Лекция тема11. Методология социально-гуманитарного познания. - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Лекция тема10. Наука и методология. 3 604.87kb.
Лекция тема10. Наука и методология. 3 605.68kb.
Методология познания живого: идея самоподобия самоорганизующихся... 5 621.34kb.
1. Культурология в системе социально-гуманитарного знания Особенности... 20 3090.71kb.
Пермские владения строгановых в XVIII первой половине XIX в. 3 379.08kb.
Методология социального познания 1 243.18kb.
Лекция 1 лекция 1 методология научного творчества 1 40.33kb.
Контрольные вопросы по дисциплине «Методология права» 1 16.04kb.
Методология познания политической реальности 1 235.87kb.
2. методология исследования социально-экономических и политических... 1 206.96kb.
1. Методология: понятие, соотношение с теорией 24 1372.05kb.
Физика евхаристии 3 529.2kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Лекция тема11. Методология социально-гуманитарного познания. - страница №5/6


Вопрос 6

СПЕЦИФИКА МЕТОДОВ СОЦИАЛЬНО-ГУМАНИТАРНЫХ НАУК.

В сфере социально-гуманитарного исследования (коль скоро оно научное) могут и должны использоваться все философские и общенаучные методы и принципы (о которых шла речь в гл. V). Однако они здесь должны быть конкретизированы, модифицированы с учетом особенностей социального познания и его пред­мета (общество, культура, личность).

Так, в социально-гуманитарных науках результаты наблюдения в большей степени зависят от личности наблюдателя, его жиз­ненных установок, ценностных ориентации и других субъектив­ных факторов. В этих науках различают простое (обычное) на­блюдение, когда факты и события регистрируются со стороны, и соучаствующее (включенное) наблюдение, когда исследователь включается, «вживается» в определенную социальную среду, адап­тируется к ней и анализирует события «изнутри».

В психологии давно применяются такие специфические фор­мы наблюдения, как самонаблюдение (интроспекция) и эмпатия. Интроспекция (лат. - смотрю внутрь) - осознанное системати­ческое наблюдение за действиями собственной психики с целью выявления ее особенностей. Для преодоления субъективизма са­монаблюдение должно сочетаться с внешним наблюдением («со стороны»). Блестящие примеры использования интроспекции как способа познания и регуляции жизни дают многие восточные уче­ния, ориентированные на самосовершенствование человека.



Эмпатия (от лат. - вчувствование, проникновение) - спо­собность представить себя на месте другого человека и понять его чувства, желания, идеи и поступки, т. е. это проникновение в пе­реживания других людей. Эмпатия - восприятие внутреннего мира другого человека как целостное, с сохранением эмоциональ­ных и смысловых оттенков, сопереживание его духовной жизни.

Своеобразные методы и приемы наблюдения формируются с 60-х гг. XX в. в рамках трансперсональной психологии в работах американских психологов А. Маслоу, А. Уотса, С. Грофа и др. В трансперсональной психологии сделана продуктивная попытка за­ново взглянуть на человека в тех областях, где он выходит за пре­жние границы сознания - в экстатическом, религиозном, мисти­ческом опыте, в опыте околосмертных переживаний умирания и рождения. Активно развивается экзистенциальная психология (с ее «личностно-центрированным подходом»), которая, по оценке ряда авторов (В. Франкл, Р. Мэй, И. Ялом и др.) - сегодняшний день психологии, ее «живой нерв».

Разновидностью включенного наблюдения является этнометодология, суть которой состоит в том, чтобы результаты описания и наблюдения социальных явлений и событий дополнить идеей их понимания. Такой подход сегодня все более широкое примене­ние находит в этнографии, социальной антропологии, социоло­гии и культурологии.

Этнометодология претендует сегодня на новую теорию соци­ального познания, в которой онтологический и методологический аспекты очень тесно переплетаются. Их трудно разделить, пото­му что понимание выступает и на стороне объекта познания как основа взаимодействия, и на стороне субъекта познания (исследо­вателя) как способ постижения этой основы социального бытия, т. е. как своеобразное понимание понимания.

