Английское (English) - davaiknam.ru o_O
Главная
Поиск по ключевым словам:
страница 1
Похожие работы
Название работы Кол-во страниц Размер
Natural English Unit Eight Wordlist natural english suggestions Предложения 1 20.97kb.
Доктор филологических наук Чикилева Л. С 1 165.07kb.
Описание курса «english- practice» Пройдя подготовку по курсу «english-... 1 85.66kb.
Конкурс «English Club Movie Awards 2013» 1 63.03kb.
Книга для учащегося «Enjoy English 4», мяч, аппликативный материал... 1 58.75kb.
Етте english for Teaching: Teaching for English Тренинг етте, Астана... 1 21.29kb.
Программа по английскому языку к умк happy English ru. Обнинск: Титул... 1 75.25kb.
Урок по английскому языку, проведенный во 2 классе. Умк: Enjoy English... 1 32.46kb.
Урок по новой истории 7 класс 1 29.81kb.
Тематическое планирование по учебнику Афанасьева О. Н., Михеева "English... 1 235.51kb.
Курсовая работа Особенности перевода смысловых имен с английского... 1 29.32kb.
Внеклассное мероприятие «Поймай звезду» 1 94.92kb.
Направления изучения представлений о справедливости 1 202.17kb.

Английское (English) - страница №1/1

Английское (English)
М.В. Цветкова
Дом; Свобода; Приватность; Честная игра; Сдержанность; Джентльменство (совместно с В. П. Григорьевой); Наследие (совместно с В. В. Кулаковой); Юмор (совместно с Н. В. Лобковой); Здравый смысл (совместно с Л. В. Кузьмичевой)


В настоящее время Англией называют одну из частей Соединенного Королевства наряду с Шотландией, Северной Ирландией и Уэльсом. Тот факт, что понятие «Англия» не равно понятию «Великобритания», должен быть выделен особо, так как сами жители Британских островов очень ревностно относятся к вопросу своей национальной идентичности (несмотря на то что большинство из них сочетают в себе англосаксонские, валлийские, ирландские и шотландские корни). Однако, поскольку население Англии примерно в пять раз превосходит население остальных трех частей, вместе взятых, Великобританию, как правило, ассоциируют с Англией.

Особенностью, которая сразу обращает на себя внимание в случае с англичанами, является то, что для обозначения жителей Соединенного Королевства существует не одно слово, а несколько: их называют англичанами, англосаксами, британцами. Это напрямую связано с историей формирования английской нации, которая появилась в результате серии завоеваний.

«Английское» происходит от древнеанглийского engle, которое под влиянием латинского иногда писалось как angle и связано с одним из германских племен, которое вместе с саксами и ютами в V веке вторглось на территорию Британии и покорило местное население, состоявшее главным образом из бриттов. Племя англов получило свое название по имени местности в районе Гольштейна (север Германии), откуда оно пришло. Земля называлась Angle – рыболовный крюк, угол, так как напоминала их своей формой. Удивительным образом понятие «угол» совпало и с положением Британии, которая до XVI века находилась как бы на задворках Европы, вдали от торговых путей. Можно сделать предположение, что многие концепты, связанные с понятием «английскость» (Englishness), такие как home, freedom, privacy, с их идеей отграниченное™ от других, сохранения дистанции, замкнутого пространства восходят к этому первоначальному значению слова «английский».

Интересно, что именно название англы распространилось на потомков всех трех племен, которые перемешались с иберами, кельтами и датчанами, и дало имя большей части территории Великобритании. Англия (Engla land, Englende, Ingland, Yng(e)lond, En-, Inglonde) – означает «земля англов», а жители этой земли назывались Angul-cynn, Angul peod.

Первоначально общего обозначения для англов и саксов не было. Только после прихода норманнов местное население стало называться English, а завоеватели – French. Однако через несколько поколений потомки норманнов тоже стали считать себя англичанами. Об этом свидетельствуют хроники XII века, где об англосаксах – сторонниках короля Гарольда, сражавшихся против Вильгельма, предводительствовавшего норманнами, говорится не как об англичанах, а как о саксах.

Нередко англичан именуют также англосаксами (Anglo-Saxon). Слово это первоначально обозначало только саксов, живших на территории Британии, чтобы подчеркнуть отличие от саксов, живших на континенте (причем Anglo- выступало в функции прилагательного). Позднее оно стало использоваться для обозначения всех народов, проживавших в Британии до норманнского завоевания, так же как и их языка (при этом обе части слова стали существительным). В современном английском языке понятие Anglo-Saxon используется вместо English для обозначения всех британцев, когда хотят избежать противопоставления англичан шотландцам, ирландцам и валлийцам. А также как общее обозначение для англичан и американцев, когда акцент ставится на общности их происхождения.

Слово «сакс» (Saxon), как указывает «Оксфордский словарь английского языка», вероятно, произошло от sahso – названия боевого оружия, которым пользовалось племя (истоки слова иногда возводят к имени племени херусков, связанному с древнегерманским heru – «меч»). Таким образом, название «саксы» акцентировало военные доблести одного из племен, составивших английскую нацию1.

Любопытно, что шотландцы, которые на протяжении многих столетий были вынуждены воевать с англичанами, отстаивая собственную независимость, в современном языке сохранили форму, связанную с именем саксов: Sassenach – производное от Sasan (одна из древних форм именования саксов). Правда, с течением времени она приобрела пренебрежительную окраску. Для обозначения Англии в валлийском, гэльском и ирландском тоже имеются соответствующие формы, восходящие к Sasan: вал. Seisnig, гэл. Sasunn, ирл. Sasana, Sacsain.

Название «Британия» происходит от греко-римского слова Pretany. Так звались народы, населявшие остров к моменту начала римского завоевания в I веке нашей эры. Римляне стали именовать страну Британия – Britannia. Сейчас латинская форма названия используется для поэтического обозначения Соединенного Королевства и изображается в виде женской фигуры на монетах в качестве государственной эмблемы. Слово Britain долгое время функционировало исключительно как исторический термин. Только в начале XVII столетия в связи с объединением Англии и Шотландии под властью Якова I страна стала именоваться Great Britain. Слово «британцы» – British получило особенное распространение в эпоху «Британской империи» (вторая половина XIX века – первая половина XX столетия), когда Англия перестала быть «углом» Европы и превратилась в мастерскую мира и владычицу морей, а также обширных территорий на суше, во много раз превосходящих ее собственную. Слово Britannia, а именно так оно писалось в знаменитом гимне «Правь, Британия, морями», должно было вызывать ассоциации с другой великой империей – Римской.

