от всякого содержания знания, не соответствует тому, что мы находим в логике при исследовании ее оснований»13. Какое уж тут «обоснование логики»! Но поставим проблему: действительно ли Кант в этом вопросе «ошибался»? Если логика формальная отвлекается от различия между видами содержания знания, которым она оперирует14, то, может быть, она все-таки «чувствует» трансцендентальное содержание, вкладываемое в ее формы? Формами чего являются логические формы для Канта? От чего зависит способ анализа логической формы? Если даже принять, что логика формальная опирается на некоторый концептуальный аппарат, то почему для Канта варьирование этого концептуального аппарата разрушает логику (ибо логика единственна)? Мы полагаем, что для Канта, конечно же, стояла та проблема, которую мы сейчас называем проблемой обоснования логики.

Логическая форма, указывает Е.Д. Смирнова, «зависит от способов выделения объектов рассмотрения, от допускаемых приемов абстракции, идеализации, обобщения»15. «Само выделение исходных…категорий диктуется определенными теоретико-познавательными предпосылками, а именно принципами различения объектов - предметов мысли, то есть аспектами, относящимися к материи, к содержанию познания»16. Так и по Канту, принципы, которым нечто должно удовлетворять, чтобы вообще быть объектом, и есть, собственно, категории. Именно в трансцендентальной логике Канта говорится о «различении объектов мысли», о «содержании мышления» (хотя и только самом общем, «формальном»). Чувствуя, что формы и структуры общей логики не могут являться абсолютно безразличными к содержанию нашего познания, Кант создает специальное учение, где доказывает это и подробно рассматривает это содержание. Это учение названо Кантом трансцендентальной логикой. Фактически это философия формальной логики17. В априористских системах вопрос о том, почему мы принимаем именно такие логические формы и законы и откуда они берутся (обоснование самих структур) в общем случае не совпадает с вопросом о том, как они получают объективность в связях самих предметов (того, что мы так называем). Для этих систем действительно в некотором смысле вопрос об обосновании самих структур снимается – они априорны и даны нам «от века». Однако именно здесь с наибольшей остротой встает вопрос об обосновании объективного содержания идеальных познавательных структур («проблема соответствия»).



