Что сплачивает великие державы? Об интервью начальника Генерального штаба вс рф, опубликованном 4 мая с г. в «Российской газете» - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Выступление начальника Генерального штаба 1 196.75kb.
Российской газете 1 85.51kb.
Полковник Самович Александр Леонидович, профессор кафедры военной... 1 84.49kb.
Интервью газете «бизнес online» 1 118.66kb.
День военной разведки 1 16.76kb.
Конкурсная работа Использование компьютерных технологий для анализа... 5 370.34kb.
Интервью Генерального директора Группы компаний «В2в консалтинг» 1 83.65kb.
Интервью (как проходить интервью, типы интервью, типичные вопросы... 1 104.17kb.
О роли 16-й армии в Московской битве 1 166.41kb.
Н. А. Назарбаев Президент Республики Казахстан Источник: Н. 1 76.83kb.
Инструкция II управления Генерального штаба Варшава, 15 ХII 1976 г 3 606.81kb.
Великие Державы Востока Круиз на лайнере – Volendam, класс «премиум»... 1 52.84kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Что сплачивает великие державы? Об интервью начальника Генерального штаба вс рф, - страница №1/1



Что сплачивает великие державы?

Об интервью начальника Генерального штаба ВС РФ, опубликованном 4 мая с.г. в «Российской газете».


Статья одного из основных действующих военных специалистов России представляется вполне взвешенной и разумной. Некоторые подходы военно-политического руководства нашей страны к оценке состояния стратегической стабильности обозначены в ней достаточно четко. Сформулируем их тезисно.

Во-первых, Россия фигурирует в списке угроз для США, а, значит, и для НАТО. Проводимая ими политика по ряду признаков является достаточно агрессивной и направлена на обеспечение «баланса силы», а не «баланса интересов».

Во-вторых, решение США о размещении на европейской территории элементов системы противоракетной обороны не согласовано ни с ведущими государствами Европы, ни с Россией. Общественное мнение большинства европейских стран это решение не поддерживает.

В-третьих, угроза со стороны стран-изгоев представляется необоснованной и может быть смоделированной (как и «оружие массового поражения» в Ираке).

В-четвертых, развертывание ПРО в Европе имеет глобальный и непредсказуемый характер, оно отвлекает силы и ресурсы от решения других приоритетных задач регионального развития. Создается «иллюзия безнаказанности» одной из сторон. От размещения этой системы Европа безопаснее не станет.

В-пятых, как результат, даже эти, казалось бы, однократные действия США могут активизировать механизм «гонки вооружений».

В-шестых, проблема ПРО в Европе носит в основной политический, а не технический характер.

Начальник Генштаба предложил выход из создавшейся ситуации. По его мнению:



  1. Необходим экспертный и публичный анализ причин, побуждающих создавать системы ПРО в Европе, позволяющий сформулировать требования к системе для этой части света.

  2. Сформировать широкий пул заинтересованных государств, который на основе подготовленных рекомендаций занялся бы разработкой такой системы.

Важно, что военно-политическое руководство России признает возможность внесения изменений в свои подходы к дальнейшему сокращению не только стратегических, но и других видов вооружений, и ожидает от партнеров встречных шагов.

Остановимся подробнее также на позициях Российского политического руководства относительно развития стратегической стабильности в мире, которые не нашли рассмотрения в статье начальника Генерального штаба.

Во-первых, вопрос у экспертов вызывает факт, что по такому важнейшему политическому вопросу фундаментально высказался не министр обороны – политическая фигура, а начальник Генерального штаба – военный руководитель. Видимо, вызвано это тем, что новый министр обороны пока не готов высказывать государственную позицию по широкому спектру проблем военной политики.

Во-вторых, изучение содержания статьи Ю. Балуевского не выявило конструктивных предложений со стороны политического руководства по улучшению стратегической обстановки. Фактически вся статья свелась к набору контраргументов (безусловно, весомых) американцам и НАТО. По всей видимости, пока руководство Минобороны (а может быть и шире – политическое руководство государства) не имеет четкой программы влияния России на формирование и развитие стратегической обстановки в выгодном для мирового сообщества направлении. А если нам предложить нечего, то другие и предлагают, и активно действуют.

В-третьих, в статье Ю. Балуевского мы не увидели оценки и предложений относительно совместных действий различных органов государственной власти России (например, с Министерством иностранных дел) по улучшению обстановки в мире. Думается, что это достаточно тревожный сигнал и для власти, и для экспертного сообщества. Ведь если один из высших военных руководителей высказывается по острейшей международной проблеме, даже не упоминая о действиях МИДа, то, как минимум, это может означать случайность. А как максимум – значительное усиление внимание руководства государства как раз к силовым средствам во внешней политике.

В-четвертых, несмотря на декларированное нежелание вступать в гонку вооружений, прозвучавшее ранее со стороны президента, а сейчас – со стороны начальника Генерального штаба, АВП неоднократно подчеркивала готовность определенной части политической элиты нашей страны самым активнейшим образом включиться в нее. В настоящее время к этому готова не только политическая элита. Кстати, ОПК, так сильно рекламируемый ныне в качестве инновационно-технологического локомотива развития экономики России, и создаваемые им информационно-политические структуры вполне могут «продавить» (если уже не продавили) начало гонки вооружений.

Мы отнюдь не против подъема отечественного ОПК. Но проблема его развития в настоящее время видится в двух плоскостях. Первое: его конверсия так и не состоялась, поэтому нет уверенности в том, что на предприятиях ОПК, например, вместо танков смогут выпускать компьютеры, а вместо боевых самолетов – пассажирские лайнеры. И второе – новые вооружения очень и очень дóроги. Тем самым отвлекаются серьезные социально-экономические ресурсы, которые можно было бы использовать для социального развития. Ну а если нет очевидных угроз, то их можно спроектировать, что собственного говоря, и происходит.

Поэтому, в-пятых, отметим, что и в России, и в США есть силы (и не стоит этого отрицать), которым выгодно получать новые заказы на вооружения. Есть силы, которые не против увеличения численности вооруженных сил и других силовых структур. Есть силы, которым не нравится демократический контроль над армией. Есть силы и организации, которым мешает демократическая политическая система. Перечисления можно продолжать.

Завершим свой анализ двумя важнейшими вопросами.


  1. Удержит ли высшая российская власть эти силы под эффективным контролем?

  2. Если руководство России и США не сближают общие интересы, то может быть, общие угрозы смогут сплотить их народы?

Не думаю, что у проблем стратегической безопасности есть хорошее военное решение. Нужны многочисленные политические решения и договоренности.

Как в анекдоте: «Оптимист учит английский язык, пессимист – китайский, а реалист – автомат Калашникова». Уверен, что последний в итоге всегда останется в проигрыше (а учить нужно оба языка).



Сергей Мельков






Националисты не могут быть довольны до тех пор, пока не найдут кого-нибудь, кто их обидит. Вольфрам Вейднер
ещё >>