Множественность названий, которые используются для обозначения жителей Британских островов, наглядно свидетельствует о том, что англичане не представляют собой однородной расы и являются результатом смешения народов, изначально очень далеких друг от друга по происхождению и языку: иберов, кельтов, датчан, англосаксов и норманнов2 .

Для формирования английского характера решающим явилось островное положение страны. Не случайно именно здесь возник роман о Робинзоне Крузо. Вообще в английской литературе можно найти множество произведений, действие которых разворачивается на острове («Утопия» Мора, «Коралловый остров» Бэллентайна, «Остров сокровищ» Стивенсона, «Повелитель мух» Голдинга и другие), поскольку в сознании английского читателя любой остров подсознательно ассоциируется с родной страной.

Для англичан характерно ощущение отделенности от остального мира (о поездке в страны континентальной Европы говорят: «поехать в Европу» или «на континент»), замкнутость, обособленность, ощущение, что мировые бури ее не касаются (так было по крайней мере до начала двух мировых войн и изобретения ядерного оружия в XX веке). «То, что делается по ту сторону Ламанша, воспринимается англичанами как происходящее в другой культуре и цивилизации», – пишет российский исследователь В. Шестаков. Даже сегодня, по его мнению, пролив представляет собой в сознании британца подобие средневекового рва, отделяющего городскую цивилизацию от варварства, упорядоченную жизнь от хаоса3.

Океанический климат дает большое количество осадков и туманов, сильные ветры, мало солнечных летних дней, небольшую разницу зимних и летних температур. Все это способствует формированию твердости характера, закаленности тела и духа, сдержанности в выражении чувств и эмоций.

Особенность английской природы состоит в ее необыкновенном разнообразии при малых размерах страны. Ландшафт здесь чрезвычайно переменчив: равнины сменяются горами, горы обрываются в океан, зеленый ковер переходит в меловые скалы. Не менее разнообразен и архитектурный пейзаж. Каждое графство Великобритании отличается своими строительными материалами, техникой, стилями. Отсюда парадоксальное с точки зрения иностранных наблюдателей сочетание приверженности традициям, конвенциональным нормам и ритуалам, с одной стороны, и пестование индивидуальности, нередко принимающей эксцентрические формы, – с другой. У. Эмерсон отмечал, что Англия – страна противоречий и неожиданностей: «Английскому характеру свойственны не постоянство и однообразие, а разнообразие и разнородности». Он подчеркивал, что эта материалистическая нация дала миру большое количество мистиков и поэтов, что, являясь неутомимыми путешественниками, англичане в то же время и страстные садоводы, приверженцы своей страны и домашнего уюта; хорошие друзья, но враги, которых не пожелаешь никому; мирный народ, но если их разозлить, чрезвычайно воинственный. Именно англичане при всей их законопослушности создали лучшие детективы, при всем их конформизме они обладают склонностью к эксцентричности и всячески культивируют индивидуальность4.

От континента Англию отделяет только пролив Ламанш, который англичане называют The English Channel (Английский канал). Самое узкое его место, Па-де-Кале, они зовут The Strait of Dover no имени города Дувр, находящегося на его берегу с английской стороны. Это лишний раз подчеркивает склонность англичан смотреть на остальной мир так, словно именно они находятся в его центре и являются точкой отсчета (кстати, нулевой меридиан, от которого идет отсчет времени, действительно находится в Гринвиче в предместьях Лондона). С другой стороны, упорство, с которым англичане сохраняют на своих картах названия, отличные от принятых в большинстве стран мира, свидетельствует об их знаменитой приверженности традициям. Наряду с географическими названиями о традиционализме британцев свидетельствуют меры длины и веса, которые отличаются от принятых во всей остальной Европе, а также левостороннее движение на дорогах и своеобразная форма розеток для электроприборов.

Д. Б. Пристли в своей книге «Англичане», пытаясь выделить основные национальные черты британцев, сравнивает их с французами и американцами. Выбор именно этих наций для сравнения не случаен. Об американцах нередко говорят, что они с британцами составляют «две нации, разделенные общим языком». Теснейшим образом связанные с Англией изначально, американцы вследствие своеобразия геополитических особенностей ушли в некоторых аспектах очень далеко от своих англосаксонских корней. А поскольку во второй половине XX века Великобритания передала свои позиции ведущей мировой державы США, превратившись в их младшего политического партнера, то англичане испытывают к американцам сложный комплекс чувств, от ревности к их успехам до пренебрежительного отношения к отсутствию глубины и культурности, характеризующей, с их точки зрения, среднего американца.

Английские очерки о посещении Соединенных Штатов начали публиковаться еще со времен Ч. Диккенса и Э. Троллопа и, как правило, носили назидательный или критический характер. Американские писатели, философы, политики и журналисты (Т. Джефферсон, В. Ирвинг, Ф. Купер, У. Эмерсон, Г. Джеймс и др.) тоже не без иронии описывали дух и традиции нации, от которой отпочковались.

Французы – ближайшие соседи Англии на континенте. С ними у англичан исторически сложились очень своеобразные отношения любви-ненависти (Our sweet enemy, France5). Причиной во многом послужило то, что английская и французская концептосферы по большинству позиций оказываются несовместимыми. Отмечая склонность англичан к эмпиризму, Э. Истхоуп выстраивает целую систему оппозиций, которая, по его мнению, подсознательно мотивирует все поведение британца. В этой системе конкретное противопоставлено абстрактному, практика – теории, здравый смысл – догме, естественность – искусственности, протестантство – католичеству, английское – французскому и так далее.

Историческое взаимодействие англичан с французами началось в 1066 году, когда Вильгельм Завоеватель вторгся в Англию, убил в битве при Гастингсе короля Гарольда и стал английским королем. Вслед за этим в стране установилась необычная культурная ситуация. Знать, преимущественно норманнского происхождения, говорила только на французском языке. На нем принимали законы, выступали в парламенте и в суде. Церковь (христианизация Англии в целом завершилась к VIII веку) пользовалась латынью, а народ говорил на англосаксонских диалектах. Засилье французского языка продолжалось до XIV века, когда на основе лондонского диалекта начал складываться английский язык, в который вошло огромное число французских и латинских заимствований, значительно потеснивших слова германского происхождения6.

Английские монархи, потомки Вильгельма, часто вовсе не знавшие языка, на котором говорил их народ, имели родовые земли во Франции, состояли в родстве с французской правящей династией, проводили большую часть времени на континенте и считали Францию сферой своих политических интересов. Следствием этого явилась Столетняя война (1337 – 1453).

В XVI веке вражда Англии и Франции приобретает религиозную окраску. Реформация английской церкви, проведенная Генрихом VIII, противопоставила Англию Франции и Испании – странам, в которых особенно силен был дух католицизма.

