Конкурс «Действующие лица» - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Новогодний праздник «Проделки лесной нечисти под Новый год» Действующие... 1 124.92kb.
Сказка «Колобок» (современная интерпретация) Действующие лица 1 40.73kb.
Действующие лица: Ведущий 1 73.21kb.
Конкурс современной пьесы «Действующие лица» 1 346.99kb.
Русская ярмарка. Действующие лица 1 51.49kb.
Перевод с английского Алексея Седова Действующие лица 1 68.22kb.
На императорской театре в санктпетербурге действующие лица 3 332.97kb.
Дон хиль зеленые штаны действующие лица 6 1183.84kb.
Новогодняя свадьба (для старших школьников) Действующие лица 1 236.17kb.
Кто он? (комедия в двух действиях в стихах) Действующие лица 1 167.02kb.
Дэвид Элдридж под небом голубым действующие лица Ник 5 580.42kb.
Правила производства работ по монтажу опс 1 219.16kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Конкурс «Действующие лица» - страница №1/4

На драматургический конкурс «Действующие лица» посылаю пьесу

«Несговорчивый сосед» 2010 года. viktoria@neqlinka29.ru


О себе.

1936г. Электро-Технические курсы, по специальности работал на производстве.

Пробовать перо начал рано. Печатался в журналах: «Уральский следопыт» г. Свердловск,

«Южный Урал» г. Челябинск, «Единая семья» С-Петербург-Челябинск, «Новый век»

Г. Челябинск, был удостоен чести попасть в двухтомник, выпущенный к Юбилею

Челябинской области, лучшее за 70 лет. Лауреат премии им. Иоанна Златоуста.

Издал три книги, четвёртая на подходе.

Написано 7 пьес. Три одноактных и четыре полномерных пьес, нашего дня.

Вам посылаю пьесу « Несговорчивый сосед».

Мой почтовый адрес: Челябинская область, г. Златоуст, пр. Гагарина 3м/р д. 23 кв. 10

Тел. 8 909 743 32 05.

Электр. адрес: bersenev36@mail.ru

НЕСГОВОРЧИВЫЙ СОСЕД.

Пьеса в четырёх сценах.

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА.
НУЖИН СЕВОСТЬЯН – Высокий могучий мужчина лет тридцати семи, рабочий, слегка прихрамывает.

ЛЁЛЯ – его жена, мать двоих детей, миниатюрная, нежная и очень живая женщина 32 лет.

ДУЛЬЦИН ПЁТР АНДРЕЕВИЧ – крепкий, коротко остриженный деловитый господин лет 45ти с большой должностью на заводе.

МАДЛЕНА – его жена, дочь Огородникова, молодая 23 лет красивая женщина.

ОГРОДНИКОВ ЮРИЙ ГАВРИЛОВИЧ – её отец, 60 лет мужчина, неунывающий и говорливый.

РЕПОВ СТЕПАН ИЛЬИЧ – инженер с завода, помощник Дульцина, симпатичный молодой парень.

КСЕНИЯ АНДРЕЕВНА – сестра Дульцина, старая актриса, молодящаяся нарядная женщина в широкополой шляпе и с зонтиком.

МЫЗИН СЕМЁН ПЕТРОВИЧ – сосед Дульциных, самоуверенный, крепкотелый господин при галстуке, бизнесмен. Важничает.

ВАЛЕНТИНА – экономка Дульциных, девушка спокойного и любознательного характера.

ГЕННАДИЙ – мускулистый мужчина лет 50ти, охранник.

ВАСИЛИЙ – работник в доме Дульциных.

ДВОЕ РАБОЧИХ – один в очках, другой с короткой бородой.

СЦЕНА ПЕРВАЯ.

Рання весна. Справа тянется фигурная из кованого железа ограда. За ней подстриженные кустарники и начинающий зеленеть газон, выложенные цветными плитками дорожки.

