Бета/гамма: Katana Пейринг: гп(СС)/дм рейтинг - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Название: Один безумный день. Бета: Heldis Рейтинг: pg-13 Пейринг... 1 161.15kb.
A k. a Joya Infinita Бета : Addi Пейринг : Оливер Вуд/Маркус Флинт... 1 266.53kb.
Радиационный контроль продуктов животноводства, кормов и сырья гамма-бета... 2 544.3kb.
Бета: Algine Пейринг: гп/СС, гп/ГГ 2 451.33kb.
Открытие радиоактивности. Альфа-, бета- и гамма излучение 1 101.37kb.
"Преданный" Grifin (бета: Stasya) (гамма: Светлана) в работе Нежно... 26 5656.67kb.
1 Гамма-излучение возбужденных ядер и его характеристики. Эффект... 1 59.33kb.
Наблюдения собственного оптического излучения гамма-всплесков и универсальная... 5 667.52kb.
Новый взгляд на излучение черенкова 1 40.04kb.
В. В. Бердников 1 30.75kb.
Перуново Братство. Тип: джен, немного слэша Рейтинг: r за драки и... 17 2934.8kb.
Доброе утро, профессор Снейп! 2 525.54kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Бета/гамма: Katana Пейринг: гп(СС)/дм рейтинг - страница №1/4

Дочь Снейпа
Автор или переводчик:   Linnea
Бета/гамма: Katana
Пейринг:    ГП(СС)/ДМ
Рейтинг: хмм, сама не знаю...  (PG-13, местами R)
Категория фика:  гет 
Жанр: драма, angst
Размер:  миди
Статус:  закончен
Отказ:   герои принадлежат Роулинг, мое - фантазия
Аннотация: Как пережить предательство? Как начать жизнь с начала?  Как получить все то, чего у тебя никогда не было и стать счастливым человеком? Просто! Надо стать дочерью Снейпа.

Пролог. Уйти, чтобы начать новую жизнь.
Северус Снейп наблюдал за прощальным пиром. Завтра утром студенты на все лето покинут школу. Многие из так называемых выпускников этого года вернутся на следующий, поскольку либо не учились совсем, либо слишком много пропустили. Это был год победы, окончательной и бесповоротной, после которой многие тайны вышли наружу. Зельевар обвел зал. Вот за слизеринским столом сидят Малфои, все трое. Люциус оказался непревзойденным шпионом. О его деятельности знали всего несколько человек и хранили эту тайну пуще своей собственной жизни. Блондин был незаменим и в то же время играл свою роль выше всяких похвал. Кребб и Гойл, двое сирот, вставших в последнем бою на сторону света и защитивших первый и второй курсы гриффиндорцев. Это было смело и безрассудно. Теперь оба находились на лечении и проведут в Хогвартсе, как и Малфои, все лето. Паркинсон сидит с опущенной головой. Хорошо хоть у девчонки хватило ума не ввязываться в бой и никого не убить, но метка на ее предплечье красовалась с середины шестого курса. Дурочка. За столом нет Теодора Нотта, тот в министерской тюрьме, ждет своего суда и заключения в Азкабан. Блейз спокоен, смотрит открыто. Ему нечего стыдиться, он встал на сторону Света еще на шестом курсе. Все оказалось просто, туда его привела любовь, и кто бы мог подумать, к гриффиндорской всезнайке Грейнджер. Правда, до последнего никто не знал об этом.
Северус  перевел взгляд на стол красно-золотых. Вот они, герои этой войны, три подростка, совершившие невозможное: Рон Уизли, Гермиона Грейнджер и Гарри Поттер - Золотое трио. Ему захотелось скривиться, но он сдержался. Через всю левую сторону лица у рыжего проходил глубокий шрам, чуть не лишивший его глаза. Волосы Грейнджер были коротко подстрижены, совсем под мальчишку. Она лишилась своей шевелюры в одном из походов за крестражами лорда. Теперь волосы медленно росли, и было известно, что такого буйства, как раньше, на ее головке уже не будет никогда. Левая рука на перевязи, рана, полученная в последней битве. И, наконец, Гарри Поттер. Казалось, этому человеку все сходит с рук. Никаких серьезных повреждений он не получил, ни во время поисков крестражей, ни во время битвы у стен Хогвартса. Сейчас это гриффиндорское чудовище сидело опустив голову. Его тарелка была полной. Снейп нахмурился, только сейчас поняв, что за два с лишним часа пира не разу видел, что бы мальчишка подносил ко рту ложку или хотя бы кубок. Память услужливо подкинула события последних трех дней. Он вообще не видел, чтобы в последние дни Поттер хоть что-нибудь ел. Вот Грейнджер наклоняется и что-то тихо говорит. Поттер только качнул головой, но так ее и не поднял. Ему на плечо легла рука Уизли, но юноша все также смотрит в стол. На лицах его друзей беспокойство.
По залу снует масса народа. Снейп останавливает свой взгляд на шикарно одетой паре – Джеймс и Лили Поттер, рядом с ними их двенадцатилетняя дочь, кажется Эльвира. Кто бы мог подумать, что они не погибли в ту ночь. Оказывается, Дамблдор отправил их в Италию, где они прожили все это время, наслаждаясь жизнью. Чуть дальше стоит Блек, беседует с Грюмом и Кингсли. Рядом с ним Дамблдор и МакГонагалл. Да, много открылось секретов. Снейп снова перевел взгляд на гриффиндорцев. Как раз в это время золотая троица встала из-за стола и, стараясь держаться в тени, направилась к выходу. Удивительно, но, похоже, им удалось смыться из зала почти незамеченными. Зельевар поднялся со своего места и решил посмотреть, что же затеяли эти дети, и тут же увидел, как Драко и Блейз направляются на выход. Он следовал за двумя слизеринцами, которые крались за троицей, идущей метрах в тридцати перед ними.
Золотое трио вышло из Замка и медленно направилось к озеру. Они сели около дуба, прислонившись к нему спиной. Слизеринцы расположились чуть подальше за кустами, а сам он, наложив на себя чары невидимости, подкрался поближе к гриффиндорцам. Поттер сидел между своими друзьями, глаза закрыты. Что-то блеснуло в лунном свете на щеке мальчишки. Зельевар не сразу понял, что это слеза. Лишь присмотревшись, он понял, что тот безмолвно, без единого звука плачет. Снейп был несколько обескуражен таким фактом. С чего вдруг национальному герою лить слезы?
- Гарри, - тихо позвала Гермиона. Ресницы дрогнули, глаза раскрылись, но их выражения Снейп не видел.
- Я не хочу жить, - прозвучало в тени дерево так, словно покой и умиротворение было разорвано оружейным выстрелом. Снейп нахмурился, ему казалось, что Уизли и Грейнджер должны были тут же взвиться и начать говорить, что он не прав, но те молчали.
- Ты уверен в этом? – спросил Рон. Снейп чуть не выдал себя, настолько был ошарашен вопросом рыжего.
- Да, - кивнул Гарри, затем медленно встал. Он подошел к самой кромке воды и замер там. Зельевар вздрогнул, когда надтреснутый голос Гарри зазвучал в тишине:

Люди - стенки, птицы – клетки.


Я - сухая жизни ветка.
Жизнь - обман, травы дурман
Легкой жизни наркоман...
И без смысла стали песни.
Реки вылились и скисли.
В этом поле я один.
Воин? Грешный палладин...
За окном немой сосед
Смотрит в стекла 30 лет.
Свечки... пламя и кресты
Все туманом поросли... (Вадим Зигуля)

- Сквозь тебя ходили люди без сердечного огня,


И глазах твоих – коль ты не любишь – не задерживай меня!
И они, сутулясь, исчезали в предрасстрельной  тишине
Оставляя мокрый след на обескровленной луне...
(Павел Кашин), - тихо в ответ ему произнесла Гермиона. Снейп недоуменно смотрел на подростков, такого он от них не ожидал. Он прекрасно понял, что те сейчас выразили все, что было у них на сердце и это было страшно.
- Гарри, ты точно все решил? – Рон подошел к другу и встал за его спиной.
- Да, - тихий ответ. Гарри отклонился назад. Рон обнял его и прижал к себе.
- Назад дороги не будет, - тихо произнесла Гермиона.
- Я не хочу так жить, слишком больно, слишком страшно, - тихо сказал Гарри. – Как жить в мире, где тебя использовали, а потом просто сказали, что так надо было, и посчитали, что этого достаточно? Я так не могу. Не могу взять и забыть последние шестнадцать лет своей жизни и просто сказать, привет, мама, папа, какое счастье, что вы тут. Не могу, мне это не по силам.
- Я знаю, Гарри, - прошептал Рон. – Я это знаю. Ты столько вытерпел, через столько прошел, со стольким попрощался. Ты все выдержал, ты выстоял наперекор всему. Тебя сломали люди, которые должны были поддерживать все эти годы. Они даже не заметили, как полоснули по твоей душе, вывернув ее наружу и оставив гореть на медленном огне. Они не поняли..., - Рон судорожно сглотнул.
- Что убили тебя, - слова Гермионы, как выстрел, как приговор.