Островное положение и удаленность от мировых торговых путей на протяжении многих столетий определяли отсталость Англии в экономическом, политическом и культурном отношении. Вплоть до XVI века страна запаздывала в своем развитии на 200-300 лет по сравнению с континентом.

Размеренное течение жизни как бы в отрыве от всего остального мира обусловило знаменитую английскую приверженность традициям (консерватизм, нелюбовь к переменам). В соединении со сдержанностью в проявлении чувств, умеренностью и взвешенностью в поведении и поступках это качество позволяло англичанам избегать резких социальных потрясений.

Дж. Оруэлл в своем эссе «Англичане» замечает, что революционные традиции не прижились в Англии. Он подчеркивает, что массы по сей день в той или иной степени склонны считать противозаконное синонимом плохого. Поэтому из самых сложных и взрывоопасных ситуаций англичане пытаются найти мирный и законный выход. Оруэлл приводит пример, когда во время нацистских бомбежек Лондона власти пытались воспрепятствовать превращению метро в бомбоубежище. «В ответ лондонцы не стали ломать двери и брать станции штурмом. Они просто покупали билеты по полтора пенни, тем самым обретая статус законных пассажиров, и никому не приходило в голову попросить их обратно на улицу»7 .

То же самое мы наблюдаем и в исторической перспективе. Там, где другие страны шли через революцию, Англия выбирала эволюционный путь. Единственное событие, носившее характер политической революции (хотя в английских учебниках истории для его обозначения используется слово war, а не revolution) – гражданская война между сторонниками короля и парламента, закончившаяся казнью Карла I в 1649 году.

В то же время приход к власти Вильгельма Оранского в 1688 году носит название «Славная революция» (Glorious Revolution). Событие это является «славным» с точки зрения англичан именно потому, что по сути своей представляло бескровный дворцовый переворот. Революцией же оно именуется не в марксистском смысле, но в связи с тем, что положило начало принципиально новым взаимоотношениям между королем и парламентом.

Англия меняет свою государственную структуру постепенно и внешне без особого пафоса (особенно в сравнении с российскими политическими страстями). Осенью 1999 года палата лордов (существовавшая с XIII века!) приняла решение о самороспуске. Ставится вопрос и об упразднении королевской власти. Королевская власть в Англии никогда не была так сильна, как во Франции. Еще в 1215 году была подписана так называемая «Magna Carta», ограничивавшая власть короля. Начиная с приглашения на трон Вильгельма Оранского, монархи, по выражению Д. Б. Пристли, «в известной степени примерялись так, как будто это были шляпы». Фактически страной правит парламент. Англия в XVIII веке становится центром Просвещения, в ней раньше, чем в других странах создано «цивилизованное» правительство, устроенное по законам «здравого смысла». Именно отсюда распространилась идея политической свободы – liberty, подхваченная позднее Великой французской буржуазной революцией. Англичане убеждены, что живут в демократической стране, потому что меньшинство обладает здесь достаточными возможностями, чтобы к нему прислушались, и способно ощутимо влиять на политику правительства.

Важнейшую роль в формировании английского национального характера сыграли реформация церкви, проведенная в первой половине XVI века Генрихом VIII, и пуританство, под знаком которого совершалась в XVII веке буржуазная революция. Собственно, под религиозным знаменем сторонники парламента выступали за быстрые и радикальные буржуазные преобразования в стране. С приходом Вильгельма Оранского пуританство победило окончательно. Иными словами, одержала победу идеология набиравшей силы буржуазии. В обществе сложились концепты, связанные с пуританским мировоззрением: бережливость, трудолюбие, умеренность, скромность, сдержанность, здравый смысл и приверженность «золотой середине». Пуританство оказалось напрямую связанным с эмпирическим подходом к действительности, который всегда отличал английскую нацию. Достаточно вспомнить, что Великобритания – сегодня единственная страна в Европе, не имеющая письменной конституции и строящая свое законодательство на законах и прецедентах (так называемом Common Law). Эмпирический взгляд на жизнь лежал и в основе «промышленного переворота», начавшегося во второй половине XVIII в., который опять-таки именуется в английских книгах революцией (Industrial Revolution). Благодаря изобретению паровой машины, сеялки, ткацкого станка, имевших конкретное практическое применение, Англия смогла стать в середине XIX века самой развитой промышленной страной мира. Начался период расцвета Великобритании – время империи, наивысшая точка которой совпала с правлением королевы Виктории (1837-1907). Многие историки даже называют этот период «временем Британии». Из небольшого острова Британия превратилась в центр Вселенной, а британцы из островного народа – в «образцовую» нацию, которая считала своим долгом нести цивилизацию, «окультуривать» население других менее развитых стран. Начинает формироваться чувство превосходства, ощущение избранности, хотя предпосылки к тому наметились гораздо раньше ‘". В период «викторианской эпохи» многие концепты национального британского характера стали восприниматься как константы8.

Сегодня англичане отмечают, что уходит в прошлое их прежняя невозмутимость (знаменитая stiff upper lip), сглаживается врожденное чувство классовой принадлежности, видоизменяется представление о джентльмене, честности, воспитанности, справедливости. Однако сторонний наблюдатель замечает, что все эти концепты еще не перестали быть значимыми для национального сознания.

Попытаемся выделить особо значимые концепты английского культурного мира, обладающие особой значимостью.


Дом

Широко известно, какую роль играет в английской культуре концепт дома/домашнего очага – того, что обозначается словом home. Дом наиболее близок по значению к русскому понятию «Родина» и английскому homeland (хотя существует, конечно же, и вариант motherland)9. Сам факт, что родная земля ассоциируется в английском языке с домом, знаменателен. Это подтверждается многочисленными пословицами, крылатыми выражениями: Home, sweet home, East or West, home is best, An Englishman ‘s home is his castle и т. п., а также обилием слов, от «home» образованных: «home-coming», «homesickness», «homey» «homeliness», «home-keeping», «homeward» и т. д.

Английское «home» обычно переводится на русский язык как «дом, жилище, домашний очаг, семья». Однако Карен Хьюитт в своей книге «Понять Британию» отмечает, что дом для англичанина не только место, где он живет, но и вся атмосфера, созданная живущими там людьми10. При этом английское представление о доме как жилище значительно отличается от континентального. Для большинства англичан дом – это кирпичное строение с комнатами на первом и втором этаже. У каждого дома есть свой садик (пусть даже очень маленький), который составляет гордость хозяев. Его показывают гостям, за ним тщательно ухаживают, в него вкладывают немалые средства.