А слева завалившийся от старости забор, за ним заросший бурьяном пустырь. В зарослях старого сада вросший в землю дом и стоящий на особицу дощатый сарай.

Между железной изнородью и пустырём проходит неширокий пешеходный переулок, по нему нет-нет да проходят люди, проскользнёт велосипедист, протарахтит мотоцикл.

Наши дни, часов шесть вечера.

На участок с упавшим забором входят Севостьян и Лёля, одеты они по рабочему.

ЛЁЛЯ. (радостно оглядывая всё кругом и певучим голосом) Ох! Хорошо-то как, мамочка родная!

Сева. (тоже осматриваясь) Когда мы с тобой, Лёля, были здесь зимой, мне показалось, что земли тут всего ничего… А теперь вижу –ого-го! Обширная… хотел сказать территория, да больно уж сухо… Скажу так – усадьба! Старый дом прямо-таки утопает в разросшемся саду.

ЛЁЛЯ. По бабушкиным документам тут все двенадцать соток. Что хочешь, сажай! Только вот заборишко сплоховал…

СЕВА. Да, двенадцать соток, то тебе не кот наплакал… А я тут загодя обрезки труб приволок и два рулона рабицы. Сетки… Трубы в землю вколочу, рабицу натяну, проволокой пришпандорю и не так будет стыдно перед соседним великолепием… У них ограда-то кованая!

ЛЁЛЯ. (уже с граблями в руках) Сад надо проредить. Листья мусор в кучу собрать. Вот и будет начало! А потом можно и костерок запалить.

СЕВА. Ты смотри, птаха, не перемогайся. А то я знаю тебя!

ЛЁЛЯ. Ой, да мне всё тут в радость! Я ведь здесь , Севчик, до двенадцати лет девчонкой жила…

1

Среди деревьев мелькает цветной платок Лёли, она обламывает отжившие ветки, собирает с земли опавшие листья и сама что-то напевает. Сева вбивает кувалдой трубы в землю и тоже здоровенным басом в полголоса поёт:



Ай-да-да-айда… Ай-да-да-айда!

Мы по бережку идём,

Песню солнышку поём.

Ай-да-да-айда… Ай-да-да-айда!

СЕВА. (прерывая петь) Лёля, слышь! Я посмотрел, вода тут далёко… Не на коромысле же её таскать!

ЛЁЛЯ. (из зарослей) Всегда так и таскали…

СЕВА. Слышь, Лёль! У меня есть старинный, ещё, так сказать, чеченского разлива корефан. Он на бурильной мащинёшке у нас по всей округе петляет… Так он мне за одно рукопожатие в земле дырку проткнёт. Тут низина, вода в метрах шести стоит…

ЛЁЛЯ. (издали, насмешливо) Так уж за одно спасибо. Скажешь тоже!

СЕВА. Нет, конечно. Я ему плату предложу. Только, боюсь он мне те деньги в рожу бросит. Мы ведь с ним в огне побратались… (раздумывает) Значит, дело в обсадных трубах стало. Новые – дорого, нам не по карману. Надо посмотреть, где по городу коммунальщики землю роют. Нам пойдут и подержанные…

ЛЁЛЯ. (издали, ломая сучки) Своя вода – хорошобы! Кнопочку нажал, а она и брызнет! (смеётся)

СЕВА. Будет тебе, птаха моя, водичка…

Занимаются своими делами.

СЕВА. Слышь, Лёль!

ЛЁЛЯ. Ну что ты там ещё надумал?

СЕВА. Железнодорожники сносят у себя старые деревянные бараки. Они из брусьев. Можно добротные выбрать. Недорого обойдётся!

ЛЁЛЯ. А ты не спешишь? Смотри, людей насмешишь!

СЕВА. Зуд во мне по земляной работе проснулся. Дом придётся ставить в два этажа. Никак не меньше… (Лёля посмеивается) Ну что ты смеёшься! Надо марку держать… Как никак будем жить в буржуазном районе… (работает и поёт)

К забору подходит молодая женщина с удивлёнными глазами.