- Они убили меня, - еле различимый шепот зеленоглазого парня. У Снейпа отказали ноги, он не мог сдвинуться с места. У него в голове не укладывалось то, что он слышал. "Самоубийство? Самоубийство?!" – вертелось у него в голове. В таком же ступоре находились и двое слизеринцев, слышавшие в тишине каждое слово. 
- Пора, - произнесла Гермиона и вытащила из кармана своей мантии бутылочку. Гарри взял ее в руки и сжал.
- Идите, - прошептал он. – Идите.
- Гарри, я люблю тебя, больше жизни, - девушка кинулась парню на шею. Она начала всхлипывать, потом оторвалось от друга и отвернулась.
- Друг, брат, - Рон сжал ладони в кулак, на ресницах замерла слезинка. Он сморгнул и она сорвалась вниз, прокладывая себе путь по щеке. Гарри протянул руку и смахнул ее, но по ее пути уже бежала другая, а за ней еще одна, и еще одна. Парни обнялись и замерли. Это было прощание, в этом ни слизеринцы, ни Снейп не сомневались, но они даже пошевелиться не могли, словно их заколдовали.
- Иди, Рон, - прошептал Гарри. – Иди.
- Ты - самое лучшее, что есть в моей жизни, и не важно, как ты..., - Рон замолчал, затем решительно оторвался от друга, подхватил под руку Гермиону, и они пошли, не оборачиваясь. Гарри еще долго стоял и смотрел им вслед. В его глазах светилась легкая грусть. Затем он поднял руку с бутылочкой ко рту и залпом выпил ее содержимое. Снейпа словно из пушки выстрелили. Он сбросил с себя чары, рванулся к Гарри и стукнул его по руке, но было уже поздно. Глоток и жидкость потекла внутрь. Юноша поднял голову и посмотрел на своего профессора зелий, на губах все еще играла улыбка, но вот глаза закатились и он стал падать на землю. Реакция у мужчины была отменной, он подхватил юношу и прижал к себе, но вот что теперь делать, он совсем не знал.
- Мерлин, ребенок, что же ты наделал? – вырвалось у него. Вот и кончилась сказка под названием "Мальчик-который-выжил". Нет никакого счастья, нет радости, Поттеру оказалось все это не нужно. Он не воспринял все случившееся, как благодать, это его сломало. "Как правильно сказал  Уизли, он выстоял там, где ломались многие взрослые, а сломали его те, кто должен был поддерживать", - подумал зельевар, глядя на юношу. Он не проверял его дыхание или пульс, не видел в этом смысла. Мальчик выбрал страшный путь, потому что больше не видел смысла в этой жизни. Наверное только сейчас он понял, насколько же этот ребенок оказался необычным, да и его друзья тоже. Они поддержали его в этом решении. Как они смогли пойти на это? Как? Мальчик оказался сильнее его.
Услышав шаги за спиной, Снейп резко обернулся. Расширенными от ужаса глазами на Гарри смотрели Блейз и Драко. Снейп вскинул палочку и до того, как парни успели отреагировать пустил в них Обливиейт. Не стоит им помнить о том, что тут произошло. Это было слишком личное, не для посторонних.
- Идите в Замок. Вы выходили подышать свежим воздухом, никого не видели, постояли немного на крыльце и вернулись назад на пир, - сказал Снейп. Слизеринцы, как сомнамбулы, развернулись и пошли в замок.
Зельевар снова посмотрел на юношу, лежащего перед ним на земле. Хрупкий, почти прозрачный, на его губах все еще играла легкая улыбка. Неожиданный хлопок за спиной заставил вздрогнуть. Мимо Снейпа пронесся какой-то бешеный эльф и упал перед Гарри на колени, затем стал что-то вливать ему в рот.
- Добби успел, Добби все сделает, что ему сказали Гарри Поттер и Гермиона Грейнджер. Добби все сделает, чтобы Гарри Поттер был счастлив. Теперь Добби сделает еще и так, чтобы никто не сомневался, - эльф поднял голову и посмотрел безумным взглядом на Снейпа, который пербывал в замешательстве. Эльф вдруг быстро проколол мизинец Гарри серебряной иглой, а затем слизал капельку крови. Через секунды на месте эльфа сидел живой Гарри Поттер, а тело лежащего вдруг выгнулось дугой, глаза открылись и он застонал. Зельевар, наконец, дернулся и начал хлопотать над парнем. Тот тяжело дышал.
- Возврата не будет, - прохрипел он.
- Поттер, твою..., - выругался Снейп, когда тело в его руках выгнулось. Он бросил взгляд на эльфа и обмер. В метре от него лежал "Гарри", смотря остекленевшим взглядом в небо. По телу настоящего Гарри прошла судорога и что-то стало меняться.
Снейп вот уже пять минут смотрел на бессознательную девушку в своих руках. Да, именно, девушку. В этом не было никаких сомнений. Длинные черные ресницы затрепетали, глаза распахнулись и Снейп утонул в бездонных черных омутах с зелеными искрящимися вспышками. Это был такой шанс, один на миллион, и он не собирался его упускать.
- Добро пожаловать в этот мир, Саломея Северина Снейп, - прошептал он.

Глава 1. Становление.


Северус сидел в кресле в беседке, на коленях лежала книга, но он даже не думал ее читать. Все его внимание было посвящено девушке, которая носилась по лужайке на вороном арабском жеребце. Ее черные волосы развевались на ветру, а звонкий смех разносился по округе перезвоном колокольчиков. На губах самопроизвольно появилась улыбка. Это был его дар небес, его счастье, его радость, его жизнь, вот уже два месяца. Это было только его чудо, о котором через десять дней узнает и весь остальной мир.
- Саломея, - крикнул он. Конь мгновенно был повернут в его сторону, и через секунду девушка устраивалась на мягкой пушистой шкуре у его ног, положив голову ему на колени. Мужчина тут же запустил свои длинные аристократические пальцы ей в волосы. Они молчали, каждый думал о своем. Она о тишине и покое, воцарившемся в ее жизни, он о том, что случилось за эти два месяца.
"Ретроспектива.
Снейп после пробуждения девушки, которая когда-то носила имя Гарри Поттер, принял решение, что никто не должен пока знать о ее существовании. Глаза, распахнутые в ужасе и страхе, дали понять ему, что память Гарри при ней осталось, изменилось только тело. Он тогда поднял ее на руки и быстро отправился к антиаппарационному барьеру, оттуда аппарировал в Хогсмид, в дом одного своего старого знакомого.
- Снейп, твою..., предупреждаааа..., - мужчина в шоке уставился на ношу "друга".
- Прай, мне нужна твоя помощь, - безапелляционно заявил Снейп. – Это Саломея, моя дочь.
- Ах ты, шельмец, и чего столько лет скрывал? – наконец, обрел речь мужчина.
- А как ты думаешь? Что было бы, если бы о ее существовании знали? – скривился Снейп. Девушка смотрела на зельевара полными шока глазами, пытаясь что-то понять, но, похоже, выходило у нее плохо.
- Так, что от меня требуется? – Прай пристально посмотрел на Снейпа.
- Мне нужно, чтобы она побыла у тебя пару дней, пока я улаживаю дела в Хогвартсе. Саломея больна, она пострадала в этой войне не меньше других, хотя я и пытался ее оградить всего этого. По ночам могут быть кошмары и она очень слаба.
- Не беспокойся, я пригляжу за твоей дочерью, - серьезно кивнул мужчина. – И ни одна живая душа о ней не узнает.
- Я знал, что могу на тебя рассчитывать, - облегченно вздохнул Снейп. Он устроил девушку в одной из дальних комнат на втором этаже. Прежде чем уйти он сказал. – Все будет хорошо, я заберу тебя через пару дней, клянусь. Теперь все будет хорошо, Сал.
Снейп вернулся на пир только через полтора часа, как ушел с него. Никто, похоже, не обратил внимания на его отсутствие, что не могло не радовать, особенно, если учесть произошедшие события. Также было ясно, что никто еще не обнаружил тела на берегу озера. Он проверил, оно там было.
- Северус, почему вы скучаете здесь один? Вы также заслуживаете внимания, как и все остальные. Вы такой же герой, - к нему подсела мадам Хуч.
- Вы же знаете, как я не люблю шумиху вокруг себя, - скривился он в ответ.
- Северус, Северус, они и не вспомнят, что вы тут были, - покачала женщина головой.
- Мне все равно, - ответил Снейп. Сейчас все его мысли были там, где он оставил свою дочь. Это решение не было спонтанным, нет. Для него девушка стала дочерью сразу, как только он понял, кого держит в руках, а когда открылись эти глаза, оно только утвердилось во сто крат. Он имел такое же право на семью, как и любой другой, и он поможет стать счастливым этому человечку, который, как он знал, сделает счастливым его. 
Снейп посмотрел на гриффиндорский стол. Рон и Гермиона обнаружились у стены, они с каким-то отрешенным взглядом смотрели на двери Большого зала, словно ждали чего-то. Он прекрасно знал, чего. Снейп тоже перевел взгляд на двери. Как раз вовремя, чтобы увидеть взъерошенного с безумными глазами Дениса Криви. Мальчик набрал воздуха в грудь и закричал, перекрывая шум в зале.
- Там... У озера... Гарри... Мертвый...