В целом английский дом представляет собой микромодель острова: глухой забор, отгораживающий от внешнего мира, и кусок любовно возделываемой земли – маленький, ухоженный, окультуренный. В основе английского концепта home нетрудно разглядеть вытекающую из географического положения страны идею обособленности, отделенности от всего остального мира и замкнутости в своем небольшом уютно обустроенном пространстве. Не случайно англичане так привязаны к своим домам. Предпринятая в 60-е годы попытка внедрить в Великобритании многоквартирные дома провалилась, и застроенные ими кварталы быстро превратились в трущобы.

Англия заселена очень компактно. Особенно ее южная и центральная часть. Однако это не мешает англичанам жить обособленно. И тут проявляют себя два других важнейших для английской мен-тальности концепта: freedom и privacy.
Свобода

Концепт «свободы» (freedom), так же как и концепт домашнего очага, органично вытекает из геополитического и исторического факторов. Страна расположена на острове, который отделен от суши – как бы независим от континента. После норманнского завоевания 1066 года Англия ни разу не была захвачена иноземцами. Британия не знала тирании. Королевская власть очень рано была уравновешена властью парламента. Первые политические свободы в Англии появились уже в XVII веке, когда во Франции о них еще не помышляли. В это время журналистов стали допускать на заседания парламента и им было разрешено публиковать материалы о заседаниях в газетах. Простые люди во многих городах начали образовывать так называемые «conversation clubs» – «дискуссионные клубы», где обсуждались животрепещущие политические вопросы. Английская свобода неотделима от независимости.

Англичане и теперь гордятся независимостью средств массовой информации и считают, что могут получать из них абсолютно объективное представление о том, что происходит в их стране и мире. Одна из самых популярных английских газет носит название Independent – что подчеркивает ее свободу от интересов каких бы то ни было политических партий.

Англо-русский словарь под редакцией В. К. Мюллера в качестве русских эквивалентов английского слова freedom предлагает «свобода» и даже «воля» (что уже совсем никак не вписывается в рамки английской концептосферы, так как «воля» – чисто русский концепт, связанный с российскими необъятными пространствами).

Англичане же вкладывают в понятие freedom совершенно иной смысл. Английское представление о свободе сосредоточено на возможности делать то, что хочешь, и не делать того, чего не хочешь 136 . В подтверждение сказанного А. Вежбицкая цитирует Локка, который в своем «Опыте о человеческом разумении» писал: «...свобода выбора состоит в нашей способности действовать или не действовать в соответствии с нашим выбором, нашей волей». Она ссылается также и на английского философа XX века Исайю Берлина, который в своих эссе о свободе называет freedom «понятием отрицательной свободы».

Действительно, англичане любят повторять, что свобода человека ограничивается кончиком носа соседа. Liberty (от лат. libertas) тоже обычно переводится на русский язык как «свобода». Слово вошло в употребление в Англии в XVII-XVIII веке. Дж. Б. Пристли утверждает, что именно англичане выработали идею свободы, которую затем подхватила и превратила в свой лозунг Великая французская буржуазная революция.

Слово liberty в настоящее время хотя и не исчезло полностью из употребления, но либо приобрело отрицательную коннотацию (например, в выражениях типа to take the liberty of... – позволить себе; to take liberties with smb – позволять себе вольности с кем-либо и т. п.), либо стало специализироваться на «общественных правах» и политическом дискурсе. Freedom же связано с личными правами индивида, личным пространством, личной независимостью, с «приватностью» – privacy11.
Частная жизнь, приватность

Для английского национального сознания частная жизнь, приватность (privacy) и свобода (freedom) определяются друг через друга, составляя единое смысловое целое. Приватность является реакцией на скученность, желанием защитить личностное пространство, которое англичане ощущают почти физически как продолжение собственного тела и оберегают очень ревностно12. О важности данного концепта для английского сознания свидетельствует обилие словосочетаний, с ним образованных: private life, private means, private property, in private и т. п. Само слово происходит от private – «частный/личный, уединенный, тайный / конфиденциальный» и предполагает наличие психологически безопасного расстояния между отдельной личностью и окружающими. Концепт privacy крепко сцеплен с концептом home.

В то же время privacy вплотную подводит нас и к пониманию английской сдержанности, которая вовсе не является следствием отсутствия эмоциональности, как это представляется многим иностранцам, но стремлением сохранить комфортную обстановку общения, нежеланием смутить собеседника. Англичанин, скованный рамками этикета, по замечанию Пристли, стремится домой, чтобы там, наконец, расслабиться в приватной обстановке, выпустить на волю свою истинную сущность13 .
Здравый смысл

Common sense традиционно переводится на русский язык как «здравый смысл». Однако слово sense, которое нередко выступает как синоним всего выражения, имеет в английском языке множество словарных значений, среди которых «смысл» далеко не главное. Первым значением, которое предлагают словари, является «чувство, ощущение, сознание». Причем обращает на себя внимание тот факт, что в английском sense содержатся два момента, которые в русском языке разводятся: «чувства» и «сознание, разум». Та же двойственность зашифрована и в глаголе to sense, который соединяет в себе значения: «ощущать, чувствовать и понимать». В этих семантических оттенках проявляется склонность англичан к эмпиризму. Джон Локк подчеркивал, что под «sense» он понимает не интеллектуальную способность, «формирующую наши рассуждения и осуществляющую доказательства», а определенные «практические принципы», необходимые для формирования нравственности14.

Эмпирический подход проявляет себя во многих областях английской культуры: в философии, праве, языке. Эмпирическое отношение к жизни зашифровано и в менталитете. При всей внешней простоте грамматического строя всякое правило имеет большое число исключений, в результате чего овладение английским языком не может быть сведено к постижению некой абстрактной схемы, но предполагает скрупулезное запоминание отдельных случаев («прецедентов»).

В английском языке существует множество структур, свидетельствующих об особой «привязанности» британцев к точному факту, к очевидному: It ‘s a fact – «это факт», in actual fact, as a matter of fact – «фактически, на самом деле, в действительности», actually, really – «на самом деле», exactly – «точно», obviously – «очевидно» и т. п. Это лишний раз подтверждает высказывание А. Вежбицкой о том, что «...в области культурно значимых объектов и концептов языки обладают особенно богатым словарным запасом»15. Однако эмпиризм определяет и невербальные концепты британцев, язык английских жестов.

Своеобразную окраску эмпиризм сообщал и различным художественным системам, даже тем, которым эмпиризм чужд. Примером может служить романтизм. Определяя сущность новой поэзии в предисловии к знаменитому сборнику «Лирические баллады», Вордсворт призывал поэтов обратиться к «незначительному», то есть к непосредственному опыту повседневной жизни.

