Доклад Высокопреосвященнейшего Иерофея митрополита Навпактского и Святого Власия - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Андрей Слюшкин Представляет 6 714.71kb.
Программа паломнической поездки «Святыни Южного Берега Крыма» 1 14.71kb.
По благословению Высокопреосвященнейшего Антония, митрополита Хмельницкого... 1 37kb.
Сущность и значение предмета Гомилетики 10 1525.1kb.
Ежедневная рубрика «Вопросы священнику». прот. Владимир Головин (г. 1 45.6kb.
По благословению Высокопреосвященнейшего Антония, митрополита Хмельницкого... 1 30.49kb.
Паломническая служба «Сретение» По благословению Высокопреосвященнейшего... 1 53.17kb.
Жития святых по изложению святителя Димитрия, митрополита Ростовского 60 8930.69kb.
Жития святых по изложению святителя Димитрия, митрополита Ростовского 64 7675.73kb.
Жития святых по изложению святителя Димитрия, митрополита Ростовского 62 7690.75kb.
Классный час. (Для учащихся 10 11 классов) 1 29.59kb.
Состав коллегии Департамента по культуре и туризму Томской области 1 46.44kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Доклад Высокопреосвященнейшего Иерофея митрополита Навпактского и Святого Власия - страница №1/1





Православная Психотерапия
Доклад Высокопреосвященнейшего Иерофея

митрополита Навпактского и Святого Власия
Прежде всего, хочу поблагодарить всех вас за почетное приглашение принять участие в настоящей Международной конференции, весьма важной по своей сути. Каждый раз, когда богословие, а к тому же богословие Православное, встречается с наукой, да еще в лице лучших их представителей -- имеются положительные результаты.

Сожалею, что не могу общаться с вами на родном вам языке – на русском, но постараюсь, насколько это возможно лучше, передать смысл и содержание свое доклада, пусть и говорю я на другом языке.

Тема моего доклада «Православная Психотерапия», исследуется мной уже на протяжении многих лет, в результате чего на греческом языке увидели свет уже пять книг, открывающие основные положения Православной Церкви и богословия относительно существования психотерапии в Православном Предании – предмет, вызывающий большой интерес у людей нашего времени.

Книги о Православной психотерапии переведены на многие языки, а одна из них – самая главная, под названием «Православная Психотерапия», переведена и на русский язык. Разумеется, по этой теме я был докладчиком на многих Конференциях и Семинарах. Забегая в перед, считаю необходимым упомянуть, что на русском языке вы сможете познакомиться и с многими другими моими трудами.


1.Терминология

Прежде всего, необходимо обратиться к терминологии настоящей темы. Это очень важно, потому что в противном случае не исключено смешение и путаница между предметом и методом православных богословия и аскетики, составляющих все, чем характеризуется Православная Психотерапия, с методом и даже предметом светской психотерапии.

Термин психотерапия создавался и развивался на западе. Подразумевает под собой способ лечения психологами, психотерапевтами и психоаналитиками психологических аномалий и дисфункций человеческого организма, последствия которых проявляются сколько в психической, столько и в телесной сферах организма, как и в окружающей их среде.

В древнейшие времена лечением людей, в том числе и телесных их заболеваний, занимались шаманы, -- религиозные служащие. Они рассматривали болезнь как религиозно-духовный недуг и исцеляли его заклинаниями, колдовством, вычитыванием, обрядовыми очищениями и др. На Западе, основным образом в эпоху Возрождения и Просвещения, медицина освободилась от метафизики и религии с результатом – медицина стала более механичной. Человеческое тело стали рассматривать больше как механизм, нуждающийся в уходе и ремонте, пренебрегая однако большим значением и влиянием душевной составляющей сколько на болезнь, столько и на здоровье человека. Образовавшуюся пустоту попытались заполнить психология, психотерапия и психоанализ. Таким образом, на Западе психотерапевты в какой-то мере заняли место священников-духовников и стали играть религиозную роль. В результате, западная психология и психотерапия определенным образом является поиском человека исцеления своих внутренних экзистенциальных проблем – это народная и светская религия.

Следуя же православному учению, психотерапия (ψυχοθεραπεία – душелечение) является тем, о чем заявляется само слово, то есть лечение (θεραπεία) человеческой души (ψυχή). Душа человека – это не просто психологические реакции человеческого организма на окружающую его среду, но духовная составляющая его бытия. Человек, созданный Богом по Своему образу и по подобию, обладает душой и телом, которые в своей сумме составляют одно единое лицо. Душу характеризуют три силы: мысленная (ум), желательная (чувство) и раздражительная (воля), и положительный или отрицательный способ их действия имеет последствия как на тело, так и на окружающее его создание. Согласно другому разделению, в душе можно различать умное и самостоятельное (свобода).

Далее мы соединяем термин психотерапия с прилагательным православная, потому что весьма отличным образом эту тему рассматривают другие христианские деноминации. Ведь сам факт, что светская психотерапия зародилась и развилась как наука на Западе и оттуда была перенесена на Восток, свидетельствует о том, что западное предание и богословие пренебрегли духовной частью человеческого бытия.

Схоластика, развитая различными Школами и изложенная Фомой Аквинским в его труде «Summa theologica», выражающем господствующее учение латинян, отдает приоритет именно человеческой логике, рациональному. Схоластика рассматривала вопрос логически, рационалистически и, таким образом, вел речь об онтологических доказательствах бытия Божия. Результатом этого явилось то, что западное просвещение, сколько английское со своим философским эмпиризмом, столько и французское и немецкое с их материализмом и идеализмом, отвергли бытие Божие, а вместе с тем и всю метафизику в общем, как реакцию на схоластику.