Мы попытаемся решить для кантовской философии следующий вопрос: «почему система логических форм суждений именно такова?», для чего с логической точки зрения рассматриваем два знаменитых учения Канта – его так называемые метафизическую и трансцендентальную дедукцию категорий. Метафизическая дедукция категорий (чистых рассудочных понятий) – это, собственно говоря, их обнаружение и систематическое перечисление. У Аристотеля, по Канту, не было принципа, который позволил бы полностью измерить рассудок и с полнотой и точностью определить все его функции, из которых возникают все его чистые понятия. Кант стал искать такое действие рассудка, которое содержит все прочие и различается лишь модификациями или моментами в подведении многообразного под единство мышления вообще. Кант находит такое действие разума в вынесении суждений. (см. В107 или «Пролегомены», §39). «Все функции рассудка можно найти, если полностью показать функции единства в суждениях» (В94). Центральным аргументом метафизической дедукции является следующий: «Та же самая функция, которая сообщает единство различным представлениям в одном суждении, сообщает единство также и чистому синтезу различных представлений в одном созерцании; это единство, выраженное в общей форме, называется чистым рассудочным понятием» (В105). «Итак, тот же самый рассудок и притом теми же самыми действиями, которыми он посредством аналитического единства создает логическую форму суждения в понятиях, вносит также трансцендентальное содержание в свои представления посредством синтетического единства многообразного в созерцании вообще, благодаря чему они называются чистыми рассудочными понятиями и a priori относятся к предметам, чего не может дать общая логика (выделено мной – К.М.)» (В105). «Этим путем возникает ровно столько чистых рассудочных понятий, a priori относящихся к предметам созерцания вообще, сколько…было перечислено логических функций во всех возможных суждениях: рассудок совершенно исчерпывается этими функциями и его способность вполне измеряется ими» (В105). Таким образом, путь обнаружения всех категорий рассудка весьма прост – надо взять хорошо известную таблицу логических форм традиционной логики. И здесь же Кант последовательно проводит мысль о принципиальном тождестве категорий и логических функций суждения, (реализующихся в системе логических форм). «Если общая логика и может быть использована как «руководство к обнаружению всех чистых рассудочных понятий», то происходит это не для того, чтобы предоставить «трансцендентальным понятиям опору в формальных», а, наоборот, чтобы дать опору «формальным» понятиям в «трансцендентальных» и тем самым глубже понять последнее основание их значения»18. Доказывая это, мы анализируем концепцию В. Фиртеля о тождестве понятия и суждения в логике Канта19. Это означает тождество форм единства различных представлений в суждении с формами единства представлений в понятии. Суждение выражает сущность понятия. «Единство сознания многообразного в представлении объекта вообще есть суждение» (R5933). «Многообразное, если только оно представляется необходимо принадлежащим сознанию (единству сознания вообще), мыслится через понятие объекта» (R5927). Следовательно, единство многообразного в сознании, понятие и суждение суть одно и то же. Поскольку, по Канту, мы не можем познавать предметы «напрямую» (интеллектуальной интуиции нет), мы вынуждены судить о них, то есть подводить наши их представления под общие понятия, которые могут иметь силу для многих представлений. «Таким образом, все суждения суть функции единства среди наших представлений» (В94). Можно выделить наиболее общие способы приводить представления к единству, это и будет формами суждения. Одно и то же единство может быть рассмотрено с 4 точек зрения: количества, качества, отношения и модальности, в каждой из которых есть три типа возможных характеристик. Анализ, который был бы только анализом, который по крайней мере опосредствованно не относился бы к лежащему в основе синтезу и не опирался бы на него, невозможен»20, ибо «там, где рассудок ничего раньше не связал, ему нечего и разлагать, так как только благодаря рассудку нечто дается способности представления как связанное» (В130). «Наши представления должны быть даны раньше всякого анализа их, и ни одно понятие не может по содержанию возникнуть аналитически. Синтез многообразного…порождает прежде всего знание, которое первоначально может быть еще грубым и неясным и потому нуждается в анализе; тем не менее именно синтез есть то, что, собственно, составляет из элементов знание и объединяет их в определенное содержание» (В103). Чтобы познать предмет, необходимо достигнуть синтетического единства представлений в его созерцании, а это и есть суждение. Принципы анализа и разложения уже собранного определенным образом содержания, безусловно, будут зависеть от принципов сборки этого содержания. Каждому типу синтеза будет строго соответствовать свой тип анализа. «Категории - это понятия о предмете вообще, благодаря которым созерцание его рассматривается как определенное с точки зрения одной из логических функций суждения» (В128). Синтез и анализ, общая и трансцендентальная логика – две стороны одной медали, одного и того же познающего рассудка. Логические формы таковы потому, что таковы категории, принципы синтетической работы рассудка (и, в конечном счете, потому что таковы объекты). «В метафизической дедукции априорное происхождение категорий вообще было доказано их полным совпадением со всеобщими логическими функциями мышления» (В159). Но откуда берутся теперь уже эти, трансцендентальные принципы? Каким образом создается их объективное содержание, а тем самым и объективное содержание логических форм? Ведь логические формы – это формы суждений. Что же придает суждению объективность? Что такое суждение? Рассмотрение этих проблем и составляет суть теперь уже трансцендентальной дедукции категорий. Мы должны знать, каким образом эти понятия могут относиться к объектам, которых они ведь не могут получить ни из какого опыта (В117). Трансцендентальная логика (как семантика) специально включает в свой предмет исследование объективной стороны познания, изучение онтологических предпосылок относительно объектов рассмотрения, лежащих в основании системы логических форм суждений. «Каким образом получается, что субъективные условия мышления имеют объективную значимость?» (В122). «Сделать вывод, что они (предметы нашего познания - К.М.) должны сообразоваться также с условиями, в которых рассудок нуждается для синтетического единства мышления, уже не так легко…созерцание вовсе не нуждается в функциях мышления» (В123). «Всякий опыт содержит в себе…понятие о предмете, который…является в созерцании; поэтому в основе всякого опытного (предметного – К.М.) знания (а тем самым и познания как вида ментальной деятельности – К.М.) лежат понятия о предметах вообще («онтологические допущения относительно предметов рассмотрения» – К.М.) как априорные условия…объективная значимость категорий (и соответствующих им форм суждений – К.М.) как априорных понятий должна основываться на том, что опыт возможен (что касается формы мышления) (выделено мной – К.М.) только посредством них. В таком случае они необходимо и a priori относятся к предметам опыта, так как только с их помощью можно мыслить какой-нибудь предмет опыта вообще» (В126). С их помощью – и посредством суждения соответствующей формы, которая таким образом становится необходимо объективной.