С концептом sense тесно связан reason, который обозначает не столько «разум, рассудок», сколько способность думать, понимать и формировать представления и суждения на основе фактов (так объясняет значение этого слова Оксфордский словарь английского языка). В то же время показательно, что одно из значений reason объясняется в словаре через понятие sense – good sense («благоразумие, здравый смысл»). Reasonable в английском сознании выступает как антоним rational (рациональный). Дж. Б. Пристли подчеркивает, что в соседних с Англией странах государственное устройство имело в своей основе рациональное (rational), но не разумное (reasonable) начало. Он делает вывод о том, что британские государственные институты, основанные на здравом смысле, несмотря на кажущуюся нелогичность и даже абсурдность, оказались более долговечными и приспособленными к жизни. При этом он характеризует английское политическое устройство как “politically and socially reasonable, not intolerable to men of sense” (курсив наш. – M. Ц.).

Концепт reason окончательно сформировался в XVIII веке, в эпоху Просвещения, одним из названий которой в Англии было the Age of Reason. Выражение reasonable man («благоразумный человек») приобрело дополнительные оттенки смысла и стало трактоваться как «человек, чье поведение строго регламентировано социальными предписаниями и принятыми в обществе моральным кодексом и правилами поведения»16. «Здравый смысл» в этом толковании стал одним из основных принципов поведения джентльмена и был возведен в культ во времена королевы Виктории. Викторианцы, по свидетельству писателя М. Арнольда, совершали благоразумные поступки не просто потому, что они казались им таковыми, но потому, что находили особое удовольствие в возможности следовать велению долга и здравого смысла. Таким образом, рассматриваемый концепт лежит в основе свойственной британцам законопослушности, служит оплотом социальной стабильности и известного консерватизма. Common sense оказывается теснейшим образом связанным с другими концептами, составляющими «английскость»: «джентльмен», «сдержанность», «приверженность традициям».



Чувство юмора

Одна из первых ассоциаций, которая приходит в голову в связи со словом «английский», – юмор (sense of humour). Действительно, английское чувство юмора является важнейшей чертой национального характера, которой британцы особенно гордятся. But has he a sense of humour? («Но есть ли у него чувство юмора?») – один из самых частых в Англии вопросов17.

Слово humour, помимо своего основного значения «юмор», в современном языке может означать еще и «характер», и «настроение», входя в такие словосочетания, как to be in good/out of humour (быть в хорошем/плохом настроении, расположении духа); good/ill-humoured (добродушный, сварливый)18.

Примечательно, что humour сочетается в английском со словом sense, которое несет в себе идею чувственного восприятия. Таким образом, чувство юмора для англичанина – такой же естественный и неотъемлемый способ освоения окружающего мира, как зрение, слух, обоняние, вкус и осязание. В то же время другой спектр значений слова sense – «смысл, разум, сознание» – подчеркивает, что в английской концептосфере чувство юмора воспринимается не просто как естественная особенность, присущая человеческому организму, но и как вполне осмысленная, сознательно культивируемая черта. Таким образом, в английском представлении о чувстве юмора присутствует способность ощущать, чувствовать и понимать одновременно.

Основной отличительной чертой английского юмора является то, что первостепенная роль в нем отводится иронии (irony) и остроумию (wit). Он меньше всего связан с комедией положений, это юмор интеллектуальный, опирающийся на феномен слова, причем смысл всегда находится в подтексте. Здесь широкое поле деятельности предоставляет сам строй английского языка с его обилием омонимов: “What is black and white and red /read all over?A newspaper.” В данном случае обыгрывается аналогичное звучание слов «red» и «read». Нередко игра слов основывается на их полисемичности. Так, шутка “Englishmen do not come – they arrive” строится на подмене основного значения слова come на его сленговое значение. Другой излюбленный прием – буквальное «прочтение» идиоматических выражений: Doctor, doctor, I feel like a pair of curtains. – Pull yourself together!

В то же время, говоря об английском юморе, важно иметь в виду, что он неоднороден. Здесь, как и во многих других аспектах британской жизни, большую роль сыграло классовое сознание. Однако поскольку, по мнению английских наблюдателей, в течение прошедшего века все более и более сглаживались различия между классами, все меньше различий становилось и между тем, что они находили смешным.

Э. Истхоуп и Дж. Б. Пристли, размышляя об английском юморе, сходятся в одном: для их соотечественников юмор является одним из проявлений хорошо известной английской сдержанности, уверенности, что неумение сдерживать чувства – признак дурного вкуса и плохого воспитания. Дж. Б. Пристли подчеркивает, что англичане испытывают ужас перед преувеличенными чувствами и хлещущими через край эмоциями, потому что чувства для них – ключ к цитадели их внутреннего «я» и потерять над собой контроль для них равносильно тому, чтобы выдать все свои секреты ‘"19. Здесь возникают сцепления, связи с ключевыми концептами «дома-крепости» и «замкнутого островного пространства».

Юмор, насмешка являются для британцев тем способом «остранения», который позволяет держать свой внутренний мир закрытым от посторонних глаз. Кроме того, по убеждению Дж. Б. Пристли, именно юмор, строящийся на сочетании иронии и самоиронии, позволяет корректировать страсти, бушующие в душе англичанина, вопреки распространенному мнению о его невозмутимости.

Умение посмеяться над собой англичане считают важнейшей отличительной чертой зрелой цивилизации. Огромную роль в формировании специфики английского чувства юмора сыграла многовековая традиция парламентаризма. Не случайно Англия может считаться родиной политической сатиры. Ее корни восходят к жанру средневековых видений (У. Ленгленд), период расцвета связан с деятельностью великих просветителей XVIII века (Д. Дефо, А. Поуп, Дж. Свифт), а в начале XIX века она принимает форму политической карикатуры, приобретшей необыкновенную популярность20.

Другая сторона английского чувства юмора – affection. Affection подразумевает терпимость к человеческим слабостям, окрашивая «понимающей улыбкой» практически всякое проявление юмора в Англии21.

Особую категорию составляет абсурдный юмор, нонсенс (Эдвард Лир, Люис Кэрролл), зародившийся в недрах народного творчества. Так, знаменитые лимерики, а также nursery rhymes легко сочетают абсурдность с остроумием. Английский юмор теснейшим образом связан с эксцентричностью как особой чертой английского характера22.

Представляется, что склонность британцев к эксцентричности напрямую связана с островным положением страны. Привычка быть закрытым, отгороженным от остального мира переносится не только на дом – крепость и миниатюрный рай одновременно, но – и на внутриличностное пространство. Оберегая и культивируя свою индивидуальность, англичанин стремится, по выражению Л. Стерна, оседлать «свой конек» (the hobby-horse). В то же время склонность к эксцентричности питается основным принципом английского понимания свободы: жить самому и давать жить другому.