Тоже самое и возделываемый протестантами морализм, утвердившийся на возделывании внешних проявлений. Протестанты говорят о возрождении человека, происходящем чудотворным образом и в мгновение ока без участия его свободы, в следствие чего вводится один из видов детерминизма. Так остается совершенно неисцеленной внутренняя «часть» человека.

В православном же богословии, как мы далее убедимся, психотерапия теснейшим образом связывается с возрождением человека, преображением всех его душевно-телесных сил и энергий, достигаемого посредством действия Божественной Благодати в таинствах и аскетическом подвиге в лоне Церкви. Таинства соединяют христианина со Христом: посредством таинства Крещения человек становится членом Тела Христова, в Миропомазании принимает дар Духа Святого, а в Божественном Причащении – соединяется со Христом. Также аскетическое учение, называемое аскетически-исихастским, указывает на способ, посредством которого человек участвует в нетварной Благодати Божией. Таинства без аскетического подвига – суть механическое и магическое восприятие христианской жизни, как и аскеза без таинств составляет простой морализм.

Чем же на самом деле является аскеза, мы рассмотрим ниже, сделав прежде некоторые разъяснения.


2. Необходимые краткие разъяснения.

Целью моего доклада является изложение основного учения Православной Церкви о терапии (целении) человека. Но, в качестве предисловия, я хотел бы сделать несколько кратких и необходимых разъяснений, чтобы увидеть различие между Православной Психотерапией и какой бы то ни было психотерапией западного образца.



Первое – слово psyche используемое Западом как первая часть сложных терминов психотерапия, психология и психоанализ не является тождественным термину ψυχή (душа), в его понимании в православном учении.

Словом psyche на Западе выражает психологический мир человека. Следовательно, западный термин психотерапия выражает метод, направленный на «интеллектуальные и чувственные дисфункции и проблемы поведения» человека, и в таком разе удобнее его передавать термином «поведениология». Также и термином психоаналитическая терапия на Западе именуется метод, посредством которого стремятся проникнуть в человеческую психику ради исцеления внутренних конфликтов, бичующих человека внутри и извне.

В православном же учении слово психи выражает духовную стихию человеческого бытия, безусловно имеющую онтологическое содержание. Это его «по образу и по подобию» Божию, и состоит из множества сил-энергий, среди которых присутствует умное и самостоятельное. Эта ψυχή-душа существует и тогда, когда она покидает человеческое тело в момент его смерти.

Второе – между психиатрией, психологией, психотерапией и психоанализом существует различие. Психиатрия является частью медицинской науки, соединяющаяся сегодня с неврологией и исследующая способ воздействия нервной системы и мозга на психику человека. Психология является одним из направлений гуманитарных наук, исследующая человеческую деятельность, выражающуюся посредством мышления, чувства и поведения. Психотерапия – это метод лечения психосоматических (душевно-телесных) нарушений психологическими средствами. Наконец, аналитическая психотерапия или психоанализ является методом, посредством которого предпринимается исследование человеческой психики на основании слов, действий и его фантазий1.

Существует множество психотерапевтических школ, как и психотерапевтов, начиная от психоанализа -- психологии глубины Фрейда и доходя до логотерапии --психологии высоты, бытийной психологии Франкла. Я встречал в печати статистику, согласно которой на Западе существует «более 250 различных систем психотерапии». Среди них есть известные Школы излечения поведения, психоанализа, гуманитарной психологии и др., использующие такие методы как диалог, гипноз, фантазию, крик и др. Развилось и другое движение, называемое «антипсихиатрия». Но и среди самих Школ существует множество разногласий, связанных с убеждениями того или иного психотерапевта.

Многие из этих психологических и психотерапевтических направлений отрицают существование Бога, имея материальное видение, или же соединяются с парарелигиозными и восточного толка культами (проф. Jean Claude Larchet). Большинство из этих систем не являются научными, потому как не могут истолковываться реалиями науки, не предоставляя «неоспоримых объективных научных фактов, как это происходит с точными науками». Известно, что у науки есть некоторые объективные начала и методология, действительная для всех и во всех случаях – на основании опыта и наблюдения, а так же обладает неоспоримым объективным знанием, превышающим личностные убеждения, или такие понятия как родина или религия. Вышеприведенные психологические системы не обладают подобными предпосылками и реалиями, потому что с одной стороны – они тесно связаны с социальным, философским и богословским преданием Запада, с другой же – каждый человек в своей личности заключает что то субъективное, отличное и неспособен объективно, на основании объективных фактов толковать научное знание.

Разумеется, необходимо особенно выделить, что на сегодняшний день такая наука, как психиатрия-неврология, сделала значительный скачок в этой области и доказала огромное влияние изменений в головном мозге и происходящих в нем химических реакций с такими заболеваниями, как шизофрения, аутизм, болезнь Альцхаймера, маниакальная агрессивность, и даже при эмоциональных проявлениях человека. К тому же сегодня рождается новый вид психиатрия – молекулярная психиатрия «поскольку выявлены гены, по-видимому, влияющие на депрессию, агрессивность, предрасположенность к привыканию к наркотикам, и ученным уже удалось отделить в мозге вещества, которые задействованы в активизации процесса привыкания к кокаину»2.

И если психологические и психоаналитические школы не могут быть охарактеризованы как науки в строгом понимании этого термина, психиатрия-неврология является наукой и помогает человеку при нарушении функций головного мозга, изменений в различных его центрах, имеющих последствия на психику, и даже на тело человека. У Православной Церкви нет никаких причин отказываться от этих научных достижений.

В отличии от существующего в школах по психологии и психоанализа учения, православная психотерапия характеризуется особенными антропологией и сотериологией, тесно связанными с христологией и со всей откровенной истинной. Существенно отличается и от других антропологий и сотериологий западного и восточного толка. Помимо этого, православная психотерапия – это не простой метод, но сама жизнь Церкви с ее таинствами и со «во Христе» аскезой, неразрывно связанной с православным исихазмом, посредством которой человек исцеляется от своих страстей. В этом случае страсти, являющиеся естественными силами души, исходят «по природе» и «сверх природы», и так человек приобретает общение с Богом и людьми.