Специфика этнометодологического подхода выражается в том, что он ориентирует исследователя на изучение сугубо духовных явлений культуры, выражая социальную реальность через значе­ние слов, понятий, суждений и т. п., отождествляя ее с практи­кой языковой коммуникации. Методы познания этой практики и представляются в качестве основных средств познания социаль­ной реальности. Последняя же предстает как онтологизация зна­чений (смыслов) слов и она конструируется в ходе речевой ком­муникации.

Все шире развиваются социальные эксперименты, которые способствуют внедрению в жизнь новых форм социальной орга­низации и оптимизации управления обществом. Объект социаль­ного эксперимента, в роли которого выступает определенная группа людей, является одним из участников эксперимента, с интереса­ми которого приходится считаться, а сам исследователь оказыва­ется включенным в изучаемую им ситуацию.

В психологии для выявления того, как формируется та или иная психическая деятельность, испытуемого ставят в различные экспериментальные условия, предлагая решать определенные за­дачи. При этом оказывается, возможным экспериментально сфор­мировать сложные психические процессы и глубже исследовать их структуру. Такой подход получил в педагогической психоло­гии название формирующего эксперимента. Это метод активного воздействия на испытуемого, способствующий его психическому развитию и личностному росту. Активное воздействие экспери­ментатора заключается главным образом в создании специаль­ных условий и ситуаций. Они, во-первых, инициируют появление определенных психических функций и, во-вторых, позволя­ют целенаправленно их изменять и формировать.

Кроме формирующего в психологии выделяют естественный, лабораторный, экспериментально-патологический и некоторые другие виды экспериментов.

Следует сказать о том, что в последние годы некоторые пси­хологи и философы говорят о том, что «в психологии экспери­мент невозможен». С этим положением можно согласиться, если под экспериментом понимать классический естественнонаучный эксперимент, а не социальный эксперимент и его differentia specifica.

Своеобразной формой социального эксперимента является со­циальная инженерия, большой вклад в разработку которой внес британский философ и социолог К. Поппер. Развитием социаль­ной инженерии является социальное проектирование, широко рас­пространенное в современной социологии.

Социальные эксперименты требуют от исследователя строго­го соблюдения моральных и юридических норм и принципов. Здесь (как и в медицине) очень важно требование - «не навреди!». Глав­ная их особенность (социальных экспериментов) - в «способнос­ти служить орудием проникновения в тайники интимно челове­ческого».

В социально-гуманитарных науках широко применяется срав­нительный (компаративистский) метод, опять же с учетом спе­цифики их предмета. Так, в психологии этот метод реализуется в двух вариантах:

а) Сопоставление различных групп по возрастам деятельности и другим параметрам - метод поперечных срезов. Попереч­ные срезы - это совокупность данных о человеке на опреде­ленных стадиях его онтогенеза (младенчество, детство, юность и т. п.), полученных в исследованиях соответствующих контингентов.

б) Многократное обследование одних и тех же лиц на протяже­нии длительного времени - лонгитюдный метод (лат. - длинный). Длительное систематическое изучение одних и тех же испытуемых позволяет определить возрастную и индиви­дуальную изменчивость фаз жизненного цикла человека. Лонгитюд широко применяется при изучении возрастной динамики, преимущественно в детском возрасте (особенно близ­нецов).

В социально-гуманитарных науках кроме философских и об­щенаучных применяются специфические средства, методы и опе­рации, всецело обусловленные особенностями предмета этих наук. Выше уже шла речь о таких методах, как идиографический ме­тод - описание индивидуальных особенностей единичных исто­рических фактов и событий; диалог («вопросо-ответный метод»); понимание и рациональное (интенциональное) объяснение; ценнос­тный подход («отнесение к ценностям») (Риккерт, Вебер).

Назовем еще некоторые из своеобразных методов, подходов и принципов, характерных именно для социально-гуманитарного познания. (Заметим, что проблема их классификации еще по су­ществу не решена.)



1. Анализ документов, который позволяет получить сведения о прошедших событиях, наблюдение за которыми уже невоз­можно. Анализ документов может быть качественным («про­блемный поиск», тематические обобщения) и количественным (контент-анализ, основанный на идентификации «поисковых образцов» и их подсчете).