Казалось, что в зале просто выключили звук. А потом раздался звон разбитых бокалов, выпущенных из ослабевших рук. Снейп же в это время смотрел только на двух гриффиндорцев. Он видел, как на лицах обоих появилось облегчение, лишь на долю секунды. Он смог прочитать, как Грейнджер одними губами произнесла: "До свидания, Гарри". "Они знают, знают, что он жив, но понятия не имеют, как он выглядит", - понял Снейп. Ему оставалось только восхититься волей этих ребят, их дружбой и силой. Одно он знал точно, он никогда больше не будет задевать этих двоих и никогда не воспротивится дружбе своей дочери с ними. Такие друзья дороже всего золота мира. Тишина уже становилась пугающей.
- Мальчик, о чем ты говоришь? – наконец, вырвалось у кого-то.
- Он сказал, что Гарри умер, - голос Гермионы был до жути спокойным. Девушка вдруг двинулась к выходу из зала, за ней следом шел Рон.
- Мисс Грейнджер, Гермиона, - окликнули ее.
- Не трогайте нас, - в глазах Рона горело бешенство. – Просто не трогайте, никогда.
И эти двое покинули зал, и через несколько секунд стены замка вздрогнули от крика бессильной ярости, вырвавшейся из груди Гермионы. Это послужило сигналом, люди двинулись на выход, туда, к озеру. Гермиона плакала, молча, без звука на плече Рона, взгляд которого устремился в одну точку без всякого выражения. Это была такая скорбь, что сердце разрывалось. И только Снейп знал, что оплакивают они того Гарри, которого оставили на озере, того с кем прощались, того, кто навсегда поселился у них в сердцах. Они оплакивали не смерть, они оплакивали жизнь.
- Вы идете? – тихо спросил Невилл, указывая на поток людей.
- Нет, - отрезал Рон. – Он здесь, и здесь будет всегда, - рука рыжего лежала на груди, в районе сердца. – Там только тело и оно уже ничего не значит.
- Почему? – сквозь слезы спросила Джинни.
- А ты не понимаешь? – зло спросил Рон. – Неужели, не понимаешь?
Обняв Гермиону, Рон удалился. Проследив за парой, зельевар понял, что те отправились на Астрономическую башню, сам же направился на озеро.
Он подошел как раз к тому моменту, когда мадам Помфри подняла голову и с  сочувствием и каким-то страхом оглядела толпу.
- Он умер, больше часа назад, - прошептала она.
- Как? – воскликнула рыжеволосая женщина. Снейп скривился: "Что ж ты теперь-то за него беспокоишься? Где ты была раньше, а Лили?"
- Остановка сердца, - колдомедик поднялась на ноги.
- Ему же всего семнадцать! - вырвалось у кого-то. "Сказал бы я вам", - чертыхнулся про себя зельевар. Действительно, какая разница, сколько тебе лет, когда сердце кровоточит огромной раной и бьется с перебоями.
Да, эти два дня были ужасными. Рон и Гермиона отказывались с кем-либо разговаривать, игнорируя всех. Они пресекали любые попытки на них воздействовать. В конце концов, Рон не выдержал и наорал на родителей, чуть ли не в открытую обвинив всех присутствующих, а в тот момент в кабинете были только члены Ордена, да еще Малфои, в смерти Гарри. Если бы рыжий знал, что еще один человек с ним согласен, то был бы удивлен, но когда бы узнал, кто этот человек, то, наверное, посчитал себя сумасшедшим. Ребят на время решили оставить в покое. Странным было другое, они не принимали участие ни в одном мероприятии, посвященном Гарри. Взрослые даже стали посматривать на них косо.
Северус каждую свободную минутку спешил в дом на окраине Хогсмида, где лежала красивая черноволосая девушка, его дочь. Они просто молчали, рядом, друг с другом. Им еще предстояло познакомиться, узнать друг друга, стать семьей. Он просто молча поддерживал ее. В этот день он пришел утром и застал Саломею, читающей "Ежедневный пророк". Девушка полусидела в кровати и с непередаваемым выражением на лице смотрела на колдографию мертвого Гарри Поттера.
- Сал, - тихо позвал он девушку. Та подняла голову и посмотрела своими удивительными глазами на него.
- Добби жалко, - произнесла она. Снейп чуть не расхохотался.
- Ты думаешь о домовике, когда весь мир скорбит о Гарри Поттере? – удивление все-таки проскользнуло в его голосе.
- Он пожертвовал собой, - тихо сказала девушка. Снейп вздохнул и сел на кровать рядом с ней, затем аккуратно забрал у девушки газету и привлек ее в свои объятия.
- Есть друзья, которые готовы сделать для тебя больше, чем их жизнь, - произнес он.
- Я знаю, - прошептала девушка.
- Ты никого не потеряешь, моя родная, никого и никогда. Вот увидишь, им все подскажет сердце, - Северус поцеловал девушку в макушку.
- Ты, правда, хочешь быть моим отцом? – тихо спросила она, уткнувшись ему в грудь.
- Я и есть твой отец, - также тихо ответил Снейп.
- Папа, - ему даже показалось, что он ослышался, но тут же удостоверился в этом, поскольку изящные ручки обвились вокруг его шеи и сквозь всхлип он услышал. – Папа.
"Мерлин, благодарю тебя, за это чудо", - лед, собиравшийся годами на его сердце стал стремительно таять, а само сердце затопили нежность и любовь к этому существу, всхлипывающему в его объятиях. Теперь он, действительно, знал, что все будет хорошо. Он сделает все, чтобы его девочка смеялась как можно чаще и в ее глазах искрилось счастье. Он сделает ее счастливой во что бы то ни стало.
Следующие несколько дней напоминали паломничество. На пятнадцатое июня были назначены похороны Гарри Поттера. Его уже это начало раздражать: слезы Лили, пререкания с Поттером и Блеком, постоянные возгласы о Гарри. Как он заметил, Гермиона и Рон также смотрели на все это с тихой ненавистью в глазах. Из похорон сделали какое-то национальное сборище, превратив страдания в балаган. Слизеринцы, которые также испытали шок от случившегося, теперь смотрели на все это с легким презрением. Они были воспитаны в других традициях и понимали, что все это еще один большой спектакль. И в отличие от большинства, они смогли сложить кусочки мозаики воедино и получить нужную картину. Проходя как-то вечером по подземельям он услышал один разговор.
- Я бы вообще скинулся с какой-нибудь башни после такого лицемерия, - приглушенный голос, кажется Забини.
- Поверить не могу, - Драко, этот голос Снейп никогда ни с каким не спутает.
- Знаете, может и хорошо, что он умер вот так, - тихий голос Дианы Гринграсс. – Это жестоко. Мы никогда не любили его, но надо отдать ему должное, он освободил этот мир от урода. Но такого я никогда бы ему не пожелала.
- Он сломался тогда, когда все уже было закончено, - Винсент Кребб. "И когда вдруг так поумнел?" – пронеслось у Снейпа в голове.
- Сердце не выдержало..., - прошептал Драко. – Так трудно поверить в это...
Ни Рон, ни Гермиона на похороны не пошли. Когда миссис Уизли стала уговаривать их, то оба устроили грандиозный скандал в Большом зале.
- ХВАТИТ! – рявкнул Рон на мать.
- ЭТО ДЛЯ ВАС ОН УМЕР! ДЛЯ ВАС! – закричала Гермиона.
- Рон, Гермиона, - опешила Молли, глядя на двух молодых людей.
- ЧТО ВЫ ВООБЩЕ ЗНАЕТЕ? – Рон был белым от ярости, что совершенно было для него не типичным.
- ВЫ ПОИГРАЛИ В СВОЮ ИГРУ, НО ДАЖЕ ИЗ ЕГО ПОХОРОН СДЕЛАЛИ СПЕКТАКЛЬ, - у Гермионы полились слезы. Блейз медленно поднялся из-за своего стола и направился к гриффиндорке под удивленные взгляды. Он подошел и привлек девушку к себе. Она подняла голову и оглядела зал. – Это для вас он умер, только для вас.
- Для нас он тут, в наших сердцах, в нашей памяти и голове, - произнес Рон. – Я не собираюсь смотреть, как вы глумитесь над памятью моего лучшего друга, моего брата. Не хочу видеть ваших лицемерных слез. ГДЕ ВЫ ВСЕ БЫЛИ, КОГДА ТАК БЫЛИ ЕМУ НУЖНЫ? И НЕ СМЕЙТЕ ГОВОРИТЬ, ЧТО ЭТО БЫЛО ВО БЛАГО.
- Пойдемте, - Блейз, обнимая Гермиону, потянул Рона за собой и вывел обоих из притихшего зала. Снейп тоже не пошел на похороны. Смотреть на лицемерие некоторых людей ему совершенно не хотелось. Он собирался к дочери, ведь с сегодняшнего дня он был в отпуске до 1-го сентября. Дамблдор все-таки подписал его заявление.
Он решил перед уходом зайти в слизеринскую гостиную и переговорить со своими подопечными. К своему удивлению он обнаружил на территории серебряно-зеленых двух гриффиндорцев. Гермиона дремала на плече Блейза, а Рон тупо смотрел на огонь. Северус вопросительно посмотрел на Драко, тот встал и приглашающим жестом попросил своего декана пройти с ним в его спальню.