ВАЛЯ. Вы откуда взялись? Какой ветер вас сюда придул?

СЕВА. (не переставая работать) Да вот, так сказать, в наследство вступаем…

ВАЛЯ. А мои хозяева, да и их соседи, думали, что земля бросовая. Пустырь… Облюбовали для спорт-городка. Корт хотят тут разбить!

СЕВА. Какой же это пустырь, если тут дом стоит и участок забором обозначе. Пусть ищут другое место, а тут будем мы хозяйствовать… А сами-то вы кто будете?

ВАЛЯ. Я что-то вроде экономки, только я не с ними живу. Приходящая…

СЕВА. (смеётся) Мне всегда представлялась экономка пожилой, умудрённой жизнью женщиной, ведущей внутреннее хозяйство большого дома… А вы совсем молодая девушка…

ВАЛЯ. Мы с хозяйкой этого особняка учились в педколледже… Я двумя годами раньше, она попозже.

СЕВА. Вы обе учительницы?

ВАЛЯ. Она-то, ещё учась, губки кривила: При моих-то данных я не намерена киснут в школьных стенах! Так и вышло. Сразу выскочила замуж за состоятельного человека, а меня при всиречи позвала дом вести… А вы-то где всё это время были? Ведь тут и живым духом не пахло!

Походит Лёля с граблями в руках.

2

ЛЁЛЯ. Здравствуйте, я всё слышала. Это моей бабушки хозяйство. Она три месяца как умерла. В студёную пору мы её хоронили… А я тут до двенадцати лет жила, пока маме квартиру не дали. Мы и потом с мамой часто бывали с ночёвкой… Вы вот никого, кроме нас с Сёвой, на участке не видите?



ВАЛЯ. А кто тут ещё есть?

ЛЁЛЯ. Вот. А я повсюду вижу свою бабу Полю… Вон она на переносной скамеечке сидит и комочки землю разбивает. Грядку под морковь готовит. Вон она в широких рукавицах крыжовник прореживает… Везде она!

ВАЛЯ. Видно, добрая была старушка, если вы её, как живую, видите…

СЕВА. Ты, наверное, Лёля, на свою бабушку похожа…

ЛЁЛЯ. Ой, быть бы хоть маленькой копией её и то хорошо… (Вале0 Мы с Севой не так давно поженились. Ну и вот прибыли сюда. Землю осваивать…

СЕВА. Мы оба рабочие люди и нам семьёй жить… У нас дети! Кормить будем их и себя не только с завода, но и с земли. Завод не дал зарплату, а у нас погребок не пуст...

ВАЛЯ. Ловко, конечно. Недавно поженились, а уж дети!

ЛЁЛЯ. Дети мои, двое…

СЕВА. (укоризненно) Наши!.. Тут вот у нас всё будет картофель…

ВАЛЯ. Не многовато?

СЕВА. Порося, как говорится, всё сожрёт… Картошка есть, отрубей прикупим – год с мясом будем! Вон тот сарай утеплю и в него поросёнка запущу… Будем жить по начертанной линии – детей поднимать!

ЛЁЛЯ. (смеётся) Всё-то Сева наперёд продумал… Ох, только время зыбкое… Ни на что положиться нельзя… А вы замужем?

ВАЛЯ. Нет… (Лёле доверительно) Есть у Бориса Андреевича инженер, он на меня засматривается. Такой смешной!.. А вы сюда надолго?

СЕВА. Как надолго. Навсегда!

ВАЛЯ. Это хорошо… Только у моей молодой хозяйки спорт-городок был что-то вроде мечтания… Она заблажит… Не попустится!

ЛЁЛЯ. (уходя с граблями) Мало ли что!

ВАЛЯ. Они ведь серьёзно всё так рассчитали… Какие деньги вложить в это дело… Да вот что-то не учли.