К числу документов относятся письменные источники-тек­сты в любой форме; статистические данные; иконографические изображения (кино, фото и т. п.); фонетические документы (ра­дио, телевидение, магнитофон и т. п.); информация в машиночи­таемой форме (дискеты, компакт-диски и т. п.).

Качественный анализ направлен на полное, всеобъемлющее выявление содержания документов. Основной недостаток анали­за этих документов - субъективизм - во многом преодолевает формализованный (количественный) метод изучения документов (контент-анализ). По некоторым данным, около 80% разведыва­тельной информации в мире «вычерпывается» с помощью контент-анализа открытых СМИ.

2. Методы опроса - основаны на высказываниях людей с целью выявления их мнений по каким-либо проблемам. Все раз­нообразие указанных методов сводится к двум основным фор­мам.

• Анкетирование - опрос по специальным анкетам, содержа­щим конкретные вопросы.

• Интервью - целенаправленная, заранее запланированная бе­седа с опрашиваемым (респондентом) «лицом к лицу».

В зависимости от источника (носителя) первичной информа­ции различают опросы массовые (где таким источником выступают представители различных социальных групп) и специализиро­ванные. Носители информации в последних - высокопрофессио­нальные компетентные в определенной области лица (эксперты). Поэтому специализированный опрос называют экспертным опро­сом (методом экспертных оценок).

Разновидностью последнего является метод групповой дис­куссии, который, обеспечивая глубокую проработку имеющейся информации, разных точек зрения по данной проблеме, тем са­мым способствует выработке адекватного в данной ситуации ее решения. Существует целый ряд форм организации групповой дискуссии. Наиболее известный из них - «мозговой штурм», метод активизации творческого мышления в группе. Метод опро­са особенно широко применяется в социологии и социальной пси­хологии.

3. Метод монографический (греч. топоз - один, единственный и графо - пишу) - метод, состоящий в том, что данную про­блему или группу проблем тщательно и с многих сторон ана­лизируют на одном социальном объекте («случае»), после чего делают гипотетический вывод от этого объекта к более широ­кой области сходных объектов. Названный метод требует мак­симально полного описания данного случая как характерного, типичного.

4. Биографический метод - один из методов исследования субъективной стороны общественной жизни индивида, осно­ванный на так называемых личных документах, в которых кроме описания определенной социальной ситуации содержит­ся также личный взгляд пишущего.

Разновидностями биографического метода являются автоби­ография и просопография, т. е. создание коллективных биогра­фий. Иначе говоря, это выявление определенного круга лиц, их Дат жизни, социального происхождения, образования, места жительства, рода деятельности, религии и т. п. Например, группы императоров, президентов, Нобелевских лауреатов, спортсменов, звезд шоу-бизнеса и т. п

5. Проективные методы (в психологии) - способ опосредован­ного изучения личностных особенностей человека по резуль­татам его продуктивной деятельности. Эти методы позволя­ют «проявиться личности вовне» и сделать выводы о тех или иных ее «склонностях», о специфике ее психологического раз­вития.

Наиболее известными и давно применяемыми проективны­ми методами являются метод чернильных пятен Роршаха и мето­дика фрустраций Розенцвейга. В первом случае выявляется связь между продукцией воображения и типом личности, во втором - реакции индивида в ответ на травмирующую (фрустрирующую) ситуацию. (Фрустрация - это состояние, вызванное переживани­ем неудачи, крушением планов.) Проективные методы широко применяются и в современной социологии.



  1. Тестирование (в психологии и педагогике) - стандартизиро­ванные задания, результат выполнения которых позволяет из­мерить некоторые личностные характеристики (знания, уме­ния, память, внимание и т.п.). Выделяют три основные груп­пы тестов - тесты интеллекта (знаменитый коэффициент 10), тесты достижений (профессиональных, спортивных и др.) и тесты способностей - как общепсихологических (сенсорных, моторных и др.), так и специальных (математических, худо­жественных, музыкальных и др.). При работе с тестами очень важным является этический аспект: в руках недобросовестно­го или некомпетентного исследователя тесты могут принести серьезный вред и моральный урон личности.