- Крестный, - Драко посмотрел на Снейпа.
- Ты ведь остаешься на следующий год? – спросил тот. Драко кивнул. – Тогда оставляю тебя за старшего. Меня не будет до первого сентября.
- Почему, крестный? – Драко был удивлен.
- Мне пора заняться своими делами. Они были сильно запущены за столько  лет, - пояснил Снейп. Драко снова кивнул.
- Знаешь, я только сейчас понял, что означает их дружба, - вдруг тихо сказал юноша. – Они пронесут свою любовь к нему через века. Нет, не эти, которые сейчас там льют слезы, а эти двое, которые берегут его душу в своих сердцах.
- Ты все правильно понял, Драко, - кивнул Снейп. – Если сможешь переступить через себя и подружиться с ними, ты будешь одним из самых счастливых людей на свете. Такие друзья большая редкость.
- Я знаю, - кивнул Драко. – Я поражен, удивлен, но сознаю, что всегда знал, что с ними не все так просто.
- Береги всех, Драко, я на тебя надеюсь, - Снейп положил руку на плечо крестника и заглянул в его серебристо-серые глаза. Тот серьезно кивнул. Мужчина тихо покинул гостиную, чтобы не потревожить эту тишину. Его путь лежал домой, туда, где теперь было его сердце.
Через полчаса он вместе с дочерью перенесся с помощью родового кольца в поместье Снейпов. Надо было видеть радость домовиков, когда они увидели, наконец-то, вернувшегося домой хозяина.
Устроив Саломею в прекрасных апартаментах, Северус сразу же занялся несколькими неотложными делами. Во-первых, сейчас следовало выяснить, что за кровь течет в жилах его дочери и есть ли возможность ей стать Снейп и по крови. Во-вторых, разобраться с ее здоровьем и как можно быстрее поставить на ноги. В-третьих, помочь ей смириться с прошлым и пойти дальше. Хотя она и сделал первый шаг к этому, до выздоровления было еще далеко. Ну, и в-четвертых, самое главное, стать семьей.
Через два часа первый вопрос был разрешен. Саломея Северина Снейп была его дочерью, и только его. По сути, у нее не было матери. "Домовик, точно он, но что он сделал?" – да, вопросы без ответов, пока. Со второй задачей тоже все было просто, не зря же он был зельеваром.
День проходил за днем. Он старался как можно меньше оставлять девушку одну. Вечерами он читал ей книги или рассказывал о роде Снейпов и Принцев, представительницей которых она теперь была. Саломея беспрекословно выполняла все его указания и через неделю уже смогла передвигаться по дому самостоятельно. Вечерние чтения стали у них традициях, постепенно они стали обсуждать каждую главу по прочтении. А как-то вечером Саломея рассказала, что за зелье они использовали. Снейп был в шоке, в глубоком. Как детям удалось это провернуть под носом такого количества взрослых? Хотя удивляться тут не стоило, если дело касалось такого неординарного ребенка, как Гарри Поттер.
- Знаешь, я готов вас троих расцеловать за то, что вы решили совершить именно это, а не то, о чем я думал, когда услышал ваш разговор, - сказал Северус.
- Ты всегда неправильно меня воспринимал, - тихо произнесла Саломея.
- Знаю, - мужчина обнял девушку. – Я мог бы предложить тебе много способов жить новой жизнью, но ты не будешь сама собой, если их претворить в жизнь. Я помогу тебе смириться с твоим прошлым, не убивая тебя в тебе.
- Я впервые в жизни счастлив...а, - чуть запнулась на окончании девушка. – У меня есть дом, есть отец, которому я нужна и весь мир впереди.
- И друзья, которые верят, что однажды увидят тебя, - улыбнулся Снейп. Не стало того угрюмого язвительного зельевара, которого все знали. – Что там пытался тебе сказать Рон Уизли? Ты лучшее, что есть в моей жизни, и не важно, как ты...? Будешь выглядеть, не так ли?
- Ты всегда все знаешь, - вздохнула девушка, а затем улыбнулась, впервые за все время. – Я рада, что стала именно твоей дочерью.
С этого момента выздоровление девушки пошло вперед семимильными шагами. Она постепенно слово за словом, вечер за вечером рассказала всю историю Гарри Поттера, которая была известна лишь немногим. Он видел, как с каждым словом ей становиться все легче. В первых числах июля стало ясно, что девушка настолько пришла в себя, что можно начать ее обучение. Во-первых, необходимо было адаптировать ее к новому восприятию мира, как девушки, научить манерам и этикету. Во-вторых, пришло время официально открыть существование Саломеи Северины Снейп, правда, пока только очень узкому кругу людей и то только для того, чтобы получить магические документы. Поговорив с девушкой и проведя разные тесты, выяснилось, что биологически ей будет 17 как раз 31 июля 1998 года. Переродившись, Саломея стала на год младше. Дата рождения могла бы объяснить, почему столько лет зельевар скрывал существование у него дочери. Многое решалось просто и легко.
10 июля Снейп отправился в Министерство, предварительно проведя ряд родовых ритуалов, которые, наконец, открыли для мира Саломею и ее имя появилось на семейном древе. Портреты были в восторге от такой наследницы, скромной и в то же время необычайно красивой. Ох, сколько Северусу пришлось выслушать в свой адрес обвинений, что он так долго скрывал от всех свою очаровательную дочь. Девушка легко подружилась с портретом Эйлин Принц и их часто можно было застать за разговором.
Саломея очень беспокоилась, когда отец отправился в Министерство. Мало ли что могло произойти. Чтобы отвлечь ее от таких мыслей, Эйлин решила провести для нее ликбез по этикету для девушек-аристократок.
- Северус?! – слегка удивленное восклицание. Снейп обернулся, чтобы посмотреть на изящную блондинку – Нарциссу Малфой. На губах мужчины появилась удовлетворенная улыбка: "А моя дочь красивее". Нарцисса замерла, глядя на то, как этот человек улыбается. Он вообще выглядел не так, как она всегда его видела. Волосы вымыты и забраны лентой в хвост, мантия черная, но расстегнута и под ней ослепительно белая рубашка, заправленная в классические брюки из дорогой ткани.  – Мерлин, Северус, это ты? – женщина никак не могла поверить в то, что видела.
- Нарцисса, - склонил тот голову в легком поклоне.
- Я уж подумала, что ошиблась, - покачала та головой.
- Времена меняются, приоритеты тоже, - улыбнулся тот в ответ, чем вызвал еще большее удивление у блондинки.
- Мама, отец..., - глаза Драко раскрылись. – Крестный?!
- Здравствуй, Драко, - усмехнулся Снейп.
- Здравствуйте, - выдавил тот из себя, ему все-таки удалось взять себя в руки. Такого Снейпа он никогда не видел, особенно, улыбающегося.
- Я думал, вы в Хогвартсе, - решил продолжить разговор Северус.
- Необходимо было сделать кое-какие дела, в том числе и расторгнуть помолвку с Паркинсон, - вышел из-за его спины Люциус, окинул друга продолжительным взглядом. – Ты многое прятал, Северус.
- Времена были такие, - на губах мужчины зацвела загадочная улыбка, которая заставила всех трех Малфоев задуматься, что же еще тот скрывает.
- К твоему приезду в школу тебя ждет масса сюрпризов. Преобразования идут полным ходом, - усмехнулся Люциус.
- Я надеюсь, зелья оставили за мной? – саркастично заметил зельевар.
- Об этом можешь не беспокоиться, - Люциус чуть склонил голову. – Ты собираешься появиться в таком виде?
- Времена изменились, - снова загадочно сказал Северус.
- Мы сохраним твой секрет, - усмехнулась Нарцисса. – Хочу увидеть их лица.
- Был бы вам признателен, - улыбнулся Снейп, сам потешаясь над реакцией Малфоев, которые никак не могли прийти в себя от него нового. "Знали бы вы, что вас ждет первого сентября", - злорадно подумал он. Еще немного пообменивавшись любезностями, они разошлись.
Снейп провел довольно много времени в отделе регистрации родов и семей. Одной его угрозы хватило на то, чтобы заткнуть чиновнику рот надолго. Снейпа боялись жутко, так что теперь он был уверен, что до 1-го сентября секрет его семьи не будет открыт.
Дома он нашел обеспокоенную Саломею, которая сразу же, завидев отца, бросилась ему на шею. Вот о таком мечтает каждый отец. У него не было возможности растить ее с рождения, но он нисколько не сожалел об этом. Мужчина был счастлив, что она вообще у него есть.
Со следующего дня началось обучение. Северус нашел трех дам, которые должны были научить его девочку быть девушкой в полном смысле этого слова. Сам же собирался восполнить тот пробел, который по своей вине и создал – зелья и окклюменция.  На удивление дочери идеально подошла палочка его матери – Эйлин, даже лучше, чем та, что была с пером феникса. Казалось, сам воздух был рад появлению этой чудесной девушки. Занятия помогали справиться с прошлым, отпустить его и идти дальше. Девушка стремилась все свое свободное время проводить рядом с отцом, узнавая его с каждым днем все лучше и лучше. Зелья и окклюменция проходили успешно, как и другое обучение. Она становилась девушкой в полном смысле этого слова.  Оказалась, что одна из ее учительниц когда-то тоже прошла через подобный обряд. Женщина сама догадалась, поэтому ей и открыли тайну, а также Северус предложил ей постоянную работу в своем имении. Та согласилась. Теперь Мириам стала кем-то вроде компаньонки Саломеи. Именно она предложила научиться верховой езде. Сначала девушка отнеслась к этому скептически, но через пару-тройку занятий, стало ясно, что это ее любимое времяпрепровождение. Она обожала лошадей, также как те ее.