ЛЁЛЯ. (издали) Нас они не учли. Не учли бабушки \Поли, умершей у нас на руках… Не учли, что здесь не спившийся хозяин, как они полагали, а ещё не старые люди… (работает)

СЕВА. Да мы уже при своём деле, как видите. Вот я огораживаю… Против вашей ограды это, конечно, паутинка, но нам пойдёт!

ВАЛЯ. Ой, что будет! Что только будет, как узнает Мадлена…

Уходит. Поработав, Нужины запалили костерок, присели на бревно возле него, смотрят. Как он потрескивает, Радуются огню.

СЕВА. Надо было ребятишек с собой взять. Порадовались бы простору, попрыгали бы у огня!

ЛЁЛЯ. (улыбается) Колька бы так в пламя и лез… Отчаянная башка!

СЕВА. В первых классах, помню, я был сплошным недоразумением. Отчаянность так из меня и пёрла… А в классе седьмом так вытянулся, что сам самого стеснялся. Своей неуклюжести. Бывало, где не засмеются, мне всё кажется, что надо мной смеются…

ЛЁЛЯ. (улыбается) Колька б в огонь лез, а Леночка тихонько б сидела и задумчиво смотрела на пламя..

3
СЕВА. Хорошие они у нас…

ЛЁЛЯ. Да, у нас… У нас с тобой…

СЕВА. (обнимая её) Говорят, что дети, если в них всмотреться, что-то знают такое, чего мы не знаем, взрослые…

ЛЁЛЯ. А я думаю, они нам любы и загадочны тем, что не знают многого из того, что мы знаем…

СЕВА. Может и так… Как бы оберечь их, сохранить их чистоту… Их неведенье!

По переулку идёт Юрий Гаврилович Огородников, одет чисто, но в подержанный костюм. Видит костёр и тянет руку к нему.

ОГОРОДНИКОВ. Можно к вам на огонёк? Не помешаю?

ЛЁЛЯ. Добро пожаловать…

СЕВА. Места не жалко!

Через разгороженный участок Огородников подходит к костру, садится и протягивает руки к огню.

ОГОРОДНИКОВ. Дорогая минута, у живого огонька с добрыми людьми посидеть.

Глядя на огонь, молчат.

ОГОРОДНИКОВ. А что не споёте? Костёр ввечеру располагает к пению…

СЕВА. (с усмешкой) А мы поём, только не всем слышно…

ОГОРОДНИКОВ. Ага, души, значит, поют. Это хорошо! Выходит, я вам всё-таки песню нарушил.

ЛЯЛЯ. Ничего. Сидите.

ОГОРОДНИКОВ. Я представлюсь. Я отец молодой хозяйки вот этого выдающегося строения.

ЛЁЛЯ. Рады слышать.

СЕВА. (с интересом глядя на него) Да ну? Соседями будем.

ОГОРОДНИКОВ. Вы думаете, я в нём живу и вместе со всеми, так сказать, гужуюсь? Нет…

ЛЁЛЯ. Старая история… Престарелый богач купил за деньги приглянувшуюся девчонку… А вы…

ОГОРОДНИКОВ. Да нет. Не то! Зять мой, Дульцин, совсем не стар… Просто, я никогда ничего ни у кого не просил. Выклянченный кусок в горле костью встаёт! Она, дочь моя, вон меня к лошадям приставила… Но какой я конюх! Я же в городе родился… Теперь я туда ни ногой. Сходить, конечно, можно, как в музей… Но жить я бы не смог. Живой земли под ногой нет, одна холодная каменная

плитка…


ЛЁЛЯ. (посмотрев в сторону соседнего дома) А я бы, наверное. Гордилась…

ОГОРОДНИКОВ. Да… Внутрь войдёшь – глаза разбегаются, а посерёдке гостиной фонтанчик бьёт. Сухость воздуха увлажняет… А я хожу сюда жалеть…

ЛЁЛЯ. Кого?

ОГОРОДНИКОВ. Дочь свою, Маруську. Ведь с не любимым жить – душу губить! Я каждую неделю прихожу… пожалеть…

ЛЁЛЯ. Если муж вашей дочери не старый, то, может, он уродливый?