Джентльменство

Концепт «джентльмен» (gentleman) появился в английском языке в XIII веке и первоначально означало человека, имеющего благородное происхождение. В этом значении слово употреблялось на протяжении столетий23. До сих пор большинство английских словарей ставит его в качестве первого толкования слова «джентльмен». Причем наряду с концептом gentleman y британцев есть и gentlewoman – «женщина из благородного семейства». Однако в настоящее время употребление слова в данном значении имеет скорее формальный характер. Так, например, фразы: The Honorable Gentleman, The Most Honorable Gentleman, The Right Honorable Gentleman (достопочтенный джентльмен) используются в парламентских речах при обращении к титулованным особам – графам, маркизам, баронам и т. п.

Семантика слова «джентльмен» определяется основным значением словообразующего элемента «gentle», восходящим к старофранцузскому gentil («высокородный», «благородного происхождения») и к латинскому gentilis (принадлежащий к одному и тому же роду, клану)24.

В то же время параллельно с указанным толкованием постепенно складывается и другое, существенно потеснившее первое в настоящее время. Концепт обретает новый смысл: gentle начинает означать domesticated (одомашненный), в XV веке к этому добавляется tamed (прирученный, укрощенный, спокойный, неопасный), а в XVI столетии – и soft, mild (мягкий). Отсюда и представление о джентльмене как о человеке «цивилизованном», умеющем вести себя спокойно, сдержанно, уважительно к окружающим.

Примечательно, как подробно разработан в английском языке словарь, связанный с умением вести себя в обществе: civilized (приятный, обходительный, с приятными манерами); cultivated (имеющий хорошие манеры и образование); cultured (имеющий хорошие манеры и образование и в особенности проявляющий интерес к литературе и искусству); decent (правильный, социально приемлемый, не шокирующий других). Цивилизованность и культурность – очень важные элементы английской национальной концептосферы. Робинзон Крузо, оказавшись на необитаемом острове, немедленно принимается «цивилизовать» его. Та же идея лежит в основе знаменитых аккуратных английских газонов, окультуренных садиков и парков, искусно стилизованных под дикую природу. Лучшим комплиментом человеку из уст британца будет фраза: “a very civilized man,” а об удачном вечере в компании скажут: “a rather civilized evening.

Важно отметить, однако, что «цивилизованность» эта носит неброский характер: “the cultivation, not of flamboyance, but of decency” (культурность, исполненная скромности). В Англии в отличие от континента чем богаче и выше по своему социальному положению человек, тем более скромно он одевается. Для этого существует даже специальное понятие: elegant shabbiness (элегантная потрепанность)25.

Чтобы не обидеть, не поставить в неловкое положение партнера по общению, джентльмен должен обладать способностью сдерживать свои чувства. Английские частные школы, где традиционно обучались дети из состоятельных семей, неизменно прививали воспитанникам умение «властвовать собою». Таким образом, концепт «джентльмен» оказывается связанным с другим важнейшим узлом английской национальной концептосферы: способностью сохранять спокойствие и невозмутимость при любых обстоятельствах (to keep a stiff upper lip) – знаменитой английской сдержанностью.

Кроме того, джентльмен должен был быть человеком образованным, умеющим правильно изъясняться. «Хорошему английскому языку» отводилось особое место. Именно в середине XVIII веке процессы стандартизации языка в Англии приобретают наибольший размах. Не случайно, что именно в 1755 году вышел первый «Словарь английского языка» Сэмюэля Джонсона. Вплоть до второй половины XX века язык и произношение играли решающую роль в определении социального статуса англичанина. Человек, чей акцент не соответствовал нормам ВВС English, языка, на котором говорили дикторы Би-Би-Си, или Queen’s English, которым пользовались королева и члены ее семейства, не мог быть причислен к джентльменам.

Качества, изначально свойственные настоящему джентльмену, представителю высшего общества и отличающие его от людей низшего сословия, со временем вышли за узкие сословные рамки. Сегодня они нередко трактуются как свойства настоящего мужчины (слово «джентльмен» в современном языке используется как вежливое обращение или упоминание о мужчине). Эти социолингвистические смещения особенно характерны для второй половины XX века, когда процесс стирания классовых различий в Великобритании шел очень интенсивно. Вместе с тем в современном языке существует достаточно много слов и выражений, которые акцентируют морально-этическую концепцию, стоящую за понятием «джентльмен»: “He is a perfect gentleman” (он совершенный джентльмен); He is no gentleman” (он не джентльмен); gentlemanly (честный, благородный, предупредительный в отношении к другим) и т. п. Обладая динамичностью и неустойчивостью, концепт остро реагируеют на изменение социальных смыслов. Вместе с тем он сохраняет прежние коннотации, которые могут актуализироваться.
Честная игра

Концепт fair play употреблялся изначально применительно к спортивным мероприятиям и поведению джентльменов, в них участвующих26. Позже произошло расширение его смысловой сферы. Концепт «честная игра» означает, что джентльмены играют по правилам и в жизни.

Концепт fair play вызывает ассоциации с английской честностью и уважением к другим. В национальном культурном мире большую роль играет соблюдение писаных и неписаных правил, действительных не только во время, но также до и после игры. При этом правила соблюдают как победители, так и побежденные. В основе концепта fair play – свойство английской ментальности, которое можно назвать gentleman ‘s agreement (джентльменское соглашение). Это устное соглашение, основанное на взаимном доверии.

В ассоциативно-вербальной сети английского языка fair имеет широкий спектр разнообразных значений и смыслов: acceptable/ appropriate/ reasonable (приемлемый, соответствующий, разумный); treating people equally (относиться к людям как к равным); quite large/ quite good (весьма внушительный, очень неплохой); «светлый» о цвете кожи, волосах; «ясный» о погоде; «красивый».

Все эти смыслы объединяются общей положительной коннотацией, свойственной значениям слова «fair». «Красивый» и «светлый», вполне вероятно, восходят к средневековым канонам красоты, согласно которым красавицей могла считаться только светловолосая и белокожая женщина. Отношение к людям как к равным себе предполагает справедливое, открытое, честное в своих намерениях, «чистое» отношение. Это значение подчеркивает идиома: by fair means or foul (близкая к русской: «всеми правдами и неправдами»), где fair противопоставляется foul, первое словарное значение которого – dirty and smelling bad (грязное и плохо пахнущее).

Just тоже пришло из латинского (justus) через французский (juste) и тесно переплетается с юридическим термином justice (правосудие). В качестве синонимов к слову justice английские словари предлагают fairness, impartiality, equity (честность, беспристрастность, соблюдение равенства прав). Итак, справедливость для англичан предполагает соблюдение равновесия, баланса, ответственность «сильного» за «слабого»27. Английские публицисты не раз писали о «.. .склонности помогать слабому лишь потому, что он слабее...».