Третье – существуют исследователи, полагающие, что каждый человек рождается и возрастает в конкретном культурном сообществе, влияющем на всю его личность и на его общественную жизнь. Следовательно, каждая культура и традиция имеет свой индивидуальный способ помогать людям. Сегодня предается огромное значение так называемой «коренной психологии». Не может существовать некая единая для всех людей психотерапия, ибо каждый человек, существующий в конкретной культурной традиции, требует индивидуального подхода. Помимо этого, истина каждой психотерапии может иметь притязания исключительно в своей индивидуальной исторической и психологической традиции. А следовательно, каждая психотерапия, имеющая притязания и требования вне своей традиции проблематична и несет массу неразрешенных вопросов (проф. Harre, Gergen и писатель Schaeffer).

Таким образом, психология и психоанализ, развитые на Западе, главным образом соотносятся с англосаксонским типом людей и к нему направлены. Возникает масса проблем, когда все это знание переносится на людей, живущих в другом культурном пространстве, и особенно на живущих в православной культурной среде, в которой существует яркий психотерапевтический материал, такой как «Добротолюбие», излагающий исихастический образ жизни.

Следовательно, все открытия, совершенные на Западе, обращены на западного человека с отличным мировоззрением и условиями жизни и не могут быть применены к нам восточным людям. Тем более они не могут заменить нашу традицию. Поэтому, ученные рекомендуют, что исцеление каждого человека происходит в культурной среде, в которой он вырос и живет. Это означает, что и западные люди, чтобы заняться православной психотерапией, должны перейти и жить в культурной среде, где практикуется православная психотерапия.

Четвертое – почти все исследования по психологии и психотерапии (за исключением логотерапии Victor Frankl) своим предметом имеют психологическую сторону жизни человека и полагают, что проблемы, занимающие человека, главным образом психологического характера и связаны с накопленным опытом, чувствами, изменениями и со всеми вытекающими из них последствиями.

В Православной же Церкви мы утверждаем, что терзающие человека проблемы прежде всего суть онтологического, бытийного характера. Это означает, что это не частные психологические проблемы, они не просто связанны с частными правами, но суть проблемы отношений и всеобщей ответственности. Главным образом человека занимают вопросы: «Что Есть Бог? Как я соотношусь с Ним? Что такое смерть и жизнь? Зачем я существую? В чем смысл жизни? Что такое истинная свобода, если существую как данность? Как определяется действительное отношение с другими окружающими меня людьми? Как я могу жить в обществе, сохраняя свое лицо, то есть, как соотносится любовь и свобода? и т.д.»

Далее мы подробней остановимся на том, что говорит Православная Традиция, выраженная нашими святыми отцами, относительно того, что такое психический (душевный) недуг и исцеление человека, а также каковы основные положения Православной Психотерапии.

Все это имеет огромное значение. Я должен признаться, что выступая докладчиком по этой теме в Америке и Канаде (Бостон, Атланта, Сиэтл, Ванкувер), я был приятно удивлен -- многие из психотерапевтов, практикующих психоанализ Фрейда и логотерапию (бытийную психологию – психологию смысла существования Франкла), были не только поражены учением Церкви о терапии человека, но и попытались осуществить его на практике.



3. Болезнь и терапия согласно Православному Преданию

Понимание болезни в православном богословии отличается от общепризнанного в медицине, а тем более от понимания этого термина в светской психотерапии. Чтобы лучше рассмотреть видение болезни в Православном Предании, необходимо исследовать то каким был и как функционировал человек до грехопадения и как он функционирует сегодня, после падения.

Согласно учению Святых Отцов, (в особенности прп. Иоанна Дамаскина, собравшего и завершившего святоотеческое предание), душа человека имеет две силы или энергии: разумную и умную. Посредством разумной энергии человек имел связь с миром -- посредством своих чувств, а действием умной энергии имел общение и связь с Богом.

После грехопадения эта умная энергия, именуемая еще умом, помрачилась и смешалась с разумной и со страстями. Следовательно, душевнобольным, согласно Православному Преданию, является человек, у которого не правильно функционирует его умная энергия, поскольку он не приближается к Богу, не обладает опытом общения с Божеством, а, следовательно, отождествляется с разумом и страстями. Человек может не быть шизофреником, однако, если в нем не действует правильно умная энергия, он согласно Православному Преданию, считается душевнобольным.

Для нормального функционирования в человеке этой умной энергии – ума, должны предшествовать очищение сердца от страстей и озарение разума, низвержение всякого помрачения – своей тьмы. Просвещение же ума выражается тем, что он начинает непрестанно молиться, действием и энергией Пресвятого Духа. Если сердце не очистится от страстей, а ум не просветится -- человек именуется душевнобольным. Он может иметь добрые и этичные положительные помыслы, может быть телесно и психологически здравым, может внешне творить добродетель, как это делал известный из Христовой притчи фарисей, может быть психологически уравновешенным, но если он не откроет и не исправит эту умную энергию и она не начнет правильно функционировать, как это происходит в естественном ее состоянии, тогда человек – душевнобольной3.