ОГОРОДНИКОВ. Кто? Борис Андреич? Не лживый широкоспинный мужчина, поглощённый работой… Большой пост занимает! Любит, наверное, на заводе во всё сам вникать… Глубокий человек и совсем простой. Если прогневается, может и матерным словом запустить. (усмехается) Мужик дюжий, а руки у него белые и пухлые, как у женщины…

ЛЁЛЯ. Отчего ж вы думаете, что она не любит его?

ОГОРОДНИКОВ. Ему уж за сорок и изо всех углов этого домины ему должны слышаться ребячьи голоса… А Маруська: Пока не буду рожать, ещё сама не пожила!.. Дура! Настоящая-то жизнь начинается с рождения ребёнка… Нет, если б любила, давно бы зачала.

4

ЛЁЛЯ. Может, вы и правы.



ОГОРОДНИКОВ, А то нет. Это всё мать её настропаливала: Ну, Машка, не промахнись! Красоту свою задаром не отдай!.. Ну, дочка и не промахнулась. К ней теперь и на кобыле не подъедешь!

Лёля вздыхает и идёт собирать щепок и веток в костёр.

ОГОРОДНИКОВ. Лёгкая у вас на ногу жена и тохонькая в талии, будто пчёлка…

СЕВА. Я и зову её птахой легкокрылой. Словно над землёй порхает!

ОГОРОДНИКОВ. Вы, Севостьян, любите свою жену…

СЕВА. Она у меня добрая… Но не тихенькая, как может показаться на первый взгляд. И не только жена, но и друг трепетный…

ОГОРОДНИКОВ. Это сразу заметно.

СЕВА. Она за мной в госпитале ходила, на ноги поставила. Провожала, так поцеловала…

ОГОРОДНИКОВ. Вы, Севостьян, в Чечне сражались?

СЕВА (кивнув головой) Вылез я из больничных палат – мать моя Егоровна! Что делается! Не жизнь, а сплошные ухищрения… Кто кого обойдёт, в яму столкнёт, на корню продаст или объегорит… Словом, не вписался! Ну и… С полгода не просыхал…

ОГОРОДНИКОВ. Пили?

СЕВА. Не то слово, запивался!.. Лёля меня нашла и другой раз спасла… Уж от бессмысленности жизни…

Встаёт и идёт к Жене, оба возвращаются с охапками сухих веток и обломков досок от старого забора.

ОГОРОДНИКОВ. (в восторге) Какой вы большой Севостьян! И сухощавый… Теперь многие молодые мужики перепузатели! Раньше этого не было, всё больше поджарые рабочие ребята… А в девяностых мы, скажу прямо. Голодали… Машка до сих пор помнит это…

СЕВА. (спохватывается) А вот мы сейчас у огонька перекусим. Тащи-ка, Лёля, свои знаменитые бутерброды да компот для запивки…

ОГОРОДНИКОВ. (поднимается) Не имею права мешать…

ЛЁЛЯ. Что это вы! Из-за стола, не поевши, не уходят. (ставит ящик и на газете раскладывает снедь) Кушайте на здоровье. Я впрок наготовила…

Едят, запивают и друг другу подкладывают.

ОГОРОДНИКОВ. Тишина какая!.. Подумать только, через каких-то полкилометра отсюда по трассе мчатся табуны, так сказать, железных мустангов… Визг, шум, вонь…

СЕВА. У меня тоже есть машинёшка, но по городу я езжу на велосипеде, раненную ногу надо развивать… Думаю, и всем членам семьи купить по подержанному велику. В свободное время к озеру на рыбалку запедалим… Тут всё близко. Озеро, лес, вот он, под рукой!

