Международный День Театра железногорская оперетта отметила очередной премьерой. 27 марта зрителям представили музыкальную комедию «А - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Праздник 27 марта. Международный день театра. История театра Праздник... 1 52.27kb.
27 марта – Международный день театра 1 56.7kb.
Всемирный день театра 1 25.23kb.
21 марта Международный день человека с синдромом Дауна Синдром Любви... 1 68.9kb.
Международный женский день 1 18.25kb.
Праздник 21 марта. Международный день борьбы за ликвидацию расовой... 1 43.59kb.
Поздравляем всех военнослужащих с Днем отца!!! 1 34.39kb.
История праздника 8 марта 1 32.64kb.
История праздника 8 марта 1 22.54kb.
День смеха, Международный день птиц, Национальный праздник Кипра... 1 21.98kb.
14 марта – во многих странах отмечается Международный День Рек, ранее... 1 30.93kb.
Руководители курсовых работ по дисциплине «Гражданское право» Группа... 1 70.42kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Международный День Театра железногорская оперетта отметила очередной премьерой. 27 - страница №1/1

Международный День Театра железногорская оперетта отметила очередной премьерой. 27 марта зрителям представили музыкальную комедию «Аристократы поневоле».
Спектакли приходят в репертуар театра по-разному. Многие классические вещи сопровождают театры всю жизнь. Другие – специально заказываются сценаристам и композиторам. Бывают же спектакли, которые сами находят своего режиссера.

Именно так случилось с «Аристократами поневоле». Когда-то давно режиссер Борис Кричмар увидел комедию итальянского драматурга Эдуардо Скарпетта в Омском драматическом театре. Безумно смешная, авантюрная история, очень понравилась режиссеру. Огорчало только, что в спектакле нет музыки.

- Я стал думать над этим, и мне пришло в голову, что надо использовать старые итальянские песни 80-90-х годов, - рассказывает Борис Кричмар. - И они сами собой стали ложиться на ситуации, на характеры персонажей, на их взаимоотношения. Кое-что я взял из опер – какие-то маленькие кусочки. Получился такой итальянский музыкальный микс.

Спектакль был не надуман и не навязан, а именно «рожден». Естественность живого существа в каждом его проявлении: от художественного оформления до актерской игры.

Гениальный текст Скарпетта позволил актерам проявить все свое мастерство.

Сергей Китаев и Виктор Бояринов в ролях озлобленных от голода голодранцев так органичны в этой постановке, что сквозь комедийную подачу сквозит драматизм отчаяния героев Виктора Гюго. Это уже не работа в легком жанре, а настоящая профессиональная актерская удача, в которой вообще трудно выделить кого-то. Постановка, как сама жизнь - такая цельная, наполненная смыслом и чувством.

Ни в чем нет неестественности. Зрители спектакля сразу попадают в атмосферу 3D. Сцена выстроена не в форме абстракции «одной стены». Это глубокая перспектива настоящего дома с разветвлениями коридоров; дома, где можно реально попасть из комнаты в комнату и на самом деле выйти на улицу.

Особый юмор в одежде героев – зрители могли смеяться, даже не слыша текста. Сергей Китаев в великолепном гротесковом костюме «бывшего голодранца, мнимого аристократа» с воротником из дохлой лисы (этакий брутальный Кот Базилио, видимо, переживший свою вечную сказочную спутницу) довел зрителей до истерики.

Продумана каждая мелочь. Например, в пьесе существует герой (роль исполнил Николай Алексеев), на которого богатство и знатность свалились неожиданно в зрелом возрасте (до того бедолага был поваром). Как тонко подмечено стремление, чтобы его благосостояние было непременно замечено окружающими. Это стремление во всем: вычурность костюма и окружающего его интерьера, требовательное отношение к слугам и к родне, нелепое преклонение перед знатью.

Стандартная интрига переодеваний была обыграна особенно тонко. Кто аристократ, а кто голодранец зритель видит по одной только пластике артистов.