Магия, этикет, зелья, окклюменция – все это занимало много времени, но в то же время помогло, наконец, девушке окончательно стать Саломеей. Гарри Поттер внутри нее успокоился и мирно сросся с новой сущностью, оставив только хорошее. Как только Северус это понял, он уже не сомневался, что никто и никогда не сможет отнять у него дочь. Щит на ее разуме был железобетонным и несгибаемым. Он завязал его на себе, чтобы всегда прийти на помощь дочери, а также оградить ее от излишнего любопытства некоторых личностей.
За два дня до дня рождения Саломеи они выбрались вместе в город, пригласив с собой и Мириам, поскольку им требовалась ее помощь. В этот день девушка впервые смеялась от души. Они накупили ей море вещей и различных драгоценностей. Северус покупал все, что падал ее взгляд, и не важно было это рассчитано на парня или девушку, хотя большинство вещей все же больше подходило девушкам. Мириам удалось помочь ей стать женщиной не только внешне, но и внутренне. Они лакомились мороженным, катались на закрытом катке на коньках, потом на каруселях. Сердце Северуса было затоплено такой нежностью, когда он смотрел на счастливое лицо дочери.
Утром 31-го июля Северус лично пришел в комнату дочери, чтобы ее разбудить.
- С днем рождения, солнышко.
- Папочка, - улыбнулась та и тут же бросилась ему в объятия.
- Я, конечно, твой отец и все такое, но не стоит меня смущать, - улыбнулся мужчина, прижимая к себе хрупкую фигурку. Именинница стушевалась и покраснела, потом высвободилась из объятий отца и накинула на себя длинный халат.
- У меня для тебя есть огромное количество подарков, - заявил Северус. Глаза девушки зажглись предвкушением.
Да, это был день подарков. Сначала на ее руке свернулась маленькая змейка Ашка, с которой девушка с умилением поболтала. Потом ей подали корзинку, из которой на нее уставился невероятно черный с зелеными глазами котенок, концы лапок и грудка у него были белыми. Море восторгов вызвал Ураган – вороной арабский скакун. Девушка чуть не задушила отца в своих объятиях. Слезы на глаза появились, когда она увидела в совятне знакомую полярную сову.
- Хедвиг, - девушка погладила верного друга, а та потерлась об ее ладонь головой и тихонько ухнула. Саломея повернулась к отцу – Спасибо, ты... Я люблю тебя, папа.
Снейп судорожно вздохнул и притянул к себе девушку. Они еще долго стояли вот так в обнимку. Потом был праздничный обед, замечательная конная прогулка с отцом и закат, на который они любовались вдвоем.
С того дня что-то изменилось, прошлое кануло в небытие. Они стали семьей, настоящей, цельной. Северус понял, что готов отдать все на свете за улыбку на лице девушки. Саломея много времени проводила с отцом в лаборатории, даже не всегда что-то варила под его присмотром, просто сидела и наблюдала за ним. Успехи во всех сферах обучения к середине августа были впечатляющими. Жизнь наладилась и потекла уже своим чередом.
Конец ретроспективы".
- Вот вы где, - в беседку вошла Мириам. Саломея подняла голову и посмотрела на женщину, затем на отца.
- У тебя какой-то вопрос, Сал? – приподнял бровь Северус.
- Я не совсем понимаю, что происходит, - задумчиво произнесла девушка. – Мне ведь должно было труднее адаптироваться к новым ощущениям, привыкнуть к этому телу... Но я во всех смыслах чувствую себя девушкой, и даже думаю как она... я.
- Ничего удивительного в этом нет. То зелье, которое вы использовали, на самом деле меняет не только тело, но и мысли, восприятие, разум, - тихо произнесла Мириам. В глазах у нее появилась грусть.
- Тебе не так повезло? – спросила Саломея  и на щеках появился румянец.
- Не так, мне совсем не повезло. Ты пошла на это добровольно, полностью осознавая последствия, а на мне провели ритуал насильно. Моему отцу не нужен был третий сын, ради которого нужно было делить имущество на три доли, давать возможность жить, жениться. Дочь можно выдать замуж, дав приличное приданое, и с глаз долой, - Мириам отстраненно смотрела на сад.
- Мерлин, - покачал головой Северус.
- Все хорошо, я справилась. Мне повезло, что на моем пути нашлись те, кто помог стать тем, кто я теперь. Я ушла из дома тем же вечером, после проведения обряда. Семья до сих пор не знает, как я выгляжу. Я изменила имя, фамилию и теперь просто живу, - Мириам взглянула на девушку и улыбнулась. – С тобой проще. Во-первых, ты осознавала, что делала, а значит, разум был готов к тому, что ты станешь девушкой.
- Да, только Гермиона и Рон понятия не имеют, что я стала девушкой, - прикусила губу Саломея. Северус удивленно вздернул бровь. – Я не все открыла им по поводу этого зелья. Гермиона, конечно, может докопаться до истины, но сомневаюсь, что в ближайшее время, она дала мне слово.
- Так вот, ты была готова к этому, а это уже плюс. Во-вторых, твой отец сразу озаботился тем, чтобы рядом с тобой оказались люди, которые помогут стать девушкой. Ну, и в-третьих, ты очень хотела оставить прошлое позади, - Мириам погладила девушку по волосам.
- И у меня есть ты, - улыбнулась та в ответ.
- Ну, мне нужно было только слегка тебя подтолкнуть, - сказала Мириам с улыбкой.
- Я тут подумал, а не съездить ли нам в Европу, например в Париж перед школой. У нас есть еще десять дней отдыха, - вдруг предложил Северус.
- Папочка, - Девушка в восторге обняла его за шею и чмокнула в щеку. – Ты -чудо.
- Это ты чудо, моя радость, - улыбнулся тот.
- Я никогда нигде не была, - вздохнула девушка.
- Ты везде побываешь, солнышко, могу тебе это обещать, - сказал Северус. – Ну, едем?
- Конечно, - блеснули зеленые вспышки в черных глазах.
На следующий день они уже гуляли по Елисейским полям. Сборы заняли удивительно мало времени, особенно, когда собираются две красивые женщины. Конечно, Мириам было далеко до Саломеи, но и назвать ее простушкой или просто симпатичной, язык не поворачивался, столько индивидуальности было в этой женщине, перешагнувшей порог тридцатилетия. Лучшие апартаменты в лучшей гостинице, рестораны, бутики, музеи, прогулки по вечернему Парижу и много различных историй как о маггловском, так о магическом мире. Саломея зачарованно слушала рассказы отца, да и Мириам была очарована этим мужчиной. Девушка постаралась сделать все, что сблизить этих двоих, жизнь к ним была несправедлива слишком долго. С каждым днем Саломея все больше улыбалась, а Мириам и Северус все больше сближались, а однажды девушка застала их целующимися. Выяснилось, что те симпатизировали друг друга с момента появления молодой женщины в Снейп-меноре, даже начали встречаться. Им казалось, что девушка не в курсе их отношений, но та была очень внимательной ко всему, что касалось ее отца. Ее вздох заставил обоих отпрянуть друг от друга, но улыбка, светившаяся на лице Саломеи сказала им больше, чем слова. С этого дня они перестали прятаться.
31 августа в одиннадцать часов дня в Снейп-менор вернулась чета Снейпов с юной Саломеей. Кристан Андраде, ставший в свое время Мириам Бельроуз за сутки до возвращения в Англию стал Мириам Кристаной Андраде-Снейп. Саломее удалось уговорить свою компаньонку, а теперь и мачеху помириться со своими родителями. Последние три дня они провели в родовом поместье Андраде, где и состоялась свадьба Северуса и Мириам. Саломея привела семейство Андраде в полный восторг, ее тут же стали считать за любимую внучку.
- Ну, вот мы и дома, - произнес Северус, ставя на ноги свою молодую жену. Чуть больше двух с половиной месяцев, а столько событий: у него появилась дочь, он смог оставить прошлое в прошлом, и, к своему собственному удивлению, женился. Он ни о чем не жалел, вообще.
- Нам бы надо все приобрести для Саломеи, - произнесла Мириам.
- Да, заглянем сегодня в Косой переулок, да еще и письмо в Министерство надо отправить, что моя дочь будет учиться в Хогвартсе, на седьмом курсе, - кивнул Северус.
В Косом переулке они появились только после обеда. Саломея намеренно накинула на голову капюшон своего светло-бежевого плаща, то же самое сделала и Мириам, в конце концов, их примеру последовал и Северус. Они быстро расправились со всеми делами и вернулись домой, хотя и вызвали интерес у окружающих. Но никто, даже авроры их не побеспокоил, поскольку они не были одеты в черные плащи и, в принципе, не прятались, просто пытались остаться инкогнито.