ОГОРОДНИКОВ. Смотрю я на тебя, Сева, и думаю: Нет, не перевелись ещё на свете дельные и путные ребята… (закуривает) А у меня всю жизнь вымотала своим ораньем. Когда разделились, мне выпала комната в коммуналке… Ничего… Соседи не докучают. Я успокоился и на всё теперь не расстраиваюсь, а гляжу с любопытством…

ЛЁЛЯ. (жалостливо) Вы живёте совсем один?

ОГОРОДНИКОВ. Только не жалейте меня!.. Правда, в эти годы на работу не берут. Я слесарь по ремонту станков. А какие нынче станки, если их на металлолом пустили! Взялся я за гроши в детсадике дорожки мести…

СЕВА. А дочь, она что…


5

ОГОРОДНИКОВ. Они ждали, что я один-то затоскую и назад попрошусь… А я вот он, живой!.. С женой жил, так не мог много думать, больше всё суетился и угождал… А теперь я, как видите, разговорился. Пенсию мне начислили да и детсадик я не бросаю. Живи – сколько пожелаешь… Эх, гитары нет, жена в щепки разнесла! А то, бывало, как вжарю по струнам, слова сами в склад идут…

СЕВА. Да ну? Меня всегда трепет брал, как я узнавал, что человек играет на каком-то инструменте… Сам я в подростках пробовал гитарные струны щипать, да пальцы у меня какие-то деревянные… А вот петь про себя люблю, только русское, где бы мелодия была…

ОГОРОДНИКОВ. (запевает в полголоса):

У костра-костерка

Я с друзьями сижу,

Захмелевший слегка

На огонь всё гляжу.

Вижу в пламени том

Вехи жизни своей:

Мать-отца и наш дом,

Ту, что всех мне милей.

Мать-отца взял тот свет,

Дом от старости сгнил.

А жену – злее нет! –

Я давно разлюбил…

По переулку идёт пожилая молодящаяся женщина с прямой спиной и широкой шляпой на седеющей голове.

КСЕНИЯ. (удивлённо окликает) Юрий Гаврилович, я издали узнала ваш голос. Вы как туда попали?

ОГОРОДНИКОВ. (обрадованно) Да вот. К добрым людям на огонёк напросился. Айдате и вы к нам! Если вам обременительно, я помогу…

Идёт навстречуей и за руку подводит к Нужиным.

КСЕНИЯ. А мы не будем навязчивы?

СЕВА и ЛЁЛЯ. Милости просим…

КСЕНИЯ. А я иду по переулку на трамвай и слышу – знакомый голос запел…

ОГОРОДНИКОВ. Да. Я тут совсем распоясался. Хочу вот молодым людям понравться!

КСЕНИЯ. Юрий Гаврилович, не беспокойтесь. Вы рождены для монологов! Это говорю вам я, старая актриса… И пение ваше раздумчивое…

ЛЁЛЯ. Правда… Мы заслушались.

СЕВА. Мы рады знакомству с Юрием Гавриловичем и с вами. Вы в театре выступаете?

КСЕНИЯ. Теперь уж редко…

СЕВА. Лёля, птаха вот моя, чтоб я дома не закис, взялась нас с детьми в театр водить…

КСЕНИЯ. Ну, меня-то вы, наверняка, не видели.

ЛЁЛЯ. (радостно) А вот и видели, видели. Я вспомнила. И громко хлопали!

СЕВА. В «Доходном месте»… Но мне б хотелось увидеть что-нибудь из сегодняшнего дня. Ведь время-то какое одичалое! Со всех сторон припекает… КСЕНИЯ, А я вам… (затрудняется, как назвать их) Меня всю жизнь – и до сих пор – близкие, подруги, в театре и брат звали Ксеничкой… ОГОРОДНИКОВ. А эту ладную пару зовут Севостьяном и Лёлей.