  2. Метод социометрии - применение математических средств к изучению социальных явлений. Чаще всего применяется при изучении «малых групп» и межличностных отношений в них (например, выявление «лидеров» группы, отношений фор­мальных и неформальных, конфликтных и неконфликтных и т. п.). Конечно, «подсчет процентов» кое-что дает, но далеко не все. И все же метод социометрии позволяет выявить ре­альную позицию человека в коллективе по различным при­знакам.

Еще раз подчеркнем, что при всей важности процессов мате­матизации и компьютеризации не следует забывать пределов при­менимости этих формальных методов в социально-гуманитарных науках. Целый ряд явлений «живой жизни» они охватить не в состоянии. Особенно это относится к внутреннему опыту личнос­ти, к «абсолютно-интимному ее ядру» (А. Шюц), к числу таких ее глубинных структур сознания, как воображение, фантазия, интуи­ция, неосознанные чувства и др.

8. Игровые методы - применяются при выработке управлен­ческих решений - имитационные (деловые) игры и игры от­крытого типа (особенно при анализе нестандартных ситуаций). Среди игровых методов выделяют психодраму и социодраму, где участники проигрывают соответственно индивидуальные и групповые ситуации.

Следует сказать, что в современной культуре значение игры как важной «области деятельности и жизни» существенно возрос­ло. Нидерландский культуролог Й. Хейзинга в работе «Человек играющий» показал, что игра относится к сущностным характе­ристикам человека наряду с разумностью и созидательной спо­собностью. Культура «возникает и развивается в игре», имеет иг­ровой характер. Мыслитель распространяет категории игры на процесс понимания текста, картины, спектакля и т. п.

Опираясь на идеи Хейзинги, Гадамер рассматривает игру как «способ бытия самого произведения искусства». Утверждая «свя­щенную серьезность игры», немецкий философ высшей ее ступе­нью, «завершением», «преобразованием ее в структуру» (т. е. дос­тижением ею идеального состояния) считал искусство. А после­днее, по его мнению, - один из важных способов постижения истины.

9. Иконография (греч. - изображение, образ и описание) - сис­тематическое изучение и описание изображений каких-либо (чаще всего - религиозных и мифологических) сюжетов или лиц, истолкование их смысла, символики, атрибутов, харак­терных особенностей. В искусствознании иконография - описание и систематизация типологических признаков и схем, принятых при изображении каких-либо персоналий или сю­жетных сцен - преимущественно в средневековом искусстве с его символикой.

Определенный интерес представляют предложенные В. В. Ильи­ным следующие правила (принципы), характерные, по его мнению, исключительно для социально-гуманитарного познания:

1) Принцип терпимости: этическая толерантность к продуктам научного творчества, легализация здорового плюрализма, восприимчивость к аргументам, отсутствие идиосинкразии (из­менения чувствительности) к инакомыслию.


  1. Принцип условности: понимание относительности собствен­ных результатов, того, что возможны более адекватные ре­шения.

  2. Принцип аполитичности: эпистемологическая реалистичность, автономность, самодостаточность, система запретов на исполь­зование идеологем, мифологем, утопий, ориентации на пред­рассудки.

  3. Принцип антиактивизма: деятельная, политическая абсистенция (уклонение, отсутствие). Назначение теоретика - объяс­нять, а не изменять мир.

5) Принцип гуманизма: общество - средство, человек - цель. Мы рассмотрели лишь некоторые из методов социально-гу­манитарных наук (напомним, что их сколько-нибудь четкой классификации пока еще не существует). Общая же ситуация в этой об­ласти такова, что «специализированной методологии гуманитар­ных наук, по своей разработанности, значительности и значимос­ти сопоставимой с методологией наук естественных, невзирая на несомненные находки - проницательные мысли и обобщения не­многочисленных теоретиков-энтузиастов, до сих пор не сложи­лось». «Сложить» такую методологию - самое важное (а не одна из) задача современной социально-гуманитарной мысли.