Глава 2. Снова в школу.


Ровно в половине девятого утра барьер на платформу девять и три четверти пересекли уверенный в себя хорошо одетый и прекрасно выглядевший мужчина лет под сорок, на которые, впрочем, он не выглядел. С обеих сторон от него шли две молодые особы. Одна, та что была старше, с длинными, до середины спины светло-русыми волосами и зелеными кошачьими глазами легко улыбалась и держала мужчину под руку. Юная же особа была невероятно красива. Ее черные волосы были забраны двумя дорогими заколками с изумрудами и падали красивыми вьющимися волнами ниже талии. Все трое были в маггловской, но очень дорогой одежде. Обе леди стучали каблучками по платформе, двигаясь к первому вагону уже стоящего поезда. Единственным свидетелем появления этой троицы был механик поезда, который забыв о своем желании покурить, уставился на них. Они вошли в первый вагон и заняли купе для преподавателей, на которое сразу же были наложены запирающие чары.
- Что ж, мы, наконец-то, тут, - вздохнул Северус и посмотрел на дочь.
- Папа, со мной все хорошо, - улыбнулась та в ответ.
- Твой отец беспокоится, как бы ему не пришлось ходить за тобой в качестве охраны, - хмыкнула Мириам.
- Не настолько я беспомощна, - фыркнула девушка.
- Да, но за тобой не ходили толпы поклонников, - насупился Северус. Саломея рассмеялась.
- Папа, а кто тогда за мной постоянно следил и бегал?
- Извини, я забыл, - Снейп отвернулся к окну. Он действительно не воспринимал дочь иначе, как Саломею. Для него она была именно девушкой, он забыл, что когда это был Гарри Поттер.
- Это хорошо, что ты не ассоциируешь Саломею с тем, кем она когда-то была, - Мириам положила свою ладонь на ладонь мужа.
- Она моя дочь, этим все сказано. Я буду бороться за нее до конца, - проворчал Северус.
- С кем это ты собрался бороться? – Саломея пристально посмотрела на него.
- Мало ли, - передернул плечами Снейп.
- Ох, папа, прекрати, мы с Мириам совсем не такие беспомощные, как может показаться внешне и во многом, кстати, благодаря тебе, - Саломея пересела к отцу. Тот обнял девушку и вздохнул. Девушка вдруг фыркнула. – Представляю, какой шок будет у школы, когда они узрят новый облик Ужаса Хогвартса.
- Саломея, - воскликнул Северус, хотя в глазах у него блеснули смешинки. Мириам и Саломея звонко и весело рассмеялись, спустя секунду к ним присоединился и Северус. В десять часов на платформе стали появляться студенты и их провожатые. Девушка, выглянув в окно, из первого вагона было видно всю платформу, поскольку поезд довольно сильно загибался в сторону, чуть нахмурилась.
- По-моему, в этом году слишком много студентов.
- Я слышал в Министерстве, что многие ученики других школ перешли в Хогвартс, а также те, кто учился на домашнем обучении в этом году тоже идут  школу, - сказал Северус.
- Надо же, и всего-то делов, убить Волдеморта, чтобы столько перемен в жизни произошло, - фыркнула девушка, затем уселась напротив отца и зачем-то стала копаться в своей небольшой сумке. На свет была извлечена флейта. – Пап, сыграй, пожалуйста.
Последние студенты сели в поезд, прощались через открытые окна с родными, кричали, смеялись, только в первом вагоне было довольно тихо. Там чуть приглушенно раздавалась удивительно красивая мелодия, которая и заставила всех примолкнуть и наслаждаться звуками. Поезд тронулся, а мелодия еще довольно долго звучала, а потом стало тихо. Никто не знал, кто играл, но все знали откуда шла музыка, но ни одному не пришло в голову вломиться в купе и узнать, кто музыкант.
Поезд был набит битком, к нему даже прицепили несколько дополнительных вагонов. Детей было много. Сейчас в поезде ехали даже те, кто провел лето в Хогвартсе. Такое решение было принято на попечительском и преподавательском советах. Старостами школы, как стало уже многим известно, были назначены гриффиндорка Гермиона Грейнджер и слизеринец Драко Малфой. Старостами факультетов назначили пятикурсников, Рон стал капитан гриффиндорской команды по квиддичу, но собирался отказаться от этой должности сразу по прибытии в школу. Квиддич более не был ему интересен.  Обстановка в поезде накалилась сразу, как только гриффиндорцы стали сталкиваться со слизеринцами. Ветераны войны решили взять ситуацию в свои руки и пошли патрулировать вагоны: Драко и Блейз, Гермиона и Рон, Луна и Невилл, Джинни и Дин, Винсент и Грегори, Симус и Лаванда. Усмирять приходилось чуть ли не каждого второго. Гермиона, довольно-таки спокойная девушка, и та вышла из себя, запустив в очередного смутьяна Петрификусом.
Драко и Блейз проверяли первый вагон, который на удивление был самым спокойным и не буйным. Здесь не произошло еще ни одной стычки, может быть, потому, что в основном здесь ехали новички, которые поступят на различные курсы. Они вошли в вагон как раз тогда, когда кто-то играл на флейте. Саломея уговорила отца сыграть для нее еще что-нибудь. Оба слизеринца остановились и переглянулись. Им эта мелодия была известна. Они подошли к двери купе, оттуда доносились звуки и замерли, вслушиваясь в красивую мелодию. Они продолжали молча стоять даже тогда, когда последние звуки уже давно стихли.
- Пойдем, - Блейз кивнул в сторону перехода во второй вагон. Они уже двинулись по проходу, когда из-за двери раздался смех, словно, зазвенели колокольчики. У Драко по коже побежали мурашки и он в недоумении уставился на дверь, но так и не решился ее открыть, чтобы узнать, кто та незнакомка, которая только что так смеялась, как будто маленькая фея, перелетающая с цветка на цветок. Драко встряхнул головой и решительно отправился по коридору.
Остальную часть пути только и делали, что разнимали дерущихся и спорящих. "Второгодники" вздохнули с облегчением, когда поезд подошел к платформе Хогсмида. Наконец-то этот кошмар закончился. Драко и Гермиона стояли рядом и мрачно окидывали взглядом всех, давая понять, что если сейчас кто-нибудь сделает что-нибудь не то, то до школы он не доедет. Похоже, до большинства дошло, что они перегнули палку в проверке выдержки тех, кто сражался спиной к спине на светлой стороне. Первокурсников встречал...
- Мерлин, - вырвалось у Гермионы, когда она увидела его. Драко перевел взгляд и сам замер, удивленный и ошарашенный. Перед ними стоял Ремус Люпин, опирающийся на трость и совершенно седой. Девушка рванулась вперед. – Ремус!
Тот устало улыбнулся, но как-то очень грустно и обнял девушку.
- Здравствуй, Гермиона, - тихо произнес он.
- Мы думали, вы погибли, профессор Люпин, - к ним подошел Драко.
- Я тоже так думал, я тоже, но оказывается оборотня убить не так просто, - сказал Ремус.
- Вы совсем седой, - всхлипнула подошедшая Джинни.
- Это после боя? – тихо спросил Рон, имея в виду волосы.
- Нет, - покачал головой Ремус. – Они стали белыми, когда я пришел на могилу Гарри, - Ремус отвернулся, ребята смогли заметить, что мужчина еле сдерживает слезы.
- Вы их видели? – Рон сжал зубы.
- Видел..., - как-то странно ответил Люпин.
- Вы не общаетесь, - утвердительно произнесла Гермиона.
- Я не могу, не после всего того, что произошло, - вздохнул Ремус. – Мне надо сопроводить первокурсников в Хогвартс.
- Вам помочь? – вдруг спросил Драко. – Мы с удовольствием.
- Спасибо ребята, буду рад, - улыбнулся мужчина. Они не видели как из первого вагона вышли три фигуры и быстро сели в карету, которая тут же направилась в школу.
Первокурсников было много, да и вообще всех студентов. Гермиона сидела рядом с Ремусом и вспоминали свой первый курс и поездку через озеро на лодках. Каким все тогда казалось прекрасным. Они все боялись таких мелочей.
- Вспоминаешь наш переезд через озеро? – спросил Драко. Гермиона кивнула. Они за лето успели выяснить отношения. Друзьями в полной мере не стали, но и врагами больше не были. Они выросли, слишком быстро и слишком страшно. – Не верится, что мы тоже были такими. Они вот так же будут ссориться, делать из мухи слона. Возможно, появятся еще одни Драко Малфой и Гарри Поттер, два лидера, два соперника.
- Не врага? – уточнил Ремус.
- Нет, не врага, - покачал головой Драко. – Давно уже не врага.
- Ремус, как ты выжил, где все это время был? – спросил до сих пор молчавший Рон.
- Я пришел в себя в Святом Мунго, они не знали, кто я. Первой меня нашла Андромеда. Знаете, Тедди теперь со мной, здесь в Хогвартсе. Хагрид во Франции с мадам Максим, а мне предложили место профессора УЗМС и лесничего, - ответил Ремус.
- Вы достойны этого, - тихо сказал Драко. – В отличие от многих, кто оказался в школе.
- Не надо, Драко, - покачал головой Ремус. – Они сделали свой выбор, мы свой.