Далее, высшим пунктом в обосновании логики, по Канту, является трансцендентальное единство апперцепции (самосознания). «Мы должны искать это единство (необходимое для познания – К.М.)…в том, в чем содержится само основание единства различных понятий в суждениях, стало быть, основание возможности рассудка даже в его логическом применении (выделено мной – К.М.)» (В131). «Итак, лишь благодаря тому, что я могу связать многообразное содержание данных представлений в одном сознании, имеется возможность того, чтобы я представлял себе тождество сознания в самих этих представлениях; иными словами, аналитическое единство апперцепции (лежащее в основании формально-логического единства представлений и определяющее саму возможность той или иной логической формы суждения – К.М.) возможно, только если предположить наличие некоторого синтетического единства апперцепции» (В133). Оно «есть высший пункт, с которым следует связывать все применение рассудка, даже всю логику (выделено мной – К.М.)» (там же). Объект, согласно Канту, есть то, в понятии чего объединено многообразие, охватываемое данным созерцанием (В137). Синтетическое единство сознания есть объективное условие всякого познания; не только я сам нуждаюсь в нем для познания объекта, но и всякое созерцание, для того, чтобы стать для меня объектом, должно подчиняться этому условию (В138). Объекты как таковые нам не даны, даны лишь созерцания (возможность объекта), из которых рассудок сам собирает свои объекты, собирает по необходимым правилам. Следовательно, объекты, для которых справедливы предписания логики общей, являются результатами наших «познавательных абстракций», они соответствуют онтологическим принципам, заложенным в категориях, создающих эти объекты как таковые. «Логическая форма суждения заключается в объективном единстве апперцепции содержащихся в нем понятий» (теорема §19, В140, ср. R593421). «Суждение есть не что иное, как способ приводить данные знания к объективному единству апперцепции» (В141). Представления в суждении принадлежат друг к другу благодаря необходимому единству апперцепции в синтезе созерцаний. Таким образом, суждение есть «отношение, имеющее объективную значимость» (В142). Кант пишет: «Действие рассудка, которым многообразие в данных представлениях…подводится под апперцепцию вообще, есть логическая функция суждений…Следовательно, всякое многообразное, поскольку оно дано в едином эмпирическом созерцании, определено в отношении одной из логических функций суждения, благодаря которой именно оно и приводится к единому сознанию вообще. Категории же суть…именно эти функции суждения, поскольку многообразное в данном созерцании определено в отношении их (они делают возможным синтез как понятия о единстве этого синтеза – К.М.)» (В143). Следовательно, «все чувственные созерцания (как объекты рассмотрения – К.М.) необходимо подчинены категориям, единственно при которых их многообразное может соединиться в одно сознание» (там же, теорема §20). Логическая форма суждения определяется теперь через соответствующую функцию суждения (привносящую единство в наши представления), то есть через определенную категорию. Всякий тип анализа опирается на строго соответствующий ему тип синтеза. Итак, «суждение – представление способа, каким различные представления принадлежат к одному сознанию» (R3055, ср. R3051). «Суждение - естественный, фактически требуемый коррелят «предмета», ибо оно выражает в самом общем смысле совершение и требование той «связи», к которой сводится для нас понятие предмета». Именно виды и формы синтетического единства, (представленные как раз в категориях - понятиях трансцендентальной логики), переведенные на определенные логические определения, дают формы суждения22. «Форма суждений (превращенная в понятие о синтезе созерцаний) (выделено мной – К.М.) дает нам категории…» (В378). «Помыслить объективное единство представлений, или объект, можно только в суждениях»23. «Единственный способ превратить суждения восприятия в суждения опыта, по Канту, это помыслить, что наши состояния не безразличны к логическим функциям, но сами по себе определены по отношению к той или иной функции»24. Трансцендентальная логика теперь определяет нашу обычную логику, наш способ рассудочного познания. Она диктует онтологию, а онтология "обязывает" нас к определенным логическим схемам ее описания.