Потому сегодня все чаще говорят о том, что социальное по­знание стоит на пороге методологической революции, ему надо пересмотреть (и очень кардинально) свой методологический арсе­нал. При этом главное содержание этой революции мыслится как изменение в самом фундаменте мышления, формирование новой «большой» парадигмы и замена предыдущей старой (точнее - ста­рых). Из основных причин, вызывающих необходимость разра­ботки новой методологии социального познания, можно назвать следующие:



1.Изменение предмета исследования (в самом широком смыс­ле), т. е. современной социальной действительности, усиле­ние ее динамизма, целостности, противоречивости, открытости, взаимозависимости отдельных ее сторон, связей и отно­шений. Сегодня широким распространением пользуется кон­цепция информационного общества, которая главным факто­ром общественного развития считает производство и исполь­зование научной, технической и иной информации. При этом утверждается, что капитал и труд как основа индустриально­го общества уступают место информации и знанию в инфор­мационном обществе.

Выдвигается проект «глобальной электронной цивилизации» на базе синтеза телевидения, компьютерной службы и энергети­ки. «Компьютерная революция» постепенно приводит к замене традиционной печати «электронными книгами», изменяет науку * культуру, образование, духовный мир человека и т. п. Возникают новые механизмы человеческого общения и взаимодействия, рас­ширяется и усиливается взаимозависимость самых разных куль­тур и религий и т. п.

Необычайная сложность общества XXI столетия, способного, по словам И. Пригожина, «претерпевать огромное число бифур­каций» (раздвоений), создает новую ситуацию в мире, поскольку сложные системы обладают «высокой чувствительностью по от­ношению к флуктуациям» (колебаниям), и это «вселяет в нас од­новременно и надежду и тревогу». Все это привело к тому, что мир «навсегда лишился гарантий стабильных, непреходящих за­конов».

По убеждению многих исследователей, принципиально но­вые состояния общества плохо описываются старым категориаль­ным аппаратом наук об обществе. Нужен новый категориальный аппарат и новые методологические средства социально-гумани­тарных наук.



  1. Развитие науки в целом и отдельных научных дисциплин, пе­реход научного познания на качественно новый - «постнеклассический» - этап, широкое внедрение науки во все сфе­ры общественной жизни. Особенно бурными темпами разви­вается синергетика (об этом шла речь выше).

  2. Включение в научный оборот новых литературных источни­ков. В последние годы переведено на русский язык большое количество иностранных источников, в том числе по пробле­мам социального познания и его методологии. Большой пласт неосвоенных ранее источников представлен текстами русских религиозных философов. Открытый доступ получен к лите­ратуре на иностранных языках. Выходят свободные от «идео­логических шор» работы российских ученых. Появились ранее запрещенные по политическим соображениям труды советс­ких философов, историков, социологов, экономистов и др. Все это требует глубокого, тщательного освоения и творчес­кого использования.

4. Возрастание потребности в практической отдаче со сторо­ны гуманитарных наук - для рекомендации в различные сфе­ры общества - в экономику и практическую политику, в уп­равление социальными процессами, в сферы культуры, обра­зования и т. п. Но «хорошая» социальная теория невозможна без «хорошего» метода, точнее - системы методов, на основе которых она строится.

Контуры (основные черты) новой формирующейся парадиг­мы социально-гуманитарного знания и его методологии «выри­совываются» в следующем виде.

  1. Сближение естествознания и социально-гуманитарных наук.

  2. Все более тесное сближение и взаимодействие противополож­ных концептуально-методологических подходов: рациональ­ных и внерациональных, научных и вненаучных, экзотери­ческих и эзотерических, явного и неявного знания и т. п. О необходимости сочетания «мягких» и «жестких» методов, о «фигуре гибкого методолога», сочетающего регулятивное зна­чение классики с неклассическим и постнеклассическими под­ходами, о невозможности вмещать человеческое в узкий го­ризонт рационального говорят многие современные исследователи.

3. Резкое расширение внутринаучной рефлексии в самих гумани­тарных науках, т. е. усиление внимания к собственным гно­сеологическим и методологическим проблемам, стремление связать органически решение последних с решением специ­фически-содержательных вопросов этих наук. Углубленная разработка и совершенствование методов и при­емов собственно социального познания (непосредственно соответ­ствующих своему предмету) и формирование новых - характер­ная тенденция отечественного обществознания.