В английском понимании справедливо лишь то, что законно. Такую трактовку подтверждает и идиома fair and square, которая означает: «честно, по правилам». Таким образом, в сознании британцев честным является то, что не противоречит здравому смыслу, правилам и закону.


Сдержанность

Словосочетание a stiff upper lip встречается в выражениях, типа: to keep, to have, to maintain, to wear a stiff upper lip (буквально: сохранять, иметь застывшую верхнюю губу). Смысл концепта можно передать так: быть твердым, проявлять выдержку, не распускать нюни. Англичане высоко ценят способность принимать неудачи или неприятности без видимого недовольства; умение сохранять спокойствие, не показывая чувств.

Эти качества воспринимаются как типичные для всякого англичанина, в особенности для представителей высших слоев общества. Умение to keep a stiff upper lip вырабатывается всей системой воспитания. Особое внимание формированию этого навыка уделяется в частных школах, так называемых boarding schools, где учатся дети из состоятельных семей.

Даже на уровне грамматики в английском языке существует противопоставление чувства и способов его внешнего проявления. В английском мало непереходных глаголов, выражающих эмоции, таких, как worry (беспокоиться, волноваться), grieve (горевать, огорчаться). Причем в современном языке прослеживается тенденция к постепенному исчезновению целого семантического ряда: rejoice (радоваться) pine (томиться, изнывать). Нередко эти глаголы употребляются в ироническом смысле. Многие непереходные глаголы, по наблюдению А. Вежбицкой, выражают негативные оценки: sulk – дуться; fret – раздражаться, беспокоиться, волноваться; rave – бесноваться, неистовствовать; fume – кипеть (отчего-либо), раздражаться28. Вместо глаголов в английской речи для выражения эмоций и чувств обычно используются прилагательные. Ту же склонность к сдержанности в проявлении эмоций исследователи отмечают и на лексическом уровне29. Характерно что для выражения как негативных, так и позитивных моральных суждений англичане обычно прибегают к разного рода смягчающим выражениям: quite awful – буквально: довольно ужасно; quite nice – буквально: довольно мило. Англичане предпочитают использовать гиперболы при выражении положительной оценки обыкновенных вещей (платье, цветы), но не серьезных моральных добродетелей. В то время как русская речь отдает предпочтение гиперболам для выражения любых оценок30. Известна поговорка, бытовавшую во Франции еще в средние века: “The English take their pleasures sadly” (англичане печально предаются удовольствиям, принимают их без радости)31. Это подтверждают и самые современные источники. Так, Билл Брайсон подчеркивает, что англичане «наслаждаются сдержанно» (They like their pleasures small)32 . Сдержанность в проявлении чувств теснейшим образом связана с пуританским вероучением, которое всякую чрезмерность трактует как грех.


Традиция, наследие

Англия – страна с древней историей и уникальными традициями. Одна из характерных черт англичан – консервативность во вкусах и убеждениях, приверженность к устоявшемуся порядку вещей. Многие старинные церемонии продолжают существовать в современной Великобритании, и не только в качестве приманки для туристов; они являются для британцев связью между настоящим и далеким прошлым33. Такая связь, воплощающая непрерывную последовательность событий, по-видимому, дает англичанам ощущение постоянства в непрерывно меняющемся мире. Тяготение к постоянству, стабильности возникает в английском характере как ответная реакция на английские природно-климатические факторы: совершенно непредсказуемую погоду, которая меняется несколько раз в день; переменчивый ландшафт, который на сравнительно небольшой территории поражает своим разнообразием.

«В широком смысле концепт «традиция» подразумевает, что нечто прошло проверку временем, а потому его непременно следует сохранить»34. Сама этимология слова tradition (от латинского tradere – доставлять и date – то, что дано) подсказывает и связь с таким важнейшим концептом английской культуры, как heritage (наследие).

Слово heritage, кроме прямого значения – «наследуемая собственность», определяется так же как «ценные объекты и качества, такие как исторические здания, нетронутый ландшафт и культурные традиции, оставленные предыдущими поколениями»;

– «важные качества, обряды и традиции, существующие в обществе на протяжении долгого времени»;

– «предметы искусства, культурные достижения и фольклор, передаваемые из поколения в поколение»;

– «вещь, традиция или качество, передаваемые на протяжении лет внутри нации, социальной группы или семьи и воспринимаемые как нечто ценное и важное, принадлежащее всем его членам».

Таким образом, основными моментами для определения «heritage» как концепта является восприятие наследия как чего-то ценного, принадлежащего всем, имеющего связь с историей (акцент на связи поколений).

Осознание своей культуры как явления, укорененного глубоко в прошлом и одновременно имеющего тесную и живую связь с настоящим, охватывает различные области жизни и находит отражение в существовании понятий: literary heritage, national heritage, heritage buildings, heritage centre, sense of history and heritage и т. п.

С традиционно трепетным отношением англичан к своему историческому наследию связаны многие аспекты их повседневной жизни и некоторые чисто национальные явления. Одно из них – увлечение антиквариатом, нередко принимающее формы, не имеющие аналогов ни в какой другой европейской стране. Практически в любом, даже маленьком городке есть антикварная лавка (old curiosity shop). Здесь непременно проводятся аукционы старинных вещей, создаются специальные общества любителей старины. На телевидении проходят конкурсы, шоу, образовательные программы, собирающие большую аудиторию.

Индивидуум, хотя и необычайно значим в английском национальном сознании, тем не менее мыслится и как звено в цепи преемственности поколений. До сих пор в Англии бытует уничижительная фраза: «Ему пришлось покупать свою собственную мебель», которая подчеркивает, что человеку нечего было унаследовать от предков.

Многие люди в Великобритании буквально окружены историей в своей повседневной жизни: около 445 тысяч зданий (многие из них – жилые дома) входят в число так называемых Listed buildings. Их специально охраняют и сохраняют. Для этих целей в 1983 году была создана специальная организация English Heritage, связанная с защитой архитектурных памятников. Кроме того, English Heritage проводит образовательные программы, организует концерты, инсценировки знаменитых битв и т. д.



В то же время в английской концептосфере приверженность к традициям удивительным образом сочетается со стремлением к переменам и новшествам. По-видимому, с этой страстью к переменам связана и присущая британцам изобретательность. Энтони Майол и Дэвид Милстед в книге «Эти странные англичане» отмечают «две основополагающие и одновременно противоречащие друг другу особенности англичанина – любовь к четкой последовательности и преемственности событий и страстное стремление к радикальным переменам»35. Напряжение между этими смысловыми полюсами структурирует английскую концептосферу.