- Вы были для Гарри лучшим крестным, чем Блек, - выплюнул Рон.
- Спасибо, я до сих пор не могу поверить, - Ремус отвернулся, скрывая слезу, побежавшую по щеке.
- Это оказалось для него слишком много, - прошептала Гермиона.
- Для меня тоже, - тихо ответил на это Люпин.
Школа встретила их сиянием, обновленная, украшенная. Первокурсников провели в "зал ожидания", откуда их поведут на распределение. В другом зале собирались те, кто поступал на курсе выше первого. Сюда и проводил свою дочь Северус Снейп.
- Встретимся на распределении, - шепнул он и усмехнулся.
- Сделайте их, - шепнула ему в ответ девушка, сверкнув глазами. Мужчина хмыкнул и вышел из зала. Предложив руку своей супруге, он направился в Большой зал. Они шли не спеша, не было смысла спешить. В отличие от большинства преподавателей Северус решил войти через парадные двери и продефилировать через весь зал.
Драко сидел за слизеринским столом с мрачным взглядом, уставший и злой. Последние четыре дня никто из студентов в Хогвартсе не жил, поэтому они и не знали о Ремусе, который появился тут как раз в день их отъезда, вернее, после него. Взглянув на стол преподавателей, Драко скривился, что не осталось незамеченным. Сириус Блек бросил на него угрожающий взгляд. Драко только презрительно усмехнулся и перевел глаза на отца с матерью. За столом учителей находилось много свободных мест, для гостей, которые сейчас стояли неподалеку и разговаривали с директором и некоторыми старыми и новыми профессорами. Драко вздохнул, беспокоясь, что до сих пор нет их декана. Было видно, что все слизеринцы также обеспокоены этим фактом. Наконец, все расселись, гвалт затих, и тут двери Большого зала раскрылись и вошла пара... У Драко медленно поехала вниз челюсть. Нет, крестного он узнал, а вот даму рядом с ним нет. Он вообще не мог представить Снейпа ни с кем, а тут такое. По залу поползли шепотки. Поскольку узнать слизеринского декана было трудно, везде начали строить предположения, кто это может быть.
- Простите за опоздание, показывал своей супруге замок, - улыбнулся Снейп. "Супруге?!" – Драко показалось, что он ослышался.
- Северус, рады тебя видеть снова в школе, - встал со своего места Дамблдор, не отрывая взора от приближающейся пары. Северус держался изо всех сил. Он просто видел, как двигаются шестеренки в мозгу у директора. "То ли еще будет", - хохотнул он про себя.
- Это Снейп? – понеслось по залу. Северус быстро окинул своим фирменным взглядом зал, моментально всех заткнув. Мириам лишь крепче сжала его локоть, хотя сама еле сдерживалась от смеха. И сам Северус, и Саломея поделились с ней сведениями о том, что же представляет собой ее муж в Хогвартсе.
- Северус, не представишь ли нам свою очаровательную супругу? – чуть насмешливо поинтересовался Люциус. Блек, оба Поттера, да и все остальные смотрели на пару в изумлении. Марку держали только Малфои, хотя и у них пробивались чувства наружу.
- Господа, дамы, моя супруга, Мириам Кристана Андраде-Снейп, - что-то хищное промелькнуло в глазах зельевара. Молодая женщина улыбнулась и взглянула на мужа. – Дорогая, профессор Дамблдор, наш многоуважаемый директор, лорд Малфой и его супруга, с остальными, я думаю, мы сможем познакомиться и попозже. Все-таки не стоит задерживать распределение, - снова что-то мелькнуло в его глазах.
- Да, да, конечно, - пришел в себя директор. Где-то что-то он когда-то упустил. Лили Поттер с удивлением взирала на хорошенькую женщину рядом с Северусом Снейпом, усевшуюся рядом с Малфоями. С их края осталось одно свободное место. "Когда они успели пожениться? И Почему Северус выглядит так?" – вот такие вопросы проносились в ее голове, и не только в ее, надо сказать.
Первокурсников в зал привел Ремус, увидев которого Снейп еле успел подавить возглас изумления. "Мерлин великий, он жив? И что с ним такое?" – зельевар был в шоке, но годы шпионской деятельности все-таки не дали ему показать реакцию внешне. Шляпа по традиции пропела свою песню. Ремус вел распределение. Первокурсников оказалось удивительно много. Когда все закончилось, кто-то в зале вздохнул свободнее. Ремус бросил странный взгляд на тот край стола, где сидели Поттеры и Блек, после чего решительно отправился на тот единственный стул, который стоял рядом с Северусом. "Опа!" – единственное, что пришло  голову Северуса в этот момент, прекрасно зная, что с той стороны стола есть несколько свободных мест.
- Дорогие друзья, мы с вами только что увидели, на какие факультеты распределились наши маленькие друзья, - встал со своего места Дамблдор. – Но в этом году к нам в школу поступают и студенты, которые будут распределены на курсы со второго по седьмой, - в зале раздался тяжелый вздох и стоны. Мириам в это время тихо переговаривалась с Нарциссой. Двери Большого зала распахнулись и МагГонагалл ввела довольно большую, человек на пятьдесят группу разновозрастных детей. Саломея встала в тени, так чтобы до поры до времени не бросаться всем в глаза. Хотя за столами Хаффлпафф и Райнвекло ее заметили и парни с тринадцати до восемнадцати теперь не сводили с нее своих восторженных взглядов.
- Итак, начнем, - хлопнул в ладоши Дамблдор. И началось. Саломея, не отрываясь, смотрела на мужчину, который сидел рядом с ее отцом. Она узнала Ремуса Люпина, но была поражена его видом и застывшей в глазах болью.
- Поттер, Джереми, седьмой курс,  - оторвал ее от невеселых мыслей голос МакГонагалл. Шляпа опустилась на голову довольно высокого молодого человека, похожего на своего отца, но меньше, чем это было когда-то у нее..., у него, Гарри Поттера. Саломея не испытала никаких чувств, вообще. 
- ГРИФФИНДОР! – раздался крик шляпы. "Никто и не сомневался", - констатировала девушка про себя.
- Поттер, Эльвира, второй курс, - новое имя из списка. Саломея проводила девчонку взглядом, уже и без этого зная, куда та попадет.
- ГРИФФИНДОР!
Девушка обратила внимание, что имена шли не по порядку, не по алфавиту, но ей не было до этого никакого дела. Еще несколько имен, ей незнакомых и снова она уставилась на парня, после того, как прозвучало его имя.
- Блек, Орион, седьмой курс, - девушка взглянула на отца, проверяя его реакцию. "Да, папа устроит им веселую жизнь", - усмехнулась она, но тут же ее сменила другая. – "Сколько же они мне врали?" Она почувствовала взгляд на себе и подняла голову. На нее были устремлены взгляды ее родителей. Девушка улыбнулась, давая понять, что все в порядке.
- Снн..., - МакГонагалл поперхнулась. Снейп хмыкнул, вызвав интерес со стороны обоих Малфоев.
- Минерва? – Дамблдор вопросительно посмотрел на своего заместителя.
- Все в порядке, - через силу улыбнулась та и посмотрела на незнакомого ей Снейпа, после чего все-таки чуть сдавленно произнесла. -  Снейп, Саломея, седьмой курс.
Как же в зале стало тихо. Цокот ее каблучков был слышан везде, казалось, он отдается от стен.
- Это дочь Снейпа? Дочь Снейпа? – неслись шепоты со всех сторон. Дамблдор был в шоке. Саломея чуть не споткнулась, когда поняла, что директор, наверное, впервые в своей жизни чего-то не знает. Подойдя к табуретке, девушка посмотрела на отца и мачеху, улыбнулась и только после этого села. Ей на голову опустилась шляпа. Никаких голосов, вопросов, только тишина. Саломея уже подумала, что, возможно, шляпа так никогда и не придет в себя, как та вдруг спокойно и величественно произнесла, спустя минуты три
- СЛИЗЕРИН! – Саломея уже снимала ее, когда услышала тихий голос: "Удачи, юный маг, никто кроме тебя не знает, через что тебе пришлось пройти, никто не вправе тебя осуждать. Удачи тебе". Девушка аккуратно положила головной убор на табурет и одними губами прошептала: "Спасибо". Она повернулась и замерла. Ее глаза утонули в серебряном море. Казалось воздух между двумя молодыми людьми резко наэлекризовался. Саломея тряхнула своими черными волосами, вдохнула в себя воздух и решительно направилась теперь уже к своему столу. Драко медленно поднялся со своего место, что-то шикнув рядом сидящим. Он с момента озвучивания имени девушки не спускал с нее глаз. Саломея подошла, Драко чуть склонил голову.
- Мисс, прошу вас, - галантно предложил он девушке.