6

КСЕНИЯ. Скажу вам так, Севостьян. Осознать кусок грубой живой жизни и сыграть куда трудней, чем классическую роль. Надо нюхнуть полной ноздрёй эти мерзости жизни, да и режиссёрская смелость нужна… У меня есть дочь, актрисочка, в большом городе, так сказать подвизается. Так вот и она мечтает сыграть свою современницу, с глубокими страданьями и высокой мечтой… Я езжу к ней, наставлять. Ой, да кто теперь нас слушает! (машет рукой)



ОГОРОДНИКОВ. (Нужиным) А у меня тоже ещё есть сын. Он в океане рыбу ловит! Крепкий просолённый морем мужик тридцати семи лет… (Ксении) А ваш муж?

КСЕНИЯ. Тоже где-то подвизается… Если живой. След потеряла… (оглядывая кругом) Как хорошо, когда на заброшенной земле появляются новые молодые хозяева!.. Как вытянуться лица при виде вас у моих родственников. Они хотели что-то тут соорудить. А я рада вам!

ЛЁЛЯ. А вы где-то здесь по близости живёте?

КСЕНИЯ. Нет. У меня двухкомнатная квартира в заводском районе. Там пыль и дым, но мои окна выходят на гору и я не так страдаю… А вот в этом доме мой брат Борис закрепил за мной комнату так, что меня (снижает голос) никакая фифочка не турнёт…

ОГОРОДНИКОВ. Ксения Андреевна, неужели вас моя Маруська обижает?

КСЕНИЯ. (смешавшись) Ни-ни… Что вы!

СЕВА. (ерошит себе волосы) Нам приходиться редко встречаться с такими людьми, как вы…

КСЕНИЯ. А что такого во мне? Какая мудрость? Мне кажется, начинка всякого настоящего человека – это добрость… Люди в большинстве своём мало думают. Они просто без рассуждений присутствуют в этом мире. Но если их сердце доброе, им нет цены!

ОГОРОДНИКОВ. Меня вот хотели видеть с померкшими глазами. А я вот фасон держу! Живу и учусь рассуждать… ( актрисе с радостью) Мне ведь пенсию начали носить с прошлого месяца, да с детского садика мне идёт. Я даже по этому поводу разрешаю себе выпить!

КСЕНИЯ. Добрейший вы, вы души человек… (подходит к нему , касается своей щекой его)

ОГОРОДНИКОВ. Если вы не боитесь моей болтовни, то я набьюсь вам в провожатые.

КСЕНИЯ. Я б хотела с вами почаще встречаться…

ОГОРОДНИКОВ. Так ведь надоем!

КСЕНИЯ. Прощайтесь со своими друзьями, я вас подожду…

ОГОРОДНИКОВ. Бегу вслед за вами!

Все уже было расходятся: Сева к изгороди, Лёля с граблями в чащобу сада, Огородников за актрисой, как вдруг слышится близкий шум подъехавшей машины. Хлопает дверца и раздаётся встревоженный голос экономки, бегущей к ней.

ВАЛЯ. (слышен только её голос) Мадлена Юрьевна… Мадлена Юрьевна…

СЕВА. (удивлённо взмывает брови) Кто это Мадлена?

ОГОРОДНИКОВ. Господи, да Маруська же! Выстроят домина, попутешествуют по заграницам и представляют уж себя голубокровными существами… Вот и имячко подыскивают соответствующее

Себе!


СЕВА. (смеётся, принимаясь за дело) Ну и дела!

ВАЛЯ. (слышен встревоженный её голос) Мадлена Юрьевна, что творится-то! Вы говорили, что тот участок рядом с вами принадлежит вам, а там люди незнакомые объявились… Посмотрите, вон какая орясина в красной рубахе пустырь огораживает. Трубы в землю вгоняет и песни поёт!

Появляется Мадлена, идёт по переулку и всё осматривает, за ней экономка Валя.

ВАЛЯ. Тут вот она собрались всё картошкой засадить…

ОГОРОДНИКОВ. (стоя за Севой) Вот они и сами пожаловали! Ну, как? Живописная дама моя дочь?

7

СЕВА. (мельком взглянув) Ничего не скажешь… А краски-то сколько на ней!