1 Англичане всегда славились стойкостью и смелостью в бою. Аргентинский писатель X. Л. Борхес, в жилах которого текла среди прочих и британская кровь, ярко воплотил эту национальную особенность в характере одного из персонажей рассказа «Мужчина из розового кафе». Повествуя о том, как в кафе явился самоуверенный чужак, которого все испугались, он пишет: «А он пошел как ни в чем не бывало дальше. Шел, и был выше всех, кого раздвигал, и словно бы их не видел. Сначала-то первые – сплошь итальянцы-раззявы – веером перед ним расступились. Так было сначала. А в следующих рядах уже наготове стоял Англичанин, и раньше, чем чужак его оттолкнул, он плашмя ударил его клинком». Хорхе Луис Борхес. Юг. М., 1984, с 15.

2 Этот факт в 1701 году остроумно отметил Д. Дефо в своем памфлете «Чистокровный англичанин». Доказывая, что такого понятия просто не существует, он подводит следующий итог: «А потому черезвычайно странен Мне этот Чистокровный Англичанин; Скакун Арабский мог бы дать скорей Отчет о чистоте своих кровей». См.: Англия в памфлете. / Под ред. И. О. Шайтанова. М., 1987, с. 39.

3 В. Шестаков. Английский акцент. Английское искусство и национальный характер. М., 2000, с. 17.

4 Britain Through American Eyes. Ed. by H. S. Commager. N. Y., 1974, p. 751

5 A . Easthope. Englishness and National Culture. Lnd – N. Y., p. 92.

6 Д. Дефо в своем памфлете «Чистокровный англичанин» отмечает: «И речь свою украсили при этом таким невытворимым Шиболетом, Что по нему ты опознаешь вмиг Саксоно-Римско-Датский наш язык». Англия в памфлете... с. 37.

7 Дж. Оруэлл. «1984» и эссе разных лет. М., 1989, с. 311.

8 Еще в 1559 году будущий епископ Лондонский Дж. Эйомер объявлял, что бог – англичанин, и призывал своих соотечественников семь раз в день благодарить его, что они родились англичанами, а не итальянцами, французами или немцами.

9 См .: А. Вежбицкая. Семантические универсалии и описание языков... с. 278-279.

10 К. Хьюитт. Понять Британию. Ижевск, 1992.

11 А. Вежбицкая. Семантические универсалии и описание языков... с. 439-442.

12 Дж. Б. Пристли свидетельствует: «Человек, живущий в густонаселенной стране, может испытывать желание оградить себя броней от других людей, хранить молчание, поскольку нуждается в том, чтобы побыть наедине со своими мыслями». «England is the land of privacy» («Англия – страна частной жизни»), – заключает он. J. В. Priestley. The English. Lnd, 1973, p. 25; 30.

13 J. B. Priestley. The English. Lnd, 1973, p. 25.

14 Дж. Локк. Сочинения. В 3-х тт.: Т. 3. М ., 1988, с. 4.

15 А. Вежбицкая. Семантические универсалии и описание языков... с. 71.

16 Alan D. McKillop. Introduction // Eighteenth Century Poetry and Prose. N. Y., 1939. 172

17 J. В. Priestley. English Humour. Lnd, 1938, p. 19.

18 В этом случае проявляет себя устаревшее толкование слова «humour». Изначально им обозначались четыре жидкости, составляющие человеческое тело. Считалось, что их пропорция в организме обусловливает характер. Именно в этом смысле использовал слово humour английский драматург XVII века Бен Джонсон, полагавший, что всякий персонаж в пьесе должен быть «в своем гуморе» (в данном случае гумор – аналог «господствующей страсти» в классицизме).

19 J. В. Priestley. English Humour... p. 19. 174

20 Российская телепрограмма «Куклы» обязана своим рождением английской программе The Spitting Image, название которой тоже основано на игре слов. Идиома «разительное сходство» может быть прочтена буквально как «оплевывающий образ»: в программе куклы, гротескно похожие на ведущих британских политических деятелей, пародируют известные политические события.

21 J. В. Priestley. English Humour... pp. 176-177.

22 Дж. Сантаяна, американский философ испанского происхождения, называл Англию страной «индивидуальности, эксцентричности, ереси», а также «необычных людей и явлений, хобби и юмора». G. Santayana. Soliloquies in England. Michigan, 1967, p. 5.

23 Ярким примером может служить хрестоматийная фраза, принадлежащая Джону Боллу, проповеднику движения лоллардов, развернувшегося в Англии в XIV веке: “When Adam delved and Eve span who was then the gentleman?” (Когда Адам пахал, а Ева пряла, кто тогда был дворянином?).

24 Отметим в этой связи, что в английском языке есть устойчивое словосочетание gentle and simple – «высокородные и низкородные».

25 Michael Bywaiter. Englishness: who cares? New Statesman. 3 April. 2000.

26 Интересно, что в спортивной лексике слово «джентльмен» также занимает важное место. Так, в крикете профессионалы, играющие за деньги, традиционно называются players (игроки), а спортсмены-любители, которые играют для собственного удовольствия (amateurs), именуются gentlemen. До 1962 года в соревнованиях по крикету существовало два турнира: среди «джентльменов» и среди «игроков».

27 См.: Дж. Оруэлл. «1984» и эссе разных лет... с. 316

28 Там же, с. 41.

29 В английском языке весьма ограничен словарный запас для выражения категорических моральных суждений. Сравнивая с этой точки зрения русский и английский языки, А. Вежбицкая подчеркивает, что в русском языке для морального осуждения в обиходной речи часто используется слово «подлец». Согласно «Частотному словарю русского языка» Л. Н. Засориной, основанному на миллионе широко распространенных в каждодневной речи единиц, статистика употребления этого слова составляет 30. Кроме того, существуют стилистически эквивалентные синонимы: «мерзавец» – с частотностью 25, «негодяй» (20). В английском же языке удалось найти только один стилистически близкий эквивалент: scoundrel, который согласно тезаурусу Кучеры и Френсиса встречается только два раза. См.: Henry Kucera, Nelson Frencis. Computational analysis of present-day American English. Providence, 1967, p. 80-81.

30 А. Вежбицкая. Язык. Культура. Познание... с. 84.

31 J. В. Priestley. The English... p. 24.

32 В. Bryson. Notes from a Small Island. Back Swan, 1995, p. 98.

33 J. В. Priestley. English Humour... p. 21.

34 Энтони Майол, Дэвид Милстед. Эти странные англичане. М., 1999, с. 15.

35 Энтони Майол, Дэвид Милстед. Эти странные англичане... с. 13. 182






Удивительна сила сопротивления, которое оказывает человеку бумага. Ян Мыслэк
ещё >>