То, что эта умная энергия не действует правильно и что ум пребывает помраченным, имеет страшные последствия в жизни человека. Давайте вкратце рассмотрим некоторые из них. В подобном состоянии человек утрачивает общение и связь с Богом. Из Бого-центричного он становится человеко-центричным. Центром его жизни становится его собственное «я». Тогда человек превращается в «само-идола», то есть поклоняется самому себе. Это означает, что в нем развивается самолюбие, которое, согласно учению Святых Отцов Церкви, характеризуется как неразумная бессловесная любовь тела. От самолюбия развиваются страсти любочестия, сладострастия и сребролюбия. Силы, которые в своем естественном состоянии должны были бы обращаться к Богу, обращаются к природе и людям. Вследствие чего расстраивается весь внутренний мир человека. Так развивается страх смерти, имея который человек начинает накапливать вокруг себя множество материальных благ, чтобы справиться со смертью, приближающейся посредством болезней и старости.

Затем, если ум не функционирует правильно, он неспособен руководить ни душой ни телом. То есть, в своем естественном человеческом состоянии душа, посредством ума, питается от нетварной Благодати Божией, а затем этот духовный опыт сообщается телу, которое оздоравливается и не позволяет развиваться страстям. Далее, через тело Божественная Благодать сообщается бессловесному созданию – всему творению. Однако, когда ум заболевает и отмирает, душа, вместо того чтобы питаться от Бога, сосет тело, а тело в свою очередь начинает сосать природу, вследствие чего возникают соответствующие душевные и телесные страсти, но и экологические проблемы. Таким образом, совершается полный переворот психосоматического (душевно-телесного) равновесия. Тогда тело человека восстает против души и человек утрачивает свою экзистенциальную свободу. Известно, что умное соединяется с самостоятельным, то есть ум соединяется со свободой. Следовательно, когда умное помрачается и затмевается, извращается и свобода. Человек перестает быть действительно свободным, и действует согласно энергиям и пожеланиям его страстей.

Весь этот внутренний недуг имеет последствия в социальном пространстве. Переживая подобную болезнь-неуравновешенность человек становится невыносимым, сварливым, эгоистичным, бранится и препирается с людьми. Он не может быть мирным и общительным.

Как мы раннее говорили, больной человек создает экологические проблемы. Он не любит по настоящему природу, не может увидеть присутствующую в ней Божественную энергию, не может прочувствовать «причин существ», как учат Святые Отцы Церкви, и самое худшее: он всячески старается использовать природу. Известно, что сверхпотребление создает необходимость сверхпроизводства, а сверхпроизводство, осуществляющееся при интенсивном использовании гормонов и других различных технических способов, насилует природу в результате чего создаются экологические проблемы. Поэтому невозможно бороться с экологическими проблемами вне лона Православной Психотерапии.

Итак, болезнь начинается с помрачения ума и передается на душу, на тело, на окружающую среду и все создание. По этой причине, согласно Православному Преданию, болезнь не является частным событием, но личностным, бытийным, социальным, экологическим и вселенским. Следовательно, лечение совершается не через отвержение частных причинных состояний, но посредством целостного изменения всего бытия человека.

Пророки и ветхозаветные праведники, как апостолы и новозаветные святые, осознали и из своего личного опыта засвидетельствовали, что когда человек исцеляется – освобождается от самолюбия и приобретает боголюбие и человеколюбие и стяжает энергию Божества – тогда в его сердце обнаруживается некое «пространство» в котором он начинает испытывать жжение, движение, божественную радость, некий духовной природы эрос. Это «пространство» святые отцы назвали «сердцем», а обретающуюся и выражающуюся внутри него энергию – умной энергией, умом. Это обретение является предметом опытного изыскания, а не философского раздумья и схоластики. Прежде всего в телесном сердце, а затем в более глубоком сердце, так званном духовном сердце, святые слышат непрерывную умную молитву, в нем переживают встречу с Богом, в нем ощущают озарение и просвещение. Это – ум, называемый еще «умная энергия».

Чтобы достичь кому-либо откровения этой умной энергии, силой которой человек непрестанно творит молитву, необходимо предшествовать очищение сердца от страстей, то есть человек должен избавиться от самолюбия и стяжать боголюбие и человеколюбие.

Я попытаюсь описать вкратце и насколько это возможно проще способ, которым достигается исцеление человека в Православной Церкви. Прежде всего, жаждущему исцеления человеку необходимо войти в лоно Церкви. Существуют различные Поместные Автокефальные Церкви, имеющие между собой общение, поскольку Православная Церковь нераздельно разделяется на различные Общины. Каждая из Общин является не частью Церкви, но всей Церковью в миниатюре. Церковная Община в действительности функционирует как терапевтическая Община с таинствами и аскезой. В ее лоне совершаются и действуют таинства, существует духовный отец, духовные братья. В Церкви совершается терапевтическое воспитание, посредством существующих в ней догматов и канонов. Догматы – это не ряд философских ценностей, но откровенные истины, которые должны быть пережиты христианином на личностном опыте. И переживание это совершается специфическим образом, существующим в лоне Церкви, как это видно и выражено в ее священных Канонах. В лоне этой духовной Общины человек может стяжать свое исцеление, восстановить свое предыдущее состояние.

Для большей аналитичности, я бы хотел подчеркнуть некоторые необходимые моменты, указующие как на лечение, так и на способ лечения.

Первое: в Церкви существуют и действуют таинства Крещения, Миропомазания, Божественной Евхаристии и Покаяния. Крещение сосредотачивает человека в Теле Христовом, в результате чего тот становится членом этого прославленного Тела. Однако, Крещению предшествует оглашение, являющееся не просто теоретическим научением Христианской вере, но очищением сердца от страстей и извержением из сердца всякого сатанинского действия. По этой причине в период оглашения читаются молитвы на изгнание нечистой силы. Крещаясь и очищая свое сердце от страстей, христианин миропомазуется и через это становится храмом Пресвятого Духа, отверзается его ум, в котором непрестанно начинает совершаться умная -- сердечная молитва. Одновременно, в таинстве Божественной Евхаристии он приобщается Тела и Крови Христовых. Пребывая в таком состоянии, он может, если на то будет Божья воля, достигнуть созерцания Нетварного Света, являющегося свидетельством исцелением человека, ибо это есть момент переживания своего обόжения.