- Благодарю, - вежливо ответила та. Где-то внутри недовольно заворчал Гарри Поттер, но Саломея без усилий его заткнула. Она начала новую жизнь, почему бы не перестать быть тупым гриффиндорцем и смотреть на все однобоко. Люциус с некоторым недоумением следил на своим сыном и в то же время... Люциус поймал себя на том, что любуется юной красавицей, как и большинство мужчин и молодых людей в этом зале. Девушка подняла голову и кинула взгляд на гриффиндорский стол. Ее глаза встретились с уставшим взглядом карих глаз старосты школы. Гермиона, конечно, была удивлена и преобразованию Снейпа, и наличию у него семьи, но обсуждать данный факт не собиралась, хотя ее и пытались втянуть в разговор. Вдруг новоявленная слизеринка улыбнулась и подмигнула ей. Гриффиндорка нахмурилась, но мисс Снейп уже отвлекли и вовлекли в разговор за ее столом.
- Меня зовут Драко, - улыбнулся блондин.
- Саломея, - кивнула девушка. – Ты сын лорда Малфоя?
- Да, - кивнул Драко, затем начал знакомить ее с теми, кто сейчас входил в круг его общения. Саломея чувствовала на себя множество взглядов, часть из которых отнюдь не были просто любопытными.
За гриффиндорским столом шло не менее оживленное обсуждение новой персоны со значимой фамилией. Парни пожирали девушку глазами и даже начали заключать пари. Как-то одновременно у всех вылетело из головы, что девушка ученица Слизерина и дочь не кого-нибудь, а самого Снейпа, и, если что, мало им не покажется. Джереми Поттер не сводил взгляд с черноволосой красавицы. Он как только заметил ее в зале, где собрали всех новичков, поступающих на курсе выше первого, решил, что она будет принадлежать ему. Ему было все равно, Снейп она или не Снейп, она будет его.
- А они хорошо смотрятся вместе, - произнесла рядом с ним симпатичная шатенка-француженка, кивая на новенькую и Малфоя. Джереми нахмурился.
- Она будет моей, - заявил он.
- Ну, ну, - усмехнулся Рон и снова уткнулся в свою тарелку. Как бы взрослые не пытались их свести, все усилия пропадали даром. Рон предпочитал побыть в обществе слизеринцев или же пропадал где-то один. Для него Гарри был всем и без него он чувствовал себя так, словно у него отрезали половину сердца.
- Дорогие мои, - снова встал со своего места Дамблдор. – вынужден на некоторое время прервать ваш поздний ужин и сообщить о ряде изменений произошедших в школе. Во-первых, изменился учебный план и такие предметы как Трансфигурация, чары, зелья, УЗМС и ЗОТИ являются основными для всех семи курсов, и будут входить в расписание через день. Также первая половина дня субботы будет учебной, - студенты взвыли. – Обязательными для всех также являются История магии – дважды в неделю, этикет и манеры – раз в неделю, маггловедение – также раз в неделю. Каждый из вас за завтрашний день должен будет выбрать себе еще ряд предметов, которые будет изучать в этом году и как минимум по два факультатива, - стон стал громче. – А теперь я представлю ваших профессоров и деканов. Мистер Поттер и Мистер Блек – деканы факультета Гриффиндор и профессора по ЗОТИ и факультативу по дуэльной и боевой магии, - раздался гром аплодисментов с гриффиндорского стола. Саломея заметила, что ни Рон, ни Гермиона общее настроение не поддержали. Это о многом ей сказало – ребята не собирались мириться с текущим положением вещей. Директор тем временем продолжил. – Профессор МакГонагалл будет вести трансфигурация с пятого по седьмой курс, а с первого по четвертый – профессор Лили Поттер, также профессор МакГонагалл будет теперь вплотную заниматься делами школы наравне со мной. Профессор Флитвик – чары, профессор Ремус Люпин – УЗМС, оба деканы Райвенкло, - Дамблдор продолжил свое представление, студенты потихоньку уже сходили с ума от обилия информации, жутко хотелось спать, поскольку время приближалось к тому, что у нормальных людей зовется ранним, ранним утром. – Профессора Малфой и Снейп, соответственно ведут историю магии и зельеварения, а также являются деканами Слизерина. Профессор Нарцисса Малфой, а также миссис Снейп, - Северус буркнул под нос, но директор его услышал: "леди Снейп". Дамблдор все-таки исправился. – Леди Снейп, которая согласилась помочь, будут преподавать этикет и манеры, а также вести несколько факультативов. На этом сегодня все. Ах, да, завтрашний день – выходной, а теперь всем спокойной ночи, - хоть одна новость была хорошей, время выспаться у них есть.
Драко поднялся и галантно предложил руку Саломее, которая с благодарностью ее приняла. Она легко поднялась, но блондин даже не собирался выпускать ее. Девушка про себя пожала плечами и не стала сопротивляться. Они оставались еще в зале, поскольку Драко вместе с Гермионой наблюдали за всеми факультетами и их уходом в свои гостиные. Саломея в это время исподтишка наблюдала за профессорами. От нее не укрылся довольно-таки неприятный, судя по выражениям лиц, разговор между Мародерами. Ремус сказал что-то резкое и отвернулся. Когда Блек попытался схватить его за плечо, оборотень вывернулся и зло посмотрел на теперь уже бывших друзей. На груди у девушки потеплело.
- Возможно, тебе стоит ему открыться, - прошептала Мириам ей на ухо.
- Ты меня испугала, - вздрогнула девушка.
- Он не простит им Гарри, - Мириам пристально посмотрела в глаза девушки, та кивнула, давая понять, что все услышала.
- Я сначала поговорю с папой, - ответила она.
- Умница, - улыбнулась Мириам.
- Мисс Грейнджер, - вдруг обратился к гриффиндорке зельевар.
- Да, профессор Снейп, - Гермиона была немного удивлена, не услышав привычных презрительных ноток.
- Вы все еще собираетесь заниматься зельями в дальнейшем? – на Снейпа смотрели с удивлением, на губах Саломеи появилась улыбка. Она слишком хорошо уже изучила своего отца, чтобы понять, куда тот клонит и что делает.
- Да, сэр, - кивнула ошарашенная гриффиндорка.
- Я жду вас завтра после обеда в кабинете зелий, чтобы обговорить ваши дополнительные занятия по моему предмету и дальнейшие ваши планы, - подчеркнуто вежливо сказал зельевар.
- Да, сэр, - пролепетала Гермиона и чуть запоздало добавила. – Спасибо.
- Тебя это тоже касается, Драко, - тут же бросил Снейп своему крестнику.
- Спасибо, профессор, я буду, - спокойно и вежливо ответил юноша. Саломея фыркнула.
- Юная леди, ваши занятия моим предметом никто не отменял вообще, - Северус пристально посмотрел на пытающуюся не смеяться дочь.
- Конечно, профессор, - кивнула та насмешливо. Северус улыбнулся, но быстро, словно не хотел, чтобы все видели его таким. – Идите уже отсюда.
Слизеринцы покинули Большой зал, но слышали, что среди профессоров назревает ссора. На пороге Саломея оглянулась и встретилась с Ремусом глазами. Это длилось какие-то секунды, но мужчина вдруг пошатнулся и если бы не Мириам, то упал бы. К нему тут же подлетела мадам Помфри, поскольку Ремус пока так и не отправился от ранений, полученных в последних битве. Драко потянул девушку и она вышла из зала. Они прошли по коридорам, спустились в подземелья и вскоре подошли к портрету, который охранял их гостиную.
- Честь Слизерина, - произнес Блейз. Саломея фыркнула, на нее тут же недоуменно уставились.
- Слишком просто и предсказуемо, - пояснила она. – Подобрать пароль ничего не стоит.
- И что ты предлагаешь? – с интересом спросил Драко.
- Ну, что-нибудь такое, что нам не типично, - усмехнулась Саломея. – Например, Лев в клетке.
- Лев в клетке? – не понял Блейз. Драко несколько секунд на нее смотрел, а потом расхохотался.
- Да уж, гриффиндорец в слизеринской гостиной точно будет львом в клетке.
Они вошли в гостиную, весело смеясь. Когда они рассказали задумку с паролем, ржала уже вся гостиная и в ожидании прихода деканов стали подбирать подходящий пароль, который точно не придет никому на ум. Чем больше думали, тем сильнее становился смех. Люциус и Северус в недоумении застыли перед входом в гостиную факультета, из-за которого раздавался веселый смех. Они решительно вошли, слизеринцы чуть успокоились, но улыбались. Северус обратил внимание, что дочь сидит рядом с Драко Малфоем, который смотрит на нее влюбленными глазами. "Да уж", – пронеслось у него в голове. Он даже не понял, что говорил, кому и как, все мысли были о том, что, кажется, год будет еще тем, а сам он превратится в ревнивого отца, готового любого прибить на месте. Разогнав всех спать, Северус придержал дочь.
- Ты в порядке?
- Да, пап, все хорошо. Ты же знаешь, я могу о себе позаботиться, - улыбнулась девушка.
- Тебе не обязательно это делать, - зельевар вздохнул. – У тебя есть я и Мириам.
- Я знаю, папа, - девушка обвила руками отца за шею и поцеловала в щеку. Ее взгляд упал из-за плеча отца на двух Малфоев, наблюдающих за ними. Зеленые искорки в глазах Саломеи вспыхнули изумрудным огнем. "Вам всем придется привыкнуть к тому, что на свете есть такая семья, как Снейпы", - подумала она.


следующая страница >>



Америка — это страна, где за доллар можно купить запас аспирина на всю жизнь, и этого запаса хватает на две недели. Джон Барримор
ещё >>