В заключение мы, с учетом полученных результатов, анализируем концепцию Т. Пиндера25. Он указывает, что кантовская общая логика приобретает свой формальный характер не на основании ее «общности», понимаемой как «абстрагирование от всякого отношения к объекту», как «отношение только к чистой форме мышления». Отношение к объекту необходимо принадлежит суждению как таковому. Это отношение к объекту и есть форма суждения. Суждение есть отношение к объекту! Таким образом, отмечает Т. Пиндер, Кант дал новое понятие формы. И тогда всеобщность общей логики – это всеобщность понятия предмета, к которому она относится. Трансцендентальная логика же тоже, как и общая, формальна (и именно поэтому она и может разделяться на аналитику и диалектику), но имеет дело с предметами одного только рассудка. Формальный характер обеих логик – в их свойстве быть чистыми логиками, то есть иметь дело только с формой мышления (соответственно, с формой вообще и «предметной» формой). Если проведено различие чистого и эмпирического мышления предметов, то возможна чистая логика, в которой отвлекаются не от всякого содержания познания. Формальное – это и есть собственно логическое. Обычно, отмечает Т. Пиндер, мы имеем дело с видимостью, будто бы Кант отождествляет содержание с отношением к объекту вообще. На самом же деле в приведенных нами выше цитатах («отвлекается от всякого содержания, т.е. от всякого отношения к объекту» и т.п.) Кант обозначает как содержание только отношение к определенному, отличному от других предмету («общая логика, не ограниченная никаким частным видом рассудочных знаний (например, чистым знанием), не занимается определенными предметами…» – В736). Логическая форма есть условие всякой объективности человеческого представления вообще. Таким образом, мы можем сделать вывод, что Кант вкладывал в утверждение «формальная логика отвлекается от всякого содержания познания» несколько иной смысл, чем вкладывает современная логика в утверждение «формальная логика отвлекается от всего содержания познания». В самих логических формах заключено трансцендентальное (неэмпирическое) содержание, исследование которого составляет предмет соответствующей логической теории – логической семантики, то есть, в терминах Канта, трансцендентальной логики.

В свете проведенной реконструкции кантовского «обоснования логики» становится понятным и тезис Канта об «универсальности и завершенности» формальной логики. Мы полагаем, что в данной кантовской теории содержится глубокий философский смысл. Необходимо уточнить, почему и в чем логика, по мнению Канта, суть «завершенная наука». В самом деле, «границы…логики совершенно точно определяются тем, что она есть наука, обстоятельно излагающая и строго доказывающая одни только формальные правила всякого мышления…Своими успехами логика обязана определенности своих границ…она…должна отвлечься от всех объектов познания и различий между ними; следовательно, в ней рассудок имеет дело только с самим собой и со своей формой» (ВIХ). Рассудок у нас один, как таковой (как сама способность познания), следовательно, форма этого рассудка тоже постоянна, так как обеспечивает сохранение самого рассудка в различных ситуациях его применения к объектам. Меняется не рассудок, а его объекты или ситуации, в которых он мыслит. Форма рассудка суть структура одного идеального познания. Определение Кантом познания объектов дается однозначно. Это результат синтеза констант - априорных форм чувственности и рассудка (категорий). Поэтому и логика одна и не может принципиально развиваться после того, как эта структура рассудка выявлена и описана. Логика есть "канон для разума, форма которого подчиняется твердым предписаниям (выделено мной - К.М.), и эти предписания можно изучить, только расчленяя действия разума на их моменты" (В170). Она изучает законы познания, то есть формальные законы, которым подчиняется любое знание о вещах - о том, что дается нам в возможном созерцании. Если же речь ведется, например, о предмете идеи чистого разума («мир в целом»), то, по Канту, соблюдения основных законов логики (закона исключенного третьего, например) здесь может и не быть, ибо такие объекты не являются объектами созерцания, а, значит, и познания, а значит, не подпадают под сферу общей логики. Другой логический аппарат не имеет, по Канту, познавательного значения. Именно в этом смысле следует понимать «универсальность» логики для Канта. Настоящая, «подлинная» логика одна и неизменна, ибо неизменны предметы познания с точки зрения их общих категориальных свойств. Всякий предмет возможного опыта необходимо согласуется с категориями («онтологическими предпосылками относительно объектов рассмотрения»), которые неизменны. Поскольку нет различных онтологий, онтология (как учение об объективной предметности) одна, задаваемая априорной структурой единства апперцепции, следовательно, и формальная логика как логика онтологии объективной природы тоже одна!