  1. Широкое внедрение аппарата герменевтики, культурологии, понимающих методик, что вызывает - и чем дальше, тем больше - сближение объяснительного и интерпретационно­го подходов. Социальные науки сегодня представляют собой арену взаимодействия объяснения и интерпретации. А это значит, что такие схемы сочетают элементы естественных наук с интерпретирующими методами и ценностными подходами наук о культуре таким образом, что примиряют обе крайние позиции.

  2. Активное внедрение в социальное познание идей и методов си­нергетики и возрастание в связи с этим статистически-ве­роятностных методов и приемов. Повышается внимание к случайным, неопределенным, нелинейным процессам, к не­стабильным (бифуркационным) открытым системам (о чем выше уже шла речь).

Становится все более острой необходимость в формировании у представителей гуманитарных наук так называемого «нелиней­ного мышления». Его основные принципы должны отражать в своем содержании:

а) многовариантность, альтернативность эволюции;

б) возможность выбора ее определенных - «удобных человеку» путей;

в) возможность ускорения темпов развития, инициирования про­цессов быстрого, нелинейного роста;

г) необратимость развития;

д) влияние каждой личности на макросоциальные процессы;

е) эволюционность и целостность мира;

ж) недопустимость навязывания социальным системам путей раз­вития;

з) протекание социальных процессов в условиях неопределен­ности и нестабильности и ряд других моментов.

О необходимости именно синергетического подхода к моде­лированию социальных явлений, о тех возможностях, которые приносит этот подход для познания социокультурной реальности, сегодня говорят многие исследователи. Вместе с тем следует иметь в виду, что применение синергетики в исследовании социальных процессов ограничено в некоторых отношениях: а) Только коллективные, массовые процессы могут быть поня­ты удовлетворительным образом с помощью синергетики. Ин­дивид как отдельная независимая личность фактически ока­зывается оставленным синергетикой в полной неясности.

б) Синергетика практически не учитывает роль сознательного фактора духовной сферы.

в) Трудности приложения синергетики к социальной сфере зак­лючаются также в том, что с переходом на более высокие уров­ни организации возрастает количество факторов, которые уча­ствуют в детерминации изучаемого социального явления. Синергетика применяется к коллективным, массовым процес­сам и «только в состоянии неустойчивой социальной среды (вблизи точки бифуркации или момента обострения социальных процес­сов) действия отдельной исторической личности могут определить возникновение новой макросоциальной картины процессов».

6. В настоящее время происходит резкое изменение субъект объектных отношений в сторону субъективного фактора, по­ворот к конкретному человеку. Сегодня, как никогда, под­тверждается афоризм Л. Фейербаха, что «человек - центр всей методологии».

Человек не должен исчезать ни в своих социальных порожде­ниях, ни в своих методах. Как верно заметил К. Ясперс, в своем предельном выражении все теоретико-методологические схемы служат вместе с тем выражением духовной борьбы за способы бытия человека.

Все чаще центр тяжести познавательного интереса представи­телей социально-гуманитарного знания ориентируется на субъек­та («свободное развитие каждого становится условием свободного развития всех» - Маркс), на ценностно-смысловые параметры в их индивидуализирующей форме.

7. Формируются и утверждаются новые регулятивы челове­ческой деятельности. Если прежде среди регулятивов, опре­деляющих ее, были ориентации на традиции, преемственность, созерцательность в отношении к внешнему миру, то в совре­менном обществе эти регулятивы постепенно заменяются на противоположные. Приоритет традиции сменился признанием безусловной ценности инноваций, новизны, оригинально­сти, нестандартности. Экстенсивное развитие сменилось на интенсивное. Происходит переход от установок на неограни­ченный прогресс, беспредельный экономический рост - к представлениям о пределах роста, гармонизации экономичес­кой экспансии на природу с принципами экономического сдер­живания и запрета.

8. Все настоятельнее возникает необходимость в создании цело­стной концепции жизнедеятельности человека в единстве его социальной и биологической сторон. Сегодня нужна целост­ная концепция взаимодействия общества и природы, опти­мальные принципы этого взаимодействия, необходимо более тесное соединение когнитивных и ценностных начал в человеческой деятельности.