Естественно, что участие в таинствах должно сопрягаться с аскезой, выражающей старание человека воплотить волю Божию. В период аскетического подвига держит свои мысли в периферии логики, не позволяя им сойти в область сердца, то есть страстное души, состоящее из желательного и раздражительного. Также старается применять разумную молитву, говоря «Господи Иисусе Христе помилуй мя». Вследствие чего в какой-то момент приходит Святой Дух и тогда Сам Святой Дух прелагает разумную молитву в умную -- сердечную молитву.

Второе: исцеление совершает сама Благодать Троичного Бога посредством таинств, но помощником выступает опытный духовный наставник, являющийся духовным отцом и учителем. Согласно церковному преданию, -- выраженному св. Дионисием Ареопагитом, воспринятом впоследствии свв. Максимом Исповедником, Симеоном Новым Богословом, пр. Никитой Стифатом и другими более поздними Отцами, -- три основные таинства духовной жизни – Крещение, Миропомазание и Божественная Евхаристия, соединяются с тремя стадиями духовной жизни -- очищением, просвещением и обόжением, сообразно трем степеням священства – диаконство, священство и епископство. Таким образом, вырисовывается следующая связь: Крещение-очищение-диакон, Миропомазание-просвещение-священник и Причащение-обόжение-епископ.

Как мы видим, Церковь не является ни религиозной организацией, ни социальной или моральной системой, но духовной лечебницей, исцеляющей от духовных – бытийных человеческих недугов. Это означает, что в лоне Церкви восстанавливается связь человека с самим собой, Богом, со-человеками и всем созданием. Это -- терапия.

Необходимо подчеркнуть, что обόживаясь и приобретая Христов ум, человек может уже различать тварную энергию от нетварной, Божественные помыслы от диавольских. Носители православного предания очень хорошо знают, в каком состоянии – опыте действует Благодатная энергия, когда диавольская, а когда телесная болезнь. Это различение тварного от нетварного является делом православного богословия. Православный богослов – это тот, кто может различать духов «от Бога ли они», как говорит евангелист Иоанн (1Ин. 6, 1). Поэтому богослов, в Православном Предании отождествляется с духовным отцом.

Когда человек, при помощи православного исихазма, пережитого святыми Отцами боговидцами, очистится действием Божественной благодати от страстей и достигнет просветления своего ума и разновидного и многообразного обόжения, он освобождается от всяческого разделения, встречающегося в падшем состоянии. Тогда человек приобретает истинное девство, являющееся не сдерживанием восстания плоти и тесных энергий, но переживанием божественного эроса; становится смиренным и простым, поскольку его бытие не ведает дробления и распада; живет как действительный нестяжатель, поскольку восходит к предшествовавшему равноправию, к общему совместному владению имуществом, господствовавшему в Раю. И тогда, разумеется, сбрасывает с себя всякое страстное человеческое разделение, и даже национализм. Любит свое Отечество, но превосходит его, почитая истинным своим Отечеством общество святых, будущую жизнь, устремляются к будущему граду, не замыкаясь в рамках своего проходящего города.



4. Общее Православное Предание

Ведя речь о Православном Предании, мы подразумеваем сохранение Христовых заповедей и догматов, но и сохранение способа которым догматы претворяются в жизнь. Сообразно тому, как доктор не ограничивается лишь знанием и преподаванием теоретической науки медицины, но должен приносить здоровье больному человеку. Это означает, что медицинская наука должна приносить результат. То же самое происходит в Церкви. Догматы выражают откровенную истину, но одновременно с канонами являются снадобьем, посредством которого исцеляется духовный недуг человека и восстанавливается правильная связь с Богом, ближним и окружающей средой. Если догматы останутся на созерцательно-интелектульном уровне и не претворятся в жизнь – они не принесут пользы человеку.

У всех православных народов общее духовное наследие – Церковь с ее таинствами и подвижнической жизнью. Сообразно тому, как медицина одна и та же в разных странах мира, при различных преданиях и языках, то же самое происходит и в православной Церкви. Существует общая догматическая истина, несмотря на то, что живет каждый из нас в другой стране и говорим мы на разных языках. Так превосходится национализм, как было выше подчеркнуто.

Необходимо подчеркнуть, что помимо церковных таинств между греко и славяноязычным Православием существует общее предание – исихастическое, которое должно стать истинным языком всех православных. Речь идет о трезвении и молитве. Трезвение препятствует нисхождению в сердце помыслов, а молитва, при Божественном содействии, приводит в движение умную энергию. Этому учит «Добротолюбие» святых отцов аскетов, переведенное на славянский язык и явившееся наизлюбленнейшим предметом у старцев.

Существует большое количество старцев, подвизавшихся в этих местах, житие и труды которых переведены на греческий язык. Все они пережили на своем духовном опыте это предание. Об этом читаем в книге «Приключения паломника»?.

Для более наглядного изображения природы православной терапия и того как она достигается, я бы хотел привести несколько случаев из жизни прп. Силуана Афонского, как их описывает арх. Софроний Сахаров.

Прп. Силуан Афонский, в миру Симеон Иванович Антонов, подвизался на Святой Горе в Пантелеимоновом монастыре, стяжал благодатное обόжение, и решением Вселенского патриарха был внесен в церковные святцы. На примере прп. Силуана мы видим, что, несмотря на предшествовавшую иноческому подвигу мирскую жизнь, он сподобился освятиться и даже достичь боговидения. Вследствие этого преобразился весь его внутренний мир, и даже это бренное тело, он приобрел глубочайший онтологический, покой, мир, смирение, кротость и вкусил сладость Божества.