Движениям в спектакле вообще можно посвящать отдельную статью. Пластика в постановке – это всегда второй текст произведения, но «Аристократы поневоле» - вообще спектакль необычный. Балетмейстер-постановщик Ольга Козорез создала на сцене ни много ни мало - атмосферу страны. Выражать юмор в движениях – это настолько в духе Италии, что создание такой самобытности на сцене русского театра показатель особого мастерства.

И все это вместе собрала и завершила музыка. Песни, исполняемые по всему миру совершенно самостоятельно, были подобраны к спектаклю так органично, что не казались взятыми извне. Они стали ариями из мюзикла «Аристократы поневоле».

Аплодисменты после каждого эпизода артистам с трудом удавалось оборвать следующими репликами. А после постановки зрители долго не отпускали полюбившихся героев, вызывая несколько раз на поклон.

Этот спектакль - настоящая удача театра, хотя никто из постановочной группы и из артистов не воспринимал постановку как серьезную вещь. Но так бывает. Часто, в, казалось бы, незамысловатых (как сейчас говорят «попсовых») произведениях открывается особый смысл. Примером может служить теперь уже такой народный фильм «Ирония судьбы или с легким паром», который его создатели Эмиль Брагинский и Эльдар Рязанов считали несерьезной работой.



Накануне Дня театра стали известны итоги ежегодного фестиваля «Театральная весна». В этом году Железногорский Театр оперетты привез целых три высших награды. Две «хрустальные маски» достались супругам Алексеевым. С обладателем третьей - актером Виктором Бояриновым - мы поговорили о театре и о том, насколько тяжела профессия актера, сразу же после премьеры.
- Вы сегодня работали в необычном жанре. Как бы Вы его назвали?

- Это очень похоже на мюзикл. Он – самый сложный жанр, синтетический. Опера, оперетта, сложны по-своему. Как Татьяна Ивановна Шмыга на бенефисе своем вышла, задохнувшись после номера: «Ох, мне этот легкий жанр!». Бывали случаи, что артисты падали в обморок. Когда надо танцевать и петь, и подавать голос так, как штангу поднимаешь каждый раз. Есть люди, которые думают: «Ну что они там дурака валяют на сцене». Чтобы дурака этого валять – я например, учился 18 лет. Из них 7 лет в музыкальной школе, 6 лет в училище и 5 - в головном институте страны ГИТИСе.



- Зал «Аристократов поневоле» встретил очень хорошо. Вы довольны своей работой?

У нас было очень мало времени на постановку. Только сдали «Прекрасную Галатею», сразу приступили к этому спектаклю. Было бы чуть больше времени, сделали бы все тоньше, грамотнее. Но так получилось. Специфика города такова, что у нас население не полтора миллиона, а всего-то 100 тыс. И чтобы людей заинтересовывать, чтобы они ходили, мы должны ставить больше спектаклей. И все это «больше» ложится на артистов. Труппы театров на большой земле представляют 50 человек, как правило. А у нас и двадцати нет. Поэтому наши ребята из постановки в постановку весь этот груз тащат на своих плечах. Но, не смотря на все, мы продолжаем работать, даже хрустальные маски взяли.



Актерство – тяжелейший труд. У Вас не было мысли поменять профессию? Кем бы вы могли стать, но не случилось?

Это смотря в каком возрасте меня спросить. Вот сейчас я очень уважаю профессию врача. Если б я пошел по этой стезе – я бы, наверное, все силы приложил, чтобы быть лучшим. Потому что нет большего счастья, когда люди хотят попасть только к тебе. Но это же важно и для актера! Мы же работаем не за деньги. Вот когда нас поздравляли сегодня, я подошел к микрофону и сказал: «Искренность нашей работы на сцене - это профессионализм, а искренность ваших аплодисментов – это то, ради чего мы работаем».




В пустую женщину можно вложить много денег. Станислав Ежи Лец
ещё >>