Таким образом, мы видим, что и современной логике можно многое почерпнуть из, казалось бы, давно устаревшей и вышедшей из моды кантовской философии, а также, что самого Канта можно рассматривать как великого логика, предвосхитившего многие существенные в современной логике теории, концепции, подходы или их основные элементы26.



1 Смирнова Е.Д. Логика и философия. М., 1996. С. 13.

2 Там же С. 13-14.

3 Попов С.И. Критика кантианской концепции в логике. Диссертация…канд. филос наук. М., 1955. С. 125.

4 Смирнова Е.Д. Цит. соч. С. 213.

5 Там же. С. 268.

6 Там же.

7 Там же.

8 Там же. С. 9.

9 Йеше Г.Б. Предисловие к компендиуму «Логика Иммануила Канта. Руководство к лекциям» // Кантовский сборник. Вып. 22. Калининград, 2001. С. 188-189.

10 Смирнова Е.Д. Цит. соч. С. 214.

11 Брюшинкин В.Н. Парадигмы Канта: логическая форма // Кантовский сборник. Вып. 10. Калининград, 1985. С. 32.

12 Нарский И.С. Диалектика «критического» Канта // Вопросы теоретического наследия Иммануила Канта. Вып. 1. Калининград, 1975. С. 57. В другой работе И.С. Нарский писал, что Кант отверг существование онтологической основы форм формальной логики, в чем великий мыслитель «ошибался» (Нарский И.С. Соотношение «двух логик» в теории познания Канта // Научные доклады высшей школы Филос. науки. М., 1974. №2. С. 79).

13 Смирнова Е.Д. Цит. соч. С. 217-218.

14 Общая логика, по Канту, отвлекается не столько от всего, сколько от всякого содержания знания (подробнее см.: Михайлов К.А. Логический анализ теоретической философии Иммануила Канта: Опыт нового прочтения «Критики чистого разума». М., Спутник+, 2003. С. 57-58, 135 и др.).

15 Смирнова Е.Д. Цит. соч. С. 216.

16 Там же.

17 Разумеется, вся трансцендентальная логика не сводится к этой своей функции.

18 Кассирер Э. Жизнь и учение Канта. СПб., 1997. С. 158.

19 Viertel W. Kants Lehre vom Urteil // Zeitschrift für philosophische Forschung, Jg. 39, 1985, S. 60-70. Подробнее см.: Михайлов К.А. Указ. соч. С. 114-115.

20 Кассирер Э. Цит. соч. С. 157.

21 «Форма всякого суждения состоит в объективном единстве сознания данных понятий, в сознании, что они должны принадлежать друг другу и тем самым обозначать объект (выделено мной – К.М.), в полном представлении которого они в любое время находятся вместе. Единство сознания содержится в моментах рассудка при суждениях, и только это есть объект, в отношении которого единство сознания многообразного представлений мыслится a priori» (R5923, перевод мой).

22 Кассирер Э. Цит. соч. С. 157.

23 Васильев В.В. Подвалы кантовской метафизики (дедукция категорий). М., 1998. С. 90.

24 Там же. С. 93.

25 Pinder T. Kants Begriff der Logik // Archiv für Geschichte der Philosophie, Jg. 61, 1979.

26 В указанной выше нашей работе мы прослеживаем ряд и других стратегических параллелей между трансцендентальным идеализмом Канта (вырастающим из его понимания сущности, структуры и задач науки логики) и современной формальной логикой и философией логики.








Начинаешь курить, чтобы доказать, что ты мужчина. Потом пытаешься бросить курить, чтобы доказать, что ты мужчина. Жорж Сименон
ещё >>