Кроме этого на примере прп. Силуана можно увидеть, что он отправился со своей родины, России, на Святую Гору, ставшей в результате его духовной родиной, а затем, не покидая ее, вошел во всю Вселенную. Он, приняв в себя боль всех людей мира, сподобился войти в великую семью Адама и слезно молился за всех, чтобы каждый человек познал Христа во Святом Духе и вкусил сладость, мир, смирение и любовь Христовы.

Таким образом, прп. Силуан исцелил свой внутренний мир, в буквальном смысле преобразился и, превзойдя расизм и национализм, стал святым вселенского масштаба, так что все его сегодня любят, почитают и пред ним преклоняются. Это стало возможно благодаря тому, что он жил в лоне Церкви, в конкретном церковном сообществе, участвовал в церковных таинствах и исихазме.

Прп. Силуан Афонский хорошо знал науку внутренней жизни, тонкие процессы, происходящие во внутреннем мире человека. Он знал, что «когда в ум входят чужие мысли, то он разрывается между Богом и вещью» и тогда заповедь «возлюби Бога всем разумением своим и всем сердцем своим» не может осуществиться. «Но когда ум прилеплен к Богу и нет других мыслей, тогда первая заповедь осуществляется»4.



Помыслы, являющиеся прилогами, в случае принятия их человеком вызывают в нем сочувствие ко греху, за которым следует и само грехопадение. Помыслы бывают разных видов и соответствуют той или иной страсти. Прп. Силуан рассказывает о брани, которую он вел в противостоянии плотским помыслам, мучившим его, когда он по окончании военной службы пришел в Свято-Пантелеимоновскую обитель на Святой Горе, и подталкивавшей его уйти от туда. Прп. Силуан с мужеством противостоял им со словами: «Здесь я умру за свои грехи». Его решительность была неразрывно связана с молитвой. Поэтому он говорил: «Я горячо молился, чтобы Господь простил множество моих прегрешений». Как начинающий монах в монастыре, поддавшись телесному помыслу, он исповедовал его своему духовнику и, слушаясь его наказа, более никогда не поддавался этому помыслу в течении всей своей монашеской жизни. Исповедь, решительность и послушание освободили его от этого помысла. Он знал, что получивший благодать Божию, не примет более плотского помысла, даже в случае если его будут одолевать самые страшные искушения. Старец говорил: «Великий подвиг жить с молодой женщиной и не прикасаться к ней. Это могут только те, кто явственно имеет в себе благодать Святого Духа. Божественная сладость побеждает плотскую любовь к любимой супруге».

Помыслы приходят через демонов, и человек должен постоянно давать им отпор. Это и есть святое трезвение, аскетическое учение нашей Церкви. Прп. Силуан пишет: «Как люди входят в дом и выходят, так и помыслы, приходящие через бесов, если мы не примем их, снова уходят». Знаток этой тонкой борьбы, он хорошо знал, что «лукавые помыслы мучают горделивую душу» и только, смирившись, она сможет освободиться от их тиранического влияния. Вместе со смирением необходима усиленная молитва ко Христу. Прп. Силуан пишет: «когда тебя атакуют греховные помыслы, обратись к Богу и воскликни, подобно Адаму: “Господи, Создателю мой и Творче, видишь, как душа моя страждет от помыслов… помилуй мя”». В другом месте старец говорит, что на протяжении трех дней его одолевал некий помысел, который он победил «молитвой и слезами». И делает вывод: «Столь трудно бороться даже с такими мелкими помыслами». Следовательно, человек освобождается от помыслов посредством борьбы, терпения и настойчивости, с помощью духовного отца, которому исповедуется, и горячей молитвы Богу. Во всех этих случаях действует благодать Божия.

Действует в душе человека и лукавый дух, являющийся лицом (субъектом), а не простым олицетворением зла. В таком состоянии человеку необходимо исповедоваться, раскрывать эту вражескую манию дьявола и молиться, чтобы Господь преподал ему смиренный дух. Тогда он приобретет покой.

Прп. Силуан придавал огромное значение одному действенному способу борьбы с самолюбием и плотскими страстями. Этот способ он назвал «великой наукой». Речь идет об особенной человеческой позиции, согласно которой человек должен ощущать себя худшим из людей, осуждать себя на адские страдания и почувствовать языки адского пламени. Он не должен нисколько себя оправдывать, наоборот, должен непрестанно обвинять себя; таким образом, душа смиряется и приобретает «траур покаяния, порождающий радость». Прп. Силуан пишет: «Полезно приучить душу непрестанно думать: я буду гореть в адском огне. Но это должно происходить разумно, христианин, который подвизался в делании этой «великой науки», не должен терять надежду, а должен помнить о милосердии и любви Божией». Речь идет о покаянии, внушаемом благодатью Божией и рождающей радость.

Прп. Силуан часто говорит об отчаянии и безнадежности, о скорбях и печалях, болезнях, которые были и на его жизненном пути, особенно тогда, когда присутствие Божественной благодати оскудевало, а также и о том, как избавиться от этих страшных состояний, и каким образом они прелагаются в духовную радость. Ибо человека, живущего духовной жизнью, Бог ведет и вдохновляет все скорбное преобразовать в благое, спасительное, радостное. Он говорит: «Однажды на меня нашел дух отчаяния и безнадежности, мне казалось, что Бог совсем отвернулся от меня и нет для меня спасения, и я воочию лицезрел потерю своей души в вечности. У меня было чувство, что Бог – немилостен и жесток. Дух этот владел мною больше часа, он настолько отвратителен и мучителен, что даже страшно вспоминать о нем. Душе невероятно тяжело терпеть его». А далее прп. Силуан описывает, как Господь явился ему и благодать Святого Духа наполнила его душу и тело.