Новая парадигма - парадигма единства человека и природы: осмотрительность вторжения в природу, поиск динамического рав­новесия между деятельностью человека и природными биогеоце­нозами и др. Основной парадигмальной установкой человечества начала XXI в. становится коэволюционная стратегия в познании и деятельности (о чем ранее шла речь).

9. Характерной чертой новой парадигмы социальной методоло­гии является все усиливающееся стремление представите­лей гуманитарных наук повысить концептуальный, теорети­ческий статус последних на основе новых методологических подходов. Они пытаются «насытить» свой научный арсенал всеми атрибутами зрелого теоретического знания: понятиями, категориями, принципами, «идеальными типами», различно­го рода абстракциями, методологическими и философскими установками, идеализациями и т. п. Ибо «сила абстракции» - вследствие «мягкости», «расплывчатости», «подвижности» и т. п. эмпирического базиса здесь очень велика. И эта тенденция четко просматривается по всем гуманитарным наукам. Однако при этом все глубже осознается то обстоятельство, что любая форма рациональности (в том числе научная), какой бы гибкой и утонченной она ни была, не может «уложить в себя», пожалуй, большинство социокультурных явлений с их «загадка­ми», «тайнами» и т. п. Например, никакая рациональность не мо­жет превратить религиозное сознание (с его личностно-экзистенциальным содержанием) в строгое концептуальное мышление с его четкими понятиями и принципами.

Вместе с тем многие современные представители социальных наук все яснее понимают, что рациональное познание и в наше время выступает в качестве необходимой культурной ценности.

10. Возрастание внимания к диалектике как важному методу ис­следования социальной жизни во всех ее проявлениях. Свои успехи представители социально-гуманитарных наук все чаще (хотя и с трудностями) связывают с этим методом. Примечательно, что эту тенденцию «уловили» и некоторые

современные западные гуманитарии. Так, в «Социологическом словаре» (Чикаго, 1997) американских ученых Р. Будона и Ф. Буррикада есть статья «Диалектика». В ней объясняется, что совре­менная социология избегает это понятие из-за неудачного использования в политике, но «реабилитирует» его, говоря о бесчислен­ных диалектических эффектах, выявленных социологическими ис­следованиями.

11. Все зримее вырисовывается ориентация современной гумани­тарной методологии не только на познание, но и на социально-историческую практику, т.е. теоретизация и методологизация последней. Проблема регуляции практики на основе определенных принципов и норм и проблема «онаучивания» социального мира становятся все более актуальными. Приоритет в этом отношении принадлежит польскому философу Т. Котарбиньскому - основателю праксиологии как общей теории и методологии рациональной деятельности. Польский ученый подчеркивает необходимость выхода общей методов логии за пределы сферы только научного познания и включения в ее предмет исследования методов любого вида деятель только рассуждать согласно такому-то, а не иному методу, не только развивать науку и писать научные труды лучше или хуже с точки зрения данного метода. Кроме того, можно делать что-либо лучше или хуже с точки зрения метода». Важнейшая задача социально-гуманитарных наук сегодня - их активное и методологически грамотное участие в решении прак­тических проблем социальной жизни.

Подводя итоги рассмотрения вопроса о необходимости форми­рования новой парадигмы социальной методологии, отметим сле­дующее. Наиболее перспективный путь создания такой парадиг­мы - синтез, целостное единство любых и всяких методологи­ческих подходов на основе принципа «все дозволено» (П. Фейерабенд). Исходя из такого понимания структура социально-гумани­тарной методологии может быть представлена в следующем виде:

I. Имманентный (внутренний) уровень - совокупность мето­дов, принципов, приемов и т.п., непосредственно обусловлен­ных специфическим предметом гуманитарного познания, т. е. со­циумом во всех его многообразных проявлениях - общих, осо­бенных и единичных (в том числе уникальных).

П. Трансцендентальный (внешний) уровень, который включа­ет в себя методы и средства: философские, общенаучные (эмпи­рические, теоретические, общелогические), вненаучные, методы естественных наук.

III. Единство, тесная взаимосвязь двух названных уровней, их взаимодействие в ходе применения.


<< предыдущая страница   следующая страница >>



Каждый мужчина, которого я встречала, хотел меня защитить. Не могу понять, от чего. Мэй Уэст
ещё >>