ОГОРОДНИКОВ. Это она с визитом куда-то ездила. Изукрасилась…

МАДЛЕНА. Смотри-ка ты… И правда людишки какие-то копошатся! (смотрит на Севу) Ничего себе

Мужичище!

ВАЛЯ. А я что говорю. Орясина!

МАДЛЕНА. (у изгороди) Эй, ты! Кто тебя нанял? Кто ты такой?

Сева, глянув на неё изподлобья, продолжает свою работу.

ВАЛЯ. (выслуживаясь) Эй, ты, дылда! Отвечай, когда тебя хозяйка спрашивает…

СЕВА. Это она тебе хозяйка. Моя хозяйка вон – землю после спячки причёсывает… Свою землю!

Слышится колокольчик лёлиного смеха.

МАДЛЕНА. Ты почему не отвечаешь, когда тебя спрашивают? Кто ты есть?

СЕВА. Да я и не знаю, как тебе ответить. Скажешь «человек», ты ещё и не поверишь… Ты ж вон какая!

МАДЛЕНА. Какая такая?

СЕВА. Да вся из себя… Пальцы веером!

МАДЛЕНА. Ну ладно. Назови себя, чтоб можно было разговаривать…

СЕВА. (нарочно тянет с ответом) Я могу, конечно, назвать себя и язык у меня не отвалится. Только спроси как-нибудь по другому…

К севе подходит его жена Лёля.

ЛЁЛЯ. (прислонясь к мужу) Ой, как всё в ней продумано и подогнано фигурно… А походочка какая-то развинченная… А глаза-то, гляди, Сева. Ой, страшно!

МАДЛЕНА. Что вы на меня пялитесь? Женщин, что ли, не видели!

СЕВА. Ты первой пришла, вот и отрекомендуйся.

МАДЛЕНА. Ты нахал и бесстыдник! Не больно ли горячо ты за дело взялся? Эта земля принадлежит нам. Знаешь ты это?

ЛЁЛЯ. (возмущена) Сева? Как? Бабушкина земля? ( сжимает кулачки) Ух, так бы и дала по морде!

ОГОРОДНИКОВ. (выступая вперёд) А ну-ка, дай задний ход, Машка! Не задирай людей!

МАДЛЕНА. (удивившись) А ты-то что тут делаешь, пап?

ОГОРОДНИКОВ. Да вот. Костерок жгли, беседы тихие вели…

МАДЛЕНА. Расселись они тут, видите ли! Костёр жгут… Сплетничают!.. Ты, если ко мне пришёл, так проходи… Да ты никак дёрнул?

ОГОРОДНИКОВ. Вот. Пропустишь стограммовочку, так уж отец у них пьяница!.. А к тебе я не пойду, ещё с матерью столкнёшься… Сраму не оберёшься!

МАДЛЕНА. Если б не чудил, жил бы как у Христа за пазухой… Обстиранный, накормленный, гладкий.

ОГОРОДНИКОВ. (вскрикивая) И угнетённый!.. Да я и без вас, как видишь, не опаршивел…

МАДЛЕНА. Зачем тебе, пап, воля на старости лет?

ОГОРОДНИКОВ. Мужика, Марусь, в эту пору тянет к рассуждениям, а бабу к оголтелому оранью. Ведь мать твою уже не укротишь!

МАДЛЕНА. Ну, запетушился, как говорит мама, затряс гребнем!.. (оборачивается к Нужиным) А вы не сильно огораживаетесь! Съезжать придётся…

ОГОРОДНИКОВ. И опять ты перед людьми пыжишься!.. А, ну тебя… Меня Ксения Андреевна ждёт!

Да и ночь надвигается, надо идти…

МАДЛЕНА. Кто, кто его ждёт?

ВАЛЯ. Ксения Андреевна…

МАДЛЕНА. Ах, эта та, старая кривляка. Хороша парочка!


следующая страница >>



Фрейд из души сделал второе тело, здоровенный кусок плоти. Кароль Ижиковский
ещё >>