Из собственного опыта прп. Силуан знал, что отчаяние, потеря надежды на спасение и избавление от своих страстей суть от дьявола. Он пишет: «Некоторые теряют надежду, думают, что Господь не простит им грехи. Мысли эти навевает враг. Господь настолько милостив, что мы не в силах это во всей полноте и приставить. Душа, которую Святой Дух наполнил любовью к Богу, знает, насколько Господь любит человека».

Горести и печали часто посещают людей и причиняют им невыносимую боль. Прп. Силуан пишет: «Печалюсь я, что моя жизнь проходит в лени и апатии». Но он не желает пребывать в этом состоянии, и принимается за свое исцеление. «Но, к сожалению, я не в силах предпринять ничего лучше. Я знаю, что не разумен, мне не хватает образования, я беден и грешен, но Господь любит и таких, как я, поэтому моя душа полна желания со всей силой трудиться во имя Его». Душа преподобного удручена, так как из-за болезни она не в силах послужить Богу. «Головная боль изнуряет меня и нет рядом со мной благодати, побеждающей головную боль». Болезнь печалит его, так как он не в силах делать все то, что должен согласно послушанию и любви ко Христу. Прп. Силуан уверяет, что посещающая благодать Божия побеждает боль. Нечто подобное происходило и с мучениками, на которых во время пыток нисходила благодать Божия, и они радовались и веселились. «Кто принял в себя благодать, тот осознает это, и мы должны переносить болезни с терпением». Достойны восхищения слова одного молодого монаха, сказанные прп. Силуану: «Хоть я и болен, но я слышу в своей душе благодать Божию». Здесь явствует непрестанная умственная молитва, которую он слышал и ею ощущал присутствие Божие.

Над самолюбивым человеком часто властвует страх перед смертью. Это проявляется в минуты разных событий, как, например, при землетрясении. Одно такое землетрясение произошло в монастыре (12 сентября 1932). Оно было такой силы, что «все большие строения монастыря содрогались, отваливалась штукатурка, паникадила, лампады и канделябры ходили ходуном, на колокольне звенели колокола, зазвонил даже самый большой, почти двенадцатитонный, колокол». Но монахи не проронили ни слова и бесстрашно оставались на своих местах. Прп. Силуан пишет: «Душа, познавшая Господа, ничего кроме греха не боится, а особенно греха гордости. Она знает, что Господь любит нас, а если Он нас любит, то, чего нам бояться?».

Борьба со страстями и дьяволом возможна при помощи благодати Божией. Бог укрепляет человека, ибо человек не в силах справиться с такими сильными душевными и телесными испытаниями, как, например, помыслы, горести, печали и отчаяние. Бог веселит человека и укрепляет его разнообразно. Но проблема возникает именно тогда, когда благодать Божия уменьшается за тем, чтобы проявилась свобода человека.

В своем труде прп. Силуан говорит о жестокости души, проявляющейся тогда, когда Божественная благодать покидает ее. Прп. Силуан пишет: «… но когда благодать Божия меня покинула… душа моя ожесточилась, я очаровался грехом, и уже редко вспоминал о Вознесении Господнем». Нежность и чувствительность души, так же как и ее жестокость имеет прямое отношение к благодати Божией и ее утрате, соответственно. И в другом месте старец замечает: «Душа моя печалится, когда ее покидает благодать Божия». Но если душа обращается к Богу и молит о прощении, «тогда она сразу же приобретает упокоение». И в другом месте он говорит что, когда его душа утратила смирение, он стал раздражителен и вспыльчив. Начав же затем скорбеть о происшедшем грехе, попросив у Бога прощения и возненавидев свои преступления, он стяжал от Святого Духа непрестанную молитву и любовь.

Из всего этого явственно видно, что прп. Силуан испытал в жизни множество разных искушений, пережил печали и отчаяние, как в начале жизненного пути по причине прошлой его мирской жизни, так и после из-за оскудения в нем Божественной благодати. Однако прп. Силуан умел каяться, обращаться к Богу и просить Его о милости, и тогда все печали и горести, отчаяние и безнадежность исчезали. Часто он видел самого Бога, и это видение предавало ему глубокий онтологический покой и умиротворение. Он описывает, как однажды, молясь иконе Христа со словами «Господи Иисусе Христе, помилуй мя грешного», он увидел живого Христа и благодать Святого Духа наполнила его душу и тело. «С тех пор душа моя пленилась Им, и ничего более не радует меня на земле, единственной моей отрадой является Бог. Он – моя радость, Он – моя сила, Он – моя мудрость, Он – мое богатство» -- пишет старец. Приобретя такой духовный опыт, который есть не лишение, а преизбыток жизни «душа человека сгорает от огня любви к Господу» и «она страстно желает Его жгучей любви и не может разлучиться с Ним ни днем ни ночью, ни на одну минуту».

Арх. Софроний, написавший биографию прп. Силуана Афонского, духовным чадом которого он был, описывает, как жил и что чувствовал прп. Силуан после первого явления ему Христа. «В момент явления ему Бога все его бытие было извещено, что прощены его прегрешения. Исчезли устрашающие огни ада вокруг него, затихли адские мучения, бичевавшие его на протяжении полугода. Сейчас ему было дано испытать особенную радость и отдохновение примирения с Богом. В душе его восгосподствовало сладкое чувство любви к Богу и людям, к каждому человеку. Прекратилась покаянная молитва, ушла невыносимое пламенное изыскание отпущения грехов, не подпускавшие сон к ресницам. Неужели это означало, что сейчас он мог спокойно предаваться сновидениям? Несомненно нет.



Первое время после явления ему Христа душа Силуана, познавшая свое воскресение и увидевшая свет истинного и вечного бытия, словно переживала пасхальные дни. Все вокруг было прекрасно: мир величественен, люди доставляли радость, природа была неописуемо прекрасна, тело преобразилось и стало невесомым, прибавились силы, слово Божие рождало радость в душе, всенощные бдения в церкви, а особенно молитвы в кельи стали сладкими. Душа, переполненная радостью, сострадала всем людям и молилась за весь мир».

Здесь явно видно, что, когда человек разными способами и степенями соединяется с Богом и благодать-энергия Божия входит в его душу и тело, тогда он умиротворяется, освобождается от разных психологических проблем и приобретает новые силы, а также становиться сострадательным ко всему миру.

Так, когда человек, очистив свою душу и просветив разум, онтологически познает Христа, он начинает любить всех людей и страстно желает, чтобы все, как неоднократно упоминал об этом прп. Силуан, познали Христа во Святом Духе.

Эта любовь распространяется на весь бессловесный мир. Он пишет, как однажды по ошибке наступил на муху и «три дня и три ночи я плакал из-за своей жестокости, и воспоминания об этом живы во мне и сейчас». В другой раз он вылил горячую воду на летучую мышь и «снова пролил много слез, и с тех пор я никогда не обижал тварей». Однажды он увидел рассеченную на куски змею, бьющуюся в предсмертных конвульсиях и, как он сам говорит «я пожалел все тварное, пожалел каждого, кто страдает, и рыдал пред Богом». Размышляя об этом, автор говорит: «Дух Божий научает душу любить все живое, настолько, что ей не хочется сорвать и одного зеленого листочка и наступить на полевой цветочек. Когда Святой Дух преподает любовь ко всему, душа начинает сострадать всякому созданию, любить своих врагов и сожалеть даже о демонах, отпавших от блага».

Прп. Силуан Афонский, искушенный в духовной брани, знал, что путь к духовному совершенству соотносится с разнообразными степенями любви, испытываемыми человеком к Богу, и, разумеется, со степенью Божественной Благодати, в которой участвует. Тот, кто любит Бога по своей мере, то есть в небольшой степени, «противостоит плохим помыслам». Тот, кто в глубине сердца и разума имеет Благодать Божию, но не может победить своих страстей, борется с грехом, молится Богу, и, возможно, по слабости грешит, но тут же печалиться и раскаивается. Тому, кто побеждает страсти, имеет в себе ощутимо много благодати, нет причины бороться, но необходимо следить за собой, дабы не согрешать. И «тот, кто ощущает благодать и в душе и теле, -- совершенный человек, и если он может сохранить эту благодать, тело его освящается и соделывается святыми мощами».

В этом кратком обзоре учения прп. Силуана Афонского, являющегося результатом его личного опыта, четко видно, чем является болезнь, что означает душевное здоровье, каким образом исцеляется человек, какое значение имеет разум в процессе исцеления, и каким образом Бог становиться духовным целителем человека. Наглядно явствует, что человек без Бога полон печалей, разочарований, отчаяния, душевной бесчувственности, сердечной жесткости. Но когда он начинает познавать благодать Божию в различных и разнообразных ее мерах, тогда исчезают всякая онтологическая неуверенность, бытийная пустота, и начинается душевное и телесное исцеление. В своем обращении через Церковь к Богу, человек следит за своими помыслами, приобретает веру в Бога, вооружается терпением и послушанием, внутри него взращивается умная сердечная молитва, удовлетворяющая его бытийный голод и жажду, и начинает жаждать все больше и больше; по Божиему благоволению человек достигает боговидения, участвует в обожествляющей энергии Божества и созерцания Христа, и тогда наполняется весельем и благодатью не только душа, но и тело. Тогда преодолевается страх смерти и сама смерть и, естественно, исцеляются все психологические аномалии, и даже телесная боль, как мы это видим наглядно на мучениках, у которых на глазах исцелялись раны от пыток. Кроме этого само тело через упразднение разложения может соделаться святыми мощами, так как превосходится сама смерть, хранящаяся уже в наших генах.

Следовательно, Православная психотерапия не имеет целью равновесие психических чувств и социальных состояний, некое личностное счастье, но преображение всего человека -- его обόжение.

Все вышесказанное ни в коем случае не отрицает психиатрию и неврологию как науку, к которым человек прибегает, имея на то сугубые причины, такие как наследственные телесные болезни, нервные переутомления и др. Христианство не упраздняет науку, а при соответствующих условиях использует ее достижения. Единственно, место психотерапии и психоанализа занимает и в совершенстве восполняет Православная Психотерапия, как это описано выше, с помощью которой человек достигает обόжения.

В заключение, хочу подчеркнуть, что Православная Психотерапия достигается в лоне Православной Церкви, являющаяся в истинном виде целительным сообществом, в котором человек участвует в церковных таинствах и использует православный исихазм, как метод терапии. В этом случае человек приобретает смысл жизни.

Участвуя в Православной Психотерапии, человек не только восполняет так называемые психоаналитические методы и взгляды онтологической психотерапии, но и идет еще выше, достигая в итоге по благодати обόжения. Там человеческие стандарты не имеют силы, так как в этом великом духовном реакторе разрываются все тварные человеческие градусники всяческих человеческих стараний.



Всем вышесказанным я попытался раскрыть вам некоторые из сторон Православной Психотерапии. Если же человек не возжелает использовать этот высочайший психотерапевтический метод, тогда, обретаясь в замкнутом круге отчаяния, чтобы прожить уравновешенную социальную жизнь, может почерпнуть помощь в некоторых из видов светской психотерапии. Но однозначно ему не удастся превзойти смерть. А без превосхождения смерти человек является трагическим бытием. Он никогда не найдет удовлетворения, ничто его не успокоит, он проживет жизнь в пустоте несущественного небытия.

Май 2005



1 См. Γεωργίου

2


3


4






Веселые люди делают больше глупостей, нежели грустные, но грустные делают бо́льшие глупости. Эвальд Христиан Клейст
ещё >>